Учебное пособие для технических вузов Серия «Современное высшее образование» icon

Учебное пособие для технических вузов Серия «Современное высшее образование»



Смотрите также:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   32
^

§ 3. Московское царство. Иван Грозный


Царствование Ивана IV Васильевича (Грозного) венчает эпоху становления Московского централизованного государства. В нём, как и в личности первого русского царя, отразились все её противоречия и причудливые сочетания, взлёты и падения. Оно началось в условиях экономического подъёма. Хозяйство страны последовательно восстанавливалось. Экономика носила преимущественно аграрный характер. Численность горожан не превышала 2% от всего населения. Тем не менее города переживали расцвет, увеличивалось количество их жителей. Особенно быстро росла Москва, в которой проживало около 100 тыс. человек. Иностранцы сравнивали русскую столицу с крупнейшими городами Западной Европы. На втором месте по численности стоял Новгород (25 30 тыс. человек).

Матерью Ивана IV и второй женой великого князя Василия Ивановича была юная литвинка Елена Глинская, происходившая из незнатной фамилии. Её предки вели род от хана Мамая. Перед смертью Василий вверил дела семи боярам душеприказчикам во главе с Глинским (дядя царицы) и назначил их и ряд думских бояр из ближнего круга опекунами Ивана до достижения им совершеннолетия (15 лет). Представители ближнего круга, с которыми, в ущерб боярской думе, князь Василий решал важнейшие государственные дела, должны были не допустить ослабления центральной власти. В их числе были худородные, призванные оградить трон от посягательств аристократии.

Опекуны короновали трёхлетнего Ивана (1533 г.) через несколько дней после смерти отца. Через пять лет со смертью матери он оказался полностью предоставленным опекунам, которые со всей строгостью соблюдали порядки, установившиеся при княжеском дворе. Буйный от природы нрав юного царя стеснялся множеством условностей и необходимостью соблюдать весь церемониал московского двора. Совершеннолетие предоставило Ивана самому себе, он делал всё, чего нельзя было раньше, не утруждал себя государственной работой. Уже в это время проявился его неистовый неровный нрав, склонность к жестоким развлечениям.

Пожар и восстание в Москве 1547 г. стали моментом взросления Ивана IV. Он впервые задумался о собственной безопасности и проблемах управления. Таким образом, личность царя формировалась в процессе царствования, к которому он не был специально подготовлен, к тому же это происходило в эпоху перемен. Тогда же, в 1547 г. Иван IV был торжественно по византийскому образцу венчан на царство в Успенском соборе Московского кремля, приняв царский венец из рук митрополита.

Мировоззрение Ивана вырабатывалось под влиянием митрополита Макария. Идея освященного религией самодержавия была усвоена Иваном, стала основой всей его жизненной философии, перешла из сферы книжности в практическое воплощение. Усвоив идею божественного происхождения царской власти, он считал несправедливостью необходимость делиться ею со знатью. Наставником молодого царя, строгим и требовательным учителем был и священник Благовещенского кремлёвского собора Сильвестр. Он воспитывал его в духе христианского благочиния, внушал образ царя – справедливого судьи, храброго воина, щедрого нищелюбивого правителя и по-настоящему увлёк впечатлительного Ивана, который ревностно исполнял все религиозные обряды, ездил в монастыри на богомолья, щедро жертвовал церкви и нищим.

Вторым фактором, который сказался на формировании личности Ивана IV, было возрастание роли дворянства и служилой бюрократии. О себе заявило дворянство, ставшее в XVI в. основным землевладельцем, служилым слоем, дворянское ополчение (десять тысяч мелких и средних дворян) было основой армии. Оно требовало соответствующей роли в управлении. Местническая организация власти была серьёзным препятствием к развитию служилого сословия, которое открыто заявило о своих претензиях в московском восстании. Бюрократы принадлежали к самой образованной части тогдашнего общества. Порождённая процессом централизации высшая приказная бюрократия стала проводником идеи преобразования государственного аппарата. Знакомство с новыми людьми в кремлёвских теремах – целая эпоха в жизни молодого царя.

Иван Грозный не получил систематического образования, но был очень одарённым от природы, любознательным, начитанным человеком. Он поражал современников своими обширными познаниями в различных областях. После 34 лет он занялся литературными трудами и стал едва ли не самым плодовитым писателем своего времени. Он блестяще знал Священное Писание, был знаком с историческими сочинениями. Венецианского посла поразило близкое знакомство Грозного с римской историей. Допущенные в царское хранилище ливонские богословы увидели там редчайшие сочинения греков античной поры и византийских авторов.

От природы любознательный, он не чуждался иноверцев, охотно приглашал к себе немца Ганса Шлитте и расспрашивал об успехах наук и искусства в Германии. Рассказы так увлекли царя, что он отправил рассказчика в Германию с поручением разыскать там и пригласить в Москву искусных врачей, ремесленников и даже учёных богословов. Заветным его желанием было заведение в России книгопечатания. Он обратился в Данию с просьбой прислать печатника. Такой мастер был направлен в Москву с типографскими принадлежностями и Библией в немецком переводе Лютера.

В 1549 г. на «соборе примирения», в котором участвовали воеводы и дети боярские, Боярская дума, церковное руководство, царь публично заявил о необходимости перемен, и это стало его государственной программой. Ядром его правительства стала партия реформ во главе с мелким костромским вотчинником Алексеем Адашевым.

Вскоре царь выступил перед Стоглавым собором (1551 г.) с обширной программой преобразований, т.н. «царскими вопросами». Она содержала вопросы о местничестве, судьбе кормлений, о проблемах землевладения, о всеобщей переписи земель, о ликвидации внутренних таможенных барьеров. Вскоре под руководством Адашева был подготовлен новый Судебник, статьями которого ускорилось оформление приказов, были расширены функции служилой приказной бюрократии, несколько ограничилась власть наместников-кормленщиков на местах. Было предусмотрено непременное участие выборных земских властей – старост и «лучших людей» - в наместничьем суде. В остальном Судебник был унификацией законодательства «по старине».

Следующим шагом было ограничение местничества в военной сфере. Воеводам воспрещалось вести местнические споры в период военных действий, правительство могло назначать в товарищи главнокомандующему менее знатных, но достойных в военном деле воевод. Правительство приступило к организации постоянного стрелецкого войска, и сформировало трёхтысячный стрелецкий отряд для личной охраны царя. Основной силой русской армии в XVI в. оставалось ополчение из мелких дворян. Правительство стремилось обеспечить служилую мелкоту землями, чтобы она могла поддерживать постоянную боеготовность. На Стоглавом соборе царь указывал, что в годы боярского правления многие из бояр обзавелись землями и кормлениями не по службе.

Для того чтобы поддержать дворянство, нужно было решить проблему изыскания земель для них. Одним из путей была секуляризация церковного землевладения. «Достойно ли монастырям приобретать земли?» - значилось в одном из вопросов к собору. В самой церкви по этому поводу уже давно существовали разногласия, выразившиеся в оформлении партии «стяжателей» и «нестяжателей», но первые составляли большинство. В 1551 г. была проведена частичная секуляризация. Церковь лишалась земельных владений, переданных епископам и монастырям Боярской думой после смерти Василия III, ей воспрещалось приобретать новые владения без доклада правительству, князьям воспрещалось продавать и отказывать свои вотчины в пользу церкви без особого на то разрешения.

Были ликвидированы «тарханы», привилегированное, необлагаемое податями аристократическое и церковное землевладение.

^ Реформы носили в целом компромиссный характер, но они подрывали систему аристократического иммунитета и способствовали укреплению централизованного государства.

Внешнеполитическая программа была весьма обширной. Центральным пунктом её было предотвращение объединения осколков Золотой Орды – татарских ханств, под эгидой Османской империи. Постоянным источником опасности было Казанское ханство, внутренне непрочное, но покорившее народы Поволжья. Казанские мурзы производили регулярные набеги на Русь. Они разоряли не только пограничные территории, но выходили к Владимиру, Костроме, Вологде. Полонили население, частью заставляя его работать в своих усадьбах, частью продавая на невольничьих рынках в Астрахани, Крыму и Средней Азии. Дипломатические усилия в ханстве не давали стабильного результата. «Крымская» и «московская» партии соперничали там с переменным успехом. После нескольких неудачных военных предприятий решающее наступление на Казань началось в 1552 г. Ему не помешало даже нападение союзных Казани крымских татар на Тулу. После взятия Казани было покорено Астраханское ханство и, таким образом, завершилась эпоха трёхвекового господства татар в Поволжье. Обширная территория от Кавказа до Сибири попала в сферу русского влияния. Добровольно присоединились к России башкиры, власть русского царя признали правители Большой ногайской орды и Сибирского ханства, пятигорские князья и Кабарда на Северном Кавказе. Россия овладела всем Волжским торговым путём, перед ней вновь открылись богатые восточные рынки, началась интенсивная колонизация плодородных земель Среднего Поволжья.

После Казанской войны в правительство Адашева вошёл Сильвестр, ставший не только моральным и житейским наставником царя, но и его политическим советником.

Немалое влияние на последующие события оказал династический кризис, вызванный тяжёлой болезнью Ивана весной 1553 г. Возможной кончиной царя хотели воспользоваться его родственники Старицкие, прочившие на трон князя Владимира. Они сопротивлялись присяге наследнику Ивана, грудному младенцу Дмитрию. Смена власти давала шанс на восстановление прежнего положения боярской аристократии, поэтому у Старицких были сторонники. Однако большинство придворных присягнули Дмитрию, а сам Иван вскоре выздоровел.

После Казани во второй половине 50-х гг. начался второй этап реформ. Завершилась перестройка центральных органов власти и сложилась единая приказная система, деятельность которой контролировала Боярская дума. Началась эпизодическая отмена кормлений.

Власти приравняли вотчины к поместьям в отношении военной службы. Отныне все землевладельцы должны были отбывать военную службу «конно, людно и оружно». С каждых 150 десятин землевладелец выводил в поле воина в полном вооружении.

В 50-х гг. дворянская бюрократия укрепила своё положение в приказном аппарате, отдельные её представители проникли в Боярскую думу. Дворяне всё чаще стали появляться на сословных совещаниях, постепенно трансформировавшихся в Земские соборы.

Но на исходе десятилетия реформ оказались невыполненными планы искоренения остатков боярского правления. Иван пришёл к выводу, что из-за ограничений со стороны бояр и советников-временщиков царская власть вовсе утратила самодержавный характер. Советники Ивана не выдержали испытания властью. Сильвестр, используя влияние на царя, стал вмешиваться в дела ближней думы, участвовал в раздаче думных чинов, передаче новоиспечённым боярам из казны земли и крестьянских дворов. Адашев выхлопотал для отца боярский чин, получил обширные земельные владения и чин в Боярской думе. С другой стороны, он прославился своей неподкупностью, принципиальностью, редкостным благочестием.

Сильвестр и Адашев, по мнению царя, «сами государилися, как хотели, а с меня есте государство сняли: словом аз был государь, а делом ничего не делал». Царь полностью разошёлся с советниками. Разрыв стал неизбежным, когда к внутриполитическим расхождениям добавились разногласия в сфере внешних дел.

После покорения Казани Россия обратила свои взоры к Балтике. Она испробовала силу оружия в войне со Швецией (1554 1557) и под влиянием первого успеха выдвинула планы покорения Ливонии и утверждения в Прибалтике.

Восточная Прибалтика была ареной борьбы между Литвой, Польшей, Швецией, Данией и Россией. Богатые ливонские города выступали торговыми посредниками между Россией и Западом. Орден и немецкое купечество препятствовали росту русской торговли. Между тем потребности экономического развития диктовали России необходимость восстановления широких хозяйственных связей со странами Западной Европы. Регулярные торговые контакты с англичанами через Белое море из-за суровых климатических условий не были достаточными. Балтика была намного важнее. Россия владела обширным участком побережья Финского залива, всем течением реки Невы, по которой проходил древний торговый путь «из варяг в греки». Русским принадлежал правый берег реки Наровы, в устье которой заходили корабли многих европейских стран. В 1557 г. там был построен первый русский порт на Балтийском море. По этому поводу царским указом новгородским и псковским купцам даже было запрещено торговать в ливонских Нарве и Ревеле. Им предписывалось ждать «немцев» в своей земле. Попытка наладить торговлю в устье Наровы не дала результатов. Иноземные купцы продолжали плавать в Нарву.

В московском правительстве образовалось две группировки. Одна, во главе с Адашевым, настаивала на продолжении восточной политики и снаряжении экспедиций против Крыма. Вторая выступала за войну с Ливонией.

В 1559 г. произошло первое вторжение в Ливонию. Стремительным броском русские овладели Дерптом (Юрьев) и разорили Южную Ливонию. Успех был прерван действиями Адашева. Он настоял на предоставлении Ордену длительного перемирия и организации нового похода против татар. Возможности в Ливонии были упущены, крымские операции отвлекли огромные средства и силы и не принесли результатов. Орден перешёл под протекторат Литвы и Польши и конфликт вышел совсем на иной уровень.

Перемирие дало возможность рыцарям собрать силы, за месяц до истечения срока перемирия они нанесли ряд поражений разрозненным русским отрядам в окрестностях Юрьева. Одновременно стало известно о вторжении татар в южные уезды. Влияние Сильвестра и Адашева резко убывало. Москва замирилась с Крымом и все силы бросила против ливонцев. На театр военных действий были отправлены ближайший друг царя князь Курбский (наместником Ливонии) и Алексей Адашев. В 1560 г. русские вновь наголову разгромили противника, им досталась почти вся орденская артиллерия, был занят замок магистра, сокрушены военные силы Ордена. Адашев снова приостановил наступление, перечеркнув достигнутое. В результате Адашев и Сильвестр были отправлены в отставку, заочно осуждены и заточены – Сильвестр на Соловках, Адашев в Юрьеве, где вскоре умер. Они же были обвинены в смерти царицы Анастасии в 1560 г. В стремлении искоренить самую память о недавних товарищах Иван отказался от прежних правил жизни. На смену постничеству и благочинию пришли пиры и потехи.

Последним крупным достижением в Ливонской войне, моментом высшего успеха России, стало взятие Полоцка в 1563 г., после чего наметился спад и серия бесплодных переговоров с Данией и Швецией по поводу раздела ливонского имущества. Точными действиями литовцев и, вероятнее всего, предательством в стане русских сорвалось наступление на Минск, от союза с Москвой отказался крымский хан.

В Москве сложился новый конфликт аристократического боярства с царём и дворянством. На случай своей смерти Иван назначил регентский совет из семи человек, в котором не было родовитого боярства, и утвердил уложение о княжеских вотчинах, которое жесточайшим образом регулировало управление княжеской земельной собственностью, предусматривало возможности её отчуждения. Исключение составляли владения самых влиятельных удельных князей. Ещё один источник конфликтов крылся в том, что многочисленные потомки местных династий вынуждены были уступить выходцам из Литвы первенство в думе и армии.

Открыто с критикой царя выступил дворянский идеолог Андрей Курбский, запротестовали владетельные родственники, бояре жаловались на нарушение старины. Удельно-боярская оппозиция всё чаще обращала свои взоры на Литву. Была предпринята не одна попытка бегства и предательства, в том числе из действующей армии. Заговоры разоблачались, виновных примерно наказывали. В большинстве опалы сводились к принуждению виновных принять монашеский сан. Позднее, после смерти митрополита Макария, сдерживавшего нрав Грозного, начались первые вспышки террора.

В числе предателей оказался Андрей Курбский, который за несколько месяцев до побега вступил в тайные переговоры с литовцами, оказал им ряд важных услуг (буквально передавал подробнейшую информацию о военных планах русских и получал щедрую плату за предательство). Уже в Литве он выдал всех ливонских сторонников Москвы и назвал имена разведчиков при королевском дворе. Позднее он участвовал в литовском вторжении на русские земли. Курбский настоятельно просил короля дать ему 30 - тысячную армию, чтобы захватить Москву. Предательство скомпрометировало князя. Даже его друзья, печерские старцы, объявили о разрыве с ним.

При этом конфликт царя с боярством, масштабы репрессий и практика бегства за границу ширились. Традиционная структура управления не подверглась реформированию. Не были сокрушены устои политического могущества знати и не была дана новая организация всему дворянскому сословию. Лишившись поддержки значительной части правящего боярства и церковного руководства, царь не мог управлять страной обычными методами. Он пошёл по пути создания особого полицейского корпуса специальной охраны из небольшого числа дворян. Они пользовались всевозможными привилегиями в ущерб всей остальной массе служилого сословия. Начавшаяся опричная реформа способствовала сужению социальной базы правительства, что в дальнейшем привело к террору как единственному способу разрешения возникшего противоречия.

Осенью 1564 г. почти одновременно были отбиты вторжение крымского хана Девлет-Гирея и наступление на Полоцк литовцев. Состоялось объединение наиболее серьёзных противников Москвы, война на два фронта стала неизбежной. Начиная с казанского похода, она не затихала ни на один год, принося беды и разорение. Военная тревога ускорила развитие кризиса в России. Грозный принял решение об установлении собственной диктатуры.

В декабре 1564 г. царь с семьёй, ближними людьми и их семьями, под охраной нескольких сот вооружённых дворян увёз из Москвы в Александровскую слободу на сотнях нагруженных повозок государственную казну, наиболее почитаемые иконы и прочую «святость», оставив в полном недоумении бояр, духовенство и жителей Москвы. В послании митрополиту и думе царь объяснял свой отъезд невозможностью оставаться на троне из-за собственных грехов и всеобщей боярской ненависти. Он считал себя изгнанным своими холопами. Для человека, свято верившего в божественное происхождение своей власти, отречение было тяжёлым нервным потрясением (когда Иван вернулся из слободы, его трудно было узнать. Он осунулся, постарел, на голове выпали почти все волосы).

Из слободы он отправил послания к горожанам и думе, которые были публично зачитаны на митрополичьем дворе и на дворцовой площади. Объявляя об опале боярам, царь как бы апеллировал к народу в своём давнем споре с боярством. Он говорил об обидах, причинённых народу изменниками-боярами.

Горожане и купцы заявили о верности старой присяге, под давлением обстоятельств Боярская дума не приняла отречения Ивана и ходатайствовала о его возвращении. Условием возвращения стало одобрение думой чрезвычайных мероприятий.

В середине февраля царь вернулся в Москву и представил на утверждение думе и священному собору текст приговора. В управление Боярской думы передавалось всё московское государство. Себе он оставлял «опришнину» с двором, армией и территорией и право неограниченных полномочий – осуществлять опалы на бояр, казнить их и отбирать в казну их имущество. В состав опричнины вошли несколько крупных дворцовых волостей для снабжения продуктами, северные уезды с богатыми торговыми городами и главные солепромышленные центры как источники казны. Из худородных дворян, которым запрещалось общаться с земщиной и вменялось в обязанность разоблачать любые опасные замыслы, формировалось опричное войско. Опричная тысяча стала привилегированной личной гвардией царя. Опричники обеспечивались из конфискованных земель земельными «окладами».

^ Опричная политика была направлена, главным образом, против старой княжеской аристократии Владимиро-Суздальской земли. Объединение земель привело удельных князей на московскую службу, князья собрались в Москве, чтобы совместно управлять Русской землёй. Московская монархия стала пленницей аристократии. Реформы не могли подорвать влияние знати, у неё было большинство в Боярской думе, они в большем числе служили в составе «государева двора», крупными гнёздами сидели на территории некогда принадлежавших им удельных княжеств, продолжали владеть крупными земельными богатствами, располагали прочными связями с дворянством. Первые опричные репрессии имели ярко выраженную антикняжескую направленность.

Публичные казни стали самым ярким проявлением опричнины, но главным в ней был подрыв землевладения княжеских домов. Княжеские земли конфисковывались, а княжеские семьи высылались в отдалённый казанский край, где получали небольшие поместья и куда добирались самостоятельно, не имея права брать с собой никакой собственности. Княжеское землевладение было сокрушено. Никакие последующие амнистии и частичный возврат родовых земель не могли ликвидировать последствий опричнины. Значительный ущерб понесли и дворяне на репрессируемых территориях, которые не были приняты на опричную службу.

Опричная деятельность вызвала протест во всех слоях русского общества. Попыткой политического компромисса стал созыв Земского собора, состоящего из представителей знати, дворян, купечества. Весной 1566 г. прекратились опричные казни и власти объявили о «прощении» опальных. Правительство стремилось добиться от земщины согласия на введение новых налогов для обеспечения продолжения Ливонской войны. Земский собор, поддержав войну, тем не менее ходатайствовал о полном прекращении опричнины, в оппозицию к царю стала церковь, Литва с помощью эмигрантов, используя всеобщее недовольство опричниной, продолжала вести тайную войну против Москвы. Попытка компромисса не удалась, опричнина была расширена, одиночные репрессии сменились массовым террором, в рамках которого в 1570 г. был организован и карательный поход на Новгород, где массовые казни и разорение были особенно жестокими.

Аппарат насилия, созданный в опричнине, приобрёл непомерное влияние на политическую структуру руководства. В конце концов, жертвами опричного террора становились сами опричники. Всего в годы массового террора было уничтожено около 3 4 тыс. человек (население страны не превышало 8 10 млн.), из них на долю дворянства приходилось не менее 600 700 человек, не считая членов их семей. Опричнина нанесла большой ущерб не только аристократии, но и всем силам (дворянству, церкви, приказной бюрократии), которые служили прочной опорой монархии. Градус противостояния с земщиной был столь высоким, а опасность мятежа столь реальной, что царь рассматривал пути возможного отступления от монашества до эмиграции за границу и вёл тайные переговоры на эту тему с английским двором. Из соображений безопасности он переселился в Александровскую слободу, уподобленную военной крепости.

Положение в стране в период 70 – 80-х гг. XVI в. было близко к катастрофе, она находилась в состоянии разрухи, которая была вызвана беспрерывной войной, мобилизациями, тяжелейшими поборами и многочисленными повинностями, разорением деревни и ужесточением всех форм зависимости крестьянского населения, политикой опричнины и «озорством» опричников.

Ситуация усугублялась стихийными бедствиями, опустошавшими страну в течение трёх лет подряд с 1568 по 1570 гг. Дважды из-за погодных условий был погублен урожай, в городах и деревнях люди умирали голодной смертью. В Твери и Новгороде от голода погибло втрое больше людей, чем от погрома.

Вслед за голодом началась чума, занесённая из Европы. К осени 1570 г. мор был отмечен в 28 городах. В Москве эпидемия уносила ежедневно до 600 – 1000 человеческих жизней, новгородцы похоронили в братских могилах до 10 тыс. умерших, устюжане – 12 тыс. Разгром довершили опустошительные набеги татар. От разорения больше всего пострадали города Центра и Северо-Запада. Население Москвы сократилось втрое. Обезлюдели сельские местности. На протяжении сотен вёрст путешественники встречали лишь заброшенные деревни. Крестьяне массами уходили на окраины. Во избежание разорительных податей сокращалась запашка. Общий упадок сопровождался дворянским оскудением. Многие дворяне, прежде всего владельцы мелких поместий, потеряли всех своих крестьян, появилось множество нищих помещиков.

В 1570 г. крымские татары разорили Рязань, в следующем году 40-тысячная Крымская, Большая и Малая ногайские орды, отряды черкесов напали на Москву. Наспех собранное земское и опричное войска оказались бессильными, нападение закончилось пожаром, в котором Москва выгорела дотла. Крымцы при поддержке Турции выдвинули план полного подчинения России и игнорировали все дипломатические усилия московского правительства. Однако русские сумели переломить ситуацию. В 1572 г. земско-опричная армия одержала блестящую остроумную победу над превосходящими силами крымских татар в сражении при Молодях (45 вёрст от Москвы по серпуховской дороге). Этой победой был положен конец турецко-татарской экспансии в Восточной Европе.

В 1571 г. после сожжения Москвы правительство начало исподволь готовиться к уничтожению опричных порядков. Татарская угроза стимулировала объединение опричного и земского войска, в нач. 1572 г. началось устранение перегородок между частями административного управления, было проведено финансовое объединение страны, прекратилось присоединение к опричнине новых уездов, остановилось строительство опричных крепостей. Начался пересмотр служилого землевладения в опричных уездах. Опричные поместья, полученные за службу царю, возвращались земским дворянам. Финальную точку в истории опричнины поставил царский указ о запрещении употреблять самое название опричнины под страхом жестокого наказания. Но машина террора не остановилась. В 1575 г. были отправлены на эшафот руководители первого послеопричного правительства. Многие члены двора были арестованы, и в их числе личный медик Ивана Грозного.

Страх перед изменой не оставлял царя. Он организовал «вторую опричнину», отрекшись от престола в пользу крещёного подручного хана Симеона Бекбулатовича, которого незадолго до этого сделал главой Боярской думы. Провозгласив его великим князем всея Руси, а себя московским князем, он избавился от необходимости добиваться согласия Думы на возобновление репрессий. Свои указы Иванец Московский (так называл себя Грозный) облекал в форму челобитных на имя великого князя. В течение трёх месяцев Иван Грозный расправился с последними управителями первой опричнины и сместил Симеона, отдав ему «великое княжение» в Твери.

В 1579 г. вступила в завершающую стадию затянувшаяся Ливонская война. Объединение по Люблинской унии 1569 г. Польши и Литвы в Речь Посполитую изменило соотношение сил. Мощь противника возросла, она дополнялась энергией избранного польским королём трансильванского князя Стефана Батория. Россия воевала на нескольких фронтах одновременно. Она противостояла Швеции, Польше и с 1580 г. вновь активизировавшимся татарам.

Стефан Баторий предпринял последовательно три военные кампании против русских, воюя всегда значительно превосходящими силами. В ходе первой кампании был захвачен Полоцк, во второй с большими усилиями была завоёвана небольшая крепость Великие Луки, и тогда же шведы вторглись в Карелию, в третьей – огромная армия Речи Посполитой не смогла овладеть Псковом. Сопротивление усиливалось по мере того, как ширилось вражеское вторжение. Мужество и героизм защитников города поражали неприятеля. Один из участников псковской кампании писал: «Не так крепки стены, как (их) твёрдость и способность обороняться». Другой свидетель замечал: «Русские решительно защищают свои города, женщины сражаются вместе с солдатами, никто не щадит ни сил, ни жизни, осаждённые терпеливо переносят голод».

В итоге силы Речи Посполитой были истощены, но значительных успехов добились шведы, которые в 1581 г. захватили долго и героически оборонявшуюся крепость Нарву, старые русские крепости Ивангород, Ям, Копорье и получили, таким образом, удобные опорные пункты для дальнейшего продвижения вглубь России. Непосредственная опасность угрожала Новгороду и Пскову. Только противоречия между Швецией и Польшей по поводу обладания Нарвой не позволили событиям развернуться по самому печальному сценарию. В 1582 г. начались мирные переговоры с Речью Посполитой, было заключено десятилетнее перемирие, а в 1583 г., в связи с необходимостью отражать вторжение Большой ногайской орды, было подписано соглашение о трёхлетнем перемирии со Швецией.

Ливонская война закончилась утратой для России «нарвского плавания», обеспечивавшего ей прямые торговые контакты с Западной Европой. Попытка утвердиться на берегах Балтийского моря не удалась.

В условиях военного поражения Иван Грозный окончательно утратил доверие к своим боярам. Он обвинял воевод в измене, возобновил тайные переговоры о возможном убежище в Англии. Недоверие распространилось на старшего сына и наследника Ивана. Ссоры в царской семье происходили постоянно. Вероятно, одна из таких ссор стала роковой для царевича. Он скоропостижно умер в 1581 г., что повергло Ивана Грозного в горе, от которого он так и не оправился.

Вскоре царь решил посмертно «простить» всех бояр, казнённых по его приказу. За реабилитацией последовал указ о наказании за ложные доносы. Фактически царь признал бесполезность своей длительной борьбы с боярской крамолой.

За этим последовало третье отречение царя Ивана, совершённое на этот раз с целью защитить права своего слабого наследника Фёдора. Бояре уверили Грозного в верности Фёдору в случае его кончины. Предчувствуя близкий конец, он завещанием утвердил опекунский совет, в котором оказались и недавние опальные бояре, и родственник одного из самых страшных опричников Малюты Скуратова. Здоровье царя резко ухудшалось, он умер в 1584 г. после 50 лет царствования.

Результаты правления Ивана Грозного неоднозначны. В его царствование были закреплены успехи централизации, окрепла самодержавная государственность. Россия проложила себе дорогу на Урал и в Сибирь, сокрушила татарские ханства в Поволжье и предотвратила угрозу турецкой экспансии, но потерпела жестокое поражение в попытке утвердиться на Балтике. Экономические успехи в результате политики войн и репрессий сменились упадком.





страница8/32
Дата конвертации24.10.2013
Размер7,64 Mb.
ТипУчебное пособие
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   32
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы