Книга первая icon

Книга первая



Смотрите также:
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   18
^

Глава сорок шестая

МЫШИНАЯ КРОВУШКА? ОТЛИЧНО!



Десперо стоял на самом верху лестницы и вглядывался в ожидавший его мрак.

– Ой, – сказал он себе. – Ой…

Он и забыл, что в подземелье так темно. А ещё он забыл эту ужасную вонь – запах крыс, смешанный с запахом страдания.

Но в сердце его пылала любовь к принцессе, в животе булькал толстухин бульон, и Десперо чувствовал себя сильным и отважным. Поэтому, не предаваясь унынию, он приступил к сложнейшей процедуре: начал спускать катушку по узким крутым ступеням.

Всё ниже, ниже, ниже спускался Десперо Тиллинг вместе с катушкой красных ниток. Но как же медленно, как нестерпимо медленно это происходило! И какая тьма, какая кромешная тьма здесь царила!

– Расскажу-ка я себе сказку, – решил Десперо. – Хоть не так мрачно будет на душе. Так… с чего же начать? Ага, начало будет такое: Однажды жил да был… Да, точно. Однажды жил да был мышонок. Очень маленький, совсем крошечный. А ещё жила-была принцесса. Не мышиная, а человеческая. Звали её Горошинка. И так случилось, что судьба назначила этому мышонку испытание. Он должен был служить принцессе верой и правдой и спасти её из заточения, из ужасной мрачной темницы.

Собственная сказка изрядно приободрила Десперо. Глаза его потихоньку привыкали к темноте, и он спускался теперь по ступеням куда быстрее и увереннее, шепча себе под нос продолжение сказки – про злобного крыса, толстую девочку-служанку, прекрасную принцессу, храброго мышонка, суп и катушку с красными нитками. На самом деле, читатель, его сказка была очень похожа на ту, что ты читаешь сейчас. И она вселяла в Десперо всё новые и новые силы.

И вот, в какой-то момент, он эти силы не рассчитал. Он толкнул катушку слишком сильно, и она, стремясь побыстрее выполнить свою благородную миссию по спасению принцессы, покатилась вниз – одна, без мышонка.

– Нет! Стой! – закричал Десперо и со всех ног устремился следом.

Но катушка скакала со ступеньки на ступеньку всё быстрее и быстрее. Десперо остался далеко позади, а катушка всё летела, не разбирая дороги. И вот, достигнув подножия лестницы, она покатилась по полу, покатилась-покатилась и – прикатилась прямиком в кривые крысиные лапы.

– Так-так, что тут нам попалось? – спросил одноухий крыс у катушки и тут же ответил себе сам: – К нам прикатилась замечательная катушечка с замечательной красной ниточкой. Для крыс это означает только одно.

Боттичелли Угрызалло поднял голову и втянул носом воздух.

– Я чую… Что я чую? Нет, быть этого не может! Но тем не менее. Пахнет супом! Странно… – Он снова принюхался. – Ещё пахнет слезами. Человеческими. Замечательно. А ещё я чую… – Он задрал голову повыше и втянул в себя побольше воздуха. – Я чую запах муки и подсолнечного масла. Сколько же тут всего намешано! Вопрос – что стоит за всеми этими запахами? Вот именно! Мышиная кровушка! Несомненно! Неоспоримо! Ха-ха! К нам идёт мышь!

Боттичелли снова посмотрел на катушку и, ухмыльнувшись, легонько подтолкнул её лапой.

– Красная нить! Да! Несомненно! Жизнь в этом подземелье и так пошла славная, а тут ещё такой подарок! К нам пожаловала мышь!


^

Глава сорок седьмая

ВЫБОРА НЕТ



Десперо стоял на ступенях. Его била дрожь. Катушка, судя по всему, ускакала безвозвратно – её не видно и не слышно. Эх, он ведь мог привязать конец нитки к поясу, мог… А теперь уже слишком поздно.

Он вдруг осознал всю безнадёжность своего положения. Он всего лишь мышонок, крошечный мышонок, он весит жалких пятьдесят граммов, а вокруг – тьма и кишащий крысами лабиринт. И всё его оружие – привешенная к поясу иголка. Но ему непременно надо найти принцессу! Найти и спасти.

– Я не смогу, – произнёс он в тёмное никуда. – У меня ничего не выйдет…

Он стоял, не смея и шагу ступить.

– Надо возвращаться, – сказал он себе.

Но не двинулся с места.

– Надо вернуться наверх, – повторил он.

И шагнул назад.

– Нет, не могу. Назад нельзя. У меня нет выбора. Нет выбора.

И он сделал шаг вперёд. А потом ещё один.

«Нет выбора, – выстукивало его сердце, пока он спускался по лестнице. – Нет выбора, нет выбора, нет выбора…»

А внизу, у лестницы, его поджидал Боттичелли Угрызалло. Едва Десперо одолел последнюю ступеньку, одноухий крыс окликнул его, точно повстречал старого друга:

– Наконец-то! Я уж тебя заждался!

Десперо разглядел во мраке тёмный силуэт крысы. Ну вот. То, чего он так боялся, то, что приводило его в такой ужас, подступило неотвратимо.

– Добро пожаловать! Добро пожаловать! – произнёс Боттичелли.

Десперо положил лапку на иголку.

– Ой, мы ещё и вооружены! Очаровательно! – сказал Боттичелли и поднял лапы вверх. – Сдаюсь, сдаюсь.

– Я… – начал Десперо.

– Ты, – закивал Боттичелли. Крыс снял медальон и начал раскачивать его взад-вперёд. – Продолжай. Внимательно тебя слушаю.

– Я не хочу причинить тебе зло, – проговорил Десперо. – Мне просто надо пройти. Мимо тебя. Я принял вызов судьбы.

– Неужели? Как интересно! Мышонок принял вызов судьбы. – Медальон всё раскачивался. Взад-вперёд, взад-вперёд. – И куда же она тебя вызвала?

– Я должен спасти принцессу.

– Принцессу, – повторил Боттичелли. – Принцессу-принцессочку. Что-то в последнее время о ней слишком много разговоров. Сюда, знаешь ли, вся королевская рать приходила, искали её. Само собой, не нашли. А теперь к нам пожаловал мышонок. Он принял вызов судьбы и заявился искать принцессу.

– Да, – сказал мышонок и попробовал обойти Ботичелли слева.

– А ты занятный. – Боттичелли лениво, словно нехотя, заступил ему путь. – Куда ж ты так торопишься?

– Но мне надо… – пролепетал Десперо. – Я правда тороплюсь…

– Да-да, разумеется. Ты должен спасти принцессу. Это я уяснил. Но чтобы спасти её, ты сперва должен её найти, верно?

– Верно, – подтвердил Десперо.

– А что, если я знаю, где она? – сказал Боттичелли. – Более того, я готов отвести тебя прямиком туда, где она находится.

– Правда? – дрожащим голосом переспросил Десперо. Он был в нерешительности, и лапка его, сжимавшая иглу, дрогнула. – А почему ты решил мне помочь?

– Почему, спрашиваешь? А почему нет? Хочу сделать доброе дело. Для человечества. Внести свою лепту в спасение принцессы.

– Но ты же…

– Крыса, – подсказал Боттичелли. – Именно. Я крыса. И твоя др-др-дрожь подтверждает, что твоих непомерно длинных ушей достигли слухи о том, что мы, крысы, якобы злы и кровожадны. Так вот, эти слухи изрядно преувеличены.

– Да, я слышал… – сказал Десперо.

– Если ты, – произнёс Боттичелли, раскачивая медальон, – разрешишь мне оказать тебе эту услугу, на самом деле это будет услуга не тебе, а мне. Я, конечно, помогу тебе и принцессе, но главное – моя доброта и бескорыстность помогут развеять миф о крысах, который преследует нас везде и всюду. Так как, ты позволишь тебе помочь? Ты позволишь мне помочь самому себе и моим соплеменникам?

Читатель, как ты думаешь, это была уловка?

Разумеется.

Крыс Боттичелли Угрызалло никому на самом деле не хотел помогать. Совсем наоборот. Ты же помнишь, что он любил больше всего на свете? Он любил причинять боль и страдания. И сейчас он ужасно хотел помучить этого крошечного мышонка. А как сделать это сподручнее всего?

Вот именно! Отвести его туда, куда он так стремится. Прямиком к принцессе. Пусть сбудется его заветное желание, пусть он увидит свою любовь, а уж потом умрёт. Мышонок после этого будет намного, намного вкуснее! Мышонок, щедро сдобренный надеждами и горькими слезами, белой мукой и подсолнечным маслом! Мышонок, сдобренный несчастной любовью!

– Друг мой, меня зовут Боттичелли Угрызалло. И ты можешь мне доверять. Ты должен мне доверять. А как зовут тебя?

– Десперо. Десперо Тиллинг.

– Десперо Тиллинг, оставь в покое иглу и пойдём со мной.

Десперо испытующе посмотрел на крыса.

– Пойдём, пойдём, – продолжал тот. – И сними лапу с иглы. Лучше цепляйся за мой хвост. Я отведу тебя к принцессе. Обещаю.

Читатель, припомни-ка, крысы выполняют свои обещания? И чего эти обещания стоят?

Вот именно. Ничегошеньки. Крысам доверять нельзя.

Но тогда я задам тебе другой вопрос: был ли у Десперо выбор? Было ли ему за что ухватиться, кроме хвоста Боттичелли Угрызалло?

Ты снова прав. Ухватиться ему было не за что.

Мышонок протянул лапку. И ухватился за крысиный хвост.


^

Глава сорок восьмая

НА КРЫСИНОМ ХВОСТЕ



Читатель, ты когда-нибудь трогал крысиный хвост? Ощущение пренеприятное: точно трогаешь длинную, холодную, покрытую чешуйками змею. Но это ещё полбеды. Гораздо хуже, когда ты всецело зависишь от этой самой крысы и она обещает тебе помочь, но в глубине души ты знаешь, что ничего доброго из этой затеи не выйдет, и, цепляясь за крысиный хвост, ты летишь навстречу собственной гибели. Но… Цепляться-то больше не за что. И это ужасно.

Десперо ухватился за хвост Боттичелли Угрызалло. И одноухий крыс поволок его за собой – всё дальше и дальше в недра подземелья.

К этому времени глаза Десперо вполне привыкли к темноте, и он отлично видел всё вокруг. Но лучше бы он ничего не видел, потому что окружающее было ужасно, так ужасно, что сердце мышонка окончательно ушло в пятки.

Что же он увидел?

Он увидел, что весь пол в подземелье устлан клочьями шерсти, обрывками красных ниток и скелетами мышей. Да-да, повсюду во тьме белели обглоданные мышиные косточки! А ещё в бесконечном лабиринте, по которому его тащил Боттичелли, попадались скелеты людей – с оскаленными, хохочущими черепами и простёртыми вперёд тонкими костями пальцев, словно они пытались указать на правду, сокрытую неизвестно где. Правду, которую на самом деле лучше не знать.

Десперо зажмурился.

Но это не помогло. Кости, клочья шерсти, обрывки красных ниток и отчаянье. Даже с закрытыми глазами он видел всё это как наяву.

– Ха-ха! Вот именно! – приговаривал Боттичелли, заворачивая за очередной, бессчётный уже, угол.

То, что открывалось взору Десперо за каждым новым углом, страшило и угнетало, но ещё страшнее было оглянуться. Сзади бежали крысы: злобные, голодные, алчущие добычи. Задрав морды кверху, они жадно принюхивались.

– Мышью пахнет! – ликующе, нараспев проговорила одна крыса им вслед.

– Верно, пахнет мышью! – подхватила другая. – И ещё чем-то…

– Супом! – выкрикнула третья.

– Да! Да! Супом! – заверещали крысы нестройным хором.

– Кровью! – гаркнула ещё одна крыса, перекрикивая остальных.

– Кровью! – дружно грянули крысы. – Кровью.

И запели:

^ Мышечка, мышулечка,

мышунечка, мышушенька!

Свеженькая, с кровушкой,

и супчиком приправлена…

– Чур моё! – шикнул на них Боттичелли. – Это моя мышь, достопочтенные дамы и господа. Прошу не посягать на мою собственность!

– Господин Угрызалло! – прошептал Десперо, глядя назад, на толпу ухмыляющихся красноглазых крыс. Он снова зажмурился и, не раскрывая глаз, закричал: – Господин Угрызалло!

– Что? – отозвался Боттичелли.

– Господин Угрызалло! – повторил Десперо. И заплакал. Он просто не мог удержаться. – Пожалуйста! Принцесса… Вы обещали…

– Слёзы! – завопили крысы. – Пахнет слезами! Мышиными слезами!

– Вы обещали! – закричал Десперо.

– Дружок! – проговорил Боттичелли Угрызалло. – Мой маленький друг Десперо Тиллинг. Я обещал отвести тебя к принцессе. И я своё обещание сдержу.

Он остановился.

– Посмотри вперёд! – велел он Десперо. – Что ты там видишь? Мышонок открыл глаза. И опешил.

– Свет!

– Вот именно, – сказал Боттичелли, – Свет.


^

Глава сорок девятая

ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ, МИГГЕРИ СОУ?



Теперь, читатель, мы с тобой вынуждены сделать небольшое отступление. Надо же выяснить, что произошло с крысом Роскуро, девочкой-служанкой и девочкой-принцессой в подземелье до того, как туда попал Десперо.

А случилось с ними вот что. Роскуро привёл Мигг и Горошинку в самые недра подземелья и там, в потайной келье, велел служанке заковать принцессу в кандалы.

– Ух ты! – удивилась Мигг. – Как же она будет учиться? В цепях-то несподручно.

– Не стоит со мной спорить, – оборвал её Роскуро.

– Может, мы с ней прежде одёжками обменяемся? – предложила Мигг. – Ну, чтоб она сразу привыкала быть мной, а я – что я принцессочка.

– Разумеется, – кивнул Роскуро. – Прекрасная идея, мисс Миггери. Принцесса, снимите-ка свою корону и отдайте служанке.

Горошинка со вздохом отдала Миггери корону. Мигг тут же её напялила, но корона оказалась слишком велика для её небольшой головы и и соскользнула ниже – на её многострадальные уши.

– Ух ты! – ойкнула Мигг. – Большая-то какая! И ушам больно.

– Ничего, привыкнешь. – Роскуро резко перешёл на «ты».

– Как? Как я выгляжу? – Миггери уже смирилась с болью и заулыбалась.

– Как ты выглядишь? – переспросил Роскуро. – Нелепо. По-дурацки.

Мигг захлопала глазами. На них мгновенно выступили слёзы.

– Значит, я не похожа на принцессочку?

– Значит, что тебе никогда, во веки веков не бывать принцессой, даже если ты нахлобучишь на свою жалкую башку самую большую корону в мире. Ты просто дурочка, дурочкой и останешься. А теперь, чтоб от тебя была хоть какая-то польза, пошевеливайся. Закуй принцессу в кандалы. Бал-маскарад окончен.

Горестно всхлипывая, Мигг принялась разбирать лежавшую на полу груду цепей.

– Принцесса! – провозгласил Роскуро. – Боюсь, для вас тоже настал момент истины. Сейчас вы узнаете, какое будущее вас ожидает. Когда я достиг света, именно вы сослали меня обратно в подземелье. И теперь я приговариваю вас к пожизненному заточению. Вы останетесь во мраке навсегда.

Мигг подняла голову.

– Разве она не вернётся наверх? Не будет моей горничной?

– Нет, – отрезал Роскуро.

– А я-то как? Буду принцессочкой?

– Нет.

– Но я хочу быть принцессочкой!

– Да какая разница, чего ты хочешь? Кого это волнует?

Читатель, ты ведь знаешь, что за свою короткую жизнь Мигг слышала это уже много раз. Но здесь, в подземелье, она наконец осознала, что ни она сама, ни её желания и вправду никого не волнуют. Да, этот крыс прав! До её желаний никому нет дела. И никогда не было. И, что хуже всего, в будущем её ждёт то же самое…

– Но я хочу!.. – закричала Мигг и зарыдала.

– Тише, – мягко сказала принцесса. – Не надо плакать.

– Заткнитесь! – скомандовал Роскуро им обеим.

– Я хочу… – всхлипывала Мигг. – Я хочу… Я хочу…

– Чего ты хочешь, Мигг? – ласково спросила принцесса.

– Чё? – Мигг, по обыкновению, не расслышала.

– Чего ты хочешь, Миггери Coy? – громко повторила принцесса.

– Не смейте её ни о чём спрашивать! – забеспокоился Роскуро. – Замолчите!

Но было слишком поздно. Вопрос уже прозвучал. И Мигг его услышала – впервые в жизни! Вселенная замерла, и всё сущее в ней притихло в ожидании. Мир жаждал узнать, чего хочет Миггери Coy.

– Я хочу… – пролепетала Мигг.

– Чего же? – снова спросила Горошинка.

– Я хочу к маме! – выкрикнула Мигг замершему в ожидании миру. – Я хочу к мамочке моей!

– Я так тебя понимаю… – Принцесса протянула девочке руку.

Та доверчиво сунула ей свою ладошку.

– Я тоже хочу к маме, – тихонько сказала Горошинка и сжала руку Миггери Coy.

– Прекратите! – заверещал Роскуро. – Немедленно надень на неё кандалы! Закуй её в цепи!

– Ух ты, разбежался! – возмутилась Мигг. – Ни за что её не трону. И ты меня не заставишь! У меня ведь ножик есть, помнишь?

Она занесла нож над головой.

– Дурёха! Если твоя пустая башка хоть чуточку соображает, – произнёс Роскуро, – хотя я в этом глубоко сомневаюсь, ты меня не то что ножом – пальцем не тронешь. Как вы выберетесь из этого подземелья без моей помощи? Помрёте тут обе с голоду. Или ещё того хуже…

– Ух ты! И правда! – сказала Мигг. – Тогда давай веди нас наверх, а не то искромсаю тебя сейчас на мелкие кусочки.

– И не подумаю, – заявил крыс. – Принцесса останется здесь, во тьме. А ты, Мигг, делай как знаешь. Можешь остаться с ней.

– Но я хочу наверх, – сказала девочка.

– Мигг, его бесполезно уговаривать, – заметила принцесса. – Разве что он вдруг сам передумает.

– Не передумаю, – отрезал Роскуро. – Ни за что.

– Ух ты… Чё делать-то? – выдохнула Мигг и опустила занесённый нож.

Так они и остались сидеть в подземелье – крыс, принцесса и девочка-служанка. А наверху тем временем взошло солнце, прокатилось колесом по небу, скрылось за горизонтом, и снова наступила ночь. Они сидели и сидели, одна свечка догорела, и пришлось зажечь другую. А они всё сидели глубоко-глубоко под землёй.

Читатель, честно говоря, они сидели бы там до сих пор, не появись наконец Десперо.


^

Глава пятидесятая

ПРИНЦЕССА ПОМНИТ ЕГО ИМЯ



– Принцесса! – воскликнул Десперо. – Принцесса Горошинка! Я пришёл вас спасти!

Услышав своё имя, принцесса подняла голову.

– Десперо, – прошептала она. А потом громко закричала: – Десперо!

Читатель, поверь, когда твоё имя произносит тот, кого ты любишь, – это самое большое счастье на свете.

Самое большое.

В этот миг Десперо понял, что всё было не зря: он не зря потерял хвост, не зря был сослан в это подземелье, не зря отсюда выбрался и не зря вернулся сюда снова – уже по своей воле.

Он бросился к принцессе.

Но путь ему, скаля зубы, заступил Роскуро.

– Нет! Не трогай его! – воскликнула принцесса. – Он мой друг!

– Не бойтесь, принцессочка! – вскинулась Мигг. – Я не дам мышанечку в обиду.

Она снова схватилась за нож. И отсекла бы Роскуро голову, но немного промахнулась.

– Тьфу ты! – охнула Миггери Coy.


^

Глава пятьдесят первая

ЧЕМ ЭТО ПАХНЕТ?



– Уаааааауууу! – взвыл Роскуро и оглянулся посмотреть на то место, где только что был его хвост.

В этот миг Десперо, выхватив иглу из-за пояса, наставил её остриё туда, где у крыс положено быть сердцу.

– Не шевелись! – сказал он. – Убью!

– Ха-ха-ха! – расхохотался Боттичелли Угрызалло, до сих пор державшийся в тени. – Браво-браво! Мышонок вознамерился убить крысу. – Он громко стеганул хвостом по полу в знак одобрения. – Какой захватывающий сюжет! Даже занятнее, чем я предполагал. Как же я люблю, когда к нам в подземелье попадают мыши!

– Пропустите! Дайте взглянуть! – зашумели крысы.

Задние толкались и напирали на передних.

– Да уймитесь вы! – шикнул на них Боттичелли. – Не мешайте рыцарю сделать своё дело.

Десперо стоял, наставив дрожащий кончик иглы на сердце Роскуро. Он понимал: его рыцарский долг – защитить принцессу. Но поможет ли тут убийство? Отступит ли тьма, если он убьёт Роскуро?

Задумавшись, Десперо наклонил голову. Слегка, самую чуточку. И его длинные усики ненароком коснулись крысиного носа. Роскуро принюхался.

– Чем это пахнет? – спросил он.

– Мышиной кровушкой! – облизнулась крыса, стоявшая ближе всех.

– Кровью и косточками! – радостно гаркнула другая крыса.

– Ты чуешь слёзы, – подсказал Боттичелли. – Слёзы и несчастную любовь.

– Это я без вас понимаю» – огрызнулся Роскуро. – Но пахнет ещё чем-то…

Он снова принюхался.

Запах супа захлестнул его, точно гигантская волна, и на гребне этой волны ему вспомнилось всё: солнечный свет, хрустальная люстра, музыка, смех, всё-всё, что никогда ни при каких обстоятельствах не станет частью его жизни. Потому что он – крыса.

– Суп! – простонал Роскуро.

И заплакал.

– Фи! – поморщился Боттичелли.

– Фу! Фу! Фу! – зафыркали и зашикали остальные крысы.

– Убей меня! – взмолился Роскуро и упал на колени перед Десперо. – У меня всё равно ничего не получится. Мне просто хотелось света… потому я и привёл сюда принцессу… Я хотел красоты и света… хоть немножко… для себя…

– Давай же, убей его! – подзуживал Боттичелли. – Это не крыса, а недоразумение! Он плачет. Он позорит наш род!

– Не надо, Десперо, – сказала принцесса. – Не убивай его. Пожалуйста.

Десперо опустил иголку. И повернулся к принцессе.

– Что же ты? – возмутился Боттичелли. – Убей его! Убей скорее! Все вы тут жалкие слюнтяи! Аж тошно от вас становится. Совсем аппетит испортили.

– Ух ты! – воскликнула Мигг. – Да я сама его сейчас убью!

– Нет! Погоди! – воскликнула принцесса. – Роскуро, – обратилась она к плачущему крысу.

– Что? – отозвался он.

Из глаз его градом катились слёзы. Они стекали по его усам и часто-часто капали на пол.

Глубоко вздохнув, принцесса сжала руки у груди.

Знаешь, читатель, я думаю, что Горошинку в этот момент обуревали такие же сложные ощущения, как Десперо, когда у него просил прощения родной папа. Она вдруг поняла, как хрупко её собственное сердце и сколько в нём чёрных, недобрых чувств, которые, не переставая, борются с чувствами светлыми и добрыми. Ей очень не нравился этот крыс. И конечно же она никогда не сможет его полюбить. И всё же… Горошинка знала, как надо поступить, чтобы спасти своё сердце.

Поэтому она сказала своему врагу такие слова:

– Роскуро, ты хочешь супа?

Крыс всхлипнул и принюхался.

– Не мучайте меня, – пробормотал он.

– Обещаю тебе! – объявила принцесса. – Если ты выведешь нас отсюда, я велю Поварихе приготовить для тебя суп. И ты сможешь есть его в банкетном зале.

– Эй! А мы? Мы тоже хотим есть! Отдайте нам мышонка! Пора закусить! – загалдели крысы.

– Да кому он теперь нужен? – негодующе сказал Боттичелли. – У него ж весь вкус испорчен. Он приправлен добротой и всепрощением! Это несъедобно! Я к нему и не притронусь.

– Суп? В банкетном зале? – переспросил Роскуро у принцессы.

– Да, – ответила Горошинка.

– Честно?

– Честно. Честное слово.

– Ух ты! – воскликнула Мигг. – Суп же теперь вне закона!

– Но суп – это очень вкусно, – сказал Десперо.

– Конечно, – согласилась Горошинка. – Нет ничего вкуснее супа.

Она присела на корточки перед Десперо.

– Ты – мой рыцарь! – сказала она ему. – Рыцарь с сияющей иглой. Я так рада, что ты меня нашёл. Пойдём наверх и поедим супа.

И знаешь, читатель, они так и сделали.


^

Глава пятьдесят вторая

СТАЛИ ЖИТЬ-ПОЖИВАТЬ…



Читатель, ты, конечно, хочешь узнать, все ли стали жить-поживать и добра наживать. Верно?

Ответ: и да и нет.

Ну, например, Роскуро. Прожил ли он счастливую жизнь?.. Как бы это поточнее объяснить? Принцесса Горошинка дала ему свободный доступ во все покои королевского замка. Он мог беспрепятственно подниматься из подземелья на свет и так же беспрепятственно возвращаться во мрак. Но, увы, он так и не нашёл счастья – ни там, ни здесь. Боюсь, такая печальная судьба ждёт любого, чьё сердце сначала разбилось, а потом срослось, но только криво… Впрочем, крыс Роскуро раскаялся, а это уже многого стоит. Он сумел дать немного света и счастья – пусть не себе, но кому-то другому.

Каким образом?

Читатель, Роскуро рассказал принцессе об узнике, у которого когда-то была красная скатерть. И принцесса распорядилась его освободить. Роскуро вывел его из подземелья, наверх – к его дочке Миггери Coy. Как ты понимаешь, сама Мигг принцессой так и не стала, но её папа до конца своих дней обращался с ней как с принцессой. Он очень хотел загладить свою вину за то, что когда-то продал дочку за скатерть, курицу-несушку и пригоршню сигарет.

А как же Десперо? Он-то стал жить-поживать и добра наживать? Ну, если эти слова непременно означают свадьбу, то – нет. Десперо не женился на принцессе Горошинке. Мышонок не может жениться на прекрасной девушке. Так не бывает даже в причудливом мире этой сказки.

Но зато, читатель, они могут быть добрыми друзьями.

И они действительно очень подружились. И прошли вместе через множество приключений. Но это уже совсем другая, новая история. А наша сказка, читатель, подошла к концу.

Но прежде чем ты закроешь книгу, представь такую картину.

Банкетный зал. В самом центре стоит стол. Вокруг стола сидят любящий король-папа, сияющая как звезда принцесса, служанка в короне и крыса с ложкой на голове. Посреди стола стоит огромная кастрюля с супом. Ну а на самом почётном месте, возле принцессы, восседает мышонок, крошечный мышонок с огромными ушами.

Да, забыла – из-за пыльной бархатной портьеры ошеломлённо таращатся ещё четыре мышки.

– Mon Dieu! Вы только поглядите! – восклицает Антуанетта. – Он жив! Он жив! И, кажется, очень счастлив.

– Он простил меня, – шепчет Лестер.

– Ну и фрукт! – говорит Ферло. – Глазам не верю!

– Всё так и должно быть! – приговаривает Ховис, Ниточных дел мастер, и довольно улыбается. – Всё правильно.

Да, читатель. Всё правильно.

Ты согласен?


ПОСЛЕСЛОВИЕ




Помнишь, как, попав первый раз в подземелье, Десперо сидел на ладони у тюремщика Грегори и нашёптывал ему на ухо сказку?

Представь, что я тоже мышонок и я нашёптываю тебе на ухо эту сказку. Я делаю это искренне, от всего сердца, потому что хочу спастись, выбраться из мрака и вывести оттуда тебя.

«Сказки – это свет», – говорил тюремщик Грегори мышонку Десперо.

Читатель, я очень надеюсь, что эта сказка добавила в твою жизнь немного света.






страница18/18
Дата конвертации22.12.2012
Размер1,14 Mb.
ТипКнига
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   18
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы