Научно-исследовательская лаборатория icon

Научно-исследовательская лаборатория



Смотрите также:
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   20

^ 2.4. Лингвокультурный типаж «русский чиновник»


Общество представляет собой иерархически организованную структуру. Самая простая модель социальной иерархии включает руководителя и подчиненных, при этом между ними существует слой людей, обеспечивающих нормальное функционирование социального организма в интересах власти. Эти люди заняты в различных сферах общественной жизни – в силовых структурах (армия, полиция, государственная безопасность), в производстве (руководители государственных предприятий), в идеологических институтах (учреждения образования, массовой информации, культуры), в центральных и местных органах власти (министерства, муниципалитеты, общественные организации). Несмотря на существенные различия в их функциональных обязанностях, эти люди имеют общие социокультурные признаки, обусловленные их ролью в иерархической структуре общества, с одной стороны, и национально-культурной спецификой социума, с другой стороны. Типичным воплощением соответствующей роли является типаж «чиновник». Это слово имеет лишь приблизительный перевод на другие языки: official – (англ.) государственный служащий, Beamte (нем.) – государственный служащий, fonctionnaire – (фр.) государственный служащий. В качестве близких обозначений приводятся оценочные слова «функционер», «бюрократ». Тот факт, что русское слово «чиновник» не имеет однозначного коррелята в других языках, заставляет нас предположить, что за этим словом скрыт специфический концепт, требующий объяснения. Данный типаж привлекал к себе внимание исследователей (Катермина, 2005; Климова, 2007).

Для установления понятийных признаков рассматриваемого типажа обратимся к толковым словарям.

Чиновник – 1. Государственный служащий. ^ Чиновник таможни. Полицейский чиновник. Мелкие чиновники. 2. Должностное лицо, выполняющее свою работу формально, следуя предписаниям, без живого участия в деле; формалист, бюрократ. Бездушные чиновники. (БТС).

Чиновник – служащий государю и жалованный чином, обер- или штаб-офицер, или генерал, хотя высшие чиновники более зовутся сановниками (Даль).

В основе слова «чиновник» лежит корень «чин», объясняемый следующим образом: устроенный порядок, устав, обряд, уряд || степень, на коей человек состоит в обществе, звание, сан, сословие, состояние. Степень жалованного служебного значенья, достоинства, класс, коих у нас 14. Чиновник 8-го класса в чине майора или коллежского асессора (Даль).

Анализ приведенных определений дает возможность установить понятийный набор признаков рассматриваемого концепта: 1) человек, 2) находящийся на службе, 3) у государства или государя, 4) занимающий определенный класс в системе должностей, 5) строго выполняющий предписания, 6) формально относящийся к делу, 7) относящийся к людям соответственно их социальному положению, 8) равнодушный к нижестоящим. Эти признаки распадаются на два класса смысловых образований: дескриптивные и характеризующие, к первым относятся первые четыре функциональных определения чиновника, ко вторым – его остальные признаки, выражающие оценку. Служба есть выполнение обязанностей и поручений. Исторически в основу номинации рассматриваемого типажа положен признак ступени на служебной лестнице, в качестве иллюстраций приводятся примеры, связанные с Табелью о рангах, учрежденной в России Петром Первым, и системой воинских званий. Понятийная лингвокультурная специфика типажа «русский чиновник» состоит в том, что в русском языковом сознании противопоставляются две номинации: «чиновник» и «государственный служащий», первая является дескриптивно-характеризующей, вторая – сугубо дескриптивной. Именно поэтому в современных официальных документах фигурирует только вторая номинация для обозначения соответствующих людей. Вместе с тем в практическом опыте, включающем эмоциональное переживание и историко-культурную оценку, существует концепт «чиновник».

Системные связи этого концепта в понятийно-дескриптивном плане сводятся к его корреляциями с тремя смысловыми группами единиц: 1) соотношение по ступени на иерархической лестнице: сановник – это крупный, высокопоставленный чиновник; 2) соотношение по сферам деятельности: гражданская, военная, дипломатическая и прочая служба; 3) соотношение по конкретному воплощению служебного класса (ранги, степени, звания). Системные связи данного концепта в понятийно-характеризующем отношении выражаются в оценочной квалификации этого типажа с позиций эффективности его деятельности (строгое выполнение предписаний) и с позиций этических норм человеческих взаимоотношений, при этом субъектами оценки выступают люди, находящиеся в зависимости от чиновника либо вне государственной службы. В русском языке весьма вариативно выражена отрицательная оценка данного типажа, заложенная в значениях однокоренных слов или синонимически уточняющих его номинантов: чинный, чиновничий, чиновный, чинолюбие, чинопочитание, чинуша, чинодрал, службист, бюрократ, карьерист, функционер, аппаратчик. Осуждается высокомерие чиновников, их равнодушие к людям, карьеризм, кастовая замкнутость. Обратим внимание на то, что концепт «служба» сам по себе не включает отрицательно-оценочных смыслов, осуждаются специфические проявления служебного рвения и смещения ценностей у чиновников (с точки зрения других людей). В значении слова «чиновник» на понятийном уровне заложен смысл «бездушие», т.е. отсутствие чуткости, сострадания, механическое, безразличное, нечеловеческое отношение к людям. Отсутствие чуткости осуждается в любом сообществе, специфика русской ментальности состоит, на наш взгляд, в том, что бездушие по определению приписывается слугам власти. Интересно отметить, что сама власть при этом вполне может иметь и проявлять чуткость и сострадание (идея доброго царя или барина и его жестоких помощников).

Обратимся к образно-перцептивным характеристикам типажа «русский чиновник». В качестве материала используются произведения классической и современной русской художественной литературы. Отметим, что некоторые характеристики русского чиновника в 19 веке и в наше время резко отличаются. Это относится, прежде всего, к внешности типичного чиновника.

В 19 веке чиновник был узнаваем по следующим характерным признакам: это был мужчина с бритым лицом, одетый в мундир определенного ведомства. В холодное время года чиновники носили шинели. Возраст чиновника обычно соответствовал определенным чинам в табели о рангах:

В три часа – новая перемена. На Невском проспекте вдруг настает весна: он покрывается весь чиновниками в зеленых вицмундирах. Голодные титулярные, надворные и прочие советники стараются всеми силами ускорить свой ход. Молодые коллежские регистраторы, губернские и коллежские секретари спешат еще воспользоваться временем и пройтиться по Невскому проспекту с осанкою, показывающею, что они вовсе не сидели шесть часов в присутствии. Но старые коллежские секретари, титулярные и надворные советники идут скоро, потупивши голову: им не до того, чтобы заниматься рассматриванием прохожих; они еще не вполне оторвались от забот своих; в их голове ералаш и целый архив начатых и неоконченных дел; им долго вместо вывески показывается картонка с бумагами или полное лицо правителя канцелярии (Н.В.Гоголь).

Мундир играл важную символическую роль в оформлении касты чиновников. Как отмечает Л.Е. Шепелев (1991), «цвета мундира (темно-зеленый, темно-синий или красный), а также узор золотого или серебряного шитья, указывали на ведомство или учреждение, а объем шитья (главным образом на воротниках, обшлагах и карманных клапанах) — на ранг чиновника. Форменная одежда некоторых ведомств представляла собой как бы систему, и прежде всего это относится к Правительствующему Сенату». Красные мундиры являлись парадной одеждой сенаторов. Темно-зеленые мундиры были распространенной повседневной одеждой чиновников. Красный цвет символизировал высший статус: генеральская шинель имела красную подкладку. Под контролем императора было разработано специальное «Положение о гражданских мундирах», в котором «были установлены семь «форм одежды» — комбинаций разных компонентов форменного костюма — и случаи, когда форма должна носиться. «Формы одежды» были: парадная, праздничная, обыкновенная, будничная, особая, дорожная и летняя. В 1845 г. отдельным изданием было выпущено «Расписание, в какие дни в какой быть форме» объемом в 13 страниц» (там же).

К числу важных семиотических характеристик чиновника относились знаки отличия – ордена:

Но в то же время один господин в вицмундире и в шинели, солидный чиновник лет пятидесяти, с орденом на шее (последнее было очень приятно Катерине Ивановне и повлияло на городового), приблизился и молча подал Катерине Ивановне трехрублевую зелененькую кредитку (Ф.М. Достоевский).

Орден как таковой был знаком принадлежности к классу чиновников, а конкретный тип ордена многое говорил о том, какую должность занимает человек. Например, орден св. Станислава — самый младший в порядке старшинства российских орденов — был распространенной и наиболее частой наградой. Его получали практически все, прослужившие установленные сроки и имевшие классные чины, государственные служащие — военные и статские (www.wikipedia.ru). Высшим орденом Российской империи был орден Андрея Первозванного, о котором известно следующее: «Кавалеры ордена, по Уставу, должны иметь высший дворянский или государственный чин, воинское звание не ниже генеральского. Одновременно кавалерами ордена могло быть не более 12 человек из россиян. Общее число кавалеров ордена (русских и иностранных подданных) не должно превышать двадцати четырех человек» (там же).

Основное занятие чиновников – сидеть в присутствии, т.е. выполнять рутинную работу по проверке полученных данных, переписыванию документов, не случайно их часто насмешливо называли чернильными душами. Эта мысль изящно выражена в афоризме:

^ Многие чиновники стальному перу подобны (Козьма Прутков).

Служебная деятельность мелких чиновников практически не находит отражения в произведениях художественной литературы, и это не удивительно, поскольку эта служба считалась достаточно скучной и однообразной. Эта деятельность не требовала от людей особых способностей, высокой сообразительности и обширных познаний, чиновник должен быть аккуратен и исполнителен:

гений, прикованный к чиновническому столу, должен умереть или сойти с ума, точно так же, как человек с могучим телосложением, при сидячей жизни и скромном поведении, умирает от апоплексического удара (М.Ю.Лермонтов).

Годами сидя в своих конторках, переписывая документы и раскладывая их по папкам, чиновники могли продвигаться по служебной лестнице, получать за выслугу лет орден или новый чин. Высокопоставленные чиновники принимали посетителей. Чиновники, как правило, старались избежать ответственности, всячески затягивали принятие решений и сводили дело к ритуально-протокольным формальностям. Но были исключения из правила:

Особенность Алексея Александровича, как государственного человека, та, ему одному свойственная, характерная черта, которую имеет каждый выдвигающийся чиновник, та, которая вместе с его упорным честолюбием, сдержанностью, честностью и самоуверенностью сделала его карьеру, состояла в пренебрежении к бумажной официальности, в сокращении переписки, в прямом насколько возможно, отношении к живому делу и в экономности (Л.Н.Толстой).

Некоторые чиновники на самом деле ощущали себя представителями государства и стремились действовать в государственных интересах, это выражалось, как показано в приведенном примере, в прямом отношении к живому делу, честности и экономности. Для многих крупных чиновников приоритетным было установление и соблюдение статусных взаимоотношений с подчиненными и посетителями:

Приемы и обычаи значительного лица были солидны и величественны, но не многосложны. Главным основанием его системы была строгость. "Строгость, строгость и — строгость", — говаривал он обыкновенно и при последнем слове обыкновенно смотрел очень значительно в лицо тому, которому говорил. Хотя, впрочем, этому и не было никакой причины, потому что десяток чиновников, составлявших весь правительственный механизм канцелярии, и без того был в надлежащем страхе; завидя его издали, оставлял уже дело и ожидал стоя ввытяжку, пока начальник пройдет через комнату. Обыкновенный разговор его с низшими отзывался строгостью и состоял почти из трех фраз: "Как вы смеете? Знаете ли вы, с кем говорите? Понимаете ли, кто стоит перед вами?" (Н.В.Гоголь).

Руководители канцелярий и департаментов стремились внушать своим подчиненным ужас, и подчиненные демонстрировали свой трепет перед начальством.

Мелкие чиновники жили сравнительно бедно:

ведь при нашем чиновницком содержании, сами знаете, каждая копейка на счету. Потратишь неосторожно копеечку, а потом и не спишь всю ночь... (А.П.Чехов)

Вместе с тем класс средних и высших чиновников пополнялся большей частью за счет дворян, у которых были поместья, которые могли уйти в отставку и жить достаточно богато:

Это уж был не прежний робкий бедняга-чиновник, а настоящий помещик, барин. Он уж обжился тут, привык и вошел во вкус; кушал много, в бане мылся, полнел, уже судился с обществом и с обоими заводами и очень обижался, когда мужики не называли его "ваше высокоблагородие" (А.П.Чехов)

Отметим, что титул «Ваше высокоблагородие» использовался при обращении к чиновникам 6-8 классов (это соответствовало воинским званиям майора, подполковника и полковника). Иронический комментарий писателя показывает, что чиновник вышел в отставку, имея низкий чин (он мог рассчитывать только на обращение «Ваше благородие»), но хотел, чтобы к нему обращались как к старшему гражданскому должностному лицу. На генеральский титул «Ваше превосходительство» этот герой не претендовал.

Досуг служилых людей был также однообразен. Это была большей частью игра в карты в молодости и светские визиты в зрелом возрасте:

чиновники рассеиваются по маленьким квартиркам своих приятелей поиграть в штурмовой вист, прихлебывая чай из стаканов с копеечными сухарями, затягиваясь дымом из длинных чубуков, рассказывая во время сдачи какую-нибудь сплетню, занесшуюся из высшего общества (Н.В.Гоголь).

Ольга Михайловна не любила уездных чиновников. Ей не нравились их неуклюжие церемонные жены, сплетни, частые поездки в гости, лесть перед ее мужем, которого все они ненавидели (А.П.Чехов).

В произведениях русских писателей 19 и начала 20 века отмечается острое чувство статусной неполноценности, которое переживали нижестоящие чиновники, и поэтому излюбленной темой их разговоров были сплетни из высшего общества в разговорах с равными. Общаясь во время светских поездок с начальством и знатью, мелкие чиновники были вынуждены льстить и пресмыкаться.

Речь чиновника представляет собой развернутый логичный текст, построенный по образцу официального документа:

^ Только один раз Петр Леонтьич осмелился попросить у него пятьдесят рублей взаймы, чтобы оплатить какой-то очень неприятный долг, но какое это было страдание!

- Хорошо, я вам дам, — сказал Модест Алексеич подумав, — но предупреждаю, что больше уже не буду помогать вам, пока вы не бросите пить. Для человека, состоящего на государственной службе, постыдна такая слабость. Не могу не напомнить вам общеизвестного факта, что многих способных людей погубила эта страсть, между тем как при воздержании они, быть может, могли бы со временем сделаться высокопоставленными людьми.

И потянулись длинные периоды: «по мере того…», «исходя из того положения…», «ввиду только что сказанного», а бедный Петр Леонтьич страдал от унижения и испытывал сильное желание выпить (А.П.Чехов).

Богатый немолодой чиновник отчитывает своего тестя, на дочери которого этот чиновник женился без приданого. Канцелярский стиль речи явно неуместен в устном обиходном общении, и говорящий намеренно пользуется длинными периодами, чтобы поставить адресата в положение нижестоящего. Отчасти это происходит по инерции, чиновник привык так говорить на службе, но вместе с тем он получает несомненное удовольствие, унижая человека. Открытая назидательность уместна только в разговоре взрослого с ребенком, учителя с учеником, священника с прихожанином. Чиновник понимает, что отец его жены, учитель чистописания и рисования, бедный и пьющий человек, не может и не хочет делать карьеру, эта речь представляет собой образец самолюбования и обращена не столько к адресату, сколько к самому себе.

Речь чиновника радикально меняется в общении с вышестоящим:

^ Варравин. Вы его и арестовали?

Расплюев. Ваше Превосходительство: — как Суворов Прагу — штурмом взял! Сопротивление было жесточайшее, но к моему благополучию случился тут капитан Полутатаринов, Кавказский этакой герой, который сам Шамиля брал; человек неустрашимый — он мне и помог. Он-то, знаете, необычайно опытен и благоразумен, ну а я человек простой — стало, горяч. Я-то рвусь, а он-то меня держит и говорит: — Вещь единственная, вы, говорит, в Истории будете, — Крест дадут. — Он все знает, — ученый этакой муж (А.В.Сухово-Кобылин).

Говоря с генералом Варравиным (говорящая фамилия – Варравой звали разбойника в известном евангельском тексте), чиновник Расплюев демонстрирует подобострастное уважение к адресату (использование титула), смущение (пунктирная речь), умение употреблять речевые штампы своего сословия (к моему благополучию, опытен и благоразумен, ученый этакой муж). Обращает на себя внимание значимое отсутствие длинных периодов. Можно сделать вывод о том, что дискурсивная развернутость либо пунктирность речи являются характерными индикаторами коммуникативного поведения чиновника.

Оценочные характеристики чиновников большей частью состоят в резком осуждении этой социальной группы за присущую этим людям коррумпированность:

Другой тип романа — обличительный: проворовавшихся чиновников постигает суровая кара, или мрачный ответственный работник тонко вскрывает страшную ересь, сокрытую в соблазнительных речах и действиях беспартийного (В.Набоков).

Нет, правильно говорил Петр Великий, когда ему предлагали выгнать проворовавшихся чиновников: новые будут воровать еще больше, а эти уже что-то наворовали (В.Доценко).

В нашей картотеке примеров высказывания, в которых обличается взяточничество и воровство среди чиновников, составляют значительную часть иллюстративного материала. Взяточничество распространено среди чиновников, занимающих ответственные посты и имеющих полномочия принимать те или иные решения. Взятка осуждается не только потому, что представляет собой способ незаконного обогащения, но и потому, что принимаются несправедливые решения с ущемлением прав других людей. Чиновничье воровство представляет собой незаконное присвоение государственных средств, которые должны быть направлены на развитие страны, но с помощью определенных юридических приемов приходят в личную собственность чиновников. Отметим, что в литературе 19 века этот порок не выделялся как ведущий у рассматриваемого типажа. В современной беллетристике коррупция показана как наиболее типичная характеристика чиновников.

Наряду с мздоимством к числу типичных чиновничьих пороков относится глупость:

Качество подготовки молодых специалистов во многом компенсировало плохую организацию, отраслевой монополизм и бездарность чиновного аппарата (впрочем, ничуть не меньшую, чем лень и прямая бездарность, с которыми мне приходилось сталкиваться в Америке или Франции) (Н. Моисеев).

Потом они выехали на вокзальную площадь, въезд на которую по бюрократическому чиновничьему идиотизму был запрещен, что не мешало провожающим, встречающим, таксистам и частным извозчикам поступать вполне естественно и удобно, подъезжая поближе к перрону (Д.Корецкий).

Обвинение в чиновничьем идиотизме объясняется отсутствием здравого смысла в решениях чиновников. Такое положение дел обусловлено формальным отношением чиновников к своим обязанностям, нежеланием проявлять инициативу (в России всем известно выражение «Инициатива наказуема»), а также стремлением извлечь выгоду из дополнительных трудностей, с которыми сталкиваются люди, вынужденные идти в обход буквы закона. Мы понимаем, что по своим интеллектуальным характеристикам чиновники вряд ли являются людьми недалекими. Бюрократический аппарат обвиняется не в отсутствии способностей, а в паразитарном использовании своих возможностей во вред всему обществу. Сталкиваясь с бюрократами, люди вырабатывают определенные модели поведения: в демократическом обществе существуют юридические способы воздействия на чиновников, обращение в средства массовой информации, в недемократическом обществе население тихо саботирует чиновничий порядок, устанавливая для себя наиболее удобные, часто незаконные пути для достижения целей.

Осуждается также самомнение чиновников, считающих, что от них зависит благосостояние всего общества:

Дурасникову нравилось среди непосвященных потолковать о важности его миссии, барьерах и волчьих ямах на пути к совершенству, мужестве, требуемом от чиновников, над коими привыкли похихикивать, не понимая, что на столоначальниках все держится, иначе воцарится хаос, неразбериха с непредсказуемыми последствиями (В.Черняк).

на Западе служить в разведке — не считается высшей честью и почетом. Правительственный чиновник, козявка, и ничего более (В.Суворов).

Общаясь с людьми, не принадлежащими к чиновничьему аппарату, ответственные работники пытаются внушить окружающим свою миссию сохранения общественного устройства. Отметим, что порядок как приоритетная ценность не ставится под сомнение в России, при этом подчеркивается, что порядок является общественным идеалом, на практике его нет. Чиновники утверждают, что люди склонны нарушать порядок и недооценивать роль государственных служащих, регулирующих соблюдение порядка. Сравнение чиновника с козявкой выражает отношение к официальной власти со стороны творческой интеллигенции.

Отрицательную оценку получает готовность чиновника немедленно выполнить приказ вышестоящих:

Необходимо разбить всех заключенных на несколько групп. В первую группу поместить тех, кто лучше всего мог сопротивляться лагерю, во вторую — тех, кто похуже, в третьих еще хуже, и так далее. В последней группе — чиновники всех видов и мастей. Для них главное в жизни — это мундир, регалии, чины, отношение начальства. То есть все жизненные ценности — внешние. Попав в лагерь, они моментально всего этого лишаются и оказываются голыми. Основное достоинство чиновника – умение слушаться — здесь оборачивается против него. И в результате быстрый распад личности (М. Максимов).

В нестандартной ситуации, требующей от человека смелости и силы воли, чиновник терпит поражение. Мелкий чиновник, винтик государственной машины, заслуживает, с точки зрения людей независимых, презрения:

Шеф корпуса жандармов вел допрос. В этот день погиб талантливый журналист; начал жалкое существование запуганный угодливый литературный чиновник — колесико государственного механизма (Г.Козинцев).

Тема маленького человека детально раскрыта в классической русской литературе 19 века.

Критическое отношение вызывают сложившиеся в нашем обществе типичные повседневные проявления чиновничьего существования:

Российский чиновник нашего времени оригинален и не похож ни на какого другого чиновника ни в какой другой стране мира. Главное: он любит чай. Но не просто чай, а чтобы сидеть в кабинете, а чай ему чтобы приносила из приемной секретарша на блюдечке с кружочком лимона. … В чайных церемониях Чиновник проводит весь день. Он спешит на работу ради прелести первой утренней чашки. Потом начинает вызывать подчиненных, при одних хлебая громко и пренебрежительно, при других — дразняще, со вкусом, а третьим может даже и предложить — из надтреснутой чашки и без лимона. Потом чай обеденный, чай перед уходом, чай представительский, чай с милой посетительницей, да мало ли!.. (А.Слаповский).

В этой сатирической зарисовке показана важнейшая характеристика чиновника — стремление получать символические знаки своего высокого положения: секретарша приносит ему чай, он пьет чай в беседах с подчиненными и посетителями, которым он может предложить чай либо нет. Разумеется, дело не сводится только к процедуре чаепития, но эта процедура весьма показательна.

Подведем основные итоги.

Лингвокультурный типаж «русский чиновник» представляет собой оценочно маркированный образ государственного служащего, отличительными признаками которого являются обеспечение функционирования государственного механизма, место на служебной лестнице, формальное и равнодушное отношение к людям, использование в речи канцелярских оборотов, высокая степень семиотичности статусных знаков (одежда, награды, обращения, знаки уважения). Типаж «чиновник» представлен в двух разновидностях: высокопоставленный сановник и мелкий канцелярский служащий. В русском языковом сознании чиновник получает, как правило, отрицательную оценку из-за коррумпированности, отсутствия здравого смысла в принимаемых решениях, высокого самомнения и готовности к безоговорочному подчинению. Отрицательная оценка чиновника выражает отрицательное отношение людей к власти, несправедливости и казенно-официальному стилю поведения.


^ 2.5. Лингвокультурный типаж «американский супермен»


В ряду современных лингвокультурных типажей (обобщенных образов людей, выделяемых и узнаваемых на основании одного или нескольких признаков) выделяется супермен. В современном русском языке разграничиваются «сверхчеловек» и «супермен». Для чего понадобилось заимствовать английское слово, которое само является калькой из немецкого? Почему этот типаж вошел в современную культуру? О чем свидетельствует наличие этого типажа? Эти вопросы волнуют современников (см.: Загурская, 2001). Для ответов на эти вопросы определим понятие «лингвокультурный типаж», охарактеризуем его перцептивно-образные признаки применительно к типажу «американский супермен» и обратимся к данным словарных дефиниций.

Лингвокультурный типаж – это типизируемая личность, представитель определенной этносоциальной группы, узнаваемый по специфическим характеристикам вербального и невербального поведения и выводимой ценностной ориентации (Карасик, 2004; Дмитриева, 2004). Выделение и описание таких типажей представляет собой одно из направлений лингвокультурологии, оно нацелено на выявление определенных стереотипов поведения, определяющих специфику лингвокультуры. По своей когнитивной сути лингвокультурный типаж является особого рода концептом, т.е. ментальным образованием, в составе которого выделяются образный, понятийный и ценностный компоненты. В культурологии и социологии выделяются модельные личности – типы людей, являющиеся образцами для подражания и оказывающие влияние на формирование стереотипов поведения. Понятие «лингвокультурный типаж» шире, чем понятие «модельная личность», поскольку узнаваемый тип может и не быть образцом для подражания. В современной России, к сожалению, в качестве таких типажей фигурируют, например, беженцы.

Прототипные образы, выступающие в качестве основы для создания лингвокультурных типажей, могут быть взяты из реальности, квази-реальности и вымысла. В первом случае обобщаются характеристики реальных людей определенной эпохи (например, диск-жокей, школьница-отличница, декабрист), во втором случае речь идет об изображаемых в рекламных или пропагандистских текстах людях (счастливый покупатель рекламируемого товара, простая пенсионерка, пишущая в газету), в третьем случае перед нами персонажи произведений (тургеневская девушка, супермен из американского фильма-боевика).

Для того чтобы охарактеризовать перцептивно-образные признаки супермена в современном русском языковом сознании, я обратился к информантам с просьбой написать короткий текст на тему «супермен». Приведу некоторые тексты.

1. Когда я думаю о супермене, я представляю себе отважного мужчину атлетического телосложения, летящего в затяжном прыжке во вражеский лагерь, уничтожающего полчища противников и спасающего прекрасную пленницу. Он без колебаний идет на смертельный риск. Он всегда побеждает. Он знает, что на него смотрят с восторгом. Он всегда в центре внимания. Он любит спорт и острые ощущения. Он с иголочки одет.

2. Типичный супермен – Джеймс Бонд, легендарный герой Яна Флеминга. Он выполняет ответственные задания британской разведки, оказывается в невероятных обстоятельствах, прыгает с летящего самолета или поезда на полном ходу, метко стреляет. Он очень обаятелен и пользуется большим успехом у женщин. Он любит демонстрировать свою смелость.

3. Супермен – это современный Тарзан, герой американских сериалов. Всегда уверен в том, что он прав. Он постоянно дерется с врагами, причем врагов много, а он один. Он не способен на обычные человеческие чувства. Ему неведома усталость. В нем есть что-то от робота. Идеально играет роли суперменов Арнольд Шварценеггер.

Итак, для проявления своих качеств супермену требуются экстремальная ситуация и зрители. В этом смысле супермен по определению является цирковым артистом, выполняющим рискованные трюки. В семиотическом пространстве цирковой арены амплуа супермена противоположно амплуа клоуна. В современных фильмах-боевиках в качестве клоуна выступает обычный человек, попадающий в опасные ситуации и вызывающий смех своим нелепым поведением. Помимо циркового признака, супермен характеризуется особым обаянием и властью над женщинами: в этом смысле супермен выступает как идеальный мужчина. Правда, поскольку с ним сталкиваются представительницы прекрасного пола только в чрезвычайных ситуациях, поговорить с ним о чем-либо практически невозможно. Супермен – это человек вне возраста, он вечно молод. Если супермен стареет, то по сценарию происходит чудо, и он снова становится молодым.

В компьютерной базе данных «Британский национальный корпус» приводятся среди прочих следующие контексты слова superman:

^ If he was to become the Asian Superman of Nietzsche's teachings, he must cast aside all thought of pleasure and sensual gratification and concentrate only on the task before him!

Если он должен был стать Азиатским Суперменом, по Ницше, ему следовало бы отбросить любую мысль об удовольствиях и чувственных наслаждениях и сконцентрироваться только на стоящей перед ним задаче!

Behind her Rune remained silent, his presence oppressive as if he were some Superman radiating a special kind of beam which could put the world to rights if only one believed in it.

Стоя за ней, Рун хранил молчание, и его присутствие подавляла, словно он был неким суперменом, излучающим особый свет, который мог бы поставить мир на место, если бы в это хоть кто-то поверил.

^ Only a place like that, for instance, could have produced the idea of Superman, this kind of man-God alien who comes to Earth, to America of course, puts on a red, white and blue colour scheme --; disgusting, isn't it?

Только в таком месте и могла, например, появиться идея о супермене, пришельце, получеловеке-полубоге, который прибывает на Землю, в Америку, конечно, и все окрашивает в соответствии с красно-бело-синей схемой. Противно, правда?

Joe Shuster, cartoonist who developed the original Superman comic character, died Los Angeles, aged seventy-eight.

Джо Шустер, карикатурист, придумавший героя комиксов Супермена, умер в Лос-Анджелесе в возрасте 78 лет.

^ The only person to achieve the feat of all 14 8,000-metre peaks is the Austrian superman Reinhold Messner.

Единственным человеком, который смог взобраться на все четырнадцать 8000-метровых пиков, является австрийский супермен Рейнгольд Месснер.

Приведенные текстовые фрагменты свидетельствуют о том, что в языковом сознании носителей английской лингвокультуры концепт «superman» характеризуется следующими признаками: сверхчеловеческая сила воли, полный самоконтроль эмоций и поведения, особые достижения в проявлении силы, выносливости (обычно в спорте). Для многих супермен – это персонаж популярной серии комиксов. Отношение к супермену амбивалентно: от восторга до неприязни.

Словарные дефиниции определяют понятийный компонент рассматриваемого концепта.

Сверхчеловек – В некоторых философских учениях: сильная личность, чьи воля, желания и поступки не подчиняются никаким ограничениям (БТС).

Супермен – [англ. superman — сверхчеловек] О человеке, обладающем какими-л. выдающимися качествами (силой, красотой, богатством и т.п.; обычно герой детективов, кинобоевиков и т.п.). Известный супермен. Выглядеть суперменом. Играть супермена. || Ирон. О человеке, который считает себя стоящим выше других. < Суперменка. Разг. (БТС).

Superman – 1) esp. Philos. the ideal superior man of the future. 2) colloq. a man of exceptional strength or ability. [super- + man, formed by G. B. Shaw in imitation of Nietzsche's German Übermensch] (COD).

Superman – a person who has greater strength, ability, intelligence, etc than other humans. The film portrays Gandhi as a kind of superman. It would take a superman to get the company out of its present financial difficulties. Superwoman is often used to refer to a woman who combines a successful job with having children and taking care of a home: She said that she was tired of being expected to be a superwoman (CIDE).

Итак, дефиниции дают нам ключ к концептам «сверхчеловек» и «супермен»: это – человек, превосходящий других людей своими внутренними и внешними качествами.

С позиций философии витализма противопоставляются человек обычный, «сверхчеловек» и «недочеловек». В основе этого противопоставления лежит, по убеждению Ф.Ницше, природная целесообразность: сильные главенствуют над слабыми. Процитируем:

Что хорошо? – Все, от чего возрастает в человеке чувство силы, воля к власти, могущество. Что дурно? – Все, что идет от слабости. Что счастье? – Чувство возрастающей силы, власти, чувство, что преодолено новое препятствие. Не удовлетворяться, нет, — больше силы, больше власти! Не мир – война; не добродетель, а доблесть <…> без примеси моралина. Пусть гибнут слабые и уродливые – первая заповедь нашего человеколюбия. Надо еще помогать им гибнуть. Что вреднее любого порока? – Сострадать слабым и калекам – христианство… (Ницше, 1989, с.19).

Известно, что христианство возникло как протест обездоленных и слабых против жестокого самодовольного римского диктата, с одной стороны, и фарисейского морализаторства, с другой стороны. Став государственной религией, то есть институтом власти, христианство неизбежно переродилось в идеологию и политическую организацию, органично соединяющую в себе жестокость и лицемерие. Против христианского лицемерия и направлена критика Ницше. Но в своей критике немецкий философ радикально перечеркивает все человеческие добродетели, считая их искаженным проявлением зависти слабых по отношению к сильным, и сводит все оттенки жизненного спектра к противопоставлению силы и слабости. С этих позиций можно объявлять недочеловеками всех, кто не нравится субъекту оценки.

Философы говорят о том, что если бы Ницше знал, какую роль отвели ему нацисты, он бы никогда с этим не согласился. Я думаю, что нацисты не исказили суть позиции Ницше, а довели до логического предела его мировоззренческую установку. Экстатический восторг перед силой испытывает тот, кто ощущает свою неполноценность. Комплекс неполноценности проявляется как комплекс превосходства. Между индивидуумом и социумом всегда существуют определенные противоречия, суть которых связана с ограничением прав индивидуума поступать согласно своим желаниям. Если этих ограничений нет, то общество не является целостным жизнеспособным образованием либо живет по специфическим законам. В древности на определенном этапе своего развития первобытные люди уничтожали своих стариков, больных и раненых, поскольку не могли их прокормить. Этот этап развития человечества квалифицируется как дикость. Моя дальнейшая аргументация против философского обоснования идеи сверхчеловека может быть легко продолжена читателем.

Возникнув как романтический протест против унылого морализаторства и торжествующей посредственности, концепт «сверхчеловек» развивался сначала как поэтический образ героя-бунтаря, затем как идеологема «белокурая бестия» (bestia – по-латыни «зверь»), и затем, в соответствии с общими тенденциями развития концептов с доминирующим оценочным компонентом, превратился в размытое ментальное образование с положительным знаком: на пути к супермену сверхчеловек стал более привлекательным, теперь это тот, кто превосходит других не только в силе, но и в красоте, богатстве, способностях, сообразительности. Обратим внимание на забавное политкорректное определение superwoman (женщина, сочетающая успешную карьеру и семейное благополучие). Многие работающие женщины в России (их абсолютное большинство) улыбнутся, прочитав эту дефиницию.

Интересно, что префикс super в английском языке обладает сильным оценочным знаком и не имеет отрицательного коррелята (сравните over – under: первый префикс часто выражает отрицательно оцениваемый избыток хорошего качества – over-emotional, over-confidant, over-enthusiastic, и в этом отчетливо проявляется присущее англичанам желание сдерживать свои эмоции, а второй префикс выражает недостаточную степень качества и подчиненную позицию человека – underbred, under-trained, underdog). И в русском языке префикс «сверх» не обладает ярким эмоционально-оценочным зарядом, а просто констатирует определенное качество, например, «сверхбыстрый, сверхчувствительный, сверхштатный». Но в современном разговорном русском слово «супер» значит, как и в английском, «отличный, очень хороший, превосходный: У него джинсы просто супер» (БТС). Итак, в отличие от сверхчеловека супермен не идет на конфликт с обществом, не унижает слабых, но проявляет себя как герой в определенных обстоятельствах.

Чем отличается супермен от героя? Герой, согласно лексикографическим источникам, это – 1) человек, совершивший подвиг, проявивший личное мужество, самоотверженность, готовность к самопожертвованию. Народный, национальный герой. 2) тот, кто привлек к себе внимание, вызывает интерес, восхищение и т.п., является для кого-л. предметом поклонения, образцом для подражания и т.п. Герой улицы. 3) (чего) Лицо, воплощающее в себе характерные черты своей эпохи, среды. Герой нашего времени. 4) главное действующее лицо литературного произведения. Герой романа, пьесы, фильма (БТС).

Hero – 1) a) a person noted or admired for courage, outstanding achievements, etc. (^ Newton, a hero of science). b) a great warrior. 2) the chief male character in a poem, play, story, etc. 3) Gk Antiq. a man of superhuman qualities, favoured by the gods; a demigod (COD).

Герой в отличие от супермена уже совершил подвиг или достиг исключительных успехов в социально значимой деятельности. Герой имеет заслуги, а супермен обладает только способностью или возможностью совершить нечто особенное. Героя оценивают по объективным характеристикам, а супермена – по субъективным. Обратим внимание на значение «герой как кумир» в русском языке и «герой как античный любимец богов, полубог, развлекающий своими подвигами олимпийцев» в английском языке. В известной мере эти значения пересекаются с характеристиками супермена и сверхчеловека.

В дефиниции русского толкового словаря выделяются сферы существования концепта «супермен» – герой детективов, кинобоевиков, а также дается ироническое толкование этого концепта. Эти обстоятельства заслуживают внимания: супермен действует в вымышленном и упрощенном мире, и его типичное поведение вызывает у носителей русской культуры мягкую критику. Какое это поведение? Это ледяная невозмутимость, полный самоконтроль эмоций в критической ситуации, презрительное выражение лица и моментальная реакция. Это ковбой, который в долю секунды выхватывает свой кольт из кобуры и стреляет без промаха. Это легендарный робот Терминатор, идеальная машина для убийства. Это легко угадываемый герой американских фильмов-боевиков. В значительной мере все эти качества отражены в семантике английского слова cool (Радван, 2004): slightly cold; of a low temperature. Cool is often used approvingly of pleasant temperatures. Calm and not anxious or frightened; not influenced by strong feeling of any type. Unfriendly or not showing affection or interest in something or someone. A cool customer is someone who does not show much personal feeling and whose manner is so calm that it is almost offensive. Infml (of a person’s appearance or manner) fashionable, esp. in a way that makes them seem slightly severe. Are those your new sunglasses? Very cool – very James Dean! (CIDE). В этой серии определений выделяются очень важные для нас признаки: 1) приятная характеристика качества, 2) эмоциональный самоконтроль, 3) потенциальная агрессивность. Не случайно в качестве эталонного примера приводится сравнение с актером и спортсменом-гонщиком Джеймсом Дином, сыгравшим роль бунтаря и погибшим в 24 года в автокатастрофе. Обратим внимание на высказывания Арнольда Шварценеггера – культового современного американского актера, играющего суперменов, неоднократного чемпиона по боди-билдингу, нынешнего губернатора Калифорнии:

"The worst I can be is the same as everybody else. I hate that." – «Самое худшее, что может со мной случиться, — это стать таким, как другие. Я это ненавижу».

"You have to remember something: Everybody pities the weak; jealousy you have to earn." – «Вам надо это запомнить. Все жалеют слабых, зависть надо заработать».

Человек, воплощающий в себе качества супермена, подчеркивает, что в основе успеха лежит желание превзойти других людей и что для этого нужна большая работа. В этом смысле супермен как модель поведения принципиально отличается от сверхчеловека (по Ф.Ницше): сверхчеловеком нужно родиться, а суперменом можно себя сделать. Эта идея человека как хозяина своей судьбы является стрежневой ценностью американской культуры. Важнейшим признаком супермена является тщательно разработанная презентация его поступков, супермен есть продукт общества массовой информации (детальная характеристика презентационной стороны современного коммуникативного поведения приводится в монографии А.В. Олянича, 2004).

Итак, супермен как типаж американской культуры в результате процессов глобализации превращается в модельную личность. Будучи ключевой модельной личностью американской культуры, супермен модифицирует систему ценностей тех лингвокультур, которые принимают этот концепт. Эти аксиологические трансформации выдвигают на первый план 1) человека действующего, а не (со)чувствующего и 2) человека демонстративного, сознательно уделяющего много внимания своей презентации, а не наблюдающего за жизненным спектаклем со стороны.


^ 2.6. Лингвокультурный типаж «английский чудак»2


Наряду с модельными личностями в лингвокультуре можно выделить и тех обобщенных представителей соответствующего сообщества, которые выступают не как ориентир для подражания, но как стабильный типаж, постоянно фигурирующий в концептосфере. К числу таких типажей относится чудак – человек, ведущий себя не так, как все, не навязывающий другим свои жизненные установки, но и не меняющий их, вызывающий смешанную гамму отношений – от активного неприятия до добродушного подшучивания. Мы исходим из предположения о том, что отношение к чудакам – это один из базовых культурологических признаков общества, связанный с такими концептами, как толерантность, агрессивность, иерархичность, коллективизм и индивидуализм, юмор. Известно, что в английской лингвокультуре к чудакам относятся вполне снисходительно. Соответственно в основу данной работы положена следующая гипотеза: 1) в коллективном сознании существует типаж «чудак» – человек, у которого есть странности в поведении, удивляющие и забавляющие окружающих; 2) отношение к чудаку в английской лингвокультуре является положительным в силу признания права на собственный стиль поведения; 3) есть типичные чудачества, которые дают возможность построить классификацию чудаков в лингвокультуре; 4) есть типичные тексты, в которых отражены характерные черты чудаков; 5) есть типичные способы языкового обозначения и квалификации чудаков.

Для того чтобы определить границы понятия «чудак», необходимо охарактеризовать тот класс личностей, частью которого являются чудаки. Людям свойственно считать свое собственное поведение нормой, точкой отсчета, по отношению к которой устанавливаются приемлемые и неприемлемые отклонения от нормы. Первое, что приходит в голову при столкновении с человеком, чей стиль поведения резко отличается от моего собственного, чьи ценности лишены целесообразного (с моей точки зрения) объяснения, – это сомнение в интеллектуальной состоятельности этого человека. Итак, чудак воспринимается как разновидность обширного сообщества дураков. В психологии интеллектуальная несостоятельность может быть объективно измерена как недоразвитость либо патологическое развитие интеллекта. В обыденном сознании дураками считаются и дебил, оставшийся во взрослом возрасте на уровне пятилетнего ребенка, и шизофреник, перешедший границу допустимого отклонения от нормы, свойственного гениям. Для обыденного сознания важно то, как человек себя ведет. Выделение разновидностей дураков неоднократно привлекало к себе внимание тех, кто считает себя умным. Но еще со времен Себастиана Бранта, автора сатирической поэмы «Корабль дураков» (1494), дураками считали всех, кто предавался пороку, т.е. вел себя вопреки разуму, а в более широком плане – всех тех, кто вызывает антипатию.

Американский исследователь О.Клапп в статье «Дурак как социальный тип» утверждает, что дурак, несмотря на низкий статус этой роли, исключительно важен для социального процесса в группе: «fool-making is a continual social process; it is safe to say that every group must have a fool» (Klapp 1949: 157). Ролевая сущность дурака заключается в его противопоставлении герою по всем важнейшим качествам – правильному поведению (поддержанию декорума), красоте, изяществу, сообразительности, силе и т.д. По мнению цитируемого автора, выделяются три основные характеристики дураков: 1) крайнее преувеличение или резкий недостаток определенных качеств поведения, 2) слабость или безответственность, 3) нарушение принятых правил поведения (но не моральных норм). На основании этих признаков противопоставляются 10 типов дураков: 1) клоун – the antic fool, 2) шалун – the comic rogue, 3) сорвиголова – the rash fool, 4) неуклюжий – the clumsy fool, 5) образина – the deformed fool, 6) простак – the simple fool, 7) слабак – the weak fool, 8) посмешище – the comic butt, 9) напыщенный – the pompous fool, 10) карикатурный герой – the mock hero (Klapp 1949: 158).

Первые три типа дураков выделяются по признаку преувеличения некоторых качеств поведения. Клоун развлекает себя и группу импульсивным поведением, толкается, гримасничает, передразнивает других. Шалун постоянно нарушает социальные запреты, делает неприличные жесты, произносит непристойности, но не демонстрирует при этом настоящей агрессивности, и поэтому всерьез не воспринимается. Сорвиголова исполнен ненормального энтузиазма, во всем переступает меру здравого смысла, идет на неоправданный риск, часто терпит неудачи из-за этого и выглядит смешно. Следующие пять типов дураков характеризуются отсутствием либо недостаточностью некоторых необходимых для нормального человека качеств. Неуклюжий постоянно роняет что-нибудь, спотыкается, садится мимо стула и т.д., поскольку не вполне контролирует свои движения. Образина резко отличается от других своей внешностью, несоразмерностью или деформированностью, он может быть забавно уродлив, похож на животное, обладать странной походкой. Простак – это наивный, недоразвитый, туповатый человек, над которым многие потешаются и которого легко обмануть. Слабак постоянно готов подчиниться, ищет защиты и покровительства у более сильных членов группы, его считают маменькиным сынком, над ним подшучивают до тех пор, пока его слабость характера не превратится в трусость и предательство. Посмешище является постоянным объектом для группового издевательства вследствие его неадекватного поведения, невнимания к своей внешности и т.д. Оставшиеся два типа дураков выделяются на основании их комичной претензии на обладание престижными качествами. Напыщенный демонстрирует высокое самомнение и неспособность справиться с обычными проблемами, его побеждают более слабые соперники. Карикатурный герой – это маленький обычный человек, который поставлен в обстоятельства, требующие особых качеств, типичный персонаж комедий.

Данная социально-психологическая классификация дураков, несомненно, интересна, поскольку здесь показаны те характеристики поведения, которые вызывают критику в виде подшучивания. Обращает на себя внимание высокая степень агрессивности, считающаяся нормой в мужском общении, – насмешки над некрасивыми, слабыми, отличающимися от большинства. Так обычно ведут себя подростки, члены примитивных сообществ и криминальных групп. Существенно также и то, что в обыденном поведении дурак – это не только тот, кто плохо соображает (это лишь частный случай), а тот, кто намеренно или ненамеренно вызывает осмеяние. Иначе говоря, дурак в широком смысле – это объект насмешки, а в узком смысле – объект насмешки из-за интеллектуальной несостоятельности. Некоторые из выделенных типов, однако, нарушают классификацию: карикатурный герой – это скорее жертва обстоятельств, он не старается выглядеть суперменом (таков напыщенный дурак, классический фольклорный умник, который неизбежно терпит поражение), в данном случае амплуа маленького человека может в определенной ситуации выглядеть комично; сорвиголова как тип дурака требует особой клеточки в условной матрице высмеиваемых персонажей – его избыточная энергия вызывает насмешку, но тогда следует выделить и классы забавных врунишек и хвастунов и т.д. Тем не менее, в целом подход О.Клаппа к выделению разновидностей дураков является очень продуктивным для целей нашего исследования.

Мы предлагаем выделить следующие типы дураков: 1) патологический дурак, тупица, который не способен понять то, что должны понимать все; ему противопоставлен умный; 2) психованный дурак, который не контролирует себя и опасен окружающим; ему противопоставлен вменяемый человек; 3) человек, который дурачится себе на потеху, ведет себя нерационально, но в интеллектуальном отношении вполне состоятелен, в определенных сообществах такая роль кристаллизуется как роль шута, которому позволено говорить правду только под видом дурачества; ему противопоставлен серьезный; 4) фольклорный дурак, над которым смеются умники – те, кто считает себя гораздо выше его по интеллекту, но в действительности они уступают ему; фольклорному дураку помогают волшебные существа, на его стороне удача; ему противопоставлен самонадеянный умник; 5) дурак как жертва обмана, как тот, кого легко провести; ему противопоставлен преступник, мошенник; 6) дурак как чудак, человек со странностями; ему противопоставлен обычный человек.

Обратимся к характеристикам чудака, зафиксированным в словарных дефинициях:

^ Eccentric (person) – n. odd or capricious in behaviour or appearance; whimsical (COD); strange or unusual, sometimes in an amusing way (eccentric behaviour; eccentric clothes; Don’t you think it’s eccentric to keep a pet crocodile in the bath?) (CIDE).

Crank2 n. – an eccentric person, esp. one obsessed by a particular theory (health-food crank) (COD); infml a person who has strange or unusual ideas and beliefs (A crank caller is someone who makes unpleasant telephone calls to people whom they do not know. She is a member of a group that promotes cranky ideas about food and exercise) (CIDE).

^ Crackpot n. – Slang n. an eccentric or impractical person (COD); infml (a person who is) foolish or stupid (CIDE).

Nut5 n. – slang a) a crazy or eccentric person. b) an obsessive enthusiast or devotee (a health-food nut) (COD); infm a person who is mentally ill or who behaves in a very foolish or stupid or strange way. A nut is also a person who is extremely enthusiastic about a particular activity or thing (Ian’s a tennis nut – he plays every day) (CIDE).

Screwball2 – N.Amer. n. slang a crazy or eccentric person (COD); esp. Am. infml .a person who behaves in a strange and amusing way (CIDE).

Oddity n. – a strange person, thing, or occurrence (COD); someone or something which is strange or unusual (CIDE).

Freak3 n. – colloq. a) an unconventional person, b) a person with a specified enthusiasm or interest (health freak), c) a person who undergoes hallucinations; a drug addict (COD); a person who is extremely enthusiastic about the stated thing (health freaks, jazz freaks, gun freaks, religious freaks, speed freaks) (CIDE).

^ Whimsical adj. odd or quaint; fanciful, humorous (COD); unusual and strange in a way that might be amusing or annoying (CIDE).

Чудак – человек со странностями, поведение, поступки которого вызывают недоумение, удивление окружающих. Прослыть чудаком (БТС).

Оригинал2 – разг. Странный, непохожий на других человек; чудак (БТС).

Сумасброд – сумасбродный человек – поступающий безрассудно, по случайной прихоти, взбалмошный, неуравновешенный. Сумасбродный скандалист (БТС).

Взбалмошный – разг. Сумасбродный, неуравновешенный, с причудами. Взбалмошная баба (БТС).

^ Эксцентричный – крайне своеобразный, склонный к причудам, странным поступкам. Эксцентричный молодой человек (БТС).

Приведенные дефиниции показывают, что чудак – это человек, поведение которого трудно понять, причем в английских словарях приводятся типичные проявления чудачества (чрезмерная увлеченность диетой, спортом, джазом, скоростной ездой, соблюдением религиозных предписаний и т.д., эта увлеченность граничит с одержимостью: obsessed – unable to stop thinking about something; too interested in or worried about something (CIDE); иначе говоря, такие чудачества граничат с отсутствием самоконтроля). В словарях русского языка акцентируется не проявление чудачества, а его оценка (прихоть – каприз, вздорное желание, причуда (БТС); причуда – чудачество, странный каприз. Детские, старческие причуды (БТС); каприз – необоснованное, своенравное желание; прихоть, причуда. Детские капризы (БТС); не случайно в качестве примеров приводятся характеристики поведения детей и стариков, т.е. людей, которые не вполне контролируют свои поступки). Специфика чудачества по-английски и по-русски заключается, как показывают дефиниции, в том, что у англичан такое поведение, во-первых, ассоциируется с идеей чрезмерности, излишнего энтузиазма и, во-вторых, не вызывает протеста, а представляется в ряде случаев забавным, в то время как у русских подчеркивается идея нелепости, вздорности, необоснованности такого поведения и вытекающей отсюда необходимости пресекать подобные поступки.

Интересно сопоставить отношение к глупцам и чудакам в английской и русской лингвокультурах: по-русски глупцов жалеют, по-английски над ними смеются, по-русски чудаков недолюбливают, по-английски к ним относятся с определенной симпатией. Такое положение дел можно объяснить, если мы примем во внимание, что глупец воспринимается как жертва обстоятельств либо как проигравший участник состязания, т.е. по-русски ему не повезло, а по-английски он сам виноват в своем поражении. Высокая степень состязательности в обществе требует признать право каждого на свою линию поведения, поэтому к чудакам англичане относятся положительно. Низкая степень состязательности ограничивает право индивидуума отличаться от других, поэтому и отношение к чудакам в русской культуре весьма критично.

Чудак как типаж английской лингвокультуры проявляется прежде всего в юмористических текстах (Кулинич, 2004). Обратим внимание на специфику этих текстов: если все шутки рассмотреть с учетом интенции отправителя речи, то можно выделить три базовых намерения – высмеять кого-либо, посмеяться над неблагоприятными обстоятельствами и посмеяться над различными несоответствиями. В первом случае мы сталкиваемся с различными агрессивными шутками (их большинство, это, в частности, этнические и сексуальные анекдоты), во втором случае – с шутками над судьбой и абсурдом, в третьем случае – с языковой игрой и шутками в жанре нонсенса. Именно нонсенс является любимым типом юмористического текста у англичан, и типичные герои текстов-нонсенсов оказываются чудаками.

Такие герои фигурируют в лимериках – смешных пятистишиях, введенных в обиход Эдвардом Лиром и построенных по определенной схеме:

^ There was a Young Lady of Bute,

Who played on a silver-gilt flute;

She played several jigs, to her uncle’s white pigs,

That amusing Young Lady of Bute.

Молодая леди, играющая на серебряной флейте быстрые танцы для белых поросят ее дяди, вызывает у англичан улыбку. Главная характеристика нонсенса – выход в сферу невозможного. Мы понимаем, что, с точки зрения обычных нормальных людей, поступки чудаков лишены всякого рационального основания. Когнитивная рамка повествования о чудачестве представляет собой, таким образом, двухмерное образование: 1) с позиций внутреннего сообщения рассказывается о чем-то абсолютно нелепом, и в таком случае возникает мысль о безумии либо намеренном шутовском поведении, однако герои нонсенса ведут себя вполне серьезно, и поэтому вариант шутовства приходится отбросить; 2) с позиций внешнего сообщения рассказывается о том, что нельзя к нелепому относиться серьезно, о чем бы ни шла речь. Список странностей принципиально открыт, причем это могут быть поступки героев или происшествия, в которые попадают персонажи лимериков:

^ There was an Old Man of the North,

Who fell in a basin of broth;

But a laudable cook fished him out with a hook,

Which saved that Old Man of the North.

Растяпа-старик из Лиона / свалился в кастрюлю бульона. / Повар был не дурак – отыскал он дуршлаг / и поддел старика из Лиона (перевод М.Редькиной). У чудаков есть своя логика, во многом совпадающая с логикой обычных людей в обычных обстоятельствах. Действительно, если человек тонет, его можно вытащить крюком, багром. Но вся ситуация переворачивается в зеркале нонсенса, если некто тонет в бульоне. И вот уже обстоятельства приобретают характер гротеска, поскольку спасителем тонущего оказывается повар, обратим внимание на эпитет laudable – «заслуживающий похвалы».

Главный вывод, который делают те, кто признает право чудаков на собственную линию поведения, – это необходимость посмотреть на мир с точки зрения этих эксцентричных людей. Эта идея положена в основу рассказа Агаты Кристи «Странный жест». Сюжет рассказа прост: умирает богатый дядюшка, оставляющий все, что у него есть, в завещании своим внучатым племянникам. Однако они ничего не могут найти в доме – ни денег, ни драгоценностей, ни ценных бумаг. Перед смертью старик подмигнул своим наследникам и сказал, что у них все будет в порядке. Молодые люди приезжают просить помощи у мисс Марпл, старой девы, которая по собственной инициативе успешно расследует всякие запутанные истории в своем провинциальном городке недалеко от Лондона, полагаясь на знание психологии людей. Приехав в дом, где жил покойный и осмотрев его вещи, мисс Марпл начинает понимать логику поведения этого чудаковатого старика, который чем-то был похож на ее собственного дядю. В тайнике письменного стола она находит письма, написанные дядюшке некой миссионеркой по имени Бетти Мартин, причем видно, что конверты очень старые, а письма написаны гораздо позже. В английском языке есть устаревшая идиома «All my eye and Betty Martin», означающая, что сообщаемое – неправда. Мисс Марпл понимает, что письма написал сам старик, и замечает старинную марку, наклеенную на конверт. Это филателистический раритет стоимостью 25 тысяч долларов. Старый чудак получил массу удовольствия, зашифровав таким образом путь к своему богатству. Наследники получают причитающиеся им деньги. Мисс Марпл достигает успеха потому, что может понять мотивацию поступков чудака. Очень важно то, что и детектив-любитель, и счастливые наследники с улыбкой воспринимают такое развитие событий: это соответствует нормам поведения в английской культуре. Финальная фраза рассказа: “Miss Marple”, he said, “I am going to get a bottle of champagne. We’ll all drink the health of your Uncle Henry.” Герои пьют шампанское за здоровье чудака.

Чудачество есть способ вырваться за рамки скучной обыденности. Обратим внимание на то, что чудакам неведома тоска. Им интересно живется. В английской лингвокультуре поощряются различные виды нестандартного проявления своей индивидуальности. Именно из английского языка в другие языки (и другие культуры) пришел концепт «хобби» – увлечение, любимое занятие для себя, на досуге (БТС). Это слово в английском означало когда-то маленького коня, затем игрушку в виде коня, палку с лошадиной головой, и свое нынешнее значение приобрело как переосмысление детской игры, когда ребенок скачет, оседлав любимого конька. Действительно, ребенок увлечен, а со стороны это выглядит забавно.

Чудачество как особый стиль поведения подразумевает оппозитивную сетку отношений: чудак противостоит большинству по способам организации своей деятельности, при этом он не нарушает моральных и утилитарных норм. Спорт, например, это излюбленный способ препровождения досуга в Англии, многие занимаются спортом, но можно придумать себе необычный вид спорта (сейчас популярны экстремальные виды спорта) либо вкладывать все свои силы только в спорт, не становясь профессиональным спортсменом (профессионалы получают деньги за свои достижения, и это становится для них работой, а не досугом). Коллекционирование привлекает многих, но если коллекционер интересуется только возможностью инвестировать свои деньги в предметы коллекционирования, это не расценивается как хобби. Поэтому собирать картины (в меньшей мере марки и монеты) – это занятие, которое вряд ли будет квалифицировано как чудачество, но коллекционировать то, что вряд ли можно продать (например, виды трамвайных билетиков), многие оценят как безобидное, но странное занятие. Еще одна особенность чудачества, отличающая его от деятельности, направленной на привлечение к себе внимания (т.е. на достижение прямой или опосредованной пользы), заключается в том, что чудак не стремится быть в центре внимания.

Англичане очень часто прибегают к надежному способу избежать конфликтной ситуации – перевести огонь на себя: критически отозваться о себе, принять на себя вину, отозваться о себе с иронией и т.д. Примеры такого поведения мы находим в известной повести Джерома К. Джерома «Трое в одной лодке». Рассеянность свойственна многим людям, но иногда она принимает гротескные черты и становится объектом осмеяния. Так рассказчик повествует о своих злоключениях в поисках зубной щетки:

My tooth-brush is a thing that haunts me when I’m traveling, and makes my life a misery. I dream that I haven’t packed it, and wake up in a cold perspiration, and get out of bed and hunt for it. And, in the morning, I pack it before I have used it, and have to unpack again to get it, and it is always the last thing I turn out of the bag; and then I repack and forget it, and have to rush upstairs for it at the last moment and carry it to the railway station, wrapped up in my pocket-handkerchief.

Of course I had to turn every mortal thing out now, and, of course, I could not find it. I rummaged the things up into much the same state that they must have been before the world was created, and when chaos reigned. Of course, I found George’s and Harris’s eighteen times over, but I couldn’t find my own, I put the things back one by one, and held everything up and shook it. Then I found it inside a boot. I repacked once more (Jerome K. Jerome).

Герой ищет зубную щетку повсюду, ему кажется, что он забыл взять ее с собой, собираясь в путешествие. Он находит ее, упаковывает, а утром вынужден распаковать багаж, использовать этот предмет гигиены и по рассеянности оставляет ее на привычном месте. Затем в последний момент перед выходом из дома он лихорадочно ищет щетку снова и кладет ее в карман, завернув в носовой платок. И в этот раз, отправляясь в дорогу, он переворачивает весь багаж, находит зубные щетки своих приятелей, начинает перетряхивать все вещи и обнаруживает свою зубную щетку в ботинке.

Такая рассеянность воспринимается как чудачество и вызывает улыбку.

Разновидностью чудачества является странное отсутствие знания о том, что, по мнению говорящего, является общеизвестной истиной. Такое невежество может получить саркастическую или юмористическую оценку:

In a hospital

Lady (visitor): “How were you wounded, soldier?”

Soldier: “By a shell, madam”.

Lady: “Did it explode?”

Soldier: “Oh, no. It just crept up close and bit me.”

Посетительница в госпитале, стараясь проявить внимание к раненому солдату, спрашивает его, как он получил ранение. Он отвечает, что был задет осколком. И тут дама произносит глупый вопрос: «Он взорвался?» Солдат иронически отвечает: «Нет, он просто подполз близко и укусил меня». Солдат воспринимает уточняющий вопрос как чудачество.

Разновидности чудачества весьма многочисленны, но исчисляемы: к ним относятся типичные отклонения от нормального поведения, не причиняющие вреда другим людям.

Таким образом, чудак как типаж английской лингвокультуры является одним из устойчивых типов людей, относящихся к классу тех, кто характеризуется как непонятный, возможно глупый, но безвредный человек. Отношение к этим людям обычно является юмористическим.


Выводы


Одним из путей моделирования лингвокультуры является изучение лингвокультурных типажей – узнаваемых представителей социума, поведение которых является диагностирующим для общества. Лингвокультурный типаж, выражая ценности социума, представляет собой разновидность концепта и может быть охарактеризован в понятийном, образном и ценностном отношениях.

Лингвокультурный типаж соотносится с типами личности, выделяемыми в лингвистике, литературоведении, психологии, социологии и культурологии. Изучение типажей сводится к характеристике их образа жизни и поведения, в том числе и речевого.

Основаниями для выделения лингвокультурных типажей служат признаки социального класса (образа жизни), местности и события, ассоциируемого с типажом.

Существуют эндокультурные и экзокультурные типажи, т.е. обобщенные типы личностей, воспринимаемые и оцениваемые в рамках своей культуры и как знаки чужой культуры. Эндокультурные типажи осмыслены более детально и вариативно, чем экзокультурные типажи.

Лингвокультурный типаж может иметь как фактическую, так и фикциональную основу. В первом случае обобщаются характеристики реальных индивидуумов, поведение которых концентрированно выражает предпочтения всего социума либо его значимой части, во втором случае в качестве типажа выбирается известный персонаж художественного произведения, ранее это был герой литературы, в наши дни это, как правило, герой кинофильма.

Типажи эволюционируют, переходя в амплуа и имиджи. Если типаж воспринимается как некий образ из прошлого, то на первый план выходят его оценочные характеристики.

Типажи, относящиеся к представителям господствующего класса, разработаны в языковом сознании и текстах соответствующей культуры более подробно, чем типажи, репрезентирующие представителей других групп населения.

В русской лингвокультуре важнейшей характеристикой лингвокультурных типажей является их позиция по отношению к власти и простому народу, и соответственно многие типажи получают двойственную оценку – с точки зрения народа и с точки зрения властей.

Русская лингвокультура сориентирована на героический архетип, и поэтому положительные типажи русской лингвокультуры обычно являются молодыми людьми в расцвете лет. Негероический архетип может быть представлен человеком среднего или преклонного возраста.

Поскольку типаж является разновидностью концепта, то может иметь место внедрение инокультурных характеристик поведения в принимающую культуру, это выражается в амбивалентной оценке нового типажа.






страница13/20
Дата конвертации25.10.2013
Размер6,64 Mb.
ТипДокументы
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   20
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы