Япредставлю нашего первого сегодняшнего докладчика это Ситникова Светлана Юрьевна. Она также представляет корпорацию «Корана» иявляется одним из разработчико icon

Япредставлю нашего первого сегодняшнего докладчика это Ситникова Светлана Юрьевна. Она также представляет корпорацию «Корана» иявляется одним из разработчико



Смотрите также:
1   2   3   4   5   6   7
Максим Сергеевич Мулюкин. Спасибо большое. Я сделаю лишь одну ремарку, которая вызвала оживление в зале, относительно того, что коллеги из Ростова сказали, что они проводят разъяснительную работу. Абсолютно правильно делают, и люди, которые приходят к вам, должны с открытым забралом понимать, на что они нарвутся. Нормальная разъяснительная работа.

^ Алексей Александрович Рыбин. Мы этого и не скрываем.

Максим Сергеевич Мулюкин. Если честно, расскажу даже такой реальный сюжет из практики, когда мы, в смысле, ФСТ России рассказывала о том, что мы делаем подобного рода, в смысле, вся система органов регулирования как в Москве, так и в регионах делает это бесплатно, то есть любое предоставление, разъяснение и прочее, на нас коллеги из Соединенных Штатов и из Европы посмотрели как на сумасшедших. Регуляторов, я имею в виду. Потому что это у них отдельная статья доходов организации, они дают платные разъяснения. Владимир Владимирович, можно вас попросить выступить?

^ Муж. 2. Можно вопрос задать коллеге? Единые у вас тарифы в регионе на передачу или не единые?

Алексей Александрович Рыбин. Единые.

Муж. 2. То есть слайд, где модель договорных отношений, там две сетевые организации, которые получают, и тарифы у них одинаковые?

^ Алексей Александрович Рыбин. Тарифы одинаковые не у них, по одинаковым тарифам платят сбыты либо те предприятия, которые находятся на оптовом рынке непосредственно, либо независимые сбыты. То есть на потребителя перекладываются через сбытовую компанию одинаковые тарифы.

Муж. 2. То есть если потребитель не из сбытовой компании, я имею в виду, потребитель услуг по передаче, просто участник оптового рынка, то у него тарифы разные?

^ Алексей Александрович Рыбин. Нет, по единому тарифу он также расплачивается. Там единственный вопрос, с кем он расплачивается, потребитель. У нас нет сейчас такой ситуации, когда потребители сами расплачиваются. Вопрос просто, с кем он расплачивается. То есть либо он по факту присоединения расплачивается с нижестоящей сетевой организацией, она излишек необходимой валовой выручки потом передает вверх, либо наоборот, потребитель платит. Вот различие в схеме почему, левая и правая сторона схемы. Либо потребитель сразу оплачивает вышестоящей РСК «Ростовэнерго» по единому тарифу, а она излишек необходимой валовой выручки передает нижестоящим сетевым компаниям.

Муж. 2. Еще вопрос, связанный с компенсацией нормативных потерь. При расчете единого тарифа на передачу, какой тариф на компенсацию потерь вы закладывали? То есть это единый? Или он для различных организаций различен с учетом передачи?

^ Алексей Александрович Рыбин. У нас сетевые компании приобретают электроэнергию в целях компенсации потерь в своих сетях по индикативной цене. Я говорил, по определению мы ее не утверждали. То есть по индикативной цене приобретать.

Все дело в том, что у нас в 2006-м году, когда мы формировали схему, из 27 мелких территориальных сетевых организаций нормативы по потерям были утверждены по двум или по трем, сейчас не буду врать. Все остальное, потери, покупали, по сути, по розничной цене уже. То есть по потребительскому тарифу. Сейчас мы разъяснительную работу опять-таки проводим, и у нас все документы опять Министерство промышленности и энергетики, конечно, задерживает, но, по крайней мере, у нас все заключения с экспертизами уже по сетевым организациям в Министерстве промышленности и энергетики находятся. И я думаю, что в рамках тарифных решений мы уже будем, даже если не будет приказа Министерства промышленности и энергетики, то на заключения экспертизы ориентироваться и закладывать потери по заключениям экспертизы, которые потом, надеюсь, нам Министерство промышленности и энергетики легализует.

^ Муж. 2. Имеется в виду тариф на компенсацию сверхнормативных.

Алексей Александрович Рыбин. На 2008-й год?

Муж. 2. 2007-й, 2008-й.

Алексей Александрович Рыбин. Нет, про 2007-й год я сказал, что у нас те сетевые организации мелкие, у которых были, в том числе и крупные, у которых были установлены нормативы, они приобретают это по индикативной цене. На 2008-й год сейчас будем делать в соответствии с методикой. Главное, чтобы нормативы были утверждены.

Муж. 3. Можно вопрос? У меня по движению потоков денежных. То есть там сверху котел, снизу? Когда снизу, все понятно. Нижестоящие платят вышестоящим за предоставление услуг. А когда деньги собираются в РСК и передаются муниципальным, например? Никаких проблем не возникает там, например, с теми же налоговыми органами? То есть, на каком основании вышестоящие передают деньги нижестоящим?

^ Алексей Александрович Рыбин. На самом деле, 861-е тоже и в той редакции, когда мы организовывали эту схему, и теперь, с новыми изменениями. Да, там трактуется, кто кому предоставляет услугу, ведь это можно по-разному переиначить: РСК предоставляет услугу нижестоящей сетевой компании, либо нижестоящая сетевая компания предоставляет услугу РСК. Но пока налоговых проблем не было. Но еще раз говорю, в рамках подготовки всех этих решений юристы «Донэнергосбыта» именно ровно на эту причину указывали, что могут возникнуть налоговые риски. Еще раз говорю, изменение 861-й плюс принятая методика, на мой взгляд, уже однозначно говорит, что любая из компаний может оказывать друг другу услугу. То есть как вверх, так и вниз.

^ Максим Сергеевич Мулюкин. Спасибо. Владимир Владимирович Мельников, «Экмо», Московская область.

Владимир Владимирович Мельников. Добрый день, уважаемые коллеги. Во-первых, хотели поблагодарить, безусловно, Федеральную службу по тарифам за то, что нам предоставили достаточно приличный семинар, который ответил на многие наши вопросы, так как доклад у нас был намного длиннее, но тем самым сэкономил наше время. Очень коротко буквально пробегусь по Московской области, дабы не загружать вас своими проблемами, на самом деле.

На слайде видно, Московская область, планируем на 2008-й год порядка одного миллиарда киловатт-часов. Темпы роста очень высокие, грандиозно высокие, то есть мы прибавляем порядка 8 процентов в год. Все знаете уже проблемы, которые сформировались в Московском регионе. Это отсутствие свободной мощности. К сожалению, Федеральная сетевая компания и распределительные сети и сформированные ими инвестиционные программы движутся не с теми темпами, которые мы бы хотели. И на сегодняшний день мы можем констатировать, что мы находимся в дефиците по мощности порядка 4 гигаватт по области. Здесь собраны заявки, которые были не обеспечены.

Теперь что у нас творится в самой области. Сейчас полезный отпуск, распределение структуры. Тут как-то проценты у нас не обозначились, но на сегодняшний день в условиях действия 530-го постановления мы имеем на территории области 18 гарантирующих поставщиков. С этими поставщиками нам приходится работать. Основные из них – это «Мосэнергосбыт», за которым стоит порядка 85 процентов поставки электрической энергии на область. Здесь у нас присутствует «Русэнергосбыт», основная часть, ему отошли железные дороги.

Все остальное – это наши муниципальные, когда-то существовавшие и существующие до настоящего времени электрические сети, которые занимают порядка 30 процентов на объеме поставки. В настоящее время они получили у нас статус гарантирующего поставщика, то есть все эти предприятия имеют не менее 50 миллионов киловатт-часов, соответственно, подходят под этот статус. А в этом ключе, мы понимаем, что у нас область – одна из крупнейших потребителей электрической энергии, мы в настоящее время всего процента на 2 отстаем от города Москвы, а с темпами указанного роста я думаю, что в течение двух-трех лет мы выдвинемся опережающими темпами.

С какими проблемами по гарантирующим поставщикам мы непосредственно столкнулись в настоящее время. В соответствии с пунктом 55-м правил четко сказано, что в соответствии с пунктом 36-м, подпунктом «б» и «в», которыми были присвоены статусы гарантирующих поставщиков, границами являются границы балансовой принадлежности электрических сетей. Но учитывая то количество объектов, которые вводят на территории области, и, учитывая тот сформировавшийся дефицит по мощности, часть распредсетей строит непосредственно потребитель.

Построив распредсеть, потребитель предъявляет законные требования по собственности данной сети. Как правило, вопрос решается передачей в долгосрочную аренду либо выкупом. Основная часть – это, конечно, долгосрочная аренда. И когда начинают уже разбираться, то здесь «Мосэнергосбыт», являющийся гарантирующим поставщиком по области, и то муниципальное предприятие, которое вот эти сети данные берет в аренду, то здесь интересы их направляются в разных векторах. «Мосэнергосбыт» доказывает, что они не могут забрать себе этого потребителя, потому как это не является их балансовой принадлежностью по этим сетям, соответственно, осуществлять деятельность в данном регионе они не могут. На наш взгляд, если бы более четко было бы либо дано разъяснение Федеральной службы, либо были внесены некие изменения в данное положение, это бы, что называется, у нас решило проблему.

Это у нас одна из проблем, и вторая, которая наиболее остро у нас стоит, это то, что касается гарантирующих поставщиков. Мы понимаем, что у нас конкурсы будут проводиться, начиная с 2010-го года. Учитывая, что мы тоже формируем котел. Мы не вышли в пионеры, потому что, на самом деле, понимание котла очень тяжело у нас проходило. На сегодняшний день мы считали и считаем, и, в общем-то, все необходимые материалы сдавали в Федеральную службу с тем условием, что с 1 января 2008-го года, и понимаем, что все наши муниципальные сети, они не способны и, в общем-то, не особо горят желанием, на оптовый рынок они не выйдут. Следовательно, наш расчет состоял в том, что данные муниципальные сети будут исполнять свой статус гарантирующего поставщика до условий проведения конкурса, а именно будут фактически являться в старом своем варианте, а именно оптовым покупателем-перепродавцом, который будет приобретать эту электрическую энергию у «Мосэнергосбыта» и, соответственно, транслировать своим потребителям.

Но вот здесь мы входим в некое противоречие с 530-м постановлением, где написано, что с 1 января 2008-го года данные предприятия должны выйти на оптовый рынок. Учитывая ту тарифную компанию, а у нас только тарифов по теплу порядка - 860 предприятий, тарифов по транспорту, это мы считаем сетевые и некие предприятия, их порядка 250, и учитывая, что до настоящего времени нет правил проведения конкурса, абсолютно точно, что к 1 января 2008-го года у нас будет неоднозначная ситуация. То есть конкурс провести мы уже, что называется, принципиально не успеем. Отформировав документы в ФСТ, мы формировали их, что называется, в старой логике. Поэтому, собственно, и расчет будем вести тоже в старой логике.

Почему мы плюс ко всему привязываемся непосредственно к котлу. На сегодняшний день принято решение формировать котел сверху. То есть у нас распределительные сети, а именно самый большой осколок «Мосэнерго» - это «Московская объединенная электросетевая компания», которая занимает порядка 80 процентов, осуществляет транспорт по территории Московской области, и 20 процентов – наш как раз муниципал. Она будет являться, что называется, распределителем котла. И в данном случае, если распаковать наших по-старому перепродавцов, по-новому гарантирующих поставщиков, то мы с вами получим еще вот эти некую цепочку передач, которую в настоящее время не можем сложить.

С сетями еще худо-бедно можно работать, жуткий кадровый голод, люди не совсем всегда понимают, о чем идет речь. Более того, с предприятиями, которые находятся у нас на регулировании – их порядка двухсот пятидесяти. Понятие о формировании баланса (а, как правило, за этим предприятием существуют субабоненты: сидит и население, и бюджетные, то есть, в любом случае, они должны участвовать в регулировании) или понятие о формировании неких документов для регулирования – очень-очень условное. Поэтому мы просто не можем собрать корректные документы. До настоящего времени мы «прошерстили», наверное, только порядка восьмидесяти процентов области и получили более-менее адекватную картину на территории. Всё остальное, честно говоря, иногда приходится додумывать самим или смотреть по аналогам прошлых лет. Вот это наверное, коллеги, что называется, быстрым обзором. Если будут вопросы – с удовольствием ответим. Спасибо.

Жен1. Если я правильно поняла, то Вы не нашли правовых оснований для того, чтобы главный гарантирующий поставщик оплатил услугу по котловой передаче до конечного потребителя, хотя реально физически передает энергию на границе раздела между сетями. То есть, мы говорим о построении котла, но у нас разные уровни напряжения. Котловой на низком, фактическая передача, утрированно говоря, на высоком, а правового основания у нас не хватает: кроме восемьсот шестьдесят первого у нас в руках ничего нет. Вот мы в такой же ситуации, и очень хотелось бы знать, что делать? Можно, конечно, надавить, заставить.

^ Владимир Владимирович Мельников. Абсолютно правильно. Это тоже у нас «Московская объединенная электросетевая компания», то есть, это собиратель котла. Они пока высказывают опасения по заключению договоров транспорта с сетями второго уровня, то есть, муниципальными. Понятно, что здесь есть восемьсот шестьдесят первая, но они как бы призывают нас резервировать их риски. Понятно, что резервировать риски будет крайне сложно, но такая проблема существует, и юристы дают по ней, что называется, не совсем благоприятный прогноз, несмотря на существование восемьсот шестьдесят первого постановления.

Муж2. Спасибо большое, Владимир Владимирович. Сейчас – Надежда Викторовна Запорожец, об опыте Свердловской области.

^ Надежда Викторовна Запорожец. Добрый день, уважаемые коллеги. Региональная энергетическая комиссия Свердловской области является органом регулирования гарантирующих поставщиков, и в течение года – собственно, восьмого сентября будет ровно год, как на территории области начали работать гарантирующие поставщики, а мы начали их регулировать. За этот период времени мы, фактически, столкнулись с реализацией всех норм законодательства, предусмотренных пятьсот тридцатым постановлением в части гарантирующих поставщиков и, честно говоря, нашли способы применения всех этих норм. Сейчас я попытаюсь проиллюстрировать ситуацию на том, что мы имеем на сегодняшний день. На сегодняшний день, с восьмого сентября, на территории области семь энергоснабжающих, энергосбытовых организаций получили статус гарантирующего поставщика. Претендентов было девять, но два из них не соответствовали требованиям в части количества отпускаемой населению энергии.

На данной карте Свердловской области показаны регионы, в которых присутствует каждый из семи гарантирующих поставщиков. Рыжие кружочки – это «Свердловэнергосбыт», желтые кружочки – «Энергогазовая Компания», зеленые кружочки – КЭСК «Мультиэнергетика». То есть, три гарантирующих поставщика разбросаны по территории области соразмерно разбросу сети, сетевых организаций, к сетям которых присоединены их потребители. Четыре гарантирующих поставщика имеют вполне локальные зоны. Это, прежде всего, зона города Екатеринбурга – «Екатеринбургская электросетевая компания», зона города Нижнего Тагила и зона закрытого города Новоуральска, а также зона Верхней Салды. Три, как я уже сказала, разбросаны.

Мы видим, что минимальная доля потребителей-абонентов – всего 1,8% - у муниципальных городских электрических сетей, и доля отпускаемой этим потребителям электрической энергии составляет всего 0,31% от всего отпуска электрической энергии на территории Свердловской области. Вместе с тем, «Свердловэнергосбыт» обслуживает тридцать с лишним процентов абонентов, и имеет 77,26% полезного отпуска.

По структуре потребителей картина тоже очень разнообразная. В частности, «Роскоммунэнерго», которое обслуживает зону Нижнего Тагила – у них доля населения и бюджетных потребителей, как вы видите, составляет практически шестьдесят процентов. Доля прочих потребителей – сорок процентов. Опять же, «Свердловэнергосбыт» имеет менее трех процентов населения, менее одного процента бюджетных потребителей, и девяносто шесть процентов электрической энергии отпускается прочим потребителям. Это неизбежно отразилось на величине сбытовой надбавки каждого из гарантирующих поставщиков. То есть, минимальная сбытовая надбавка у «Екатеринбургской электросетевой компании» - две с половиной копейки, поскольку зона обслуживания локальная, а объемы потребления энергии очень большие. И максимальная величина сбытовой надбавки у КЭСК «Мультиэнергетика» - это одна из организаций, потребители которой разбросаны по территории всей Свердловской области.

Особенности сложившейся структуры. Как мы видим, большие различия в объемах и структуре полезного отпуска в удельных затратах на сбыт. Далее, количество обслуженных потребителей в шести из семи зон деятельности гарантирующих поставщиков составляет менее двадцати пяти процентов. Помните требования пятьдесят девятого пункта о том, что, если вздумается менять границы зон деятельности гарантирующих поставщиков, то необходимо обеспечить, чтобы доля абонентов в новых зонах была не менее двадцати пяти процентов? Это, наверное, разумное требование, но по жизни – по тридцать шестому пункту так не получилось.

Зоны деятельности гарантирующих поставщиков пересекаются между собой. Это тоже отрицательный момент. У нас на территории одного населенного пункта могут присутствовать два гарантирующих поставщика, потому что на территории одного населенного пункта есть электрические сети «Облкоммунэнерго», электрические сети региональной сетевой организации либо «Свердловэнерго». Соответственно, на этих сетях находятся разные сбытовые организации. Потребители слабо ориентируются, кто для них является гарантирующим поставщиком, а гарантирующие поставщики, имея представительства в одном населенном пункте, соответственно, дублируют затраты, что тоже является нерациональным. Но самая большая проблема, на наш взгляд, заключается в том, что процедура выхода на оптовый рынок требует существенных затрат на оборудование разветвленных зон деятельности приборами учета и последующего их обслуживания. Мы посчитали, что эти два гарантирующих поставщика, которые имеют разветвленную структуру – одному из них необходимо оборудовать более пятисот групп точек поставки электрической энергии, а другому – более семисот. Для того, чтобы это сделать, оборудовать эти границы приборами учета, требуется в общей сложности порядка семисот миллионов рублей, что удорожит расходы на содержание электрических сетей на десять процентов к сегодняшней величине по Свердловской области. Мы считаем, что это нерационально: сейчас вкладывать деньги в то, чтобы оборудовать приборами учета эти разветвленные зоны, которые не отвечают никаким требованиям локализации.

Каковы у нас перспективы на 2008 год в этой ситуации? Согласно сороковому пункту, который сегодня уже звучал, организация лишается статуса гарантирующего поставщика в соответствующей зоне деятельности, если не получила статус субъекта оптового рынка и не выполнила установленные законодательством условия, обеспечивающие доступ к торговой системе оптового рынка. И, соответственно, по сорок первому пункту, эти полномочия переходят к сбытовой организации, которая образована в результате реформирования АО «Энерго», то есть, к «Свердловэнергосбыту». Реальные шансы получить статус субъекта оптового рынка по сороковому пункту имеют дополнительно две организации. Соответственно, у нас останется только три гарантирующих поставщика, произойдет укрупнение АО «Энерго» - на их долю будет приходиться уже свыше восьмидесяти пяти процентов реализуемой электрической энергии. Организации – не субъекты оптового рынка, которые сумеют сохранить статус гарантирующего поставщика по сорок первому пункту, то есть, докажут, что существовали объективные причины, препятствующие им получить этот статус (в частности, сетевая организация не обеспечила точки надлежащими приборами учета) – эти организации будут иметь более высокие тарифы на электрическую энергию. Понятно, почему: не получив статус субъекта оптового рынка, но сохранив статус гарантирующего поставщика, они будут вынуждены покупать электрическую энергию у действующего гарантирующего поставщика – у того же «Свердловэнергосбыт». Изменить соотношение гарантирующих поставщиков возможно только за счет изменения границ зон деятельности при проведении конкурса, о чем нам сегодня тоже популярно рассказали.

Какова ситуация – я вам сказала. Теперь – о том, каковы особенности нашей работы в 20007 году.

Первая особенность заключается в том, что только один гарантирующий поставщик из семи является субъектом оптового рынка. Естественно, эти гарантирующие поставщики, а соответственно, и их потребители, находятся в неравных условиях, и невозможна конкуренция между сбытовыми организациями, если одна из их является поставщиком электрической энергии для другой. В чем это проявляется прежде всего? Гарантирующий поставщик – субъект оптового рынка злоупотребляет своим доминирующим положением, отказывая в продаже электрической энергии иным сбытовым организациям. То есть, как нам сегодня говорили, иногда для потребителей не суть важно, сколько стоит электрическая энергия, тем более, что разрыв с бытовой надбавки – минимальный, а важно, как тебя обслуживают, дают ли возможность выбрать вариант тарифного меню. Так вот, по этой причине отдельные потребители все-таки отдают предпочтение иным сбытовым организациям, но в этой ситуации гарантирующий поставщик – субъект оптового рынка просто-напросто находит массу причин для того, чтобы не заключать с этими сбытовыми организациями договор поставки электрической энергии.

Вторая особенность. Наши гарантирующие поставщики умудряются конкурировать между собой, вовлекая в эти отношения население. Позиция региональной комиссии такова, что гарантирующий поставщик обязан принять на обслуживание граждан при отсутствии их обращения согласно шестьдесят первому пункту правил розничного рынка. Соответственно, не гарантирующий поставщик обязан передать этих граждан, если они письменно не заявили о своем выборе иной сбытовой организации. К сожалению, на практике это не происходит, и бедные граждане получают по две квитанции от двух разных гарантирующих поставщиков: одну квитанцию – от того поставщика, который действительно является гарантирующим в данной зоне, а другую – от сбытовой организации, которая на территории данного же населенного пункта присутствует.

В чем мы видим проблему? Проблему мы видим в том, что отсутствует порядок бесконфликтной передачи абонентов, в частности – населения, от одного гарантирующего поставщика к другому, и, если вы обратили внимание – сегодня, когда выступала Татьяна из РАО, она сказала, что сбытовые организации и впредь не намерены делиться своей информацией, но готовы ее продавать. Вообще, этот тезис очень опасен с точки зрения передачи функций от одного гарантирующего поставщика к другому. Представьте, победу одержал один из гарантирующих поставщиков. Ему необходимо получить информацию о потребителях, находящихся в его зоне деятельности, и старый гарантирующий поставщик просто-напросто предлагает купить эту информацию, так скажем, за определенную сумму, которая может превысить НВВ или составить серьезную величину от той НВВ, который мы с вами установили. Поэтому нам кажется, что органы регулирования деятельности гарантирующих поставщиков, то есть, мы, должны иметь доступ к информации обо всех потребителях и ее изменениях. Мой вам совет – когда мы готовились к проведению конкурса, мы заблаговременно получили информацию от всех гарантирующих поставщиков об их потребителях, о структуре потребителей, об объемах получаемой ими электрической энергии, о местах дислокации их пунктов приема и так далее. Это нужно делать заранее, поскольку, когда придет время конкурсов, вам эту информацию будет не получить, поскольку закон не защищает нас с вами в части получения этой информации. Не получив эту информацию, мы с вами не сможем определить условия обслуживания для того, чтобы потом определять, кто лучше, а кто хуже. Не сумеем дать исчерпывающую информацию участникам конкурса, в том числе – какова должна быть величина собственного капитала, которая должна быть не менее пяти процентов от месячного оборота электрической энергии. То есть, совет – на нашем опыте – получайте информацию заранее. Потом будет поздно.

Следующая особенность, с которой пришлось столкнуться – это реализация пункта семьдесят шестого: «Условия перехода потребителей на обслуживание к иной сбытовой организации». Условия простые: это отсутствие задолженности перед гарантирующим поставщиком, раздельный учет потребления электрической энергии соответствующим потребителем, и третье условие, которое вызывало больше всего вопросов – это возмещение убытков гарантирующего поставщика. Собственно, справочно это звучит достаточно объемно. Вы, наверное, читали: «Возместить убытки гарантирующего поставщика в размере разницы между его необходимой валовой выручкой, рассчитанной на период с даты расторжения договора до окончания текущего периода регулирования с учетом снижения затрат», - и так далее. А далее идет: «Но не выше суммы, необходимой для компенсации соответствующей части экономически обоснованных расходов», - то есть, фактически можно весь этот длинный тезис свести к одному требованию: возмещению подлежат убытки гарантирующего поставщика, но не выше суммы перекрестного субсидирования населения, учтенной в тарифах этого потребителя. То есть, если сбытовая надбавка не содержит величину перекрестного субсидирования, то данное условие может не выполняться. У нас в текущем году сбытовая надбавка частично содержит перекрестное субсидирование (не более, по моему, шести копеек на киловатт в час), и мы выдаем эту информацию организациям. Которые спорят между собой за потребителей, то есть, выдаем информацию о том, какую сумму одна сбытовая организация, переманивающая к себе потребителей, должна компенсировать гарантирующему поставщику. На будущий год мы надеемся полностью освободить сбытовую надбавку от величины перекрестного субсидирования.

Следующая особенность – количество потребителей, расположенных в зоне деятельности гарантирующего поставщика, и объемы реализуемой им энергии не соответствуют фактическим показателям согласно заключенным договорам. То есть, здесь одно вытекает из другого: поскольку у нас конкуренция между ГП, то каждый залезает в чужую зону, сманивает там потребителей. Соответственно, объемы в зоне ГП не соответствуют реальным объемам, на которые заключены договоры. У нас возникла проблема: все-таки, на какой объем реализации энергии нам следует делить НВВ гарантирующего поставщика при утверждении тарифного меню. Честно говоря, долгое время мы придерживались мнения, что делить нужно на объемы согласно заключенным договорам, тем более что такую консультацию мы получали на одном из совещаний. Но сейчас, подробно вникнув в вопрос, мы решили, что при утверждении сбытовой надбавки и тарифного меню затраты следует делить только на объемы, реализуемые потребителям, расположенным в зоне деятельности гарантирующего поставщика. То есть, бытовая надбавка должна быть равна НВВ гарантирующего поставщика, деленной на объем, реализуемый потребителям в зоне гарантирующего поставщика, минус объемы потребителей, которые получают энергию непосредственно с РМ, будь то «частичники» либо в полном объеме. Почему мы так решили? Прежде всего, сбытовая надбавка регулируется только для гарантирующего поставщика, и сегодня об этом тоже уже говорили. Для потребителей, заключивших договор с иными сбытовым организациями, эти сбытовые организации должны покупать энергию у гарантирующего поставщика. То есть, по большому счету, гарантирующий поставщик абсолютно не пострадает финансово, если его потребителей из его зоны переманит какая-то независимая сбытовая организация, поскольку по правилам эта независимая сбытовая организация обязана купить энергию у него же. Раз она купит у него же, то тоже со сбытовой надбавкой, поэтому гарантирующий поставщик не будет иметь финансовых потерь. Наконец, потребители, расположенные вне зоны деятельности гарантирующего поставщика энергии, могут продавать с учетом нерегулируемой сбытовой надбавки. Мы в этом сомневались, но сегодня тоже уже получили ответ на этот вопрос, и считаем, что он правильный.

Следующая особенность, с которой нам пришлось столкнуться – это тоже неоднократно звучало сегодня: реорганизация гарантирующего поставщика или передача им соответствующих прав и обязанностей на ином законном основании другой организации, то есть, пункт сорок второй. Вообще, мы считаем, что этот пункт – очень вредный. То есть, он не вредный в части реорганизации гарантирующего поставщика, но вот в части передачи соответствующих прав на ином законном основании – вредный. Почему? При проведении конкурса мы столкнулись со следующей ситуацией. Здесь один из коллег считал, что требования двадцать пятого пункта «Правил розничного рынка» являются очень жесткими – на наш взгляд, реализуя их конкретно: они весьма демократичны, и недобросовестным сбытовым организациям ничего не стоит перешагнуть все эти требования двадцать пятого пункта. Что мы отсюда имели? Заявки на конкурс подали наши основные сбытовые организации, а также, я бы сказала, мелкие сбытовые организации, являющиеся аффилированными этими крупными сбытовыми организациями. То есть, организация, которая на сегодняшний день имеет лицензию на реализацию энергии населению на территории какого-нибудь населенного пункта на территории Свердловской области. У них нет достаточных денег, нет собственного капитала, но они заключили договоры банковских гарантий. Они заключили с этой основной сбытовой организацией договор, что, в случае чего, те будут представлять их интересы на территории соответствующей зоны деятельности. Отсюда, так скажем, интересы одной организации представляло до трех претендентов, поэтому, заявив абсолютно разные варианты, у них была возможность выиграть. После того, как эта мелкая организация выигрывает в конкурсе, она передает, по сорок второму пункту, свои права основной сбытовой организации, которая и становится гарантирующим поставщиком. Поэтому мы считали бы, что в сорок втором пункте не мешало бы исключить возможность передачи этих полномочий на ином законном основании, поскольку тогда все требования и сам результат конкурса становятся недействительными. Что касается сорок второго пункта, когда реорганизация гарантирующего поставщика или передача им соответствующих прав и обязанностей на ином законном основании другому гарантирующему поставщику, то, мы считаем, эта норма вообще не может быть реализована. То есть, сорок второй пункт, в какой-то степени, раз он изложен в правилах, то он может быть реализован, при условии, если гарантирующий поставщик передает свои функции иной сбытовой организации. Чтобы один гарантирующий поставщик передал свои функции другому гарантирующему поставщику – на наш взгляд, это неправомерно по той простой причине, что, согласно пункту пятьдесят восьмому, границы зон деятельности иначе как в процессе конкурса изменены быть не могут, а если один ГП передает функции другому ГП – изменение границ неизбежно. Поэтому когда один из гарантирующих поставщиков обратился к нам с тем, чтобы принять на себя функции другого гарантирующего поставщика, мы им отказали. Соответственно, мы обратились с запросами в ФСТ и в Минпромэнерго, на что нам ответили, что это не их полномочия. Поэтому мы – истина в последней инстанции, в данном случае.

И, наконец, наша функция по контролю деятельности гарантирующих поставщиков. Мы контролируем семерых, я просто привела здесь для примера троих гарантирующих поставщиков. Первый – «Свердловэнергосбыт». На протяжении трех кварталов, которые мы их контролируем, не возникало проблем по их контрольным показателям. КЭСК «Мультиэнергетика», как вы видите, по трем показателям из четырех не соответствует контрольным параметрам. И третья организация, которая по итогам 2006 года и первого квартала 2007 года не соответствовала по одному показателю, сейчас исправилась. Получив такие несоответствия, мы этим организациям отправляли предписания о необходимости приведения в соответствие контрольных показателей. Как видите, организация номер два, представленная здесь, ничего не сделала, поэтому у нас в планах лишение ее статуса гарантирующего поставщика. То есть, по каким причинам? Они допустили ухудшение финансового состояния по сравнению с контрольными показателями, предусмотренными тридцать третьим пунктом. Мы направили им уведомление, согласно сорок четвертому пункту, о необходимости приведения в соответствие контрольных показателей. Теперь, в перспективе, нам необходимо будет согласовать с ФСТ решение о проведении внеочередного конкурса, а мы с вами сегодня уже слышали, что, поскольку порядка проведения конкурса нет, то ни внеочередные, ни очередные конкурсы мы проводить не можем. Отсюда, поскольку внеочередной конкурс не будет проведен, статус гарантирующего поставщика будет присвоен сетевой организации, на сетях которой располагаются соответствующие точки поставки гарантирующих поставщиков на оптовом рынке. То есть, очевидно, нам придется после проведения определенных процедур передать эти функции гарантирующего поставщика «Свердловэнерго», сетевой организации, которая имеет зарегистрированные точки поставки на оптовом рынке.

^ Вопрос (жен.). Почему не по пункту «а»?

Надежда Викторовна Запорожец. Потому что по пункту «а», если Вы помните, передаются полномочия только в двух случаях. Первое – это когда при реализации тридцать шестого пункта организации сразу отказались быть гарантирующими поставщиками, и второе требование – когда организации по состоянию на первое января 2008 года не стали субъектами оптового рынка. Только два основания, когда это переходит автоматически в подпункт «а». Когда организация уже была гарантирующим поставщиком, то есть, сначала сказала: «Хочу быть!» - и была какое-то время гарантирующим поставщиком, а потом не стала соответствовать требованиям, которые предъявляются гарантирующему поставщику по тридцать третьему пункту, по определенным подпунктам, она может быть только лишена статуса в результате проведения внеочередных конкурсов, а если они не проведены, то при передаче сетевой организации.

Я уже говорила, что сегодняшняя организация, которая определена как гарантирующий поставщик по подпункту «а», злоупотребляет своим доминирующим положением.

Что мы предлагали, когда проводили конкурс на присвоение статуса гарантирующего поставщика с первого января 2008 года? Мы предлагали поменять зоны деятельности. Каким образом предлагали? Это не наша идея, предложения были получены от сегодняшних гарантирующих поставщиков, причем, два предложения. Один из гарантирующих поставщиков сказал, что «хочу, чтобы было только две зоны: вся Свердловская область и отдельно – город Екатеринбург». Другой гарантирующий поставщик сказал, что «предлагаю, чтобы территория области была поделена на три зоны, в том числе, один город Екатеринбург и остальная часть – примерно пополам». Нами, в итоге обсуждения, был выбран именно этот третий вариант, поскольку он отвечал всем требованиям пятьдесят девятого пункта, и границу мы предлагали провести вот таким образом, и условно делили север Свердловской области и юг. Почему именно эта граница? Это границы по сетям «Свердловэнерго», и в этом случае необходимо оборудовать приборами учета только девять точек. Я вам называла, сколько нужно в сегодняшних условиях: пятьсот плюс семьсот – тысяча двести точек. В данном случае нужно дополнительно оборудовать приборами учета только девять точек. Затраты на оборудование приборов учета и на обслуживание этих приборов учета несоизмеримо меньше, зона имеет локальный характер, то есть, никто ни с кем не пересекается – выделены отдельно. Объемы – сейчас дальше посмотрим. Структура потребителей гарантирующих поставщиков в данном случае выравнивается, то есть, доли населения: у одних сорок восемь процентов, а у других – тридцать два процента. Зону центра не меняли, поскольку таких предложений не поступало. Доли бюджетных абонентов тоже выравниваются: здесь – тридцать шесть процентов, здесь – тридцать пять процентов, здесь – двадцать семь процентов. И объемы поставки электрической энергии, безусловно, тоже становятся более-менее равными: полтора миллиарда киловатт-часов и, соответственно, миллиард двести миллионов киловатт-часов. То есть, требование о том, что в каждой зоне население и бюджетные потребители составляют не менее пятидесяти миллионов киловатт-часов, безусловно, исполняется. Требование о том, что величина сбытовой надбавки в результате разделения этих зон нигде не должна увеличиться, тоже исполняется, поскольку зона центра остается прежней, а там, если вы помните, на предыдущих слайдах у нас минимальная надбавка была четыре и три, дальше – больше. То есть, здесь бытовая надбавка ни для кого не увеличилась бы.

Действия по проведению конкурса – мы всё провели, как положено, то есть, была создана конкурсная комиссия, первое заседание конкурсной комиссии, на котором утверждены и председатель, и условия проведения конкурса, и порядок проведения конкурса. Решение о проведении конкурса принято четырнадцатого. Я, кстати, когда сегодня слушала докладчиков – мы, по-моему, не нарушили ни одной из даже проектируемых норм. Наконец, было опубликовано извещение о проведении конкурса. Поступили заявки от восьми организаций, в том числе, семь организаций подали заявки по всем трем лотам. Зарегистрированы заявки трех организаций, тоже по всем трем лотам, то есть, фактически каждая из трех организаций претендовала на статус гарантирующего поставщика во всех трех зонах. Ну, а в результате – вы уже слышали от Михаила Борисовича, что когда всё было готово, конкурс объявлен – накануне все три организации отозвали свои заявки. Таким образом, вся процедура по проведению конкурса – мы ее прошли. Конкурс нельзя признать не состоявшимся, просто конкурс не проведен, поскольку не было претендентов. Здесь я еще хотела бы обратить внимание, какие вопросы нам казались спорными при проведении конкурса, то есть, возможно ли участие в конкурсе одной организации по всем лотам. То есть, мы допустили эти организации к участию по всем лотам. Почему я говорила, что двадцать пятый пункт очень демократичен? Во-первых, что касается лицензии – здесь обсуждался вопрос – это абсолютно не препона, поскольку сбытовые организации – не гарантирующие поставщики имеют такие лицензии, не обязательно на всей территории Свердловской области, а в каком-то населенном пункте. Есть разъяснение Минпроэнерго, что для того, чтобы участвовать в конкурсе по той или иной зоне, не обязательно иметь лицензию именно на данную зону. Достаточно просто иметь лицензию на право обслуживания населения. Денег иметь тоже не обязательно – достаточно иметь банковскую гарантию, и, честно говоря, нам пришлось подвергнуть серьезной экспертизе договоры банковской гарантии, которые нам представляли. Скажу сразу, что имели место и не совсем добросовестные документы. В этих конкурсах – то есть, стоимостной показатель они преодолели, - для того, чтобы подтвердить возможность обслуживания потребителей соответствующих зон, как я уже говорила, эти сбытовые организации из четырех-семи человек заключили договоры с ныне действующими гарантирующими поставщиками, что те представляют их интересы на соответствующей территории, то есть, этот барьер они тоже успешно преодолели, а отсюда – очень жаль, что двадцать пятый пункт не содержит требований о соблюдении законодательства, поскольку две из организаций, участвующих в конкурсе, являются злостными нарушителями дисциплины цен. То есть, очень непорядочные организации. Но, тем не менее, они могли пройти.

Теперь что касается степени раскрытия информации. Тоже вопрос достаточно серьезный, он сегодня не звучал. Для того, чтобы организация – претендент на участие в конкурсе могла подтвердить, что условия ее обслуживания не хуже существующих, мы должны довести до нее эти условия, то есть, сказать конкретно, в тех зонах, которые мы выставляем на конкурс, какие существуют представительства сбытовых организаций, сколько у них приемных пунктов, должны сообщить им структуру потребителей, чтобы они могли сосчитать, сколько же будет стоить обслуживание этих потребителей. Должны сообщить им месячный оборот, то есть, стоимость месячного оборота электрической энергии, чтобы они могли дать нам информацию, соответствует ли их финансовое состояние требованиям или нет. То есть, для нас какое-то время было вопросом, вправе ли мы раскрывать эту информацию, с учетом ее конфиденциальности, всем желающим принять участие в конкурсе. Так скажем, в ограниченных размерах эту информацию все-таки раскрыли, в том числе, и по запросам этих организаций.

И еще одна из проблем. Наверное, основная, которая тоже сегодня почему-то не звучала. Это разумные пределы минимизации НВВ. Вы знаете, что победителем конкурса выступает та организация, которая предложит минимальное значение необходимой валовой выручки для обслуживания потребителей по данной зоне. То есть, мы серьезно опасались, что отдельные участники будут недобросовестно демпинговать, и в результате мы будем вынуждены признать их победителями конкурса. Поэтому мы, ссылаясь на налоговое законодательство, конкретно – на сороковой пункт Налогового Кодекса, предусмотрели такую норму, что да – минимальная цена, но те, которые предлагают цену ниже НВВ, рассчитанной нами по каждой зоне, более чем на двадцать процентов, должны представить экономическое обоснование понижения более чем на двадцать процентов. Вот единственное дополнительное условие, которое мы выставляли. Не знаю, как сумеют преодолеть данное требование, даже если будут проводить аукцион.

Ну и что касается сговора участников конкурса, поскольку они у нас все в один день отозвали свои заявки – в составе конкурсной комиссии у нас, безусловно, была представлена Федеральная антимонопольная служба, то есть, они сговора в этом не усмотрели, поэтому всё прошло благополучно.

Муж2. Спасибо большое, Надежда Викторовна!

Я нарисую – целый набор регуляторов, включая ФСТ. Отдельно поставлю две фигурки. Одна фигурка означает субъект Российской Федерации, в смысле, исполнительные органы власти субъекта Российской Федерации, и вторая фигурка – это региональные органы регулирования. И, в общем, все эти позиционеры находятся в рыночном пространстве. Уже по факту – они осуществляют свою деятельность каждый день в рыночном пространстве. И сейчас наша задача на работу всех групп заключается в следующем: мы с вами должны совместными усилиями определить, в чем состоят проблемы регулирования этого рыночного пространства. Если вчера мы занимались ограничениями и описывали эти рамочные ограничения: без каких рамок рынок не сможет состояться – мы описывали пространство, в котором рынок может быть, то сейчас мы занимаемся следующим: мы простраиваем взаимосвязи между всеми фигурантами этого рыночного пространства, характеризуем их типы, выясняем разрывы и называем их проблемами. Соответственно, ТЗ на работу групп. Необходимо, с учетом итогов групповой работы первого дня и сообщений докладчиков сегодняшнего дня, сделать перечень проблем регулирования рынка и участников рынка, причем, регулирования не только тарифного, но любого регулирования, государственного регулирования. Я понимаю, что это выходит за рамки нашей компетенции в смысле компетенции регуляторов. Но если мы не сделаем этот шаг, то мы не сможем понять нашу роль и место, если не простроим весь контекст регулирования. Соответственно, второй этап: мы должны отранжировать их, то есть, присвоить им статус. Первая проблема – самая важная, вторая – менее, и до конца. Третий шаг – мы должны сделать привязку проблемы: а чья это проблема? Какой из позиций она принадлежит и почему? И…

…вот эти вот все позиционеры…

^ Максим Сергеевич Мулюкин. Я бы здесь написал РАО, не в смысле разработчики, потому что * – это консультант ЦУР, а ЦУР - это РАО. И, в общем, именно РАО отвечает за то, чтобы пространство рынку у нас было. Пока это так. Кто потом будет за это отвечать – не очевидно.

Ну, и четвертый * собственно от третьего не отличается, по-хорошему можно сделать там просто буллит и написать, что нужна качественная характеристика проблем. Итак, перечень, ранжирование и привязка, чья это проблема и почему?

Обращаю наше общее внимание на то обстоятельство, что несовершенство нормативно-правовой базы не является проблемой, и, в общем, сегодняшний день это только подтвердил, что проблема несовершенства нормативно-правовой базы не останавливает деятельность. Рынок без этой нормативно-правовой базы существует, функционирует, трансляция есть, розница есть, опт есть, поэтому я бы сразу со всем этим согласился, все мы это сделали и согласились, и это не рассматривали, чтобы не тратить время. Мы это сегодня с вами прожили на всех докладах, все сообщения были сделаны, даже судебную власть мы затронули, и она нам тоже никак не помогла в том, чтобы определить, а в чем собственно наши позиции определяются. Соответственно, у нас задача очень творческая.

На круглом столе будет присутствовать Татьяна Муромцева, которая будет удерживать позицию бизнеса. Она будет занимать эту бизнес-позицию, и все наши сообщения, которые мы будет делать, она не будет критиковать, она будет к ним относиться. Нам не нужна ее критика, нам нужно ее отношение, чтобы мы еще четче поняли, где все эти позиции находятся и какого рода отношения между ними существуют. Спасибо. Пожалуйста, начинаем.



^ Николай Александрович Басацкий. Мы выделили 5 основных проблем, которые у нас разделены на три категории. Первая – это финансовая проблема, она в единственном числе, две проблемы административные и две проблемы технологического характера. В порядке их приоритетов решения, я их озвучу.

Первое – это, конечно, перекрестка. Естественно, что если мы не решаем проблему перекрестки, мы не сможем финансово наполнить те конструкции, которые нам были представлены в эти дни. У меня возникло такое образное явления, когда нам рассказывали о построении оптового рынка, построении розничного рынка, – это кровеносная система, не наполненная кровью, ниточки. Наполнить ее может у нас только розничный рынок, потому что движение денежных потоков у нас, конечно, начинается с конечного потребителя.

О самой проблеме перекрестки. Как ее можно решить? Здесь у нас предлагалось, что это можно решить, например, перенести перекрестку на оптовый рынок – это не выход. Чтобы взял на себя перекрестку бюджет – это, наверное, все-таки тоже будет достаточно тяжело, и, в конечном счете, может породить злоупотребление этим явлением. По нашему мнению, перекрестку можно, в первую очередь, первый шаг решения проблемы перекрестки – это признать перекрестку, официально признать перекрестку, что у нас есть такое явление, как перекрестное субсидирование в тарифах. Страшно это или нет? В действительности нет, потому что если мы вспомним послание Президента Российской Федерации, по-моему, 2006 года, факт наличия перекрестки в тарифах на электрическую энергию был озвучен. То есть этот факт был уже озвучен на самом высоком политическом уровне, и поэтому, наши дальнейшие действия в плане признания факта перекрестки будут легитимны и легализованы.

Сама перекрестка, по нашему мнению, имеет все-таки по большей части методический характер в виду того, что у нас тарификация услуг по передаче осуществляется по уровням напряжения – это четыре уровня напряжения, – а тарификация идет по семи группам. То есть это по четырем уровням напряжения, базовые потребители, население городское и население сельское. Если мы получим методику, в которой будет экономически обоснованно распределены услуги по передаче не только по уровню напряжения, но и по группам, после этого мы может говорить действительно о размере перекрестки, которая уже потребует политического решения.

Естественно первый шаг в решении проблемы перекрестки должно сделать ФСТ, разработав новую методику. При этом надо заметить, что критерии экономической обоснованности в нынешней методике опосредованно связывают с отношения внутри энергетики. В действительности же критерии экономической обоснованности могут лежать и вне сферы самой энергетики. Для примера привожу тот же самый * население городское, население сельское. По статистике доходы населения сельского по отношению к городскому, я имею в виду денежные доходы, составляют приблизительно 65-75% от денежных доходов городского населения. То есть здесь уже речь идет о возможностях, о платежеспособной возможности потребителя, в первую очередь, и размере его платы за коммунальные платежи. Это по первому вопросу.

Второй – это два административных вопроса. Это глобальный действительно касается регулирования в целом, то есть, рассматривая этот вопрос, мы абстрагировались от себя как ценовых регуляторов, рассматривая задачу регулирования в целом. Здесь сравнивали, что было, и что мы имеем сейчас. В состоянии естественной монополии было два аспекта регулирования – это ценовое регулирование и регулирования в сфере естественных монополий, то есть две сферы законодательства. Причем все это регулирование на 99% состояло из ценового регулирования. Почему? Потому что закон о естественных монополиях как меру регулирования естественных монополий опять же подразумевал ценовое регулирование. И фактически на долю ФАСа приходилось рассмотрение каких-то мелких междоусобных дел.

Что имеем сейчас? Сейчас у нас регулирование складывается из трех составляющих. Это ценовое регулирование, от которого мы постепенно будем уходить в части цены купли-продажи электроэнергии. Вторая составляющая – это регулирование деятельности гарантирующих поставщиков, как таковых. По большей части эти полномочия делегированы нам. И третья составляющая – это регулирование в соответствии с законодательством о конкуренции. Именно в настоящий момент, вот сегодня, в переходный период, главную скрипку все-таки нам должно играть регулирование в свете законодательства о конкуренции. Хотя надо сказать, что лично я считаю, что конкуренция на сегодняшний день – это слишком громко сказанное слово, потому что по результатам всех этих выступления мы видим то, что гарантирующий поставщик всегда будет иметь ценовое преимущество перед другими энергосбытовыми компаниями. Поэтому здесь путь решения, так скажем, больше мы должны подключить к становлению рынка ФАС – Федеральную антимонопольную службу. Ее роль в настоящее время становится приоритетной. Это первый вопрос административный.

И второй административный вопрос – это вытекающая, так скажем, из правоприменительной практики 530-го Постановления неадекватность нарушения и наказания, которые могут совершить гарантирующие поставщики. У нас есть четкие критерии, прописанные в 530-м Постановлении. В части его финансовых показателей, исполнения, не исполнения обязательств по оптовому рынку, но у нас прекрасный пункт Л статьи 33-й – Нарушения иного законодательства, есть абзац 2 статьи 44. Согласно которой в случае выявления иного нарушения гарантирующим поставщиком, мы как орган, осуществляющий государственное регулирование гарантирующего поставщика, обязаны направить уведомление о необходимости устранения нарушения со сроком исполнения в 15 дней. И одновременно направить уведомление в ФАС о необходимости проведения внеочередного конкурса.

Но таким вот нарушением иного законодательства могут быть, вообще-то говоря, так скажем, сугубо организационные дела, например, несоблюдение порядка заключения договора. То есть мы пока не говорим об уклонении, уклонение – это уже злостное нарушение порядка. Опоздал на один день с составлением оферты – получи уведомление. То есть здесь все-таки нам надо разработать некую шкалу, которая бы нам давала дифференцированный подход наказания и совершенного нарушения. Почему? Потому что если даже мы отправляем некое уведомление ФСТ России, ФСТ России тоже нечем руководствоваться, чтобы оценить тяжесть или системность такого нарушения. Здесь у нас уже возникает вопрос, наверное, внесения изменений в законодательные акты, в частности в кодекс об административно-правовых нарушениях, потому что ни одно нарушение не должно оставлять без последствий, то есть это вопрос уже, так скажем, к правительству и к законотворцам.

Четвертый пункт – это уже вопросы технологического обеспечения. По большому счету гарантирующий сбыт не является держателем информации о потребителях. Правила предусматривают, что все сбыты, направляют сетевой организации всю информацию о потребителе, включая договор, существенные условия договора, изменения договора и т.д. То есть вся база данных в действительности есть в сетевых компаниях. Кроме того, утратив статус гарантирующего поставщика, переходит в категорию сбытовой организации, и тогда у нового гарантирующего поставщика возникает право требования на информацию: предоставь, пожалуйста, сведения о своих потребителях, о местах сбора денежных средств, об условиях обслуживания – это тоже предусмотрено правилами.

Создание единых информационных баз данных, их ведение, хранение и учет на сегодняшний день у нас ничем не регламентировано. В последующем при переходе функций от одного гарантирующего поставщика к другому, конечно, могут возникнуть кое-какие накладки. Я вам скажу, что у нас такие накладки были даже между сбытом и сетями, которые могут привести в последующем к двойному выставлению счетов или, наоборот, не выставлению счетов. То есть, нужна система обмена информацией. И поэтому нами рассматривался такой вариант, как создание некой инфраструктурной организации, – биллинговой системы.

В принципе, если взять опыт реформирования Германии, тоже довольно бурное реформирование было, все сбытовые организации, сетевые организации, генераторы создавали свои системы учета, и, в конце концов, рынок, так скажем, претерпел паралич в силу того, что информационные потоки, которые необходимо было обрабатывать, просто превратились в информационные спагетти, как они это называли, после чего и был создан единый биллинговый центр. Это первый вопрос по технологии. И еще, возвращаясь к этому вопросу, хотелось бы сказать, что все-таки органы регулирования должны иметь доступ к любой информации в любое время вне зависимости от волей и пожеланий субъектов регулирования.

Пятый вопрос, тоже технологический, который нас, так скажем, если кто внимательно слушал представителя бизнес-единицы 2 – это касается измерения мощности. Это проблема сегодня не имеет такого как бы решающего значения, но при торговле мощностью она стоит определяющей, потому что в пересчете на одноставочный тариф мощность * очень здорово. На сегодняшний день нет единых стандартов измерения мощности. Каждый меряет так, как ее смотрит. Так скажем, по признанию самих энергетиков, мощность всегда была 3П: пол – потолок – палец, поэтому в отношении мощности мы должны установить единые правила игры, единые способы ее измерения. В

^ Галина Ивановна Смирнова. Спасибо.

Максим Сергеевич Мулюкин. Проблема перекрестки – это чья проблема?

Николай Александрович Басацкий. Проблема перекрестки – это проблема, в первую очередь, в части методической, это проблема ФСТ плюс уже политическое решение за правительством. Проблемы административные. Первая проблема в виду усиления роли ФАСа – это, конечно, в первую очередь, проблема ФАСа, в части регулирования конкуренции. В части административного наказания – это, конечно, Правительство и Государственная Дума, как наши законотворцы. В части информатизации и создания биллинга, естественно, это потребует внесения изменений в 35 ФЗ, то есть мы должны обозначить это как вид деятельности в энергетике, хотя это непосредственно не является энергетикой. И измерение мощности – это, наверное, тоже проблема, скорее всего, Минпрома, то есть методическое обеспечение измерения мощности.

^ Максим Сергеевич Мулюкин. Смею вас заверить, что ФСТ нет проблем с перекресткой, вообще никаких.

Николай Александрович Басацкий. Она есть у нас.

Максим Сергеевич Мулюкин. А у вас она какая?

^ Жен. У ФАСа тоже нет проблем.

Максим Сергеевич Мулюкин. И у ФАСа нет. А у вас какая проблема с перекресткой?

Николай Александрович Басацкий. Тогда, пожалуйста, не присылайте мне запросы: А какого размера перекрестное субсидирование.

^ Максим Сергеевич Мулюкин. Если я не ошибаюсь, это вам Минрегион присылает.

Николай Александрович Басацкий. Нет. Вы.

Максим Сергеевич Мулюкин. Я еще раз говорю, у нас нет проблем с перекресткой. Эта проблема не наша.

^ Николай Александрович Басацкий. А чья?

Максим Сергеевич Мулюкин. Я говорю, что перекрестка есть, но у нас с ней нет проблем.

Николай Александрович Басацкий. А чья проблема тогда?

Максим Сергеевич Мулюкин. Вот это хороший вопрос. Давайте, если есть у кого-то гипотезы, то можем их обсудить, потому что, судя по всему, перекрестка – ключевой момент, который касается рынка.

^ Муж1. Это проблема рынка.

Николай Александрович Басацкий. Или методически или политически. Все.

Галина Ивановна Смирнова. Владислав Петрович, вы хотите прокомментировать?

Муж1. Я, конечно, категорически не соглашаюсь, что это методическая проблема. Это политическая проблема. Проблема связана с несогласием регионов на повышение тарифов для населения в тех условиях, когда рынок требует справедливых, экономически обоснованных тарифов. И, конечно, это в первую очередь проблема регионов. Но нам ее без правительства не решить.

^ Максим Сергеевич Мулюкин. Еще раз. У регионов нет проблем с перекресткой. Совершенно никаких. Они ее закапывают. В смысле, они делают все правильно, нет проблем ни у одного регулятора с перекресткой. То, что мы называем проблемой – это техническая вещь, как ее посчитать, кому, куда и в каком объеме. Проблема у перекрестки – это моя гипотеза уже в данном случае, я как сотрудник ФСТ выступаю, а не как организатор семинара. Моя гипотеза, что перекрестка – это проблема тех субъектов рынка либо сетей, конкретно они с ней возятся. Они не знают, что с ней делать, она им не позволяет капитализироваться, оценить адекватно – это их проблема.

Жен. Почему мы сводим проблему перекрестки к арифметике? Сосчитать экономически обоснованный тариф по составляющим, а потом объяснить в суде, допустим, почему он так сложился, и почему на низком напряжении один потребитель заплатил за передачу столько, а другой столько – в этом проблема-то. Проблема-то ведь не в арифметике, просто регионы с ней сталкиваются, а возможности решить у регионов ее нет.

^ Максим Сергеевич Мулюкин. Давайте, определим природу этой проблемы. Природу проблемы перекрестки. Почему мы вообще о ней говорим? Мы вчера разобрались, что цена на рынке будет складываться совершенно свободно на основании спроса и предложения. Как сгенерировали, по такой цене там сделали заявку, продали, соответственно, потребитель купил по той цене, по которой готов купить. Где в этой цене место перекрестки? Ее на рынке не будет. В каком месте она окажется?

^ Николай Александрович Басацкий. Я вам указал место, где рождается перекрестка – она рождается в тарифах на передачу, тарифы на передачу регулируемые. Все.

^ Максим Сергеевич Мулюкин. А в чем тогда проблема с перекресткой? А в чем тогда проблема, если все собирают НВВ *.

Николай Александрович Басацкий. Проблема с перекресткой заключается в легализации перекрестки. Сетевая организация, совершенно правильно было замечено, она получит свои деньги через тариф с потребителей более высокого уровня напряжения, скажем, не населения, я немного утрирую, чтобы было понятно. В принципе, сетевой организации это без разницы, она все равно свои деньги собирает. Но любой из потребителей, крупных промышленных потребителей, такой прецедент уже был в Смоленске, подает в суд на регулирующий орган, и мы приходим и начинаем прикидываться, извините, дураками, говорим, что нет такого понятия – перекрестное субсидирование, вы его нигде не найдете, это особый порядок формирования тарифа для населения. Так вот, этот особый порядок нужно либо узаконить…

^ Муж1. А он узаконен.

Николай Александрович Басацкий. Нет, он не узаконен. Любое обращение в суд, и я вам даю гарантию, если грамотно обставить это дело, сформулировать иск, значит, регулирующий орган проиграет.

^ Галина Ивановна Смирнова. Проиграет, да.

Муж1. Тоже верно.

Максим Сергеевич Мулюкин. Я правильно понимаю, что тогда перекрестка у нас как проблема всплывает у потребителя, который не понимает, с какого перепугу он должен за кого-то доплачивать. В этом смысле, если квалифицировать перекрестку как проблему, имеющую отношение к рынку, то ее место, привязка, имеет отношение к потребителю, и никакого отношения…

Муж2. Нет. Проблема перекрестки – это, прежде всего, неравноправные условия на рынке у участников рынка, поэтому рынок и не работает, что каждый находится на разных уровнях, они не в одной плоскости, то есть каждый по-своему двигается.

^ Николай Александрович Басацкий. Для нас проблема регулирования в том, что я сегодня вынужден тормозить выход на оптовый рынок потребителей крупных, потому что не знаю, куда мне деть перекрестку. Как же это не наша проблема?

^ Муж3. А какие ваши ресурсы для того, чтобы тормозить выход потребителей на рынок?

Максим Сергеевич Мулюкин. Да, потребителю плохо и рынку плохо. Собственно это справедливое замечание. В этом смысле, привязывая, проходя по нашему техническому заданию, проблема перекрестки привязывается к потребителю, привязывает к рынку, и для них это проблема, а регулятор появляется в другом месте, когда с этой проблемой к нам приходят. Это не наша проблема, но мы с ней сталкиваемся.

^ Муж4. Нас в суд вызывают.

Галина Ивановна Смирнова. Позвольте, я тоже озвучу здесь свою точку зрения. Я знаю, что Максим Сергеевич со мной не согласен, но тем не менее. Как специалист в области инвестиций. Посмотрите, что происходит. Мы перекладываем на промышленные предприятия некую нагрузку, за счет которой финансируется обязательства государства перед населением. То есть государство берет перед населением из политических соображений, выполняя свои функции государственные, которые заключаются в защите населения – все нормально, государство берет на себя функции некие государственные, но обслуживать эти функции… финансы на эти функции она изымает у промышленных предприятий.

Вы говорите, обратились в суд. Рассуждаем в суде, значит, государственный орган, то есть органы тарифного регулирования, которые представляют государство, в директивном порядке своим решением назначили эту ценовую надбавку, скажем так, для некоторых потребителей. Что такое ценовая надбавка для потребителей, которую они потом направили в государственных интересах на субсидирование, как хотите, назовите, на дотирование. Это налог, совершенно верно, это акциз, вообще-то говоря, эта ценовая надбавка. И если мы начнем сейчас рассуждать вот такими терминами, мы придем сюда. Значит, есть некий оборот, небюджетный оборот средств, который поддерживает государственные функции. Может быть, тогда с этой стороны подойти к рассуждению, и начать там искать решение?

^ Максим Сергеевич Мулюкин. Коллеги, давайте зафиксируем наше рассуждение по перекрестке, то есть мы согласились с тем, что в нормативном пространстве перекрестного субсидирования нет, хотя по факту оно существует. Это первый сюжет. Второй сюжет, что привязка проблемы под названием перекрестка имеет следующие характеристики. С одной стороны, это прямая проблема потребителей, которые платят за кого-то, а с другой стороны, вследствие этого у нас не происходит становление рынка в том виде, в котором оно в рыночном исконном понимании, которое должно происходить. Не выпускается на опт, неправильные ценовые сигналы и прочее, о чем говорили и мы, и Удальцов. Давайте это зафиксируем и тогда перейдем к сообщениям следующей группы.

^ Галина Ивановна Смирнова. 3-я группа, Александр Владимирович.

Александр Владимирович Комягин. Здравствуйте, уважаемые коллеги, представитель третьей группы и региона Ярославского. Значит, мы выделили следующий блок вопросов. Первый блок касается именно органов государства, государственного не только регулирования, а вообще государственных органов власти. Первый вопрос, первая проблема – это отсутствие четкого взаимодействия, согласованности действий и разграничения полномочий между государственными регуляторами: это ФАС, ФСТ, Ростехнадзор и т.д. При этом следует добавить, что у многих федеральных структур в настоящее время существует огромное желание включить тарифы и расходы. Это сертификация сетей наболевшая, и лесорубочные билеты и т.д. Именно в регулируемые тарифы на передачу.

Следующая проблема из этого же блока – это то, что говорили наши коллеги из бизнес-единицы 2 – это отсутствие четкого понимания у регулирующих органов субъектов Российской Федерации ситуации, которая творится, которая работает вообще бизнес на рынке электроэнергии. То есть просто-напросто, чтобы понимать оптовый рынок, надо хотя бы быть профессиональный энерготрейдером, чтобы понимать, что творится, чтобы выйти на сайт и всю структуру, всю цепочку понять, скажем так, до каждой мелочи, до каждого гвоздика.

Третий еще вопрос из этого же блока мы выделили, который вскользь затрагивался – это отсутствие механизма компенсации излишних расходов на электроэнергию в условиях свободного рынка бюджетным потребителям. При этом имеются в виду различные уровни бюджетов: федеральный, региональный, местный.

Еще по проблемам, как говорили, чьи проблемы. Первая проблема – это то, что отсутствие четкого взаимодействия, – думаю, проблема общая, не только региональных органов. Вторая проблема – отсутствие четкого понимания у регулирующих органов – это проблема органов регулирования субъектов Российской Федерации. И третья проблема – это отсутствие механизма компенсации – это, значит, проблема госбюджета, что у нас в условиях свободного рынка будут излишние затраты бюджетные на потребление электроэнергии. Как говорили уже, спрос на электроэнергию не эластичен.

И следующий блок вопросов – это общие проблемы рынка электроэнергии. Первое мы выделили преждевременность запуска рынка мощности, в первую очередь, по причине отсутствия технической базы. Это чья проблема? Это проблема, как нам кажется, в первую очередь, потребителей, то есть на них упадут все отклонения, это их будут проблемы, они будет платить лишние деньги.

Вторая проблема по вопросу перекрестки, мы ее, скажем так, сузили заочно.

Следующую проблему выделили социально-экономические последствия вывода на * крупных промышленных потребителей. И в связи с этим возникновение необходимости противодействия данному процессу со стороны РЭКов, в настоящее время все это делают, это известно.

Третья проблема – это балансовые риски. В общем, проблема тоже потребителей. Они за них будут платить. Потребители как оптового рынка, так и розничного.

Еще две проблемы, как нам кажется, не столь важны, по сравнению с другими, но, тем не менее, завис вопрос формирования ставки на компенсацию потерь, тут уже ставили этот вопрос, в условиях свободного рынка электроэнергии, как я понимаю, в 2011 году смысла устанавливать эту ставку не будет у нас, будет полностью свободная цена. То есть, вопрос повис как-то в воздухе.

И еще один вопрос, это проблема, как понимаете, проблема наша, проблема регулятора субъекта.

Еще один вопрос – это усложнение механизма финансовых расчетов за электроэнергию в условиях свободного рынка для конечного потребителя.

Как кажется нам, в принципе, должно идти упрощение, а у нас наоборот, необходимо создавать каждому потребителю штат сотрудников дополнительных, чтобы работать именно в условиях свободного рынка. И чтобы экономить на этом . Не факт, что это будет окупаться.

В связи с этим возникает проблема, необходимость построения четкой схемы по ведению разъяснительной работы со стороны органов субъектов государственного регулирования. Вот построение этой четкой схемы, я не думаю, что это только проблема органов местного регулирования, это надо делать централизованно.

Есть неплохие предложения по созданию единой электронной площадки, где будет формироваться база запросов от потребителей, в первую очередь, от граждан, которые очень беспокоятся, хотя им беспокоиться не о чем.




страница6/7
Дата конвертации16.05.2013
Размер1.81 Mb.
ТипДоклад
1   2   3   4   5   6   7
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы