Конституция Республики Молдова от 29 июля 1994 г гарантирует каждому человеку основные права и свободы, среди которых на первое место поставлены право на жизнь icon

Конституция Республики Молдова от 29 июля 1994 г гарантирует каждому человеку основные права и свободы, среди которых на первое место поставлены право на жизнь



Смотрите также:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
ВВЕДЕНИЕ


Конституция Республики Молдова от 29 июля 1994 г. гарантирует каждому человеку основные права и свободы, среди которых на первое место поставлены право на жизнь, физическую и психическую неприкосновенность (статья 24) и право на охрану здоровья (статья 36).

В развитие конституционных положений, уголовное законодательство Республики Молдова, все отрасли права присущими им средствами охраняют эти важнейшие человеческие ценности от преступных и иных противоправных посягательств.

Некоторые преступления против жизни и здоровья, ответственность за которые предусмотрена в новом УК РМ могут совершаться и совершаются и медицинскими или только медицинскими работниками при оказании ими пациентам медицинской помощи, которые мы называем врачебными преступлениями.

За последнее десятилетие независимости молдавской медицины, независимости от закона и норм морали, вследствие бесконтрольности за деятельностью лечебных учреждений со стороны Министерства здравоохранения, а также из-за преступной небрежности и самонадеянности отдельных медицинских работников, их низкой квалификации, безответственности и безразличного отношения к судьбе пациентов, вверивших им свою жизнь и здоровье, участились случаи гибели пациентов и причинения им тяжких увечий из-за неквалифицированной медицинской помощи, неправильного выбора метода лечения. Медицинские работники, виновные в совершении этих преступлений нередко остаются безнаказанными, либо отделываются наказаниями, не связанными с лишением свободы.

Столь мягкие меры наказания объясняются тем, что большинство врачебных преступлений совершается по неосторожности. Но ведь и преступления против безопасности движения или эксплуатации транспорта, другие преступления с многочисленными человеческими жертвами тоже совершаются по неосторожности. но виновные в их совершении, в отличие от «двоечников со скальпелем» привлекаются к уголовной ответственности и часто осуждаются к лишению свободы.

В Молдавии никто не проверяет, не изучает и не обобщает случаи гибели пациентов вследствие преступной врачебной халатности. До сих пор никто не проверил деятельность «знаменитого» профессора-кардиохирурга ____________, печально знаменитого тем, что многие сделанные им кардиохирургические операции закончились гибелью пациентов.

Ни в России, ни в Молдове такой статистики нет, а если она и есть, то больше засекречена, чем самые важные государственные тайны. Опубликование такой статистики сильно подорвало бы доверие населения к отечественной медицине, которое и так во многих случаях приближается к нулю. А это, в свою очередь, сильно подорвало бы материальное благополучие «горе-эскулапов», которые на первое место ставят свои личные корыстные интересы, а не жизнь и здоровье доверившихся им пациентов.

В республике Молдова за последние годы врачами защищено свыше 800 кандидатских диссертаций, но ни одна из них не посвящена честному, открытому, самокритическому анализу врачебных ошибок, повлекшие гибель или тяжкие увечья пациентов. По этой актуальной проблеме учеными медицинского университета судебными медиками опубликовано ни одной статьи, брошюры, монографии, учебного пособия.

Теперь сами врачи говорят, что за последние годы не помнят такого случая, чтобы кто-либо из «двоечников со скальпелем» поплатился за свое невежество, был дисквалифицирован, лишен права практиковать медицину.

Проблема ответственности за врачебные преступления недостаточно исследована и учеными-юристами Республики Молдова; по этой теме не защищена ни одна кандидатская диссертация, не издано ни одной монографии.

За все годы существования Генеральная прокуратура Республики Молдова (и России тоже), Верховные суды ни разу не обобщили судебно-следственную и экспертную практику по уголовным делам этой категории и не рассмотрели этот вопрос на Пленумах Верховных судов с дачей соответствующих разъяснений и рекомендаций, хотя такие предложения нами вносились неоднократно.

В то же время в Российской Федерации, в других странах накоплен положительный опыт в защите прав пациентов и врачей, проведено много ценных научных исследований по проблеме предупреждения врачебных правонарушений с тяжкими последствиями. Указанные проблемы исследуют ученые, имеющие медицинское и юридическое образование.

В 1995 году в Московской медицинской Академии им. И.М. Сеченова была создана первая в России самостоятельная кафедра медицинского права (сегодня кафедры и курсы медицинского права организованы во многих вузах России).

25-27 июня 2003 года в Москве состоялся I всероссийский съезд (национальный конгресс по медицинскому праву), на котором обсуждались и вопросы защиты прав пациентов и врачей и меры по предупреждению врачебных правонарушений.

В 1967 году была создана Всемирная Ассоциация Медицинского Права (ВАМП), объединившая в своих рядах врачей, юристов, организаторов здравоохранения, специалистов по этике и других лиц, заинтересованных в развитии и соблюдении прав пациентов и медицинских работников.

В настоящее время президентов этой Ассоциации является профессор А. Карни, представитель Израиля.

Данная монография является одним из первых изданий, в котором комплексно, на основе изучения трудов видных ученых-юристов, медиков, специалистов в области медицинского права, судебной практики исследованы вопросы ответственности за врачебные преступления против жизни и здоровья пациентов и имеет целью восполнение пробелов в исследовании данной проблемы в юридической и медицинской науках РМ.

Приведены практические рекомендации по обобщению судебно-следственной и экспертной практики по делам этой категории, организации мониторинга подобных преступлений и меры по их предупреждению.

Каждый случай гибели пациента или причинения ему тяжкого увечья, обусловленный обстоятельствами субъективного характера, профессионального правонарушения (неоказания или ненадлежащего оказания помощи больному) должен расцениваться как чрезвычайное происшествие. Сознательно вверяя врачу самое дорогое, что дано Богом и Природой – жизнь и здоровье, каждый человек вправе быть уверенным, что они находятся в надежных и добрых руках.1

Монография предназначена для работников правоохранительных органов, студентов, аспирантов юридических и медицинских вузов, врачей, настоящих и будущих пациентов.


Глава I.

Врачебные преступления. Понятие и признаки

и их разграничение с врачебными ошибками.


§1 Понятие и признаки врачебных преступлений


Понятие врачебного преступления или преступления в сфере медицинского обслуживания (В.А. Глушков) или профессионального преступления в медицинской деятельности (Ю.Д. Сергеев) выводится из общего понятия преступления, данного в статье 14 УК Республики Молдова, ст. 14, УК России и ст. 11 УК Украины.

Ст. 14 УК РМ определяет преступление как «наносящее вред деяние (действие или бездействие), предусмотренное уголовным законом, совершенное виновно и уголовно наказуемое».2

Согласно статье 14 УК России «1. Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания». То есть в УК РМ и в УК России в определении преступления включены и его признаки: общественная опасность, противоправность, виновность и наказуемость деяния.

Статья 11 УК Украины определяет преступление как «предусмотренное настоящим Кодексом общественно опасное виновное деяние (действие или бездействие), совершенное субъектом преступления».

Из этого определения исключен признак наказуемости деяния. По-видимому, законодатель в Украине исходил из того, что, во-первых, не все преступления раскрываются, а во-вторых, не за каждым раскрытым преступлением следует наказание, так как виновный при определенных условиях может быть освобожден от уголовной ответственности и наказания.

В юридической и медицинской литературе существуют различные определения врачебных преступлений, но все они едины в том, что эти преступления совершаются при оказании медицинской помощи пациентам и нередко ведут к гибели или тяжким увечьям потерпевших. Положительным является то, что в исследовании проблем ответственности за врачебные преступления, кроме ученых-юристов, участвуют и ученые-медики, имеющие юридическое образование. Только объединенными усилиями вышеуказанных специалистов можно достичь положительных результатов в раскрытии, расследовании и предупреждении врачебных преступлений, привлечении виновных к ответственности.

Доктор юридических наук, профессор В.А. Глушков отмечает, что «под преступлением в сфере медицинского обслуживания следует понимать умышленное или неосторожное, противоправное, общественно опасное деяние, которое совершается медицинским работником в нарушение служебных или профессиональных обязанностей, причинившее или могущее причинить существенный вред интересам социалистического государства в сфере охраны здоровья населения, общественным отношениям в области медицинского обслуживания населения, здоровью отдельных граждан».3

Настоящее определение врачебного преступления наиболее полно и точно определяет его содержание и включает также такие признаки преступления как: общественная опасность, противоправность, виновность деяния. В нем же содержится указание и на специальный субъект преступления – медицинский работник, на общественно опасные последствия преступления – «причинившее или могущее причинить существенный вред» и объект преступления «интересы социалистического государства в сфере охраны здоровья населения, общественные отношения в области медицинского обслуживания населения, здоровье отдельных граждан».

С учетом того, что после защиты диссертации В.А. Глушковым прошло 14 лет, что после распада Советского Союза и исчезновения централизованного контроля за врачебной деятельностью со стороны Министерства здравоохранения СССР, в Украине, Молдове, России возросло число врачебных преступлений против жизни и здоровья пациентов, повлекшие их гибель или тяжкие увечья, а многие медицинские работники, виновные в их совершении, после провозглашения независимости государств бывшими союзными республиками, почувствовали себя независимыми от законов и норм морали, данное В.А. Глушковым определение преступления в сфере медицинского обслуживания, верное в своей основе, нуждается в некотором дополнении.

По нашему мнению, более полным и точным будет следующее определение врачебного преступления: «это общественно опасное, противоправное, виновное и наказуемое деяние, посягающее на жизнь, здоровье, свободу, честь и достоинство пациентов, их имущество, которое совершается медицинским работником в нарушение закона, моральных, профессиональных или служебных обязанностей, причинившее или могущее причинить существенный вред интересам правового государства в сфере охраны здоровья населения, общественным отношениям в области медицинского обслуживания населения, повлекшие гибель или тяжкие увечья пациента, существенный материальный и моральный ущерб».

Разумеется, мы не претендуем на абсолютную верность и полноту данного определения и полагаем, что при дальнейшей научной разработке данной проблемы могут быть сформулированы и более точные определения этих преступлений.

В медицинской литературе, по нашему мнению, наиболее полным и точным является определение врачебного преступления, данное в монографии Ю.Д. Сергеева, доктора медицинских наук, профессора, заведующего кафедрой медицинского права Московской медицинской Академии им. И.М. Сеченова, судебного медика высшей категории, юриста, единственного в России врача заслуженного юриста Российской Федерации и его соавтора С.В. Ерофеева, доктора медицинских наук, судебного медика, члена Правления Всероссийского общества судебных медиков. Под профессиональным преступлением в медицинской деятельности авторы понимают «умышленное или по неосторожности совершенное лицом медицинского персонала в нарушение своих профессиональных обязанностей такое общественно опасное деяние, которое причинило (или реально могло причинить) существенный вред здоровью отдельных граждан или вызвало опасность для их жизни».4 Данное определение врачебных преступлений является наиболее близким к их составу и к тем определениям, которые даются в юридической литературе.

Из вышеприведенного определения видно, что авторы допускают возможность совершения этих преступлений как умышленно, так и по неосторожности. Следственная и судебная практика по делам о врачебных преступлениях против жизни и здоровья пациентов показывает, что в большинстве случаев они совершаются по неосторожности.

Если же эти преступления, например, убийство или тяжкие телесные повреждения совершаются медицинским работником умышленно, то такие преступления следует отнести к общим составам преступлений против личности, а не к специальным составам врачебных преступлений.

Конечно, встречаются и случаи совершения медицинскими работниками умышленных убийств. В Казахстане и Санкт-Петербурге такие преступления совершали врачи скорой медицинской помощи, к которым пациенты относятся с особым доверием и которым, в связи с этим, облегчен доступ в их жилые помещения. В Америке Джек Кеворкян осужден к 25 годам лишения свободы за убийство пациентов с их согласия и по их просьбе (эвтаназия). В Англии семейный врач Гарольд Шипман осужден к 15 пожизненным заключениям за убийства пациенток после того, как они по просьбе врача вписывали его в своих завещаниях в число наследников.5


§2 Классификация врачебных преступлений


В уголовных кодексах РМ, Украины, России большинство врачебных преступлений против жизни и здоровья пациентов включены в главах о преступлениях против личности. Наибольшее число этих преступлений включены в УК Украины 2001. Для сравнения приведем следующую таблицу:

УК Украины 2001 г.

УК Республики Молдова 2002 г.

Раздел II. Преступления против жизни и здоровья личности (ст. 115-145)

Глава II. ^ Преступления против жизни и здоровья личности (ст.145-163)

ст. 119. Убийство по неосторожности

ст. 128. Неосторожное тяжкое или средней тяжести телесное повреждение.

ст. 131. Ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей, повлекшее заражение лица вирусом иммунодефицита человека или другой неизлечимой инфекционной болезнью (медицинским, фармацевтическим или другим работником)

ст. 132. Разглашение сведений о проведении медицинского освидетельствования на выявление заражения вирусом иммунодефицита человека или другой неизлечимой инфекционной болезнью (должностным лицом лечебного учреждения, вспомогательным работником)

ст. 134. Незаконное производство аборта.

ст. 138. Незаконное врачевание.

ст. 139. Неоказание помощи больному медицинским работником.

ст. 140. Ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медицинским или фармацевтическим работником.

ст. 141. Нарушение прав пациента.

ст. 142. Незаконное проведение опытов над человеком.

ст. 143. Нарушение установленного законом порядка трансплантации органов или тканей.

ст. 144. Насильственное донорство.

ст. 145. Незаконное разглашение врачебной тайны.

ст. 149 Лишение жизни по неосторожности

(Примечание: а лишение жизни есть не что иное как убийство)

ст. 157. Причинение тяжкого или средней тяжести телесного повреждения или иного тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности.

ст. 158. Принуждение лица к изъятию органов или тканей с целью трансплантации.

ст. 158. Незаконное производство аборта.

ст. 160. Незаконное осуществление хирургической стерилизации (врачом)

ст. 161. Осуществление искусственного оплодотворения или имплантации эмбриона без согласия пациентки (врачом)

ст. 162. Неоказание помощи больному.

Раздел III. Преступления против свободы, чести и достоинства личности (ст. 146-151)

Глава III. ^ Преступления против свободы, чести и достоинства личности (ст. 164-170)

ст. 151. Незаконное помещение в психиатрическое учреждение.

ст. 169. Незаконное помещение в психиатрическую больницу.

Раздел V. ^ Преступления против избирательных, трудовых и иных личных прав и свобод человека и гражданина (ст.157-184)

Глава VIII. Преступления против общественного здоровья и общежития (ст. 211-222)

статья 184. Нарушение права на бесплатную медицинскую помощь

ст. 213. Нарушение по халатности правил и методов оказания медицинской помощи.

ст. 214. Незаконное врачевание или осуществление фармацевтической деятельности.

ст. 215. Распространение эпидемических заболеваний.

ст. 218. Незаконное назначение наркотических или психотропных препаратов.

Раздел XIII. ^ Преступления в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов или прекурсоров и иные преступления против здоровья населения (ст. 305-327)

Глава X. ^ Экономические преступления (ст. 236-258)

ст. 256. Получение незаконного вознаграждения за выполнение работ, связанных с обслуживанием населения

ст. 319. Незаконная выдача рецепта на право получения наркотических средств или психотропных веществ.




Раздел XV. ^ Преступления против авторитета органов государственной власти, органов местного самоуправления и объединения граждан (ст. 328-360)




статья 345. Получение незаконного вознаграждения работником государственного предприятия, учреждения или организации.





Из приведенной классификации врачебных преступлений следует, что они посягают на самые разнообразные общественные отношения, но наибольшую общественную опасность представляют преступления против жизни, здоровья, свободы, чести и достоинства личности.

Только в Уголовный Кодекс Украины включены такие преступления, как нарушение прав пациента (ст. 141) и нарушение права на бесплатную медицинскую помощь (ст. 184), право, которое нарушается постоянно и повсеместно.

По данным уникального исследования, проведенного учеными Российского Независимого института социальной политики, на протяжении двух лет в Западной Европе неформальных (незаконных) платежей врачам очень мало или почти нет, что свидетельствует о высокой общей и правовой культуре пациентов и врачей.

В России (да и в Молдове тоже) отношения населения к неформальной оплате медпомощи совсем иное. Вероятно, здесь сказывается выработанная за 80 лет психология раболепия человека перед любой форменной одеждой – милицейской, железнодорожной, почтовой. перед белым халатом.

Отношение населения к неформальной (незаконной) оплате медицинской помощи видно из следующей таблицы:


(в % от плативших неформально (незаконно))

Амбулаторно-поликлиническая

Стационарная

Это вымогательство со стороны медработников

9,8

8,6

Это компенсация низкой заработной платы медработников

15,2

14,5

Это благодарность за более внимательное отношение и более качественное лечение

24,4

33,3

Это единственный способ получить необходимые медицинские услуги

49,5

44,0


Директор вышеуказанного института С. Шишкин, доктор экономических наук считает, что при определенных условиях «можно добиться, чтобы определенный стандарт медицинской помощи был обеспечен всем бесплатно». В то же время у людей, у которых есть деньги, всегда будет возникать желание получить дополнительные дорогостоящие услуги, заплатив легально или нелегально. «Как и отблагодарить врача, который хорошо выполнил свою работу. Думаю, не следует пытаться такие неформальные платежи устранить».6

Мы не можем согласиться с мнением С. Шишкина о том, что не следует запрещать врачам получать нелегальную, помимо кассы медицинского учреждения, плату за хорошо выполненную работу. Тогда такое же право надо предоставлять всем государственным служащим. То есть, нельзя легализовать то, что и так существует в огромных масштабах и что на языке закона называется коррупцией.

Возможно, столь терпимое отношение С. Шишкина к коррупции в медицинских учреждениях объясняется тем, что из УК России 1996 г. исключена ранее существовавшая в главе об экономических преступлениях УК РСФСР 1960 г. статья 1562, предусматривавшая уголовную ответственность за получение незаконного вознаграждения от граждан за выполнение работ, связанных с обслуживанием населения, которая была введена Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 21 сентября 1981г. Наверное, эта статья исключена из УК потому, что за 15 лет ее существования (1981-1996) так никто из перечисленных в ней субъектов, в том числе и врачей, не был привлечен к уголовной ответственности. А незаконные платежи в широких масштабах в указанных сферах экономики как существовали, так и продолжают существовать. Хорошо, что не все медицинские работники разделяют мнение С. Шишкина.

Вот что ответил «Московским новостям» по поводу незаконных платежей М.И. Давыдов, директор Российского онкологического научного центра имени Николая Блохина на вопрос «А за операцию надо платить?»: «Однозначно: они бесплатны. Разумеется, в каждом большом коллективе (и в медицинском тоже) могут завестись «паршивые овцы». И какой-то врач говорит больному: Если вы хотите, чтобы операцию делал тот-то, следует заплатить столько-то…».

Вопрос: «Что вы делаете с «паршивыми овцами»? Ответ: «Выгоняю. Не подводя под уголовную статью, не читая нотаций о совести и чести».7

И самое возмутительное, что такой диалог врача-«доброжелателя»-вымогателя с пациентом возможен и в любой больнице Республики Молдова, причем он ведется до операции, зная, что за результаты операции в случае гибели пациента, врач никакой ответственности не несет. Причем деньги нередко вымогаются и в тех случаях, когда врач заведомо знает, что пациент обречен, что после операции он погибнет. А в ответ на возмущение родственников пациентов и требование вернуть деньги такой врач-мошенник возмущенно стыдит потерпевшего и отвечает: «Нет, я не верну деньги. Я работал. А всякий труд должен быть оплачен. В том, что жена ваша умерла, нет моей вины».8 С сожалением отмечаем, что если ранее по сообщениям средств массовой информации органы прокуратуры проводили проверки, возбуждали уголовные дела, то в настоящее время такие публикации остаются безо всякого реагирования.

Положение пациента усугубляется еще и тем, что недобросовестный врач, получив незаконное вознаграждение авансом, достигнув цели незаконного обогащения, тут же забывает об этом пациенте, не чувствуя ответственности за выполнение своих обязательств, пустых обещаний.

Исследование, проведенное Молдавским национальным бюро по правам пациентов также показало, что и в Молдове врачи берут взятки, или точнее выражаясь, получают незаконное вознаграждение, минуя кассу больницы. Согласно опросу, проведенному сотрудниками Бюро по защите прав пациентов в Бельцком, Оргеевском, Единецком и Кишиневском уездах, от 44 до 675% респондентов заявили, что врачи берут взятки.

26-46% опрошенных не знают прав пациента на бесплатную медицинскую помощь, многие больные не обращаются своевременно за такой помощью и, ввиду недостатков средств на лечение, умирают.9

Столь подробная регламентация уголовной ответственности за врачебные преступления в новом УК Украины свидетельствует о глубокой научной разработке данной проблемы учеными-юристами, судебными медиками, о высокой эффективности этих исследований и их прямом влиянии на законодательную практику, об особой заботе законодателей о защите жизни и здоровья всех пациентов и в особенности несовершеннолетних. В.А. Глушков делит врачебные преступления на две группы, и это деление нашло отражение и в новых уголовных Кодексах Украины, Молдовы, России. Это: 1) преступления в сфере оказания медицинской помощи и 2) преступления, связанные с извлечением медицинскими работниками нетрудовых доходов, их незаконным обогащением, что видно и из вышеприведенной нами сравнительной таблицы.

«Такое разделение преступлений в сфере медицинского обслуживания, отмечает автор, - позволяет более глубоко изучить составы преступлений, четче выделить проблемы, связанные, с одной стороны, с необходимостью улучшения качества медицинского обслуживания населения, а с другой, - с усилением борьбы с извлечением медицинскими работниками нетрудовых доходов».10

В данной работе более глубокому уголовно-правовому и криминологическому анализу, анализу судебно-следственной и экспертной практики будут подвергнуты преступления против жизни и здоровья пациентов, влекущие их гибель или тяжкие увечья и преступления, связанные с вымогательством у пациентов и их родственников незаконной оплаты за лечение, даже если оно ведет к тяжким последствиям.


§3 Врачебные ошибки и ответственность за них


В медицинской науке вообще и в судебной медицине, в частности, уделяется большое внимание правильному определению врачебной ошибки с тяжкими последствиями и обоснованию ответственности или освобождению от нее медицинских работников, их допустивших.

Причем, несмотря на наличие множества определений, на что имеет право каждый автор, их главное различие заключается в том, что одни из них и многие юристы полагают, что за врачебную ошибку, повлекшую гибель или тяжкие увечья пациента, медицинские работники должны нести юридическую ответственность, а другие полагают, что такая ошибка равносильна невиновному причинению вреда, казусу, несчастному случаю и она должна освобождать врача от ответственности.

Различные определения врачебных ошибок даются в работах А.П.Громова (1992 г.), В.А. Глушкова (1987 г.), Р.Ригельмана (1994 г.), И.Ф.Огаркова (1966 г.), Ф.Ю. Бердичевского (1970 г.), Н.В. Эльштейна (1998 г.), Ю.Д. Сергеева, С.В. Ерофеева (2001 г.), А.В. Тихомирова (1998 г.), В.И.Акопова (2000 г.), И.Г. Вермеля (1986 г.), О.В. Леонтьева (2002 г.), И.Мереуцэ, Е.Попушой, К.Ецко (1999 г.), С.Г. Стеценко (2004 г.) и др. Этот же вопрос широко обсуждался на Первом Всероссийском съезде (Национальном конгрессе) по медицинскому праву, состоявшемся в Москве 25 – 27 июня 2003 г.

Наиболее полно, с учетом всех предыдущих исследований, проблема врачебной ошибки и ответственности за нее, раскрыта в монографии Ю.Д. Сергеева и С.В. Ерофеева «Неблагоприятный исход оказания медицинской помощи» (Москва, 2001 г.). Словарь русского языка С.И. Ожегова определяет ошибку как «неправильность в действиях, мыслях», а слово «Ошибочный – содержащий в себе ошибку, ошибочное решение»11.

Авторы вышеуказанной монографии отмечают, что «термин «врачебная ошибка» по сути указывает на ненадлежащий, неправильный характер действий медиков, подчеркивающий его близость к неправомерности… хотя сами медики вкладывают в него противоположный смысл»12.

В монографии предлагается использовать термин «Ятрогения» (порожденное врачом), обозначающий также и врачебную ошибку, но в мировой медицинской практике отдается предпочтение термину «Ятрогения». За рубежом (и в России) в понятие «врачебная ошибка» также вкладывается смысл действия, влекущего ответственность.

Понятие «Ятрогения» должно иметь однозначное толкование на всех этапах оценки медицинской помощи и включать три одновременно наблюдаемых критерия:

1) наличие факта взаимодействия с медицинским персоналом – служебного или профессионального;

2) наличие вреда у пациента как последствия этого взаимодействия;

3) наличие прямой или косвенной связи между возникшим вредом и взаимодействием.

Авторы монографии предлагают дать унифицированное понятие о ятрогениях в нормативном акте Министерства здравоохранения России.

Они считают также, что в медицине лучше не пользоваться юридическим термином «случай, казус», а более обоснованным будет определение: «объективно ненадлежащая медицинская помощь».

Большинство пациентов не считают несчастный случай в медицине «невиновным причинением вреда», а уверены в необходимости наступления ответственности: достаточно привести название весьма авторитетной английской организации по защите прав пациентов – «Акция в пользу жертв медицинских несчастных случаев»13.

Такого же мнения в оценке врачебных ошибок придерживаются и Л.В.Канунникова, Я.А. Фролов, Е.В. Фролова. Они справедливо отмечают, что «Судебная практика признает отсутствие вины лечебного учреждения (его сотрудников), и юридическая ответственность не наступает, если медицинский персонал не предвидел и не мог предвидеть, что его действия причинят вред здоровью пациента…

Медицина обязана оказывать помощь больному во всех случаях, руководствуясь единственным стремлением к благоприятному исходу, не прикрываясь понятием врачебной ошибки, а стремясь исключить ее»14.

Мы вообще полагаем, что за термином «врачебная ошибка», повлекшей гибель или тяжкие увечья пациентов, скрываются многие неосторожные преступления – неосторожное убийство, неосторожные тяжкие телесные повреждения. И придуман этот термин врачами низкой квалификации, «двоечниками со скальпелем», невеждами в белых халатах, чтобы скрыть совершенные преступления и уйти от ответственности за их совершение.

Один опытный патологоанатом в Молдове говорил таким горе - эскулапам: вы совершаете преступления без наказания, за которые государство еще платит вам зарплату.

Ведь за ошибки в других областях деятельности, за которыми, как мы уже отмечали, скрываются неосторожные преступления, как правило, наступает уголовная ответственность. Ошибки, совершенные руководителями Чернобыльской АЭС, привели к катастрофе мирового масштаба и они были осуждены к длительным срокам лишения свободы. Ошибки капитанов двух теплоходов «Адмирала Нахимова» и «Капитана Васева» привели к столкновению судов в дневное время при хорошей видимости, повлекшем гибель свыше 300 пассажиров. Виновные капитаны также были осуждены к лишению свободы. Ошибки водителей транспортных средств также ежегодно влекут гибель десятков тысяч людей и виновные, если только они не скрылись, также привлекаются к ответственности.

Ошибки в медицине, а они в большинстве случаев совершаются виновно в виде преступной небрежности или самонадеянности, также должны быть наказуемы, причем не всегда обязательно в соответствии с Уголовным законодательством. Существует также дисциплинарная, административная, гражданско-правовая ответственность, добровольное возмещение материального и морального ущерба по соглашению сторон.

Должны быть в полной мере использованы все правовые средства для предотвращения врачебных ошибок, влекущих гибель и тяжкие увечья пациентов, а при установлении вины причастные к ним медицинские работники должны привлекаться к ответственности.

О.В. Лентьев, доктор медицинских наук, юрист, отмечает, что «В медицине, несмотря на огромное количество инструкций, приказов, других руководящих документов, отсутствует строгая регламентация профессиональных действий… в настоящее время не выработано строгих обязательных правил и мероприятий, которые всесторонне бы оценивали деятельность медицинского персонала».15

Автор далее отмечает, что в некоторых работах рассуждения на тему «врачебных ошибок» носят явно противоречивый характер. Не признавая их «преступлениями», приводятся следующие примеры врачебных ошибок: врач по ошибке ампутировал здоровую ногу, медицинская сестра сделала клизму раствором хлора, что повлекло гибель ребенка, или в полость прооперированного пациента забывают медицинские инструменты. По нашему мнению, вышеперечисленные «ошибки» являются преступлением и должны квалифицироваться как причинение тяжких телесных повреждений по неосторожности и причинение смерти ребенка также по неосторожности в форме преступной небрежности.

О.В. Леонтьев полагает, что «Случаи (казусы) полностью совпадают с таким понятием в теории права, и под ними подразумевают возникающие последствия вне зависимости от действий врача, профессиональные ошибки».16 Здесь автор сам себе противоречит, приравнивая казусы (случаи) к профессиональным ошибкам, так как в другом месте он справедливо отмечает, что за профессиональными «ошибками» нередко скрываются врачебные преступления. «… ошибка – противоправное деяние, а степень ответственности за ее совершение зависит от общественной опасности деяния, наличия вины и степени причиненного вреда».17

И далее: «Медицинская ошибка – это погрешность при выполнении медицинских манипуляций, которая в зависимости от степени общественной опасности, наличия неосторожной формы вины медицинского работника и вреда, причиненного здоровью пациента, исключает или приводит к возникновению различных видов юридической ответственности».18

По нашему мнению, данное определение является противоречивым, так как включает в себя и случаи невиновного причинения вреда, исключающие юридическую ответственность, и случаи совершения врачебных преступлений по неосторожности.

В другой работе О.В. Леонтьева с соавторами приводится несколько примеров врачебных преступлений, совершенных по неосторожности.19

Судебные медики и ученые-юристы Румынии также исследуют вопрос об ответственности за врачебные преступления, о их разграничении с врачебными ошибками и несчастными случаями в медицине. И в румынской литературе по данной проблеме также нет единства в определении врачебной ошибки. Так, доктор, профессор Владимир Белиш в четвертом издании курса судебной медицины для юридических факультетов определяет врачебную ошибку как оценку действий врача, которые не соответствуют научным и деонтологическим нормам профессиональной деятельности, влекущие причинение неумышленного вреда».20

По его мнению, в основу судебных ошибок в большинстве случаев находятся незнание, неосторожность, небрежность и поверхностность. Но ведь для наличия состава преступления не имеет значения, погиб ли пациент от действий «двоечника со скальпелем» или кандидата наук, врача высшей категории.

В.Белиш перечисляет случаи, когда может наступить уголовная ответственность за врачебные преступления, а именно:

1) Несоблюдение медицинских норм лечения, назначение противопоказанных медикаментов, или применение ненадлежащих методов лечения, причиняющих телесные повреждения или иной вред здоровью, в том числе неосторожные телесные повреждения, требующие соответствующего лечения.

Когда нарушение норм оказания медицинской помощи приводит к смерти больного, деяние квалифицируется как неосторожное убийство (ст. 178 УК Румынии).

2) Назначение медикаментов, биологических продуктов, медико-технологических средств или медицинских аппаратов для применения и использования в условиях, противоречащих закону, квалифицируется как злоупотребление служебным положением по ст. 246.

Здесь следует пояснить, что согласно статьи 327 УК Республики Молдова субъектом злоупотребления властью или служебным положением может быть только должностное лицо. Понятие должностного лица содержится в статье 123 УК РМ. Из этого определения вытекает, что не каждый врач является должностным лицом.

Статья 246 УК Румынии предусматривает ответственность за «злоупотребление служебным положением против интересов личности» и имеет следующее содержание: «Деяние публичного служащего, который при исполнении своих служебных обязанностей сознательно не выполняет определенное действие или выполняет его ненадлежащим образом и этим наносит вред законным интересам личности, наказывается лишением свободы от 6 месяцев до 3-х лет.»

В статье 147 УК Румынии дается определение публичного служащего и служащего (funcţionar public şi funcţionar). Публичный служащий – это любое лицо, которое исполняет постоянно или временно в любой должности, независимо от того, каким образом назначено на эту должность, любые функции, оплачиваемые или нет, в любом учреждении, указанном в ст. 145 УК Румынии, разъясняющей термин «публичный».

Сравнительный анализ соответствующих норм позволяет сделать вывод, что понятие «публичный служащий», содержащееся в статье 147 УК Румынии более широкое, чем понятие должностного лица в УК Республики Молдова (ст. 123). Следовательно, в Румынии любой врач является публичным служащим и может нести ответственность по ст. 246 УК Румынии.

3) Получение медицинским работником незаконного вознаграждения деньгами или другими материальными ценностями за оказание медицинской помощи квалифицируется или как получение взятки (статья 254 УК Румынии) или как получение незаконного вознаграждения.

4) Подделка медицинских документов (истории болезни, больничного листа, результатов анализов, рецепта, протокола операции и др.) влечет ответственность по ст. 289 УК Румынии.

К сожалению. В. Белиш ограничивается теоретическим анализом данной проблемы, не приведя ни одного конкретного примера совершения врачебных преступлений из судебно-следственной и экспертной практики Румынии.21

Это, вероятно, потому, что по свидетельству известных ученых, специалистов Румынии, генералов полиции, докторов юридических наук, профессоров В.Добриною, Г.Нисторяну, И.Сучава, доктора права генерала И.Карлига, Е.Замфиреску в Румынии за последние 50 лет было только 2-3 случая привлечения к уголовной ответственности врачей за причинение по неосторожности пациентам тяжких телесных повреждений или смерти.

По свидетельству В. Белиша, поступает много жалоб на врачей за допущенные ошибки в профессиональной деятельности, по которым проводится административное или уголовно-процессуальное расследование, а в других случаях эти жалобы рассматриваются на Коллегии врачей и фармацевтов.

Какова же «объективность» ведомственного расследования врачебных преступлений мы покажем на многочисленных примерах из практики ведомственной судебно-медицинской экспертизы и Министерства здравоохранения Республики Молдова.

По свидетельству румынских ученых-юристов, Коллегия врачей и фармацевтов Румынии практически никогда не направляет материалы о врачебных преступлениях в органы полиции или прокуратуры для расследования и привлечения виновных к уголовной ответственности.

Это происходит и потому, что Румынский Национальный институт судебной медицины «Мина Минович» и территориальные институты судебной медицины подчинены Министерству здравоохранения и семьи, которое также не направляет материалы о врачебных преступлениях в судебно-следственные органы.

В то же время заслуживает внимание создание в Румынии высшего Совета судебной медицины, в состав которого, кроме судебных медиков, входят также представители Министерства юстиции, Министерства внутренних дел, что может способствовать более объективному расследованию и судебному рассмотрению дел о врачебных преступлениях.22

В течение года более 25 тысяч немцев умирают от так называемых непрогнозируемых побочных реакций на лекарственные препараты23 и «почти всегда виноваты оказываются … врачи, которые неправильно поставили диагноз, не учли индивидуальных особенностей пациента или просто не удосужились внимательно прочитать инструкцию, в которой изготовитель препарата перечисляет побочные действия и возможные негативные реакции на данное лекарство. Опасность для здоровья и жизни пациентов кроется чаще всего в неправильной комбинации принимаемых препаратов и в неспособности лечащего врача предвидеть последствия приема одновременно нескольких лекарств.

Подобные ошибки весьма часто допускаются германскими медиками при назначении средств для лечения сердечно сосудистой системы, а также цитостатиков – их обычно приписывают больным раком.

Между тем, хотя звучит это парадоксально, практически все смертоносные сочетания назначаемых лекарств известны: реакции, возникающие при их взаимодействии, хорошо изучены и задокументированы. Эта информация хранится в специальных компьютерных медицинских базах данных, доступных практически любому немецкому врачу. Но беда в том, что практикующие врачи крайне редко пользуются подобными справочными услугами, зачастую просто не догадываются об их существовании.

Кроме того, в германских аптеках имеется немало препаратов, продаваемых без рецепта и способных при неграмотном применении вызвать смерть пациента. Подобных случаев уже зарегистрировано множество.

Своеобразную, местами противоречивую позицию в оценке врачебных ошибок занимают доктор медицинских наук, профессор, судмедэксперт В.Попов и юрист, доцент Н.Попова.24

Полемизируя с высказыванием Ф.Бердического о недопустимости врачебных ошибок, авторы утверждают, что неверно считать, что ошибки врачей отличаются особым трагизмом. Ошибки других специалистов не менее трагичны и приводят в пример жертв аварии на Чернобыльской АЭС, жертв землетрясений в Армении.

Но при этом они упускают из виду, что руководители Чернобыльской АЭС за допущенные «ошибки» с тяжкими последствиями были осуждены к длительным срокам лишения свободы, а виновные во врачебных ошибках, повлекших гибель пациентов, в странах СНГ часто остаются безнаказанными. В.Попов и Н.Попова утверждают, что определение И.В. Давыдовским в 1928 году – 76 лет назад – врачебной ошибки общепризнанно и предполагает «добросовестное заблуждение врача, основанное на несовершенстве самой врачебной науки и ее методов, или в результате атипичного течения заболевания, или недостаточной подготовки врача, если при этом не обнаруживается элементов халатности, невнимательности или медицинского невежестве».25 Это определение, продолжают авторы, настолько общепринято, что с некоторыми непринципиальными коррективами вошло в медицинские энциклопедии, большинство монографий и учебников.

Определение действительно очень удобно для оправдания любого врачебного преступления. Скажем, больной погиб в Молдове или в Сенегале вследствие врачебной ошибки. Извините, врач не виноват, в их странах медицинская наука, по сравнению с Россией или Америкой, развита недостаточно, в слаборазвитых странах врачи вправе ошибаться чаще.

Что касается атипичного течения заболевания, то это самый излюбленный аргумент для оправдания врачебного невежества. В Молдове почти во всех случаях гибели пациентов вследствие преступной врачебной небрежности его родственникам отвечают, что он погиб от очень редкого заболевания, не известного врачам нашей республики. А если даже болезнь известна, то в Молдове она неизлечима.

Сами авторы определяют врачебную ошибку как «неправильное (ошибочное) действие или бездействие врача при выполнении своих профессиональных обязанностей по диагностике болезни, организации и проведении лечебно-профилактических мероприятий».26

В зависимости от степени ущерба здоровью ошибка врача может быть расценена как проступок, или как преступление. Но ответственность врача зависит не только он наступивших последствий, так как эти последствия могут быть причинены невиновно. Здесь еще требуется установление вины врача и наличие причинной связи между его действием (бездействием) и наступившими последствиями.

Мы согласны с утверждением авторов о том, что личность врача, его нравственный облик и профессиональная подготовка – вот, что в конечном счете определяет успех и каждого медицинского вмешательства в отдельности, и всего дела народного здравоохранения в государственном масштабе. Невежественный врач может совершать ошибки и в Америке, а хороший специалист творит чудеса и в слаборазвитой стране.

И далее, как бы оправдывая врачебные ошибки, авторы утверждают, что «ошибаться не имеет права не один специалист, и тем не менее, все они ошибаются».27 При этом они ссылаются на высказывания выдающихся клиницистов Н.Н. Пирогова, С.П. Бабкина, Ю.Ю. Джанелидзе и других, которые открыто признавали, что они тоже совершали ошибки. Но разница между великими и невеждами как раз и состоит в том, что первые признавали свои ошибки и на них учились, а вторые категорически их отрицают, как бы очевидными они не были. По всем уголовным делам о врачебных преступлениях ни один осужденный врач не признал себя виновным в содеянном. Даже «доктор Смерть» из Санкт-Петербурга М.П., осужденный к пожизненному заключению за умышленное убийство 12 пенсионерок, который на следствии и в суде признавал свою вину, впоследствии стал ее отрицать, заявив, что оговорил себя.28

Весьма ценной и справедливой является рекомендация авторов о том, что «предпочтение должно отдаваться, если это не вызывается особой необходимостью более безопасным и неивагивным методам исследования»29 и добавим от себя, и лечения.

Это особенно важно при решении о проведении плановой операции, которую можно проводить, а можно и отложить или вовсе отменить для спасения жизни пациента.

Конечно, при чрезвычайных ситуациях, землетрясениях, авариях, взрывах, при огромном количестве пострадавших вероятность врачебной ошибки выше, чем при спокойном, вдумчивом выборе метода лечения в уютном рабочем кабинете, имея перед собой результаты всех необходимых анализов и исследований.

В. Попов и Н. Попова выделяют ошибки, возникающие при чрезмерной, слишком «смелой» деятельности врачей, получившие название «хирургической агрессии». Выполнение операции – в большей или в меньшей степени вопрос техники, тогда как воздержание от операции – вопрос искусной работы утонченной мысли, строгой критики и тончайшего наблюдения.30

В уголовном праве «хирургическая агрессия» называется неосторожной виной в форме преступной самонадеянности, когда врач, берясь за смертельно опасную операцию, действует на авось, безразлично относится к ее результатам, зная, что в случае гибели пациента, он никакой ответственности не несет.

Коль скоро в медицинской науке термин «врачебная ошибка» используется нередко для оправдания врачебных преступлений, и с ее помощью пытаются увести виновных от ответственности, необходимо рассмотреть и вопрос об ответственности за ошибку в уголовном праве.

^ Ошибка и ее значение

С принципом субъективного вмнения, то есть вмнения при наличии вины, тесно связан вопрос об ошибке, поскольку в содержание вины входят не только истинные, но и ошибочные представления лица о характере совершаемого деяния и его социальном значении. Под ошибкой в уголовном праве понимается заблуждение лишь относительно фактических обстоятельств, определяющих характер и степень общественной опасности совершаемого деяния, либо относительно юридической характеристики деяния.31

Юридическая ошибка – это неправильная оценка виновным юридической сущности или юридических последствий совершаемого деяния.

Общее правило, относящееся к значению юридической ошибки сводится к тому, что уголовная ответственность лица … наступает в соответствии с оценкой этого деяния не субъектом, а законодателем. Такая ошибка обычно не влияет ни на форму вины, ни на квалификацию преступления, ни на размер назначаемого наказания.

Фактическая ошибка – это неверное представление лица о фактических обстоятельствах, играющих роль объективных признаков состава данного преступления и определяющих характер преступления и степень его общественной опасности. В зависимости от содержания неправильных представлений, то есть от предмета неверных восприятий и оценок, принято различать следующие виды фактической ошибки: в объекте посягательства, в характере действия или бездействия, в тяжести последствий, в развитии причинной связи, в обстоятельствах, отягчающих ответственность. В большинстве случаев фактическая ошибка также не освобождает виновного от ответственности, но влияет на квалификацию преступления. Ошибка в объекте – это неправильное представление лица о социальной и юридической сущности объекта посягательства. Например, если лицо покушается на хищение наркотиков из аптеки, но похищает лекарства без наркотиков, его действия все равно квалифицируются как покушение на хищение наркотических средств (статья 229 УК РФ).

Второй разновидностью ошибки в объекте является незнание обстоятельств, когда в действительности они существуют, то преступление квалифицируется как совершенное без отягчающих обстоятельств. Если же он исходит из ошибочного предположения о наличии соответствующего отягчающего обстоятельства, то деяние должно квалифицироваться как покушение на преступление с этим отягчающим обстоятельством.

Не вдаваясь далее в подробный анализ множества фактических ошибок, при которых уголовная ответственность все же наступает, заметим лишь, что, как правильно подчеркнул профессор Ю.Д. Сергеев, термине «врачебная ошибка» в юридическом смысле не существует, он не зафиксирован ни в одном правовом документе. Он предложил классификацию такого понятия, как «ненадлежащее оказание медицинской помощи», которое имеет более конкретный юридический смысл и примыкает к служебной халатности, которая также определяется, как невыполнение или ненадлежащее выполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие небрежного или недобросовестного к ним отношения (статья 329 УК РМ).

Ненадлежащее оказание медицинской помощи подразумевает, что были нарушены какие-то нормы, правила, стандарты оказания надлежащей медицинской помощи и является основанием для юридической ответственности медицинского работника, а не обстоятельством, освобождающим от ответственности в случае врачебной «ошибки».






страница1/9
Дата конвертации02.02.2013
Размер2,32 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы