Учебно-методическое пособие Благовещенск Издательство бгпу 2009 icon

Учебно-методическое пособие Благовещенск Издательство бгпу 2009



Смотрите также:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
^

Пользование языком – потребность человека


В древности все дети — да и все взрослые тоже, — наверно, чувствовали себя немножко как Елена Келлер, до того как она обрела слова. Конечно, первые люди и видели и слышали, но они не слышали слов, потому что никто еще не умел говорить. Как и Елена Келлер, они жили в мире безымянных вещей — в мире без языка. Вам бы в мире без слов показалось тесно и скучно. Но этот тесный мир, где жили первые люди, вмещал немало трудностей и опасностей. Случалось, что доисторические матери весь день напролет искали ягоды или съедобные корни — и ничего не находили. Нередко доисторический отец не приносил домой с охоты ни кусочка мяса. И в довершение всего ребенок не мог сказать: «Я хочу есть». Не умел.

Хотя он умел, конечно, поднимать крик в надежде, что ему дадут еды, да, наверно, и поднимал. Может, он хныкал и хватался за живот, намекая, что он пуст. Может, он пытался показать то, что ему нужно, руками или губами. А может, и то, и другое, и третье, да еще и плакал вдобавок.

Без сомнения, дети пещерных людей как-то выражали свои чувства. Они кряхтели, показывая, как они, не жалея сил, помогают взрослым работать. Ворчали, когда им что-то не нравилось, визжали от волнения, страха или злости.

Таким образом, овладение языком (общение) – такая же биологическая потребность, как потребность в пище, кислороде, тепле, воде и т.д. Общение необходимо человеку для формирования сознания. Дети, воспитанные животными и не овладевшие человеческой речью, оказавшиеся за пределами человеческого общения, либо погибают, либо оказываются умственно неполноценными.

Пользование языком необходимо человеку для поддержания функционирования сознания и устойчивого поддержания психики. Взрослые люди, оказавшиеся в изоляции и лишенные общения, например в необитаемой местности, начинают заговариваться, разговаривают сами с собой, у них наблюдаются признаки психической деградации. То же самое – у одиноких, забытых людей, к которым никто не приходит, с которыми никто не разговаривает.

Общение необходимо для поддержания работоспособности и эмоционального равновесия. У людей, ведущих замкнутый образ жизни (полярников, космонавтов, промысловиков), отсутствие достаточного общения ведет к снижению интереса к работе, перепадам настроения, неустойчивости предпочтений.

Язык необходим для поддержания физического здоровья человека. Он оказывает укрепляющее, оздоравливающее влияние на больных, ослабленных или перенесших горе людей. Люди, регулярно общающиеся с другими людьми, меньше болеют, легче переносят болезни и дольше живут. Больные скорее выздоравливают, если их навещать и разговаривать с ними.

^

Язык и мышление


Язык служит и для мышления. Знаки языка имеют обозначаемое: понятия и представления, все это – мысль. Когда человек мыслит, ему требуется язык? Очень долго – много тысячелетий – на этот вопрос ученые отвечали утвердительно. Примерно так: язык позволяет людям думать. Он служит опорой для возникновения высших форм психического отражения, для складывания человеческой личности. Без языка не могут существовать мышление, восприятие, память, невозможно познание мира. Владеть отвлеченной мыслью, управлять ею, понимать мир, жизнь, самого себя можно только с помощью языка и т.д. С этой точки зрения все концепции (концепция – система взглядов), трактующие те или иные стороны соотношения языка и мышления, могут быть обобщенно представлены следующим образом:

  • концепции, отождествляющие язык и мышление,

  • концепции, трактующие язык и мышление как несвязанные друг с другом сущности,

  • концепция «единства» языка и мышления,

  • концепции, рассматривающие различные формы мышления в их соотношении к языку,

  • концепции, рассматривающие соотношение логических и языковых категорий.

И сравнительно недавно лингвисты совместно с психологами доказали, что наше мышление невербально, т.е. несловесно. Знаки языка позволяют соединять значения, строить из них рассуждения, сопоставлять их – мыслить, когда требуется их высказать, передать другому. А если человек просто думает, размышляет, нужен ли в этом случае язык?

Самонаблюдения многих людей свидетельствуют о том, что они не пользуются словами в процессах абстрактного мышления. Сравните высказывание А. Энштейна: «Слова, написанные или произнесенные, не играют, видимо, ни малейшей роли в механизме моего мышления. Психологическими элементами мышления являются некоторые более или менее ясные знаки или образы». «Я утверждаю, что слова полностью отсутствуют в моем мышлении, когда я действительности думаю», – писал французский математик Ж. Адамар.

Животные в общении с людьми понимают слова и выполняют словесные указания, но языком не владеют вообще, их мышление (конечно, соответствующее их примитивному уровню) в языке не нуждается.

Дети до двух-трех лет понимают обращенную к ним речь взрослых, мыслят в рамках своего интеллектуального развития, но языком еще не владеют.

Глухонемые обладают мышлением, ни в чем не уступающем мышлению говорящих людей, хотя не говорят, не слышат речь. Они мыслят, поскольку органы чувств обеспечивают им формирование УПК как инструмента мышления вне какой-либо связи с речью (см. об этом рассказ о Елене Келлер).

Можно понимать что-либо, но быть не в состоянии это сказать, выразить словами; особенно это заметно в ситуациях творческого мышления («муки слова»).

Многие мысли, существующие в сознании конкретного человека, вообще никогда им не выражаются словесно, они не предназначены для сообщения, и для их выражения нет готовых языковых единиц. Однако эти мысли существуют как компоненты сознания, определяют поведение человека – вне какой-либо связи с их языковым выражением.

При чтении текста на иностранном языке, при переводе с иностранного языка часты случаи, когда мы прекрасно понимаем смысл, но затрудняемся передать его на своем родном языке.

Классифицируя какие-либо явления или слова, мы очень часто понимаем, что их объединяет или различает, но затрудняемся обозначить это в словесной форме.

Прочитанный и понятый текст мы пересказываем другими словами (именно это, кстати, свидетельствует о том, что имело место понимание). Н.И. Жинкин писал в связи с этим, что воспринимаемый человеком текст «сжимается в некий концепт (представление), содержащий смысловой сгусток всего текстового отрезка. Концепт хранится в долговременной памяти и может быть восстановлен в словах, не совпадающих буквально с воспринятыми, но таких, в которых интегрирован тот же смысл, который содержался в логическом интеграле полученного высказывания» (1982, с. 84).

Процесс познания и мышления неразрывно связан с языком.

Человек сталкивается с необходимостью не только отождествлять явление само с собой, но и отличать его от других. Обобщая явления действительности, формируя понятия и выражая их словом, человек тем самым противопоставляет их другим классам предметов, другим понятиям.

Отражая в своем сознании действительность, человек может по-разному членить ее, по-разному проводить отождествление объ­ектов с собой и отделение их друг от друга. Этот процесс находит свое отражение в языке.

Например: в языке эскимосов существует более 20 названий для льда, а в языке арабов – множество наименований верблюдов (в зависимости от их возраста, предназначения и т.д.).

Интересно в связи с этим различие в вычленении частей цветового спектра. Вы уже знаете, например, что в русском языке выделяются семь цветов, а в немецком, английском, французском – только шесть. В этих языках синий и голубой не противопоставляются. Но это отнюдь не значит, что люди не различают синий и голубой цвета. В любом языке достаточно слов для обозначения различных оттенков.

В подобных явлениях (а они представлены не только в лекси­ке, но и в грамматике) получил отражение сложный процесс позна­ния действительности, различные способы передачи разных сторон действительности и результатов их отражения в сознании человека.

В языках есть множество внутриязыковых лакун, то есть отсутствующих названий, например, в русском языке никак не называется полоска льда на тротуаре, используемая детьми зимой для катания, нет названия для супругов, давно живущих в браке (ср. молодожены), нет слова для обозначения периода отдыха в конце недели, включающего вечер пятницы, субботу и воскресенье, и мн. др., однако это никак не свидетельствует о том, что в русском сознании отсутствуют соответствующие концепты.

По данным А.А. Залевской, когда испытуемых просят вспомнить те или иные слова, которые предъявлялись им в эксперименте, они часто осуществляют подмену слов на близкие по значению – следовательно, в сознании представлен концепт, а к нему уже испытуемым подбирается подходящее слово.

Вспоминая забытое слово, мы отчетливо осознаем в своем сознании некий концепт, который нам нужно выразить адекватным словом, и перебираем подходящие слова. Вот как описывает этот процесс американский психолог У. Джеймс: «допустим, мы пытаемся вспомнить забытое имя. В нашем сознании существует как бы провал, … но эта пустота чрезвычайно активна. Если нам в голову приходит неверное слово, эта уникальная пустота немедленно срабатывает, отвергая его». Это значит, что в действительности в нашей памяти имеет место не пустота, а концепт, образ, который «ищет» себе форму языкового выражения.

Затруднения, самоисправления, работа над черновиками в плане улучшения средств выражения мысли, трудность поиска подходящих терминов для вновь вводимых понятий – все это свидетельствует о первичности мысли по отношению к слову, об автономности мысли от ее языкового выражения.

Эксперимент И.Н. Горелова, проведенный с опытными машинистками, работающими «слепым» методом, показал, что возможно решение двух вербальных задач одновременно – чтение и слушание, чтение и ответы на вопросы. Это свидетельствует о том, что хотя бы в одной из этих задач речевая моторика (скрытое движение речевых органов) отсутствует.

У детей на ранних этапах мышления развита эгоцентрическая речь, при помощи которой дети вслух планируют свою деятельность. По мере взросления она исчезает, и ребенок начинает мыслить «про себя» с помощью концептов (мыслительных образов).

Замечено, что люди, хорошо знающие тот или иной иностранный язык, часто в процессе общения испытывают искушение вставлять иностранные слова или выражения, более точно передающие, по их мнению, ту мысль, что они хотят выразить: для них поиск адекватной языковой формы для концепта облегчен знанием другой лексической системы, у них больше лексических возможностей для выражения концепта, который существует в сознании автономно от национального языка.




страница6/15
Дата конвертации24.10.2013
Размер1,1 Mb.
ТипУчебно-методическое пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы