«Промышленный регион» icon

«Промышленный регион»



Смотрите также:
1   2   3   4

^ Анализ расстановочной игры Ближайшее будущее Екатеринбурга 2014, выживание и развитие проекта Форсайтный клуб


Выводы:

  1. Американская составляющая сегодня не оказывает на онтологические процессы в Екатеринбурге серьезного влияния, московский крен во всеобщую регламентацию, обессмысливание и управление вызывает законный протест и межевание проекта Форсайт-Клуба с Москвой (в любых лицах).

  2. Местная власть и бизнес не мешают проекту и представляют собой пассивно заинтересованных акторов.

  3. За время существования проекта 2011-2014 год авторитеты, начинающие проект, сохранились авторитетами, вторую линию не создали, но обросли активной периферией.

  4. Последний факт требует рефлексии Проекта. Если мышление руководителей не развивается вместе с проектом и не создает другие авторитетные организованности, то кризис Грейнера не за горами.

  5. В игре участвовали отдельными субъектами Ученые, представители РАН и уральский федеральный университет, как инновационное образование.

  6. Порадовали сотрудники РАН: они сохранили честь советской науки, заявив необходимость заниматься стратегической, а не локально онтологической деятельностью вокруг образов Будущего.

  7. Проект Инновационного Университета попал в ловушку коммуникации, заявив сразу пять конференций по Будущему в год и полностью упустил на этом образовательный процесс. Очень удачно, что это случилось в игре – предостережение для реальной жизни. Университет сегодня должен иметь баланс трех базовых процессов: коммуникации возрастов вокруг фокусов знаний, передачи (трансляции) смыслов и знаний, то есть собственно обучения, и деятельности, которой сегодня в Университетах нет.

  8. Последний вывод связан с тем, что в период кризиса ключевая деятельность – инженерная выхолащивается, а на ее смену ничего не приходит, пока новая деятельность не будет рождена через «прыжок в ничто» или через длинное отступление (технологические темные века).

  9. В данной игре новая деятельность ожидалась и появилась в неоформленном виде

  10. Самозаявление смыслового символа Урала – Хозяйки Медной Горы было значимо с двух позиций: мифологической и деятельностной.

  11. Миф жив, он принят людьми, и даже научное сообщество осознает его привлекательность. Образ Хозяйки оставляет надежду на «новое мастерство».

  12. Это «новое мастерство» возникло нехотя, но позиция игрока была однозначно зависима от смыслов (что мне скажут, то я и буду делать!).

  13. Проблема современной инженерии состоит в том, что инженер не уважаем, не оплачиваем и вытесняется менеджером, управленцем, для которого инженерный процесс виртуален. Менеджеру все равно, что будет сделано, лишь бы выросли экономические показатели и его собственное вознаграждение.

  14. Следует, однако, отметить, что и инженерия не собирается воспринимать новое онтологическое и стратегическое, и находится в оппозиции к постиндустриальным стандартам.

  15. Игрок в данной ситуации был готов слушать указания от проекта, что ему делать. Это означает, что властители смысла могут к 2014-му году получить инженерные руки по преобразованию Будущего.

  16. Понятно также и то, что власть вместе с менеджерами и другими управленцами в тот момент, когда возникнет единство инженеров и мыслителей о будущем (как оно должно быть устроено), потеряет часть своих функций. В игре к власти присоединился Университет, что указывает на серьезную зависимость всех образовательных проектов от Голема.

  17. Вы можете войти в любое учебное заведение, предложить им проект коренной реформации и наткнетесь на утверждение: ой, нам никогда этого не позволят свои или городские власти.

  18. Бизнес давно не имеет этих страхов. Идет и договаривается с властями. Это было полностью отрефлектировано и отыграно игроком за власть.

  19. Несколько таких же безжизненных утверждений встречались и на лекции: а кто ж нам даст, денег, воли, разрешения? Понятно, что в борьбе за будущее эти разрешения или игнорируют или получают. В игре Проект Форсайт-Клуба ни у кого разрешений не спрашивал, а коммуникационных договоренностей по усмотрению достиг с бизнесом, а также с частью профессоров – сторонников второй жизни, как второго шанса на молодость. В проект также вошли инженеры нового типа.

  20. Были локальные сомневающиеся, но они, скорее, были заинтересованы проектом. Молодежь, например, нуждалась в том, чтобы ее позвали и рассказали понятное. Проект со стороны воспринимался как проект неких Странников.

  21. Был игрок, который отразил ту часть населения (причем, бизнес-слой), которая, увидев проект, признала его полную несостоятельность своим запросам и уехала в далекий Таиланд, подальше от взбесившейся Родины и подальше от американского «недремлющего ока». Юмор игры заключался в том, что, благодаря глобализации, американское око их не оставило, а догнало и в Таиланде.

  22. Во время игры все первые креативные площадки были уничтожены самими же акторами проекта и прочими обывателями. После игры оставалась одна креативная площадка, созданная после первых неудач и информационно близкая к профессорам РАН. Условно можно сделать вывод, что возможна инсталляция обучающего креативного проекта вокруг геологии и музея минералогии.

  23. Среди акторов проекта Форсайт-Клуба была замечена дефициентность в донесении своих смыслов до аудитории. Люди были готовы воплощать онтологию, философию, образы будущего в жизнь, а не производить метафоры из метафор, опираясь на энергетическое единство целей группы.

  24. При этом следует учесть, что никаких других соразмерных акторов Будущего не возникло, а к группе сочувствующих присоединился московский центр прогнозирования.

  25. Следует заметить, что в процессе игры прозвучали два отчетливо заявленных проекта: «Вторая молодость» и «Инновационный Университет». При этом один проект возник внутри Форсайт-Клуба, а другой вырос в Университете.

  26. Сергей Переслегин, который играл публициста, представителя Санкт-Петербургской школы прогнозирования и автора новой энциклопедии знаниевых фокусов чувствовал себя в игре лишним, не нужным и на проект Форсайт-Клуба не влиял. Это – возможность и предостережение относительно расхождения двух клубов в начале пути.


^ Некоторые заметки по когнитивному проектированию


Многие заказчики и представители групп, заинтересованных в будущем, или, хотя бы, в изменении настоящего, а также слушатели лекций по прогностике спрашивают: «А что нам с этим делать? Или: Как это все можно продать? Или: В чем собственно продукт или проект?».

На опыте работы с прогностическими группами в разных городах можно обобщить ответы до следующих тезисов:


Первое: прогнозирование есть управленческая техника, задача прогноза – быть рамкой управленческого решения, ограничением управленческого решения или провокацией управленческого решения о деятельности


Второе: управленец любого уровня принимает решение о том, что и как делать, а вовсе не прогнозист. Прогнозист не знает и не умеет этого, в крайнем случае, он может указать на аналоги и прототипы деятельностей, которые на других территориях были предприняты или запрещены вследствие знакомства с прогнозом.


Третье: прогнозирование – это процесс, который не может осуществляться издалека, по интернету, по газетам и статистическим данным. Люди, смыслы над территорией, постройки и помойки имеют такое же серьезное значение как показатели финансовой деятельности региона или города. Всегда есть риск потерять значимый сценарий территории, если делать форсайт только в кабинете Заказчика. Нужны общественные слушания, игры, диалоги.


Четвертое: основным результатом прогностической работы, любого форсайта на территории является образ будущего в виде трехголового дракона, хотя бы: первая голова – базовый сценарий, прописанный и хорошо известный, вторая голова – сценарий быстрых кардинальных перемен к лучшему, третья голова – катастрофический сценарий отступления от качества жизни.


Пятое: инициативная группа, оставленная на территории после лекций и форсайтной работы, может начать реализацию кардинального сценария и, тем самым, - борьбы за будущее в трех позициях: в поле трансляции возможности такого будущего и его привлекательности, в поле моды на прогностическое образование, как личностной развитости, в поле городской среды в виде нового типа пространств и нового типа продуктов, рекламирующих образ будущего или его отдельные инновации.


Шестое: бессмысленными являются призывы бизнеса на тему: «а заинтересуйте нас? а покажите, как это работает?» «Это» никак не работает в языке бизнесмена. В лучшем случаи подходит пример косвенной рекламы, да и то с большой натяжкой. Результаты работы форсайта можно увидеть совсем не в сфере его адептов, а в молодежной среде, причем самой мажорной, в бизнесе, теряющем доход, и даже в чиновничьих кругах, перепуганных возможностью предстоящего увольнения. Будущее не нужно тем, у кого все схвачено: есть деньги и ресурсы. Исключение составляет богатая молодежь, которой все надоело, и они могут сделать «что-нибудь эдакое».


Седьмое: форсайтный клуб может вести несколько видов деятельности на территории после изготовления и открытого обсуждения форсайтных документов. Это – рекламирование нового образа будущего для своей территории лично или через сопутствующие продукты с образами этого будущего. Это – образовательная и ознакомительная деятельность, включающая игровые семинары и знаниевые машинки. Это – экспертная деятельность, если клуб имеет своих экспертов. Это – создание компьютерных игр, интерактивных площадок для подростков, летних лагерей для рефлексии и уточнения образов будущего через детей, которые в этом будущем сами будут жить.

Все это – трудно продаваемые и трудно оплачиваемые деятельности, и нужны серьезные бизнес-компетенции по упаковке подобных продуктов и услуг.

Возможна также активная сетевая деятельность вплоть до создания биржи будущего.


Восьмое: вся деятельность такого рода является свободным выбором человека, который тратит часть своего времени, а, может быть, и дохода на приближение «будущего, в котором хочется жить». Бесполезно заниматься будущим человеку, которому нечего есть, нечем кормить семью, или если он сам болен и несчастлив. Люди, которые занимаются будущим, стараются улучшить настоящее, а не устроится в нем. Они уже устроились и неутилитарно хотят привнести в жизнь ИНОЕ и даже проверить себя. В этом команды, работающие в Будущем, отличаются от Церкви, принимающей на себя страдание паствы. Право на Будущее есть у успешных людей, неуспешные живут в чужом будущем или в сценарии «замереть и ничего не менять».

1 На Интерре-2011 года Круглый Стол, проведенный О.Б.Алексеевым (Открытый Университет Сколково) пришел к выводу, что должна существовать следующая градация инженерного и технического образования:

Инженерное училище – дает студентам квалификацию в одной или нескольких технических дисциплинах;

Инженерный институт – дает студентам квалификацию в одной или нескольких технических дисциплинах, управленческую и инженерную компетенции, что предполагает овладение инженерным Знанием;

Инженерный университет дает студентам квалификацию в значительном количестве технических дисциплин, управленческую и инженерную компетенцию, способность «собирать» большие и сверхбольшие проекты, прописывая их в технологической, социальной, информационной, материальной средах. Это требует уже не точки зрения, но и позиции, которую может дать только инженерная онтология.







страница4/4
Дата конвертации28.12.2012
Размер1,03 Mb.
ТипСценарий
1   2   3   4
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы