Местные органы политической полиции России в 1902-1914 гг. (на материалах Саратовской и Самарской губерний) icon

Местные органы политической полиции России в 1902-1914 гг. (на материалах Саратовской и Самарской губерний)



Смотрите также:
  1   2   3
На правах рукописи


ГОНЧАРОВА Елена Александровна


Местные органы политической полиции России

в 1902-1914 гг.

(на материалах Саратовской и Самарской губерний)


Специальность 07.00.02 – отечественная история


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук


Саратов – 2008


Работа выполнена в Федеральном

государственном образовательном учреждении

высшего профессионального образования

«Саратовский государственный университет им. Н. Г. Чернышевского»


^ Научный руководитель: кандидат исторических наук, доцент

Воронежцев Алексей Владимирович


Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Посадский Антон Викторович


кандидат исторических наук, доцент

^ Судоргин Николай Сергеевич


Ведущая организация: Саратовский государственный технический

университет


Защита диссертации состоится 25 июня 2008 г. в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.243.03 по присуждению ученой степени доктора исторических наук при Саратовском государственном университете им. Н. Г. Чернышевского по адресу: 410012, г. Саратов, ул. Астраханская, 83, Институт истории и международных отношений, корпус XI, ауд. 516.


С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке ГОУ ВПО «Саратовский государственный университет им. Н. Г. Чернышевского», читальный зал № 3, по адресу г. Саратов, ул. Университетская, 42


Автореферат разослан 24 мая 2008 г.


Ученый секретарь диссертационного совета

доктор исторических наук Л. Н. Чернова

^ Актуальность темы исследования определена рядом факторов. Во-первых, органы политической полиции традиционно играли значимую роль в механизме функционирования государства. Необходимость научного анализа организационно-функциональной структуры органов политической полиции и их деятельности на местах представляется одним из важных моментов исследования государственных институтов дореволюционной России. Детальное изучение принципов функционирования местных учреждений политического сыска позволяет проследить реализацию принимаемых правительством мер по стабилизации внутриполитической ситуации в стране и дать объективную оценку степени их результативности.

Во-вторых, несмотря на относительно большое количество исследований, посвященных истории центральных органов политической полиции, в историографии рассмотрены лишь отдельные аспекты их деятельности, преимущественно в связи с исследованием истории революционных партий. Изучение местных органов политической полиции позволит выявить не только основные направления их деятельности, но и уточнить механизм взаимодействия между различными учреждениями политического сыска, степень эффективности и роль в структуре государственных органов рассматриваемого периода.

В-третьих, актуальной остается необходимость разрушения стереотипов в оценках и подходах к исследованию органов политической полиции, бытующих в литературе1. Как утверждает, например, по вопросу градации секретных сотрудников политической полиции профессор Ю. Реент, «классификация, однажды употребленная… тиражируется ныне зачастую без всякого на то основания»2.

^ Предметом исследования является организационно-функциональная структура и приемы работы губернских жандармских управлений, охранных и районных охранных отделений в Саратовской и Самарской губерниях.

^ Объектом исследования является система политического сыска в Саратовской и Самарской губерниях в 1902–1914 гг.

Историографию темы условно можно разделить на три хронологических периода: дореволюционный (конец XIX в.–1917 г.); советский (до начала 1990-х гг.); современный (постсоветский). Соответственно с предложенной периодизацией историография темы построена по тематико-хронологическому принципу с указанием региональных особенностей каждого из выделенных периодов.

Характерной чертой дореволюционного периода является отсутствие чисто научных исследований. Интерес к теме политической полиции зачастую был вызван практическими мотивами, что определило утилитарный характер рассмотрения данного вопроса. Авторами публикаций чаще всего становились полицейские чиновники и юристы. Со второй половины XIX в. начинают издаваться учебные пособия по полицейскому (административному) праву. Среди авторов таких изданий можно выделить юристов И. Н. Белявского, В. Ф. Дерюжинского, И. Т. Тарасова, И. И. Янжула3, которые пытались структурировать по мере накопления научные знания о работе полицейских органов, что особенно ценно для воссоздания механизма функционирования учреждений охранительного свойства. Некоторые черты исторического исследования прослеживались лишь в обобщающих очерках, издание которых приурочивалось к юбилейным датам4, но они носили описательный характер. В начале XX в. появляются публикации, затрагивающие правовой аспект полицейской деятельности органов внутренних дел5, среди которых выделяется статья П. Е. Щеголева в журнале «Былое»6.

После Февральской революции 1917 г. было создано несколько комиссий: Комиссия по разбору дел Департамента полиции, Комиссия по обеспечению нового строя и Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства. Исследования, проводимые членами комиссий, также зачастую носили утилитарный характер, так как целью этих работ была дискредитация царского правительства. Тем не менее, заметный вклад в изучение деятельности политической полиции внесли такие исследователи, как А. Волков, В. Б. Жилинский, В. Я. Ирецкий, А. Красный, М. А. Осоргин, П. Пильский, С. Б. Членов7 и др.

До середины 1920-х гг. тема находилась на пике актуальности: появилось много исторических исследований, затрагивающих вопросы функционирования учреждений политического сыска, в том числе и местных, а также работ, посвященных приемам и методам борьбы охранительных учреждений с революционным движением8. Интерес представляет работа, созданная в 1924 г. совместными усилиями русского эсера Г. Зильбера и французского социалиста Ж. Лонге9, в которой рассматриваются приемы агентурного наблюдения, применяемые политической полицией с конца XIX по начало XX в. Г. Зильбером затронута тема взаимоотношений Азефа и Лопухина, которую также активно разрабатывал Б. Николаевский10.

В советской историографии 1930–1950-х гг. отмечается полное отсутствие исследований, затрагивающих проблемы политической полиции. Тема находилась под негласным запретом11, кроме вопроса о зубатовщине12. Публикацией архивных материалов учреждений царской секретной полиции занимались в основном спецслужбы СССР, но сборники документов зачастую не подлежали оглашению и были предназначены для внутреннего использования13. В целом публикации и учебные издания были ориентированы на исследование истории партии большевиков. Данная тема рассматривалась только на основе марксистко-ленинской методологии14. Местные исследователи изучали на местных архивных материалах события двух революций с позиции партии большевиков15.

В конце 50-х–начале 60-х гг. XX в. наблюдается некоторое смягчение в области цензуры, начинает проявляться тенденция к возобновлению изучения истории государственных учреждений царской России, в том числе и органов политической полиции. Большой вклад в исследование данной тематики внес П. А. Зайончковский16. Он наметил новые подходы к изучению политических институтов Российской империи. В его монографиях, затрагивающих некоторые направления деятельности Министерства внутренних дел и Департамента полиции, приведены данные по кадровому составу жандармских управлений, рассмотрен процесс становления и развития института урядников и т.д. Исследования Зайончковского носили общероссийский характер и не касались региональной специфики. Продолжателем идей Зайончковского был Н. П. Ерошкин17, который в рамках исследования государственных институтов царской России, рассматривал проблемы структуры и функциональных особенностей политической полиции, формы и приемы ее работы.

Продолжали свои исследования и краеведы. Например, М. М. Шмуккер в работе, посвященной истории г. Вольска Саратовской губернии начала XX в., охарактеризовал деятельность руководителей местного жандармского пункта, методы их работы, озвучил фамилии некоторых агентов18.

В 70-е гг. XX в. интерес к охранительной системе Российской империи проявили юристы, например, Р. С. Мулукаев, А. В. Хохлов19. Несмотря на то, что приоритетным объектом изучения для них являлась уголовная полиция, не остались без внимания и некоторые аспекты функционирования политической. Так, Р. С. Мулукаев затрагивал вопросы структуры, приемов и методов деятельности политической полиции, причины принятия правовых актов, на основе которых действовали учреждения политического сыска, функциональных различий губернских жандармских управлений и охранных отделений20.

Исследованием деятельности общей и политической полиции занимался Д. И. Шинджикашвили21. Автор, опираясь на большую источниковую базу, попытался охарактеризовать правовые аспекты функционирования, основные направления деятельности местных органов политической полиции, предложил свою классификацию секретных сотрудников. Отдельное исследование он посвятил становлению и функционированию Департамента полиции, а также определению роли центральных органов политической полиции в структуре государственных учреждений Российской империи22. Правоведческий характер имеет исследование А. Н. Ярмыша23, посвященное политической полиции Российской империи, в котором некоторое внимание уделено и местным органам политического сыска. Научный интерес исследователя к местным учреждениям политической полиции подвиг его к изданию работы о функционировании охранительной системы в Донском регионе24.

1980-е гг. характеризуются всплеском интереса к теме политической полиции. В это время состоялась защита нескольких диссертаций, в основном при Московском историко-архивном институте, где сложилась целая школа, изучающая данную тему под руководством профессора Н. П. Ерошкина: Л. И. Тютюнник25 – о начальном периоде существования Департамента полиции до 1904 г. и З. И. Перегудовой – о его последних годах. В диссертационных работах А. А. Миролюбова, Ю. И. Овченко и А. Е. Скрипилева26 рассматриваются некоторые общие положения функционирования охранительных органов: деятельность центральных учреждений, место политической полиции в системе органов Министерства внутренних дел.

При появлении работ обобщающего характера сохраняется интерес и к отдельным аспектам деятельности политического сыска, и к борьбе революционных партий с охранкой. Так, о борьбе партии большевиков с агентами политической полиции пишут А. П. Кознов, Б. К. Эренфельд, Н. Н. Анисимов27. Методы борьбы политического сыска с революционным движением рассматриваются в отдельных работах З. И. Перегудовой28. Забегая вперед можно сказать, что крупнейшим исследованием политической полиции начала XX в. стал обобщающий труд З. И. Перегудовой «Политический сыск России, 1880–1917»29.

В это время выходит большое количество работ о противодействии Департамента полиции деятельности революционных партий, что косвенно помогает выявить степень эффективности работы политической полиции. При этом борьба революционных организаций с охранкой рассматривается как в центре30, так и на местах31.

С начала 1990-х гг., вместе с переизданием мемуаров и исследований 20-х гг., выходят в свет труды современных российских авторов, в которых можно проследить два направления в методологическом аспекте. Продолжают изучение темы многие исследователи, сохранившие преемственность советской историографии в оценках деятельности ДП и общих взглядах на государственные органы дореволюционной России32. Другой подход, появившийся в 1990-е гг. подразумевает рассмотрение органов политического сыска как институтов государственной власти, а их деятельность – непременным условием любого внутриполитического курса. Ряд новых документов, ставших доступным историкам, также позволяет более объективно оценивать методы и результаты работы органов политического сыска в борьбе с антиправительственным движением. В конце 1990-х г. В. В. Романов публикует ряд работ, в которых, на основе новых архивных источников Симбирской губернии, исследует деятельность политической полиции в провинции33.

В современной историографии превалирующим остается рассмотрение истории органов политического сыска через совокупность отдельных, порой весьма узких, вопросов. Например, перлюстрацию писем, как прием охранки для выяснения объективного настроения масс, рассматривает В. С. Измозик34 и косвенно Т. А. Соболева35. Новый взгляд на противостояние боевой организации партии социал-революционеров и охранки представлен в работе Р. А. Городницкого36. Э. Ф. Макаревич37 обратился к личностям выдающихся организаторов сыска разных стран и эпох. В дореволюционной России это – С. В. Зубатов, А. В. Герасимов, В. Ф. Джунковский. Исследованию политичесого террора, его предпосылок и борьбы с ним посвящены работы О. Будницкого, Л. Г. Прайсмана, А. И. Суворова38. Тематическим трудом стал сборник статей «Жандармы России»39, в котором нашли отражение вопросы перлюстрации40, приемов наружного41 и внутреннего42 наблюдения. В 2006 г. издана работа И. Симбирцева43, в которой он, анализируя структуру центральных органов политического сыска, пытается переосмыслить причины крупных провалов сотрудников полицейских учреждений, приведших, по его мнению, к убийству Александра II и П. А. Столыпина. К сожалению, книга не снабжена библиографией, в связи с чем сложно определить степень научной обоснованности выводов автора.

Борьба политического сыска с революционным движением получила освещение и в трудах зарубежных историков. Например, издание и анализ документов по теме политической полиции дореволюционной России осуществил профессор Иллинойского университета Д. Дейли44. В 1998 г. Дейли выпустил монографию, посвященную характеристике деятельности органов политической полиции России в 1866–1905 гг.45, в которой приходит к мнению о том, что данные учреждения являлись неотъемлемым атрибутом самодержавного государства. Исследованием российской политической полиции занимались и другие иностранные историки46.

На современном этапе сформировались различные подходы к изучению данной темы. Интерес исследователей к совокупности вопросов организационной структуры, кадрового состава и деятельности политического сыска позволяет рассматривать данное учреждение как самостоятельный государственный институт дореволюционной России. Несмотря на появление в последние годы ряда диссертационных работ47, направленных на исследование местных органов политического сыска, остаются неизученными определенные аспекты организации и функционирования учреждений политической полиции в провинции. Например, слабо представлены вопросы разграничения компетенций местных охранительных учреждений, особенности их взаимодействия, практика подотчетности центральным учреждениям, а также кадровая политика с учетом региональной специфики и т.д.

^ Цель исследования: опираясь на широкую и разнообразную источниковую основу, исследовать механизмы функционирования местных органов политической полиции с 1902 по 1914 г.

Для достижения поставленной цели в работе решались следующие задачи:

  • раскрытие сущности организационно-функциональной структуры губернских жандармских управлений, охранных и районных охранных отделений (в том числе исследование кадрового состава, финансирование и характера соподчиненности);

  • определение места и роли охранных отделений и жандармских управлений в системе местных органов политической полиции;

  • выявление форм межведомственного взаимодействия органов политического сыска на местах с аппаратом губернатора, прокурорским надзором и общей полицией;

  • рассмотрение процесса становления и механизма функционирования районного охранного отделения;

  • анализ организации приемов получения информации политическим сыском, характеристика специфики внутренней, внешней агентуры и перлюстрации;

  • оценка степени влияния личностного фактора в руководстве политическим сыском на местах;

  • анализ региональных аспектов активизации деятельности политической полиции в Саратовской и Самарской губерниях в связи с особенностями развития революционного движения.

^ Источниковая база диссертации. Для исследования деятельности местных органов политического сыска большую роль играют неопубликованные и опубликованные источники. Это делопроизводственные материалы, источники личного происхождения, в том числе опубликованные в периодической печати.

Большую значимость для данного исследования имеют архивные материалы, зачастую впервые введенные в научный оборот. Они представлены документами из 19 фондов семи государственных архивов – Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Государственного архива Самарской области (ГАСамО), Государственного архива Саратовской области (ГАСО), Пугачевского филиала Государственного архива Саратовской области (ПФГАСО), Вольского филиала Государственного архива Саратовской области (ВФГАСО), Государственного архива новейшей истории Саратовской области (ГАНИСО), Информационного центра УВД Саратовской области (отделение спецфондов), а также фондов краеведческих музеев в Вольске и Балаково Саратовской области.

Значимыми для данного диссертационного исследования являются материалы, содержащиеся в фондах Государственного архива Российской Федерации. В частности это фонд 102 «Департамент полиции Министерства внутренних дел» и фонд 110 «Штаб отдельного корпуса жандармов», в которых сосредоточен материал не только центрального, но и местного значения в виде отчетов, донесений с мест, а также ответная реакция на них руководства в виде циркулярных распоряжений.

Основной упор в исследовании сделан на анализ документов двух областных архивов – Самарского и Саратовского. Среди фондов этих архивов большой информативностью обладают фонды 53 «Саратовское губернское жандармское управление» (ГАСО) и 468 «Самарское губернское жандармское управление» (ГАСамО), содержащие материалы местных губернских жандармских управлений. Данные фонды содержат политические обзоры и сведения о революционных организациях, политических происшествиях в Саратовской и Самарской губерниях, о привлечении к судебной ответственности лиц за антиправительственную пропаганду и распространение революционной литературы. В названных фондах отложились также приказы и циркуляры начальников Отдельного корпуса жандармов и Департамента полиции, дела по дознаниям, сведения о поднадзорных, дневники секретных сотрудников и т.д. Деятельность помощников начальников Саратовского и Самарского губернских жандармских управлений нашла отражение в фондах 54 «Помощник начальника Саратовского губернского жандармского управления в Саратовском и Аткарском уезде», 55 «Помощник начальника Саратовского губернского жандармского управления в Вольском, Хвалынском и Кузнецком уезде», 56 «Помощник начальника Самарского губернского жандармского управления в Новоузенском уезде», 1089 «Помощник начальника Самарского губернского жандармского управления в Николаевском уезде» ГАСО и 472 «Помощник начальника Самарского губернского жандармского управления в Самарском и Бузулукском уездах» ГАСамО. В этих фондах собраны материалы о политической обстановке в уездах, приказы по управлению и оперативные распоряжения, а также сведения о нижних чинах жандармских пунктов в уездах. Некоторые материалы удалось обнаружить в филиалах ГАСО: в фонде 63 ВФГАСО «Помощник начальника Саратовского губернского жандармского управления в Вольском, Хвалынском и Кузнецком уезде» и фонде 7 ПФГАСО «Николаевская уездная почтово-телеграфная контора. Документы общего делопроизводства», а также в фондах краеведческих музеев в Вольске и Балакове Саратовской области.

Сведения о создании и функционировании охранного отделения содержатся в в фонде 57 ГАСО «Саратовское охранное отделение». Фонд состоит по большей части из переписки по вопросам надзора и розыска, запросов о политической благонадежности разных лиц, сводок данных наружного наблюдения за лицами, принадлежащими к революционным организациям, а также из фотодокументов, находящихся, к сожалению, в ограниченном доступе. Фонды 469 «Самарское районное охранное отделение» ГАСамО и 51 «Поволжское районное охранное отделение» ГАСО являются прямыми продолжателями один другого, так как учрежденное в 1906 г. Поволжское районное охранное отделение было расположено в Самаре, а в 1909 г. перенесено в Саратов. Фонд 469 содержит обзорные материалы по политическим организациям Самары, больше розыскного свойства, в фонде 51 содержатся более обширные сведения о политической ситуации в Поволжском регионе, а также финансовые и кадровые отчеты, послужные списки филеров и сотрудников.

Значимый пласт источников содержится в фонде 1281 ГАСО «Документальные материалы по ликвидации дел Саратовского губернского жандармского управления при Саратовском губернском общественном комитете», представляющем коллекцию документов об организации работы по привлечению к ответственности личного состава бывших жандармских органов Саратовской губернии; и фонда Р-507 «Саратовский губернский революционный трибунал», в котором содержится переписка с прокурорами Саратовской судебной палаты, окружных судов и тюрьмами по розыску и аресту лиц, непосредственно работавших или сотрудничавших с органами политического сыска и обвинявшихся в политических преступлениях. В фонде 199 «Саратовская областная комиссия по сбору и изучению материалов по истории партии большевиков» в ГАНИСО содержится некоторый материал об агентах и провокаторах политического сыска Саратова. Фонд 81 «Губернское управление рабоче-крестьянской милиции административного отдела Саратовского губернского исполкома 1917–1930 гг.» из отдела спецфондов Информационного центра УВД Саратовской области содержит ряд ходатайств о восстановлении в правах гражданства СССР бывших полицейских служащих как по Саратову, так и по уездам.

Источники личного происхождения представлены мемуарами. Их можно разделить на два блока, границей между которыми выступает личное отношение к роли политического сыска в России начала XX в. Наиболее ценный материал можно почерпнуть из воспоминаний бывших руководителей Департамента полиции и его органов48: директора Департамента А. Т. Васильева; начальника Санкт-Петербургского охранного отделения, генерал-лейтенанта А. В. Герасимова; начальника Московского отделения, генерал-майора П. П. Заварзина; командира Отдельного корпуса жандармов, генерала В. Ф. Джунковского; начальника дворцовой агентуры, полковника А. Спиридовича; командира Отдельного корпуса жандармов, генерала П. Г. Курлова. Особый интерес представляют воспоминания руководителя Саратовского охранного отделения А. П. Мартынова49. Несмотря на определенную субъективность в освещении многих явлений борьбы политической полиции с революционным движением, мемуары позволяют получить более полное представление о руководителях политического сыска, а также о работе возглавляемых ими органов политической полиции.

Вторая группа представлена воспоминаниями некоторых бывших сотрудников охранки, перешедших на сторону большевиков. Богатый материал можно почерпнуть на страницах организованного В. Л. Бурцевым50 журнала «Былое»51, где печатались воспоминания бывших агентов, филеров, перлюстраторов; в мемуарах автора журнала52, в воспоминаниях видных большевиков, в том числе – Н. К. Крупской53. Общей чертой воспоминаний является их крайняя субъективность, что требует критического к ним отношения.

Делопроизводственные материалы частично опубликованы. Это преимущественно издания инструкций и циркуляров Департамента полиции и МВД, регулирующих различные стороны деятельности политического сыска. В 2006 г. вышел в свет сборник документов, посвященный методам оперативной деятельности политической полиции54. Форма целенаправленного тематического собрания документов различного характера – нормативного, обзорно-аналитического, оперативно-розыскного, позволяет, в частности, исследовать проблему использования политической полицией агентуры, во всей полноте. Отдельные сборники документов стали издаваться в последние несколько лет различными учебными заведениями юридической направленности55.

Среди публикаций можно выделить комментированные собрания документов: сборник «Большевики: документы по истории большевизма»56, подготовленный к печати в 1918 г., в котором, помимо секретных документов политической полиции, также есть статьи об агентах; дана подборка документов, посвященных заграничной агентуре, с анализом и комментариями С. Г. Сватикова57, В. К. Агафонова58. В 1917 г. М. А. Цявловский, член Московской организации РСДРП, опубликовал отчет начальника Московского охранного отделения о деятельности учреждения, а также представил список лиц, являвшихся секретными сотрудниками в 80-е гг. XIX в.59

В целом комплексный анализ разных групп источников и исторических исследований позволяет проследить процесс развития организации политической полиции на местном уровне, уточнить некоторые уже сформулированные в литературе положения, а также за счет неопубликованных архивных материалов обозначить и решить не возникающие до сих пор вопросы.

^ Хронологические рамки исследования. Работа охватывает период с 1902 по 1914 г. Начальная граница хронологических рамок связана с учреждением новых органов – охранных отделений, призванных заниматься исключительно политическим розыском. Конечные рамки обусловлены двумя факторами. Во-первых, началом Первой мировой войны, привнесшей свои коррективы в характер деятельности политической полиции России, которой пришлось бороться не только с антиправительственным движением, но и военным шпионажем. Кроме того, претерпела изменения и структура политической полиции на местах. В 1913 г. были ликвидированы охранные отделения, а в 1914 г. – районные охранные отделения, руководящие центры политического розыска в регионах. Таким образом, вся борьба с революционным движением вновь была сосредоточена в руках губернских жандармских управлений.

Необходимость анализа приемов работы политического сыска в динамике заставила не ограничиваться поставленными рамками в ряде вопросов. Например, внедрение агентуры в войска накануне войны, прекратилось к 1915 г., на что нельзя было не обратить внимания.

^ Географические рамки исследования соответствуют территориям современных Саратовской и Самарской областей и определены несколькими факторами. Во-первых, подразделения политической полиции в Саратовской и Самарской губерниях имели географически и структурно обусловленные связи, что позволяет выделить эти губернии в самостоятельный регион исследования. Также необходимо подчеркнуть, что центр координации руководства политическим розыском в масштабах Поволжского региона – районное охранное отделение, первоначально был создан в Самаре, а в 1909 г. был передислоцирован в Саратов.

Во-вторых, в деятельности местных революционных организаций двух соседних губерний было немало общего, что приводило порой к попыткам координации совместных действий.

Анализ борьбы политической полиции с революционным движением в масштабах региона позволит выявить соотношение субъективно-объективных факторов и их роль в этой борьбе.

^ Методологическая база исследования основана на системном подходе к рассмотрению исторических процессов, при котором объекты действия этих процессов изучаются в совокупности и с учетом взаимовлияния их друг на друга. В данном случае местные органы политического сыска являются одной из составляющих структур, участвовавших в глобальных исторических процессах, происходивших в России в начале XX в. – борьбе царского правительства за сохранение власти и революционной оппозиции за уничтожение существующего государственного строя. Усовершенствование функциональных обязанностей, структуры и приемов деятельности политической полиции происходило под влиянием развития революционного движения, которое, в свою очередь, отвечало на новые условия борьбы модернизацией собственных методов.

Следование микроисторическому подходу позволило рассмотреть объект исследования изнутри, учитывая специфику региона, выявить внутренние закономерности развития политического сыска, а также взаимосвязи местных органов политической полиции с административными, судебными и полицейскими структурами на местах. Совокупность единичных факторов в развитии исторических явлений, в частности, политического сыска в провинции, позволяет рассмотреть объект исследования во всем многообразии и максимально приближенно к объективности. Целостная и реалистичная картина исторического процесса складывается из множества взаимосвязанных явлений микроисторического характера.

В исследовании использован историко-сравнительный метод изучения, что позволило выявить и сопоставить как общие принципы деятельности политической полиции, так и региональную специфику органов политического сыска на местах, рассмотреть их деятельность в общей системе политического розыска Российской империи. Проблемно-хронологический метод определил структуру исследования, в которой тематические локальные комплексы информации выстроены системно и хронологически. Исследование построено на принципе историзма, который предполагает единство и непрерывность исторического процесса, а также изучение конкретного явления согласно исторической обусловленности, то есть в исторически сложившихся условиях существования объекта исследования. Источниковый анализ проводился согласно принципам объективности и критического подхода. Субъективность и ангажированность источников, особенно нарративного характера, подразумевает использование многоуровневой проверки информации.

^ Научная новизна диссертационного исследования:

  • рассмотрен процесс развития системы политического сыска на местах на материалах Саратовской и Самарской губерний, в структуре государственных институтов российской провинции начала XX в.;

  • выявлена практика подотчетности местных учреждений политической полиции по отношению к центральным органам в динамике, что позволило уточнить структурные связи между различными уровнями органов политического розыска в Российской империи;

  • дан анализ функциональных обязанностей местных органов политической полиции, позволивший выявить сферу компетенции губернских жандармских управлений и охранных отделений и установить определенные наложения некоторых обязанностей;

  • непосредственно документальными данными установлена функциональная связь между местными органами политической полиции и аппаратом губернской администрации, прокурорской службой и полицией;

  • сравнительный анализ документов областных архивов позволил проанализировать специфику условий создания и функционирования органов политического сыска в Саратовском и Самарском регионах (в первую очередь районного охранного отделения); а так же уточнить роль руководителей местных органов политической полиции в процессе создания и функционирования учреждений политического сыска;

  • установлен количественный состав служащих различных категорий саратовских и самарских учреждений политической полиции;

  • дан всесторонний анализ кадрового состава местных органов политической полиции по ряду параметров: сословная принадлежность, возраст, моральный облик, образование; выявлены прямые обязанности каждой категории служащих и предъявляемые к ним требования; рассмотрен вопрос о материальном обеспечении и системе поощрения;

  • уточнена специфика осуществления местными органами политической полиции приема перлюстрации;





страница1/3
Дата конвертации18.12.2012
Размер0.64 Mb.
ТипАвтореферат
  1   2   3
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы