Научно-практическое пособие Екатеринбург 2010 ббк 86. 2 С904 icon

Научно-практическое пособие Екатеринбург 2010 ббк 86. 2 С904



Смотрите также:
1   2   3   4   5   6
Раздел 5.

^ Религиозная безопасность
личности, общества и государства


§ 1. Понятие и направления религиозной безопасности

Употребление понятия «безопасность» всегда подразумевает наличие неких опасностей и, соответственно, путей противодействия им. Широко известны понятия национальной, государственной, общественной, военной, экономической, демографической и иных видов безопасности. Свои опасности есть и в религиозной сфере.

Нельзя рассматривать по отдельности «безопасности» личности, общества, государства, поскольку право человека на мировоззренческий и религиозный выбор может быть реализовано и защищено только в обществе, посредством правовых законов.

Цель данной темы – формирование системы знаний, способствующих обеспечению прав и свобод человека и гражданина в религиозной сфере и защите национально-государственных интересов от посягательств со стороны отдельных деструктивных религиозных организаций.

^ Религиозная безопасность – это комплекс мер, предпринимаемых государством и гражданским обществом и направленных на наиболее полную реализацию прав и свобод человека и гражданина в религиозной сфере. Однако сфера действия прав и свобод человека и гражданина выходит далеко за рамки собственно религиозной жизни. О каких же специфических правах идет речь?

Фундаментом всех остальных прав и свобод в религиозной жизни являются свобода совести и свобода вероисповедания. ^ Свобода совести – это возможность человека выбирать: быть или не быть, считать или не считать себя религиозным; свобода вероисповедания – это возможность выбирать, к какому именно религиозному направлению принадлежать, в какой форме реализовать свою религиозность. Как мы видим, свобода вероисповедания – это частный случай свободы совести, последняя же имеет отношение не только к верующим, но и ко всем членам общества, в том числе к атеистам и равнодушным к религии людям. У них есть свобода быть свободными от религии. И эта их свобода охраняется законом и государством наравне со свободой быть религиозным верующим человеком.

В нашей стране в XX веке долгие десятилетия проводилась политика государственного подавления религии. Поэтому когда в конце 80-х годов тогда еще советское, а потом и российское государство отказалось от официального атеизма, маятник качнулся в другую крайность: была, по сути, объявлена абсолютная религиозная свобода, стало модным считать, что религия – дело сугубо частное, «сокровенное», и если дать человеку свободу, то он сам разберется, как и во что верить. Однако стоит вспомнить старую философскую пословицу: «свобода взмаха моей руки оканчивается там, где начинается нос моего соседа, и наоборот». То есть личная свобода всегда ограничивается свободой другого. Этот принцип универсален и для экономики, и для политики, и для религии. Человек может верить во что угодно, совершать любые религиозные обряды, пока это не затрагивает законных интересов, прав и свобод других лиц или групп. От государства требуется умение согласовать интересы различных религиозных групп, а также верующих и неверующих (последняя проблема является не менее сложной), защитить интересы страны и общества в целом. Содержанием, предметом религиозной безопасности и является обеспечение такой общественной стабильности, реализация прав и свобод всех и каждого.

В более широком смысле можно говорить и о «защите прав человека в сфере свободы совести и вероисповедания». На наш взгляд, это тождественно понятию «религиозная безопасность», поскольку феномен религиозности является первичным по отношении к отрицанию религиозности. Еще раз подчеркнем, что обеспечение религиозной безопасности – это защита прав и верующих, и неверующих, и убежденных атеистов в равной степени.

Обеспечение безопасности неизбежно связано с ограничениями, вплоть до мер уголовно-правового и административно-правового воздействия, но это не противоречит принципу верховенства прав и свобод человека. Часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации гласит, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Религиозная безопасность многогранна и может быть рассмотрена и реализована как минимум в трех аспектах (направлениях).

^ 1. Воспитание толерантности (веротерпимости) в отношениях между представителями различных религий, а также между верующими и неверующими.

2. Защита национально-государственных интересов от посягательств со стороны отдельных деструктивных религиозных организаций (например, шпионаж, посягательство на территориальную целостность государства, попытки захвата власти).

3. Защита прав и свобод человека от посягательств со стороны религиозных и квазирелигиозных групп, стремящихся к подавлению личности и манипуляции сознанием.

§ 2. Толерантность в религиозной сфере
и проблема ксенофобии


Согласно официальной статистике, в России в настоящее время существует как минимум 52 религиозных направления и проживают 192 национальности. Многонациональность и поликонфессиональность России (как и большинства прочих современных государств) – это реальность, и государство должно обеспечить мир и согласие между всеми национальными и религиозными группами, защитить права и свободы человека любой национальности и религии.

Распространенное ныне слово «толерантность» переводят как «терпимость» или «веротерпимость». Вопрос в том, по отношению к чему должна проявляться эта терпимость.

В последние десятилетия в западных странах, прежде всего в США, широко распространено понятие политкорректности (PC), требующее воздерживаться от обсуждения тем, высказываний, демонстрирования символов, которые по каким-то причинам могут не понравиться окружающим. Но, к сожалению, очень часто этот принцип оказывается доведенным до абсурда, до крайности, и тогда от человека требуют, по сути, отказа от своих взглядов, в том числе и религиозных.

Любая религия, по своей природе, считает себя обладающей абсолютной истиной и, следовательно, рассматривает другие религии как в той или иной степени заблуждение. Но можно ли считать несогласие с мнением другого лица посягательством на права и свободы этого лица?

Важным для безопасности личности, общества и государства является не то, что думает и говорит человек, а то, как он выражает свое мнение, какие именно действия он мотивирует своими убеждениями. Можно защищать свою точку зрения, корректно приводя аргументы, уважая своего собеседника. А можно агрессивно навязывать ее, унижая, оскорбляя и дискриминируя собеседника за несогласие.

Итак, толерантность в религиозной сфере (в сфере свободы совести и вероисповедания) – это уважение права другого лица на собственный мировоззренческий и религиозный выбор. Уважение не самой по себе религии или иной мировоззренческой системы, а права другого человека выбрать свою собственную точку зрения. Я могу считать религиозную точку зрения другого человека заблуждением, но при этом я признаю и уважаю право человека выбирать эту точку зрения. Здесь уместно вспомнить слова Вольтера: «Ваше мнение мне глубоко враждебно, но за ваше право его высказывать я готов пожертвовать жизнью».

Лидеры исторических конфессий всегда прекрасно понимали, что нельзя навязать свою веру силой. Известно изречение из Корана: «В религии нет принуждения», или православная русская пословица: «Невольник не богомольник». Россия в этом отношении была страной, где исторически уживались многие народы и религии, и никогда не было войн на чисто религиозной основе. И сейчас мы видим, что лидеры традиционных религиозных направлений России, прежде всего православия и ислама, способны на взаимопонимание и сотрудничество в решении наиболее важных проблем общества.

Но, к сожалению, такое нельзя сказать о рядовых представителях этих религий. Периодически можно услышать о межличностных конфликтах, имеющих этническую и религиозную окраску, о деятельности экстремистских группировок, разжигающих межнациональную и межрелигиозную вражду. В чем же причина, что люди с разными убеждениями, разных религий и национальностей ненавидят друг друга?

Невозможно объяснить межрелигиозную рознь, следуя только марксисткой точке зрения, что религия – надстройка экономики, что все религиозные конфликты по своей сути имеют экономические причины, а религиозные террористы пошли по своему пути вследствие бедности. Вспомним, что «король террористов» Усама Бен Ладен происходит из очень обеспеченной семьи.

Существует понятие, являющееся логической противоположностью толерантности. Это греческое слово «ксенофобия», где «ксено» означает «чужой», а «фобия» страх. Все вместе – «страх перед чужим», страх перед человеком другой расы, национальности, религии. Для психологии человека свойственно испытывать симпатию ко всему тому, что на него похоже, что кажется «своим» и, наоборот, испытывать антипатию, отторжение того, что кажется чужим, незнакомым. Мы не говорим о тех случаях, когда ненависть сознательно и целенаправленно культивируется, речь идет только о зарождении неприязни к «чужим» на уровне массового сознания.

Как же сделать так, чтобы в обществе и государстве не было межрелигиозной и межнациональной вражды и розни? В тех случаях, когда по мотивам ненависти к другим религиям и национальностям совершаются правонарушения, ответ понятен: виновные должны нести ответственность, должны применяться меры правового принуждения. Но, как известно, всякую болезнь легче предупредить, чем лечить. Поэтому в противодействии ксенофобии меры профилактики являются не менее важными, чем карательные меры.

Чтобы перестать бояться чужого, необходимо с ним познакомиться. Необязательно становиться таким же, но, по крайней мере, надо попытаться его понять, найти с ним точки соприкосновения.

В нашем, и не только нашем, обществе существуют стойкие негативные стереотипы относительно различных религий и национальностей. Часто приходится слышать о том, что «ислам унижает женщин», «все евреи жадные и богатые», «Православная Церковь стремится к власти над обществом и государством». Но всякие стереотипы и предрассудки рождаются от незнания и непонимания. Поэтому самым эффективным профилактическим способом противодействия ксенофобии и воспитания толерантности в сфере межрелигиозных отношений является образование и просвещение широких слоев населения, систематическое информирование о реальном вероучении, религиозной практике, жизни верующих и неверующих, популярное знакомство с основами религиозной культуры и истории.

Практически в каждой религии, за исключением деструктивных культов, можно найти общечеловеческие ценности и нравственные нормы. Поэтому при изучении религиозной культуры и истории необходимо делать акцент именно на том общем, что соединяет людей, а также объективно и непредвзято знакомить с религиями, такими, какие они есть на самом деле. Если человек хорошо знаком с религиозно-культурной традицией народа, с которым живет рядом, и в то же время знаком со своей собственной религиозно-культурной традицией, то он вряд ли будет ненавидеть других только за то, что они другие.

Цели воспитания толерантности и преодоления ксенофобии служит, в том числе, и изучение религиозной истории и культуры. Естественно, что подобные дисциплины должны иметь внеконфессиональный, культурологический характер, но также естественно в рамках изучения таких дисциплин углубленное знакомство с наиболее распространенными и традиционными для России религиями.

Подводя итоги разговора о толерантности и ксенофобии, следует отметить, что задачей правоохранительных органов является не только карательное воздействие на нарушителей прав и свобод в религиозной сфере, но не в меньшей степени профилактика подобных правонарушений посредством убеждения и разъяснения.

§ 3. Религиозный экстремизм

Знание религиозной ситуации в стране и своем регионе, а также контроль над ней являются составной частью деятельности по обеспечению общественного порядка и национальной безопасности. Истории давно известен план завоевания страны: сначала приходит религиозный миссионер, за ним – купец, а затем – завоеватель. Миссионер готовит почву для раскола общества по религиозному признаку, организует своего рода «пятую колонну» среди части населения, готовой поддержать любые начинания иностранных хозяев. Купец устанавливает экономическую зависимость. Солдат же довершает дело, уже, по сути, полностью сделанное эмиссарами от религии и экономики.

Из вышесказанного следует, что с точки зрения национальной и государственной безопасности религиозные организации можно разделить на лояльные по отношению к социально-политическому устройству страны и государства и антигосударственные, направляющие свою деятельность на дестабилизацию социально-политической обстановки через разжигание межрелигиозной и межнациональной розни, ослабление власти, расчленение страны и её геополитическое поражение.

Появление в 2002 году Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» было ответом на вызовы современности, связанные с угрозами международного терроризма, с испытанием на прочность российской государственности. В статье 1 этого закона перечисляются признаки экстремизма как явления, угрожающего безопасности государства, общества, личности. В качестве серьезного мотива экстремистской деятельности могут выступать религиозные убеждения.

Религиозный экстремизм – это теоретическое обоснование и практическое использование деконструктивных, «крайних» методов для достижения радикальных религиозно-политических целей. Экстремизм следует отличать от радикализма (латинского radicalis – коренной, глубинный), который имеет характер идеологии, мировоззрения, взглядов и поэтому не может быть предметом правовой оценки. Например, идея создания в России Халифата (исламского государства) является радикальной, но ее выражение само по себе не является экстремизмом, если не предполагает насильственных, противоправных деяний.

Термин «экстремизм» ведет свое происхождение от латинского «extremum» – крайнее, выходящее за рамки обычного, чрезвычайное, наибольшее или наименьшее. В свою очередь латинский корень «extra» означает – вне, кроме, сверх меры, чересчур. Экстремизм, будучи по своему родовому признаку позицией, склонностью, убеждением, есть сложный, многоаспектный феномен. В нем можно выделить несколько составляющих. Во-первых, идейно-мировоззренческий аспект, совокупность мировоззренческих установок и идей, лежащих в основе и легитимирующих экстремистские действия. Во-вторых, психологический (личностно-эмоциональный) аспект, ментальность, мысленный настрой особого рода, отличающий личность экстремиста. В-третьих, политико-организационный (практический) аспект, формы и способы экстремистской деятельности.

Говоря об идейно-мировоззренческом аспекте религиозного экстремизма, в качестве такового мы выделяем политическое сознание субъектов экстремистской деятельности, которое базируется на трех установках: допустимость и универсальность насилия как способа решения политических вопросов, правовой нигилизм и, как следствие, пренебрежение основными правами и свободами человека, отрицание абсолютной ценности индивида как такового.

Психологическая сущность религиозного экстремизма наиболее полно раскрывается в понятии фанатизма. В современном мире у экстремистов слишком мало политико-организационных возможностей и объективных предпосылок для создания массовых политических движений и организации революции. Наиболее вероятной тактикой современного экстремизма является терроризм. Но терроризм требует в качестве исполнителей личностей особого склада – фанатиков, готовых отдать жизнь ради достижения цели.

«Фанатизм» происходит от латинских fanum – жертвенник и fanatikus– исступленый. Фанатик (фанат) – это человек, находящийся во власти сверхценных и сверхзначимых для него идей. Они придают его жизни смысл и он готов жертвовать во имя этих идей собственной жизнью и жизнями других людей. Фанатик обладает так называемым «туннельным» мировосприятием, то есть воспринимает мир через очень жесткую призму и отвергает все то, что не согласуется с его мировоззрением. Именно к позиции фанатиков можно отнести следующую поговорку: «если факты не согласуются с нашими идеями, тем хуже для фактов». Для фанатиков характерно критическое отношение к любой информации, которая идет вразрез с их убеждениями. Фанатизм обычно существует на уровне группы, так как фанатики находят поддержку во взаимном признании и совместном разжигании своих эмоций по поводу общих идей.

Фанатично настроенная личность есть идеальная кандидатура для совершения террористических действий. Террористический акт практически всегда является риском с очень малой степенью вероятности счастливого исхода лично для террориста. Террорист рискует и, следовательно, жертвует собой. Поэтому террорист – это не киллер, не наемный убийца. Он обладает всеми характерными признаками фанатика: нетерпимость к инакомыслию, пренебрежение к морали и закону, убежденность в исключительности собственной миссии, готовность к самопожертвованию.

Терроризм – результат развития экстремизма, его наиболее деструктивное «кровавое» воплощение. Терроризм – это наиболее яркая и драматичная форма насилия, имеющая мировоззренческую установку и фанатично настроенных исполнителей.

Религиозный фанатизм является социально-психологической основой фундаментализма. Фундаментализм – это стремление противостоять модернизации, приверженность старым, «фундаментальным» ценностям, структурам и способам организации жизни. В современной литературе фундаментализм ассоциируется прежде всего с религиозными течениями (в первую очередь с исламским).

Религиозный экстремизм в большей степени, чем все остальные формы экстремизма, способен порождать террор, так как исполнителями в данном случае являются фанатики, для которых ценность жизни отодвинута на второй план.

Корни религиозного экстремизма – это идеи религиозного происхождения, обосновывающие нетерпимое отношение к иноверцам и инородцам. В нашу эпоху все традиционные мировые религии на догматическом уровне отрицают экстремизм, и тем более терроризм.

Религиозная традиция является радикальной оппозицией современному миру, но правомерно ли считать, что религия должна порождать экстремизм?

Все традиционные религии стремятся к социальной и личностной гармонии, признавая духовную свободу и выполняя миротворческую функцию. Традиционное религиозное мировоззрение противоположно светскому, «современному» мировоззрению. Но традиционная религия отвергает несовершенные, деконструктивные способы достижения своих целей.

В последние годы в России активно используется пропагандистский штамп, озвученный на самом высоком политическом уровне: «у бандитов (террористов) нет ни национальности, ни религии». Парадокс заключается в том, что это и так, и не так. Следуя правовому принципу равенства всех перед законом, мы не можем давать негативную политико-правовую оценку вероучению как таковому и тем более его отдельным представителям. Но, оставаясь на позиции науки, мы не имеем права не анализировать религиозные движения на предмет их способности генерировать экстремистские практики. Следует признать, что пресловутый «международный терроризм» имеет множество этноконфессиональных ликов.

Классифицировать мировой религиозно-политический экстремизм можно по нескольким основаниям. Во-первых, по конфессиональному признаку можно выделить исламизм (исламский фундаментализм), протестантский фундаментализм, иудейский экстремизм (крайний религиозный сионизм), ультраправославный фундаментализм, а также вероучения ряда тоталитарных сект.

Во-вторых, по отношению к национально-политическим вопросам религиозные экстремистские движения можно разделить на те, которые при доминировании религиозного начала все же признают национальное, и на те, которые стоят на позициях интернационального глобализма. К первой группе можно отнести крайний религиозный сионизм, секту мормонов, ультраправых американских протестантов, свою интерпретацию «Русской идеи» отечественных ультраправославных фундаменталистов. Все вышеперечисленные столь разные религиозные движения объединяет одно: тот или иной вариант мифа о «богоизбранном» народе, которому суждено выполнить особую миссию, сыграть мессианскую роль в судьбе всего человечества. Такая роль предполагает наделение «избранного» народа особыми правами, делает его выше остальных народов. Ко второй группе относится, прежде всего, исламизм, особенно в его ваххабитской версии, отвергающий национальные различия внутри исламской уммы и выступающий за создание мирового исламского государства – Халифата. Сюда же можно отнести многие тоталитарные секты, например «Свидетелей Иеговы», последователи которых рассматривают себя как членов единого мирового теократического государства.

В-третьих, религиозные экстремистские организации можно разделить на имеющие влиятельные и организованные политические структуры, и на те, которые только стремятся к созданию таких структур или являются маргинальными, пока еще не способными повлиять на политические процессы в обществе.

Самое большое место в ряду религиозных экстремистских движений по праву отводится исламу. Экстремистским исламистам группировкам во второй половине ХХ века более, чем все остальным экстремистам, удавалось влиять на мировую политику. Несмотря на то, что исламизм многолик, разнообразен в конфессионально-религиозных проявлениях, исламские экстремисты и террористы широко контактируют между собой. Например, шиитский Иран активно поддерживает экстремистов-суннитов, а ваххабиты Саудовской Аравии принимают участие в боевых действиях на Северном Кавказе. Между экстремистами ваххабитского, суннитского или шиитского толка гораздо больше общего, чем различного. Этим общим знаменателем является радикальная идеология исламизма, так называемый радикальный ислам. Невозможно понять идеологию исламизма, не обратившись к самому исламскому вероучению.

В современной политической и религиоведческой литературе принято выделять две точки зрения на проблему религиозно-вероучительной основы исламского экстремизма, которые мы и постараемся проанализировать.

Согласно первой точке зрения, «исламизм» противоречит «истинному, традиционному исламу». Данная точка зрения разделяется и озвучивается официальными представителями традиционной уммы России, Центральным духовным управлением мусульман России и его председателем, Верховным муфтием России Талгатом Таджудином. Он говорит об «экстремистских ересях в истории ислама». Таджудин выделяет в качестве традиционных 4 мазхаба (богословские школы). Всё, что выходит за их пределы, расценивается как ересь модернизма. По мнению Таджудина, неверно отождествлять понятия «исламского фундаментализма» и «исламизма», так как последний лишь внешне противостоит нововведениям и модернизации ислама. «Исламизм – это еще более опасное явление, чем исламский модернизм или социализм», так как представляет собой оборотную сторону последних. К таким еретическим учениям и движениям относятся «Братья-мусульмане» Хасана аль-Банны, ваххабизм, салафизм, пакистанская секта Таблиг, давшая начало движению «Талибан».

Позиция, противопоставляющая ислам и исламизм, является весьма выигрышной в современном политическом контексте, особенно в России, так как позволяет идеологически отделить российских мусульман от экстремистски настроенных единоверцев. Самое эффективное средство противодействия исламскому экстремизму – это государственная поддержка традиционного ислама.

Представляется, что противодействие исламскому экстремизму не может ограничиваться административно-политическими методами «кнута и пряника» или «разделяй и властвуй». В диалоге с исламскими организациями важно выделять именно духовные, богословские аспекты, влияющие на принятие политических решений. Тем более это верно для западного мира, имеющего многомиллионное, нелояльно настроенное по отношению к западным ценностям мусульманское население и внешних противников в лице оснащенных современным вооружением экстремистских исламских режимов.

Вторая распространенная точка зрения на ислам является весьма непопулярной в глазах общественного мнения. В рамках данной точки зрения делается попытка проанализировать теологию ислама на предмет ее возможности генерировать экстремизм.

Во-первых, следует отметить, что ислам, в отличие от христианства, имеет свою завершенную и внутренне непротиворечивую политико-правовую концепцию (шариат). Исламу чужд европейский правовой принцип: «что не запрещено, то разрешено». Мусульманское правосознание не делит право на позитивное и естественное, так как источником права является Священное Писание (Коран) и все право богоустановлено. То, что в европейском обществе рассматривается как проблема морального выбора, в мусульманских обществах и государствах является предметом юридического разбирательства. Это касается, прежде всего, вопросов веры. Отступничество от Ислама – это тяжкое уголовное преступление, подлежащее наказанию смертью.

Во-вторых, в исламском богословии существует понятие джихада (борьбы, войны за веру). Современные исламские богословы обычно трактуют его как «малый» джихад, а под «большим» понимают внутреннюю борьбу со страстями, которую мусульманин ведет в своей душе (приводятся слова пророка Мухаммеда о том, что он возвращается к домашнему очагу, возвращаясь с меньшего джихада к большему). Это слова одного из хадисов (устных преданий о жизни пророка), но есть и слова Корана: «И убивайте их (неверных), где бы вы их ни встретили, изгоняйте их из тех мест, откуда они вас изгнали, ибо для них заблуждение хуже, чем смерть от вашей руки» (Коран. Глава Корова. 2(187)).

В исламе существует четкая политическая установка: весь мир делится на Дар-аль-Ислам («страна ислама», государство, где правят по шариату) и Дар-аль-Харб («страна неверных», немусульманские государства). Дар-аль-Ислам находится в состоянии бескомпромиссной борьбы с Дар-аль-Харб. Религиозной обязанностью мусульман является непрерывное расширение исламской территории за счет территории «неверных» (кафиров). Это не означает полного геноцида «неверных», достаточно утвердить повсеместно исламскую власть и шариат. Борьба за Веру – «джихад» в смысле «сражение» (в таком контексте понятие «джихад» упоминается в Коране 28 раз). Но сражение может вестись не обязательно военными средствами. Это может быть экономическая война, подкуп чиновников, демографическая экспансия. Ясир Арафат неоднократно заявлял, что самое эффективное средство в борьбе с «неверными» – это «матка арабской женщины».

В качестве новейшей формы джихада можно рассматривать переселение мусульман в Европу. Когда в результате реконкисты (освободительной войны против мусульман в Европе) халифат (исламское государство) был ликвидирован, исламские старейшины постановили, что мусульмане не могут жить под властью «неверных», и в 1492 г. мусульмане покинули Испанию. В последние же 30–40 лет мы наблюдаем обратный процесс: мусульмане переселяются в Европу, открыто заявляя, что через 1–2 поколения Европа станет мусульманской.

Тема исламского экстремизма и терроризма воистину неисчерпаема. Жанр данной работы не позволяет подробно излагать историю мусульманских экстремистских организаций. Назовем только основные этапы и наиболее громкие имена.

«Братья-мусульмане» (БМ). Организована в 1923 г. в арабском мире, но основную деятельность развернула в 50–60-е гг. Идеологи данной организации считали, что арабское общество пребывает в состоянии варварства, поэтому истинные верующие должны от него отделиться и образовать «джамаат исламийя» – исламские ассоциации. Террористическую деятельность «братья» начали в арабских странах. На их совести попытка государственного переворота в Сирии (1979–1982 гг.), убийство президента Египта А. Садата (1981 г.), террор против египетских политиков, жителей и гостей этой страны. В 90-е годы на базе БМ образовалась группа «Исламский джихад», финансируемая Ираном и действующая против Израиля.

«Хезболлах» (партия Аллаха). Возникла в Иране во времена Хомейни, а затем распространила свою деятельность на Ливию и Сирию.

«Хамас» («Исламское движение сопротивления»). Основано в 1987 г. шейхом Ахмед Ясином. Цель – «освобождение Палестины от моря до Иордана».

В США исламский экстремизм представлен группировками «Джамаат Уль-Фукра» (ДФ) (возникла в 1980 г. в Бруклине) и группой Рамзи Юсефа, устроившей взрыв в 1993 г. в ныне несуществующем WTC (центре международной торговли).

«Аль-Каида» («Основа», «База») возникла в 1989 году в Судане. Основатель – почти «легендарная» личность Усама Бен-Ладен, который придерживается идеологии ваххабизма, современной формы мусульманского «протестантизма».

Ряд исследователей проводят параллели между ваххабизмом и европейской религиозной реформацией, указывая на сектантский, антитрадиционный характер того и другого.

В настоящее время решением Верховного Суда Российской Федерации от 10 апреля 2008 г. признана экстремистской и запрещена деятельность исламистской международной религиозной организации «Нурджулар».

Начиная с 2003 г. в России признаны террористическими и запрещены ряд исламистских и использующих исламизм в качестве идеологической базы объединений.

Решениями Верховного Суда Российской Федерации запрещена деятельность на территории Российской Федерации следующих признанных террористическими организаций:

  • «Высший военный Маджлисуль Шура Объединенных сил моджахедов Кавказа»;

  • «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»;

  • «База» («Аль-Каида»);

  • «Асбат аль-Ансар»;

  • «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»);

  • «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»);

  • «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»);

  • «Партия исламского освобождения» («Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»);

  • «Лашкар-И-Тайба»;

  • «Исламская группа» («Джамаат-и-Ислами»);

  • «Движение Талибан»;

  • «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»);

  • «Общество социальных реформ» («Джамият аль-Ислах аль-Иджтимаи»);

  • «Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами»);

  • «Дом двух святых» («Аль-Харамейн») (решение ВС РФ от 14 февраля 2003 г.);

  • «Джунд аш-Шам»;

  • «Исламский джихад – Джамаат моджахедов» (решение ВС РФ от 2 июня 2006 г.);

  • «Аль-Каида в странах исламского Магриба» (прежнее название – «Салафистская группа проповеди и джихада») (решение ВС РФ от 13 ноября 2008 г.);

  • Международная религиозная организация «Таблиги джамаат» («Пропаганда веры») (решение ВС РФ от 7 мая 2009 г.).

Перед правоохранительными органами, противодействующими экстремизму, стоит конкретная задача: уметь выделять признаки экстремизма в деятельности, в том числе, религиозных объединений. В частности, при знакомстве с аудио-, видео или печатными материалами сотрудник правоохранительных органов должен адекватно их воспринимать и реагировать. Мы предлагаем расширенный список основных признаков, характеризующих возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды с точки зрения общественной опасности (цитируется из «Рекомендаций об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды» Генеральной прокуратуры России от 29 июня 1999 г.):

  • формирование и подкрепление негативного этнического стереотипа, отрицательного образа нации, расы, религии;

  • перенос различного рода негативных характеристик и пороков отдельных представителей на всю этническую или религиозную группу; приписывание всем представителям этнической или религиозной группы стремления следовать тем древним обычаям, верованиям, традициям, которые негативно оцениваются современной культурой;

  • утверждения о природном превосходстве одной нации, расы, религии и неполноценности и порочности других;

  • приписывание враждебных действий и опасных намерений одной нации, расе, религии по отношению к другим;

  • возложение вины и ответственности за деяния отдельных представителей на всю этническую, расовую, религиозную группу; утверждения об изначальной враждебности определенной нации, расы по отношению к другим; утверждения о полярной противоположности и несовместимости интересов одной этнической или религиозной группы с интересами других;

  • утверждения о наличии тайных планов, заговоров одной национальной или религиозной группы против других; объяснение бедствий и неблагополучия в прошлом, настоящем, будущем существованием и целенаправленной деятельностью определенных этнических, расовых, религиозных групп;

  • побуждение к действиям против какой-либо нации, расы, религии;

  • поощрение, оправдание геноцида, депортаций, репрессий в отношении представителей какой-либо нации, расы, религии;

  • требования вытеснения из различных сфер деятельности лиц определенной национальности, расы, конфессиональной принадлежности;

  • требования ограничить права и свободы граждан или создать привилегии по национальному, расовому, религиозному признаку;

  • угрозы и подстрекательства к насильственным действиям в отношении лиц определенной национальности, расы или по признаку религиозной принадлежности.

Если в процессе проверки при содержательном анализе публикации (публичного выступления) будет выявлено, что текст или его часть прямо подпадают под один или несколько вышеперечисленных признаков, необходимо решать вопрос о возбуждении уголовного дела, так как присутствуют признаки состава преступления экстремистской направленности.





страница5/6
Дата конвертации19.01.2013
Размер1,88 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы