Л. Н. Додхудоевой (главы 4, 5) Предисловие О. Ф. Акимушкина Научный редактор русского перевода О. Ф. Акимушкин Дафтари Ф icon

Л. Н. Додхудоевой (главы 4, 5) Предисловие О. Ф. Акимушкина Научный редактор русского перевода О. Ф. Акимушкин Дафтари Ф



Смотрите также:
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

^ ИСМА'ИЛИЗМ: БОХРА И ТАЙЙИБИ

Мы уже рассмотрели происхождение и раннюю историю таййибитов. которые остались единственными представителями исма'илизма муста'ли. В этом разделе мы кратко обратимся к последующей истории этого меньшинства — исма'илитской общины в Йемене и на Индийском субконтиненте со времени их второго да'и мутлак, Ибрахима л-Хамиди46 (ум. 557/1162), вплоть до 90-х годов XX столетия. В отсутствие имамов, да'ва таййибитов и община оставались под руководст­вом да`и мутлак. До 605/1209 года эту должность занимали потомки Ибрахима ал-Хамиди. Третий да`и, Хатим б. Ибрахим ал-Хамиди, успешно распространял да'ва таййиби в горном районе Хараз к юго-западу от Саны, где находилось несколько городов и крепостей. Здесь при поддержке различных кланов бану хамдан да`и захватил ряд крепостей, включая Хутайб, расположенных на одном из пиков гор Шибама. С этого момента Хараз стал главным оплотом да'ва таййи­би в Йемене.

Таййибиты сберегли немалую часть исма'илитской литературы фатимидского периода. ^ Да`и Хатим вернулся к фатимидским традициям обучения и в Хутайбе, штаб-квартире да'ва, стал регулярно читать лекции (маджалис) на различные темы. Здесь же он инструктировал своих подчиненных да`и Йемена и Индии. Хатим б. Ибрахим умер в 596/1119 году и был похоронен под крепостью Хутайб; к его могиле, как к святыне, и в наши дни благоговейно стекаются пилигримы-таййибиты. Начиная с пятого да`и, 'Али б. Мухаммеда б. ал-Валида (605—612/1209—1215), пост да`и мутлак еще почти три столетия оставался, в основном, в руках клана бану'л-валид ал-анф из племени курайш вплоть до 946/1539 года. 'Али б. Мухаммад был образованным ученым и плодовитым писателем. Его работы, включая особенно «Тадж ал-Така'ид» и «Китаб аз-закйра», важны для понимания системы хака'ик гаййибитов.

В области доктрины таййибиты сохранили исма'илитские традиции Фатимидов, в том числе их увлечение космологией и «цикличной» историей. Этот интерес был положен в основу гностицизма таййибитов, их эзотерической системы хака'ик, с характерными эсхатоло­гическими мотивами и темой спасения. С ранних времен таййибиты пользовались также трудом ал-Кади ан-Ну'мана «Да'а'им ал-Ислам» как своим наиболее авторитетным сводом по праву; для таййибитов Йемена и Индии этот текст сохранил свою юридическую актуальность вплоть до настоящего времени. По сравнению с предшествующим фатимидским периодом организация да'ва таййибитов претерпела определенные изменения и упрощения, продиктованные переменами в реалиях Йемена. Таййибитский исма'илитский имам оставался в сокрытии со времен самого ат-Таййиба вместе со своими баб и худжжа. В подобных обстоятельствах исполнительный глава иерархии да'ва в Йемене, ад-да`имутлак, оказался наделенным абсолютной властью над общиной. Как высший представитель скрытого имама, да'и мутлак был вправе рассчитывать на подчинение и покорность таййибитов. Как и в случае с имамами, каждый да`и, пользуясь правом насс, назначал своего преемника; и обычно данный пост переходил по наследству. В Йемене таййибитские да`и были наиболее образованными членами своей общины; многие из них стали выдающимися учеными, создав­шими значительную по объему таййибитскую литературу эзотериче­ской тематики47. В делах да'ва да`и мутлак пользовались услугами не­скольких подчиненых да`и, называвшихся «ма'зун» и «мукасир». Да'ва таййибитов сохранил в самом ограниченном объеме традиции фатимидского да'ва относительно инициации, скрытности и практики обу­чения новообращенных, хотя нам известны лишь его незначительные специфические подробности.

Да'« таййибитов поддерживали добрососедские отношения с мест­ными династиями Йемена, включая Расулидов и Тахиридов. Взаимо­отношения между таййибитами и зайдитами, которыми в то время руководили их собственные имамы, напротив, часто перерастали в открытое вооруженное противостояние. Нет никаких оснований счи­тать, что да'ва таййибитов вел в ту пору активные действия в каком-либо регионе, вне пределов Йемена и Индии. Тем временем йемен­ские да`и установили тесные связи с общиной таййибитов Гуджарата. Действительно, вплоть до второй половины Х/ХУ1 века да 'ва таййиби­тов в Индии оставался под строгим надзором да`и мутлак и ставки да'ва в Йемене. В течение этого длительного времени глава да'ва таййи битов Индии, известный там как вали, регулярно назначался да`и мут­лак. Вали также располагал собственной иерархией помощников и подчиненных да'и в Индии, но сведений об этом немного.

В Западной Индии община исма'илитов, придерживавшаяся да'ва таййиби муста'ли, поступательно развивалась, начиная с 460/1067 года, то есть с момента приезда первого йеменского да`и 'Абдаллаха. Со своей первоначальной базы в Хамбхате (современный Камбэй) он и его преемники успешно проповедовали да'ва среди индусов Гуджара­та. Как уже отмечалось, в Гуджарате ранний да'ва распространялся под руководством Сулайхидов Йемена. В Западной Индии новообра­щенные исма'илиты, по больше мере индуистского происхождения, были известны как «бохра» («бохора»). Первоначально да'ва распрост­ранялся среди городских ремесленников и торговцев Гуджарата — бо­гатой провинции, связанной с другими прибрежными районами Ин­дийского океана торговыми и морскими путями. Считается, что слово «бохра» («бохора») происходит от термина «вохорву», что на гуджарати означает «торговать». Со временем этим термином стали называть исма'илитов таййиби муста'ли Гуджарата, поскольку по своему проис­хождению они принадлежали к торговой общине. Согласно другой этимологической версии, эти исма'илиты были названы бохра потому, что они были обращены в исма'илизм, будучи индуистами из касты вохра. Так или иначе, таййибитским 'да`и удалось обратить в исма'и­лизм значительное число жителей Камбэя, Патана, Сидхпура, а поз­же — Ахмадабада, где была открыта индийская штаб-квартира да'ва.

В отличие от низаритов ходжа Синда, часто подвергавшихся пре­следованиям со стороны местных суннитских правителей, таййибиты Гуджарата не испытывали притеснений региональных индуистских правителей. Последние явно не ощущали тревоги от фукционирования в их среде таййибитского да'ва. В результате таййибитская общи­на разрасталась, не встречая серьезных препятствий, вплоть до му­сульманского завоевания Гуджарата в 697/1298 году, когда была уни­чтожена главенствовавшая местная индуистская династия Вагхела из Анахилвары. Таким образом, местные да`и таййибитов, в отличие от низаритских пиров в Синде, не были поставлены перед необходи­мостью сокрытия своего вероисповедания. Позже, когда в Гуджарате была применена такта, она приняла формы суннитского ислама. Всё это объясняет, почему, например, сведения об индуистско-мусульманском переплетении отсутствуют в религиозной литературе общины исма'илитов бохра. Как уже отмечалось, эта литература основыва­лась на раннем наследии Фатимидов и исма'илитов таййибитов Йеме­на. С этого времени деятельность да'ва в Западной Индии стала объек­том пристального внимания со стороны мусульманских губернаторов региона, назначавшихся правителями Делийского султаната. Положе­ние исма'илитов бохра значительно осложнилось, когда Зафар-Хан (793—806/1391—1403) основал независимый Гуджаратский султанат. Правление суннитских султанов Гуджарата фактически прекратилось в 980/1572 году, когда этот регион был присоединен императором Акбаром к государству Великих Моголов.

Зафар-Хан оказался первым правителем Гуджарата, который встал на путь преследования ши'изма. С приходом к власти внука Зафар-Хана, Ахмад-Шаха I (814—846/1411—1442), построившего новую столи­цу в Ахмадабаде взамен Анахилвары, исма'илиты также стали под­вергаться массовым гонениям. С этого времени исма'илиты бохра были вынуждены прибегнуть к такийа под маской суннизма. В период ре­прессивного правления Ахмад-Шаха многие исма'илиты бохра приня­ли суннизм. В то же самое время разногласия между таййибитским вали и диссидентами из среды исма'илитов бохра привели к дальней­шему обращению их в суннизм и выходу из общины. Согласно некото­рым подсчетам, в этот период более половины членов общины вышли из ее состава и стали суннитами48. Эти изменения служат еще одним примером того, как сокрытие, проведенное в широких масштабах, может привести в особых условиях к интенсивной и всевозрастающей аккультурации и в конце концов завершиться полной ассимиляцией. Только с приходом к власти Моголов община бохра получила опреде­ленную степень религиозной свободы.

Двадцать третий да`и мутлак Мухаммад б. ал-Хасан ал-Валид стал последним да'и из бану'л-валид ал-анф, а также последним йеменским да`и, руководившим объединенными исма'илитами таййибитами Йе­мена и Индии. После его смерти в 946/1539 году руководство общиной перешло к индийцу из Сидхпура Йусуфу б. Сулайману. К тому време­ни в традицию вошла отправка талантливых бохра в Йемен для полу- чения исма'илитского образования; эти визиты также крепили рели­гиозные и литературные связи между фракциями йеменской и индий­ской общин. Иусуф 6. Сулайман стал одним из таких бохра, выбран­ных вали для учебы в Йемене. Признав образованность Йусуфа, два­дцать третий да`и назначил его своим преемником. Иусуф, первый индийский да`и мутлак, поселился в конце концов в Йемене, и, когда он умер в 974/1567 году, штаб-квартира таййибитского да'ва была пе­реведена его индийским преемником, другим индийцем, Джалал 6. Хасаном, в Ахмадабад. К этому времени, несмотря на продолжаю­щиеся гонения и выходы из общины, таййибиты бохра Индии значи­тельно превзошли по численности своих единоверцев в Йемене, гото­вя тем самым почву для новой фазы в истории таййибитского исма'и-лизма.

В то же время у таййибитов Йемена, находившихся под властью Оттоманов, которые в 923/1.517 году подчинили себе Южную Аравию, зрели свои проблемы. К тому времени зайдиты, традиционные враги йеменских исма'илитов, практически полностью уничтожили бану-л-валид. Именно в этих условиях ставка таййибитского да'ва была пере­ведена в Гуджарат, где да`и могли рассчитывать на религиозную толе­рантность Могольских владык. Таким образом завершился йемен­ский этап единого таййибитского исма'илизма.

Джалал б. Хасан, двадцать пятый да`и, умер в 975/1567 году, вскоре после того, как принял руководство общиной. Его преемником стал Да'уд б. 'Аджаб-Шах. В период своего правления император Акбар присоединил Гуджарат к Могольской империи. Да'уд лично посетил Акбара в Агре в 981/1573 году, стремясь склонить правителя к тому, чтобы тот отдал распоряжение своим чиновникам в Гуджарате предо­ставить религиозную свободу представителям бохра. Да'и возродил также общину и ее организацию, восстановив религиозную практику таййибитов, от следования которой они долгое время воздерживались из-за жестоких преследований. С кончиной в 997/1589 году Да'уда б. 'Аджаб-Шаха, двадцать шестого да`и, право быть его преемником было оспорено, что вызвало раскол в таййибитской общине на да'уди-тов и сулайманитов. Преемником Да'уда б. 'Аджаб-Шаха в Индии стал Да'уд Бурхан ад-Дин 6. Кутб-Шах, его заместитель в Гуджарате. Од­нако несколькими годами позже Сулайман б. Хасан ал-Хинди, внук да`и Йусуфа 6. Сулаймана и заместитель покойного да`и в Йемене, выступил с притязаниями на руководство общиной и вернулся в Ин­дию для того, чтобы представить свои доказательства. По существу этот спор обсуждался в 1009/1597 году в Лахоре в присутствии импе­ратора Акбара, однако вмешательство последнего не способствовало разрешению проблемы. Эта полемика, в основе которой лежало со­перничество между индийской и йеменской ветвями, привела к непре­одолимому расколу таййибитского да'ва и общины и к дальнейшему ослаблению этой ветви исма'илизма49.

Значительная часть таййибитов, состоявшая, в основном, из бохра, признала Да'уда Бурхан ад-Дина (ум. 1021/1612) своим новым, два­дцать седьмым, да`и; они стали известны как да'удиты. Небольшая группа йеменских таййибитов также поддержала дело да'удитов. С другой стороны, меньшинство таййибитов, объединившее большин­ство йеменской общины и небольшую группу бохра, признало своим новым да`и Сулаймана 6. Хасана. Эти таййибиты, прозванные сулайманитами, оказались весьма малочисленными в рамках общины таййи­битов муста'ли. С этого времени да'удиты и сулайманиты, каждый, следовали за да`и своей отдельной линии. Местом пребывания да`и да'удитов оставалась Индия, тогда как ставкой да 'ва сулайманитов был избран Йемен50.

Впоследствии да'удиты бохра в Индии вновь разделились, посколь­ку авторитет их да`имутлак периодически оспаривался. Вот один из примеров. В 1034/1624 году 'Али б. Ибрахим основал группу 'алийа. учредив свою собственную линию да`и. В настоящее время 'алийа яв­ляются малочисленной общиной с центром в Бароде (штат Гуджарат). Тем временем главенствующая община да'уди продолжала расти и благоденствовать, поскольку не испытывала притеснений ни со сторо­ны Моголов, ни со стороны их губернаторов в Гуджарате. Строго при­держиваясь ханафитской школы суннизма и ревностно проводя свою собственную религиозную политику, император Аурангзеб был един­ственным членом Могольской династии, кто предпринял антиши'итские шаги и в период своего долгого правления (1068—1118/1658—1707) преследовал исма'илитов и других мусульман-ши'итов как «еретиков». Даже перед своим воцарением, во время своего краткого губернатор­ства в Гуджарате, Аурангзеб подвергал повальным гонениям местных исма'илитов. Он арестовал тридцать второго да`и, Кутб-Хана Кутб ад-Дина, и в суннитском суде обвинил пленника в ереси. В 1056/1646 году да`и был казнен по приказу Аурангзеба. Мавзолей своего да'и-мученика в Ахмадабаде исма'илиты бохра превратили в святыню. Религиоз­ные ритуалы и практика исма'илитов бохра были запрещены импера­тором, их мечети переданы под контроль суннитских сторожей, а сами исма'илиты были обложены неподъемными налогами; всё это соста­вило часть общей политики Аурангзеба по притеснению исма'илитов. Таким образом, исма'илитов бохра еще раз пытались принудить обра­титься в суннизм, хотя они уже вернулись к практике такийа. После кончины Аурангзеба, чье правление было омрачено также и гонения­ми немусульман, общину бохра оставили в покое, разрешив ей разви­ваться свободно и мирно. Тем не менее центр да'ва да'удитов решено было перевести из Ахмадабада в Джамнагар, а Бурханпур приобрел статус другого важного бастиона да'удитов бохра за пределами Гуджарата.

Именно во время деятельности сорокового да`и Хибаталлаха ал-Му'аййад фи'д-Дина (1168—1193/1754—1779), совпавшее с первыми десятилетиями британского правления Индией, да'удиты стали свидете­лями уже другого раскольнического движения. Руководителями его были Исма'ил б. 'Абд ар-Расул ал-Маджду', автор знаменитого ката­лога исма'илитской литературы, и его сын — Хибаталлах, претендо­вавший на то, что именно он установил связь со скрытым имамом таййибитов. Хибаталлах приобрел ряд последователей в Уджжайне (впоследствии ставка да'ва да'удитов) и других местах; они стали изве­стны как «хиптийа», по имени Хибаталлаха51.

В 1200/1785 году ставка да'ва да'удитов была переведена в Сурат, находившийся под контролем британцев, обеспечивавших надежное убежище. Там сорок третий да`и 'Абд 'Али Сайф ад-Дин (1213-1232/ 1798—1817) основал семинарию, известную как Сайфи Даре (а также как Джами'а Сайфийа) для обучения ученых и функционеров общи­ны да'удитов. Это учреждение с богатой библиотекой стало центром традиционного общсмусульманского и исма'илитского обучения да'у­дитов бохра. В первые десятилетия ХШ/Х1Х столетия, с укреплением британского правления в Индии, индийские исма'илиты из различных общин бохра и ходжа перестали быть объектами официального пре­следования.

С 1232/1817 года пост да`и мутлак да'удитов таййибитов бохра оставался в руках потомков шейха Дживанджи Аврангабади. Однако общину да'удитов сотрясали постоянные внутренние распри и дрязги, вносившиеся оппозицией власти да`и. В частности, противоречивые обстоятельства, сопровождавшие вступление в должность сорок шес­того да'и, Мухаммеда Бадр ад-Дина, скоропостижно скончавшегося в 1252/1840 году и публично не назначившего себе преемника, привели к глубокому расколу в общине. Во всяком случае, группа 'улама '-да'уди­тов поручила 'Абд ал-Кадиру Наджм ад-Дину, родственнику покойно­го да`и, взять на себя функции надзирателя и администратора-руководителя (назим) да'ва. Принятие 'Абд ал-Кадиром титула да`и мутлак спустя некоторое время лишь обострило ситуацию и вызвало к жизни постоянное оппозиционное да`и движение. В течение своего длитель­ного руководства (1256-1302/1840-1885) 'Абд ал-Кадир укрепил свою власть, но достигнуто это было лишь ценой необратимых раздоров в общине.

Новая эпоха в современной истории да'удитов бохра началась с их пятьдесят первого да`и Тахира Сайф ад-Дина (1333—1385/1915-1965), руководившего общиной дольше любого из своих предшественников. В этот период поляризация да'удитов на традиционалистов и ряд групп реформаторов приняла четкие очертания. Последние выступали за светское образование и индивидуальные права, а также демократиза­цию учреждений да'удитского да'ва и финансовую подотчетность да`и мутлак общине. К 60-м годам XX века группы реформаторов образо­вали объединенный фронт, названный «Прогрессивная группа» («Прагати Мандал»)52. Тем не менее Тахир Сайф ад-Дин благополучно отстоял свою неограниченную власть на все религиозные и светские дела общины, претендуя также на собственную непогрешимость ('исма), традиционные атрибуты и прерогативы имамов. Да'и назначал чле­нов своей многочисленной семьи на высокие посты в организации да'ва и настойчиво проводил политику обеспечения непоколебимого повиновения да'удитов, включавшую изгнание из общины провинив­шихся членов. Он взял также под личный контроль все общинные доходы и финансовые ресурсы. Нынешний да`и мутлак, Мухаммад Бурхан ад-Дин б. Тахир Сайф ад-Дин, занял свой пост в 1335/1965 году как пятьдесят второй да`и.

Да`иЛ1утлакявляется верховным главой организации да'ва да'уди­тов. Во всех практических делах он выступает как заместитель скры­того имама таййибитов. Главный помощник да`и, или ма'зун, избира­ется из числа близких родственников да`и, обычно он и наследует пост да`имупиак. Да`и назначает также одного мукасир, опять же из своих родственников, в качестве помощника ма'зун. Кроме того имеются 18 машайих (ед. ч. шейх); обычно их избирают из числа образованных членов общины. Машайих состоят на службе в больших центрах да'у­дитов. И наконец, в каждую общину да'удитов, превышающую 50 се­мей, да`и назначает своих собственных 'амил, или агентов (самый низ­ший чин в иерархии да'ва): 'амил действует как местный руководи­тель да'удитов, проводя различные церемонии. Он также несет ответственность за сбор религиозных налогов и их отправку в цент­ральную штаб-квартиру да`и. Каждого достигшего возраста 15 лет да'удита 'амил приводят к присяге на верность (мисак) таййибитским имамам и их да`и; обет включает безусловное повиновение да'и мут­лак. Любые интересы и действия бохра требуют согласия да`и. Это распространяется также и на научную и исследовательскую деятель­ность. В частности, изучение так называемых эзотерических исма'илитских текстов не может быть предпринято без личного согласия да`и, получить которое весьма непросто.

Столетия преследований и насильственного обращения в суннизм не прошли даром для исма'илитов бохра Индии. В настоящее время об­щее число да'удитов оценивается всего около 700 тыс. человек. Более половины да'удитов бохра проживает в Гуджарате. Самая большая от­дельная община да'удитов бохра располагается в Бомбее (около 60 тыс. чел.). С 20-х годов XX столетия Бомбей служил также постоянной став­кой да'удитского да`и мутлак и центральной администрации организа­ции его да'ва, официально называвшейся «да'ват-и хадийа». Другие важ­ные городские центры да'удитов бохра в Индии расположены в Доха-де, Удайпуре, Уджжайне, Сурате, Ахмадабаде и Сидхпуре. Вне Индии самая большая община да'удитов находится в Карачи (около 30 тыс. чел.). В Йемене да'удиты представлены малой общиной, не превышаю­щей 5 тыс. человек, населяющих, в основном, район Хараза; особенно их много среди бану мукатил.

Наряду с низаритами ходжа, таййибиты бохра, стали одной из са­мых первых азиатских общин, осевших в Восточной Африке53. Их расселение особенно поощрялось в первые десятилетия ХIII/ХIХ века султаном Саййид Са'идом (1220—1273/1806—1856) из династии Ал Бу Са'ид, правившей в Омане и Занзибаре. Стремясь расширить торго­вую базу своих африканских владений, султан поощрял эмиграцию индийских купцов в Занзибар, где им предоставлялась свобода рели­гиозного вероисповедания. Эмигранты исма'илиты бохра из Западной Индии основали самую большую, после ходжа, азиатскую общину Зан­зибара. Азиатская эмиграция увеличилась после того, как султан Са­'ид окончательно перенес свою столицу в 1256/1840 году из Маската в Занзибар. Через некоторое время индийские исма'илиты направили свои стопы из Занзибара к растущим городским центрам восточно-африканского побережья. К 1970 году уже около 20 000 исма'илитов бохра проживало в Кении, Танзании и Уганде. С тех пор в результате антиазиатской политики отдельных африканских режимов большин­ство восточно-африканских бохра, а также ходжа были вынуждены эмигрировать и осесть на Западе и других местах.

После раскола таййибитской общины на да'удитов и сулайманитов йеменские таййибиты встали на сторону последних и начали оказы­вать им всеобъемлющую поддержку. Как это принято у исма'илитов, сулайманитские да`и передавали дела от одного к другому, согласно положению насс. С момента вступления на пост тридцатого да`и мут-лак, Ибрахима 6. Мухаммеда б. ал-Фахда ал-Макрами (1088—1094/1677— 1683), руководство сулайманитами стало передаваться по наследствен­ной линии, за немногими исключениями, как, например, в том же кла­не макрами. В отличие от да'удитов, сулайманиты не раздували разногласий по поводу передачи власти, и, соответственно, их община оставалась сплоченной. Да`и сулайманитов макрами угкрыли свои штаб-квартиры в Бадре, Наджране, Северо-Восточном Йемене. Наджраном они правили самостоятельно, опираясь на военную поддержку местного бану йам. У да 'и происходили многочисленные стычки с зайдитскими имамами, но они смогли не только отстоять свои владения, но и даже вновь утвердиться в Харазе. Однако во второй половине ХIII/ХIХ столетия Оттоманы положили конец политическому возвышению сулайманитских да'и в Йемене. В XX столетии политиче­ское влияние да`и еще более ослабло под натиском растущей мощи семьи Са'уди. Наджран — ставка да`и макрами — был, по существу, аннексирован Саудовской Аравией в 1353/1934 году. Нынешний да`и мутлак, сорок девятый в своей цепочке, аш-Шарафи ал-Хусайн б. Хасан ал-Макрами, наследовал свой пост в 1396/1976 году. Сейчас он прожи­вает в Саудовской Аравии.

В настоящее время число исма'илитов сулайманитов таййибитов Йемена достигает 100 000 человек. Они населяют, в основном, север­ные районы страны и приграничные области с Саудовской Аравией.

Помимо бану йам из Наджрана, имеется небольшая община сулайма­нитов в Харазе. В отличие от да'удитов бохра Индии, сулайманиты представляют собой небольшую тающую общину в несколько тысяч человек, рассеянную по многим городам — Бомбею, Барода, Ахмада-баду и Хайдарабаду. Организация да'ва сулайманитов проста: их да`и, именуемые «саййидна», лично осуществляют руководство делами об­щины с помощью нескольких помощников, называемых «ма'зун» и «мукасир». Да'ва сулайманитов традиционно проявляет активность в трех регионах (джаза'ир), а именно в самом Йемене,Хинде (Индия) и Синде (Пакистан). Да`и назначает своих агентов ('амил) в основные районы расселения сулайманитов в Йемене и имеет главного предста­вителя (мансуб) в Индии в ставке сулайманитов, расположенной в го­роде Барода; он же осуществляет надзор за делами малой общины сулайманитов бохра Пакистана.

Сулайманиты продолжают скрывать свою литературу от посторон­них. Исма'илитские тексты дофатимидского, фатимидского и йемен­ского периодов вплоть до да'удитско-сулайманитского раскола при­знаются обеими ветвями, как таййиби, так и муста'ли. После раскола да'удиты и сулайманиты создали свои собственные литературные тра­диции, в подавляющем большинстве это произведения полемического характера, защищающие или отвергающие притязания различных да`и54. В традициях арабоязычных йеменских сулайманитов и да'уди­тов бохра, пользующихся одной из разновидностей языка гуджарати, существуют определенные различия. В церемонии брачных и прочих обрядов бохра позаимствовали много из индуистских обычаев. Руко­водство сулайманитов показало себя более либеральным, нежели их коллеги да'уди. В частности, малочисленная на субконтиненте община сулайманитов бохра допускает определенную степень социальных пе­ремен, секуляризацию и модернизацию.


^ СОВРЕМЕННОЕ РАЗВИТИЕ ОБЩИНЫ НИЗАРИТОВ

В этой, заключительной, части мы осветим современную историю ис­ма'илитов низаритов, уделив главное внимание их развитию с середи­ны XIX столетия и политике модернизации, проводившейся последни­ми имами. Если говорить о современном положении в ряде низарит-ских общин, особенно тех, что находятся в Персии, Афганистане, Цент­ральной Азии, Индии, Пакистане, Сирии и Восточной Африке, то удов­летворительное освещение этой темы возможно лишь при условии доступа к гораздо большему числу источников, чем те, что ныне нам доступны.

Шах-Халилаллах II был последним имамом низаритов ветви ка-симшахи, который проживал в Анджудане. К тому времени да'ва этой главной низаритской линии добился успеха, в частности, в Афганиста­не и Центральной Азии, а также на Индийском субконтиненте. С другой стороны, удача, сопутствовавшая имамам ветви мх-хаммадшахи, жившим сначала в Ахмаднагаре, а затем в Аурангабаде, быстро по­шла на убыль. В Персии большинство приверженцев линии мухам-мадшахи дистанцировалось от своих имамов, обратившись в ши'изм двунадесятников, который первоначально был принят низаритами как форма такийа. Общины мухаммадшахи Бадахшана и Индии также быстро исчезли в течение ХП/ХУШ века. В Бадахшане они, в основ­ном, перешли на сторону касимшахи. К середине ХШ/Х1Х века низаритов мухаммадшахи можно было найти только в Сирии, где до сих пор сохранилась их небольшая община. Наш рассказ здесь будет по­священ, в основном, низаритским исма'илитским имамам линии ка­симшахи и их последователям.

Шах-Халилаллах II скончался в 1090/1680 году, ему наследовал его сын Шах-Низар. К тому времени имамы приобрели широкое влияние в Анджудане и его окрестностях в Центральной Персии. Во время своего имамата (1090—1134/1680—1722) Шах-Низар перенес штаб-квар­тиру да'ва в находившееся поблизости селение Кахак (точная дата изменения места ставки неизвестна), завершив анджуданский период низаритского исма'илитского имамата. На протяжении более ста лет имамы сохраняли прочное положение в Кахаке. Шах-Низар умер в 1134/1722 году, о чем свидетельствует его намогильный камень в Каха­ке. Теперь это небольшое селение, где живут ши'иты исна'ашариты, с населением около 500 человек. Мавзолей Шах-Низара, где погребены также его преемник Саййид 'Али и другие члены семьи, являлся, воз­можно, частью первоначальной резиденции имама в Кахаке. Интерес­но отметить, что в этом некрополе находятся также несколько могил с надписями на ходжки, свидетельствующими о посещениях усыпаль­ницы низаритами ходжа с субконтинента с целью увидеть место захо­ронения своего имама. Кахак действительно упоминается в некото­рых гинан как обитель исма'илитских имамов.

К середине ХII/ХУШ века имамы переехали в Шахр-и Бабак про­винции Керман (юго-восток Персии). Вызвано это было тем, что в об­становке нестабильности после афганского нашествия на Персию и падения Сефевидов в 1135/1722 году путешественники ходжа, отправ­лявшиеся в путь к захоронению своего имама, часто становились жерт­вами разбойников еще до того, как успевали добраться до Кахака55. В итоге имамы и приняли решение о перенесении ставки в Шахр-и Бабак, ближе к тому пути, которым следовали индийские паломники. К тому времени центр активности низаритской общины явно сместил­ся в сторону ходжа, если иметь в виду как их численность, так и фи­нансовые ресурсы. В Персии в результате преследований и сокрытия многие исма'илиты низариты, особенно горожане, приняли ши'изм ис-на'ашари. Сорок второй имам, Хасан-'Али, используя наладившийся поток средств из Индии, приобрел обширную собственность в Шахр-и Бабаке, а также в самом городе Ксрмане. Он стал также первым низаритским пмамом. отказавшимся от традиционной практики такийа. Хасан-'Али начал активно входить в деловую жизнь Ксрмана, установив тесные связи с афшаридским правителем провинции Шахрухом (1160-1172/1747-1759)

Сорок четвертый имам, Абу-л-Хасан 'Али, приобрел в Кермане «значительный политический вес36. Основателем другой, недолговечной династии Персии, Карим-Ханом Зандом (1164—1193/1751—1779), он 6ыл назначен губернатором провинции. Этот имам сыграл решающую роль в местной политической жизни Кермана в бурный период, когда Ага Мухаммад-Хан (1193—1212/1779—1797), будущий основатель Каджарской династии, выступил против власти Занда в персидских провинциях. Имам Абу-л-Хасан 'Али, популярный губернатор Кермана, шравил провинцией самостоятельно даже после кончины Карим-Хана 3анда в 1193/1779 году. Именно при нем в Персии возродился суфийский орден ни'маталлахи. В этот период орденом руководил Рида-'Али-Шах (ум. 1214/1799), проживавший, как и его предшественники, в Декане. Этот суфийский тарика быстро распространился в Кермане. Здесь в Махане сохранилась гробница основателя ордена Шах-Ни'маталлаха Вали (ум. 834/1431). Приезд знаменитых суфиев ни'маталлахи в Керман также способствовал возобновлению прежних связей между суфийским орденом и низаритскими исма'илитскими имамами57. Абу-л-Хасан 'Али умер в 1206/1792 году. В исма'илитском имамате ему наследовал его сын Шах-Халилаллах III.

Вскоре после принятия имамата нестабильность, отличавшая в то Рвремя внутреннюю жизнь Кермана, вынудила Шах-Халилаллаха временно перебраться в Кахак. Его пребывание в местах, связанных с его предками, затянулось на 20 лет, прежде чем в 1230/1815 году он осел в Иезде. Выбор Иезда, расположенного на пути в Белуджистан и Синд, гбыл, по-видимому, продиктован заботой о безопасности путешественников ходжа на пути в Персию. Именно в Иезде имам был втянут в различные споры и религиозную вражду между его последователями и местными лидерами ши'итов двунадесятников. В 1232/1817 году, во время нападения толпы на его дом, он был убит вместе с некоторыми своими сподвижниками, включая его мурида ходжа.

Шах-Халилаллах Ш был женат на своей родственнице Биби Саркара (ум. в 1267/1851), родившей ему в 1219/1804 году преемника исма'и-рлитского имамата, Хасан-' Али-Шаха. Отец и брат Биби Саркары, Мухаммад-Садик Махаллати (Сидк-'Али-Шах) и 'Иззат-'Али-Шах, были видными суфиями ни'маталлахи, поддерживавшими тесные отношения с Зайн ал-'Абидином Ширвани (ум. 1253/1837). Последний носил суфийское имя Маст-'Али-Шах и был духовным главой (кутб) главной ветви тарика ни'маталлахи. Тесные связи между семьей исма'илитского имама и рядом руководителей ни'маталлахи, включая Рахмат-' Али-Шаха (ум. 1278/1861), Мунаввар-'Али-Шаха (ум. 1301/1884), Сафи-' Али-Шаха (ум. 1316/1898) и Ма'сум-' Али-Шаха (ум. 1344/1926), автора знаменитого суфийского сочинения «Тара'ик ал-хака'ик», во зобновлялись время от времени в течение всего XIX века58.

Хасан-'Али-Шаху было всего лишь 30 лет, когда он наследовал отцу как сорок шестой исма'илитский низаритский имам59. В связи с убий­ством Шах-Халилаллаха его вдова приехала в Тегеран ко двору кад-жарского монарха, Фатх-'Али-Шаха (1212-1250/1797-1834), в поисках справедливости в отношении своих детей и мужа. В конце концов ей повезло: подстрекатели к убийству имама понесли наказание, и мо­нарх назначил Хасан-'Али-Шаха губернатором Кума, отрядив ему так­же в собственность ряд селений соседнего Махаллата. К тому же Фатх-'Али-Шах выдал одну из своих дочерей, Сарв-и Джахан-ханум, замуж за юного имама, закрепив за ним почетный титул (лакаб) «Ага-Хан», что означает «господин», «хозяин». С этого времени Хасан-'Али-Шах стал известен в Персии как Ага-Хан Махаллати, Благодаря его госуда­реву титулу и глубоким корням семьи в Махаллате и его окрестностях (Анджудан, Кахак и Кум), титул «Ага-Хан» («Аgha Khan») стал на­следным для его преемников в имамате исма'илитов.

Ага-Хан I прожил в Персии тихую жизнь в уважении и почете при дворе Каджаров в течение всего времени правления Фатх-'Али-Шаха. Но исма'илитский имам не терял времени даром и постепенно собрал военные силы в Махаллате. Следующий каджарский монарх, Мухам-мад-Шах, вскоре после своего восшествия на престол Персии в 1251/ 1835 году назначил имама губернатором Кермана. В то время в Кер-мане царил постоянный беспорядок из-за непрекращавшихся набегов афганских и белуджских банд и мятежных акций некоторых каджар-ских принцев. Вскоре при поддержке представителей местных пле­мен хорасани и 'ата'аллахи имам восстановил порядок в Кермане. Однако его губернаторство было кратковременным, и в силу враж­дебного отношения к нему могущественного главного министра хаджжи Мирзы Акаси, причины чего не ясны, он был смещен с поста в 1252/1837 году. Смещение Ага-Хана I привело к длительной конфрон­тации между имамом и каджарским правительством. Положение осложнилось серией военных стычек, случившихся в 1256/1840 году60. В конечном итоге в 1257/1841 году исма'илиты потерпели поражение в крупном сражении при Кермане, и имам был вынужден бежать в со­седний Афганистан. Это событие ознаменовало завершение персид­ского периода низаритского исма'илитского имамата, длившегося около семи столетий, начиная с эпохи Аламута.

Летом 1257/1841 года Ага-Хан I в сопровождении огромной свиты прибыл в Кандагар, осажденный в то время англо-индийской армией. С этого момента между исма'илитским имамом и британскими влас­тями стало шириться взаимодействие. В Кандагаре Ага-Хан принял посланников от своих последователей в Бадахшане и Синде; исма'илитские общины этих регионов стремились установить непосредствен ные контакты со своим имамом. В 1258/1842 году, в связи с поражением британских войск в Кабуле и Кандагаре, Ага-Хан I перебрался в Синд. Здесь действия его кавалерии способствовали присоединению Синда к Британской Индии в 1259/1843 году. В Синде имам оставался в Джерруке, где до сих пор сохранился его дом. За свои заслуги в этот период Ага-Хан I был удостоен ежегодной пенсии от генерала сэра Чарльза Напьера (1782—1853), завоевателя Синда, бывшего с имамом в дружеских отношениях61.

Со времени прибытия в Синд Ага-Хан I восстановил контакты со своими последователями ходжа, которые тогда впервые смогли ли­цезреть своего имама. В 1260/1844 году он покинул Синд и после года, проведенного со своими сторонниками в Катиаваре (Гуджарат), при­был в 1260/1846 году в Бомбей. Посредничество Британии по поводу возвращения имама на родину, в Персию, как выражение его личного желания, успеха не имело. После краткого пребывания в Калькутте, в 1265/1848 году исма'илитский имам навсегда поселился в Бомбее. Это событие знаменует собой начало современного периода в истории ис­ма'илитов низаритов.

Ага-Хан I стал первым исма'илитским имамом своей ветви, кото­рый поселился в Индии. Низариты ходжа, представлявшие собой на протяжении нескольких столетий крупную общину, получили нако­нец возможность принять имама в своей среде. С этого момента пере­дача их религиозных взносов стала более регулярной и приобрела упорядоченный характер. Вскоре имам учредил тщательно спланиро­ванные штаб-квартиры и резиденции в Бомбее, Пуне и Бангалоре. В случае каких-либо особых религиозных событий он присутствовал в главной джама'ат-хана в Бомбее, а также регулярно проводил дурбар (перс, дарбар), давая в своей резиденции «Ага-Холл» аудиенции своим последователям, которые в большом количестве стекались для полу­чения его благословения. Последние 30 лет своей жизни и длительно­го имамата Ага-Хан I провел в Бомбее.

Как духовный глава мусульманской общины, Ага-Хан I получил защиту от британского истеблишмента в Индии, что укрепило и упро­чило его положение. Тем не менее поначалу он испытывал серьезные трудности в упрочении своей религиозной власти. На Индийском суб­континенте низариты ходжа оставались без пира достаточно продол­жительное время. Исма'илизм сатпант, как уже отмечалось, испытал воздействие индуистских элементов, в то время как и ходжа были вынуждены достаточно долго скрываться под масками суннитов или ши'итов двунадесятников. В урегулировании своих правовых проблем ходжа, как и некоторые другие индийские мусульмане, стали прибе­гать скорее к индуистским методам, нежели к предписаниям мусуль­манского права, особенно в делах, касавшихся наследства. Вышеука­занные факторы вряд ли способствовали формированию ясного и силь­ного чувства религиозной идентичности. Действительно, время от времени на сцену выходили группы инакомыслящих, представлявшие общину ходжа как некое продолжение суннитского или ши'итского исна'ашарийа наследия.

Именно в таких условиях Ага-Хан I развернул широкомасштабную кампанию, целью которой стала вербализация представлений о том, что же определяет особую религиозную идентичность его последова­телей ходжа. В 1861 году имам распространил документ, который ха­рактеризовал религиозные верования и практику исма'илитов низари-тов, предлагая каждому ходжа подписать его. По существу, подписан-тов просили продемонстрировать свою верность имаму и ши'итской исма'илитской мусульманской вере, в том виде, как ее интерпретиро­вал сам имам. Этот документ, своеобразная веха в подтверждении низаритской исма'илитской идентичности, получил широкое распро­странение в Бомбее и других местах. Подавляющее большинство ис­ма'илитов ходжа согласилось его подписать. Однако одна небольшая группа инакомыслящих настаивала на спорном характере авторитета Ага-Хана I и отказывалась признавать исма'илитскую идентичность своей общины. События достигли кризисной точки в 1866 году, когда диссиденты ходжа обратились со своим делом в Верховный суд Бом­бея. В ходе длительных слушаний этого так называемого «Процесса Ага-Хана» имам предоставил различные документы по истории общи­ны и свой мандат на руководство ею. Детальное судебное разбира­тельство обернулось в конце концов против истцов и в пользу исма'илитского имама по всем пунктам обвинения62. Данный судебный вер­дикт, имевший силу на всей территории Британской Индии, явился юридическим обоснованием статуса ходжа-последователей Ага-Хана I как общины «ши'итско-имамитского исма'илизма», подтверждая при этом право Ага-Хана I на духовное лидерство в этой общине и его статуса прямого потомка имамов аламутского периода63. Более того, этот исторический судебный процесс подтвердил право Ага-Хана I на все основанные на общинном обычае взносы, собираемые с ходжа, включая дассондх, или десятину. Авторитет Ага-Хана I, которого его последователи ходжа называли «Саркар Сахиб», или «Пир Саламат», никогда больше всерьез не подвергался сомнению ни на субконтинен­те, ни где-либо в других регионах.

Постепенно Ага-Хану I удалось распространить свой контроль на низаритов ходжа через их традиционную общинную организацию. Он лично проводил назначения на важные для общины посты. Таковыми являлись мукхи (произносится как муки) — общественные и религиоз­ные главы любых местных общин ходжа и камадийа (произносится как камрийа) — их личные помощники. Каждая община (джама'ат) ходжа, достигшая определенной величины, имела своего мукхи и ка­мадийа с четко определенными функциями, включая сбор религиоз­ных взносов и предстояние на религиозных церемониях в джама'ат-хана, или доме собраний. Исма'илиты низариты до сих пор сохраняют эту традиционную структуру организации; термины «мукхи», «камадийа» (слова санскритского происхождения) и «джама'ат-хана» со вре­менем были приняты всеми, даже не принадлежавшими к ходжа, об­щинами исма'илитов. Наряду с этим Ага-Хан I поощрял литератур­ную деятельность своих последователей. Наиболее выдающимся сре­ди пионеров этого возрождения был его старший внук, Шихаб ад-Дин Шах (ум. 1302/1884), создавший ряд трактатов на фарси по этическим и мистическим аспектам учения низаритов64.

Хасан-'Али-Шах, Ага-Хан I, сорок шестой имам исма'илитов низа­ритов, умер в 1298/1881 году после своего бурного событиями имама­та, длившегося 64 года. Похоронен он был в районе Мазагаон города Бомбея, где его мавзолей высится как впечатляющий монумент рядом со старой джама'ат-хана. Ага-Хану I наследовал его старший сын Ака-'Али-Шах, его единственный сын от каджарской жены. Сорок седь­мой имам родился в 1246/1830 году в Махаллате (Персия), где он про­вел свои юношеские годы. В 1269/1853 году Ака-'Али-Шах переселил­ся в Бомбей и с тех пор стал регулярно навещать общины ходжа, в первую очередь Гуджарата и Синда. Некоторое время он жил также в Карачи, где в 1294/1877 году родился его будущий преемник, Султан-Мухаммад-Шах.

Ака-'Али-Шах руководил низаритами исма'илитами в течение ко­роткого четырехлетнего периода; в это время он занимался, в основ­ном, улучшением условий образования и медицинского обслуживания низаритов. Он также предпринял особые усилия по сбору гинан, быв­ших в ходу в общине, поручив группе своих последователей задачу определения местонахождения и приобретения рукописей. Ага-Хан II был прекрасным спортсменом и охотником. В 1302/1885 году он скон­чался от пневмонии, полученной во время однодневной охоты близ Пуны, и был погребен в фамильном мавзолее в Наджафе (Ирак).

Ака-'Али-Шаху наследовал его единственный здравствовавший сын Султан-Мухаммад-Шах, руководивший низаритами исма'илитами в качестве их сорок восьмого имама на протяжении 72 лет, дольше, чем кто-либо из его предшественников. Благодаря своей выдающейся роли в индо-мусульманских и международных делах он стал хорошо извес­тен как мусульманский реформатор и государственный деятель. По­этому его жизнь и достижения всесторонне документированы65.

Султан-Мухаммад-Шах, Ага-Хан III, был возведен на исма'илит-ский имамат на официальной церемонии в Бомбее в 1302/1885 го­ду, когда ему исполнилось всего лишь восемь лет. Он вырос под не­усыпным надзором своей высоко одаренной матери, Шамс ал-Мулук (ум. 1356/1938), внучки Фатх-'Али, шаха Персии, тогда как его дядя по отцовской линии, Ака-Джанги-Шах (ум. 1314/1896), был назначен его опекуном. Ага-Хан III получил традиционное образование в Бомбее, которое включало арабский и персидский языки, а также знакомство с английским языком и литературой. В 1898 году исма'илитский имам нанес свой первый визит в Европу, куда позднее перенес свою постоянную резиденцию. На протяжении всей своей жизни Султан-Мухам-мад-Шах поддерживал тесные отношения с англичанами, получая от правительства Великобритании многочисленные награды и преферен­ции. Эти отношения принесли огромные выгоды его последователям в Индии и Африке, на которые распространялась власть британской короны.

С самого начала Ага-Хан Ш интересовался делами своих последо­вателей, особенно общин низаритов на Индийском субконтиненте и в восточной части Африканского материка. Со временем эти интересы переросли в целенаправленн)то политику и специально разработан­ные программы. В 1905 году он предпринял первый из визитов к сво­им последователям в Восточную Африку.

Низариты ходжа постоянно эмигрировали из Западной Индии в Занзибар, где они основали свое самое раннее поселение и джама'ат-хана. Эмиграция низаритов ходжа и других азиатов в Занзибар замет­но возросла в 1840—1870 годах в период экономического процветания и введения на острове облегченных торговых и коммерческих правил. К Первой мировой войне поселения низаритов ходжа существовали также и во многих городских центрах Восточно-Африканского мате­рика, включая Момбасу, Дар ас-Салам, Найроби и Кампалу.

В 1905 году, когда имам был в Восточной Африке, часть членов его семьи подала против него иск в Верховный суд Бомбея. Суд восстано­вил статус имама в семье и общине, приняв решение против истцов, предводительствуемых двоюродной сестрой Ага-Хана Хаджжи Биби. Решение суда содержало ряд более конкретных частных определений; так, в нем были конкретизированы особенности идентичности исма'и-литов низаритов и проведено различие между ними и ши'итами двуна-десятниками. В дальнейшем Ага-Хан Ш предпринимал систематиче­ские усилия для того, чтобы дать вербализованное описание идентич­ности его последователей, отделяя их от ши'итов двунадесягников, равно как и от суннитов. Таким образом, в течение некоторого времени его религиозная политика была сконцентрирована на утверждении и пере­смотре основ идентичности его последователей исма'илитов низаритов, которым при этом вменялось в обязанность уважать традиции других мусульманских общин. Эта идентичность была разъяснена в основных постановлениях, адресованных имамом своим последователям в раз­личных регионах, первое из которых вышло в 1905 году в Занзибаре. Вскоре эта политика положила конец редким выходам из общины групп инакомыслящих, также как и практике поглощения исма'илитов окру­жающими их общинами суннитов и ши'итов двунадесягников, коре­нившейся в стародавней системе такийа.

Тем временем исма'илитский имам все больше углублялся в поли тику реформ, которая могла принести выгоды не только его последо­вателям, но и другим мусульманам. Он инициировал различные обра­зовательные реформы и сыграл главную роль в преобразовании мухаммаданского Англо-восточного колледжа в Алигархе в ведущий университет; он же стал и одним из основателей Всеиндийской му­сульманской лиги. В то же время Ага-Хан Ш включился в индийские дела и действенно участвовал в судьбоносных дискуссиях, которые привели в конечном счете к независимости Индии и Пакистана от бри­танского владычества. Во время Первой мировой войны имам опубли­ковал книгу, в которой изложил свои взгляды на будущее Индии66. Позднее, в 1930-е годы, он представлял мусульман Индии на конфе­ренциях Круглого стола в Лондоне, обсуждая судьбу субконтинента вместе с другими знаменитыми участниками, такими как Махатма Ганди и Мухаммад Али Джинна, основатель государства Пакистан. Участие Ага-Хана III в международных делах увенчалось его избра­нием в 1937 году президентом сессии Лиги Наций в Женеве. К тому времени имам исма'илитов уже отпраздновал свой золотой юбилей в 1935 году, отметив 50-летие имамата.

Одновременно с определением и разграничением идентичности исма'илитов Ага-Хан III особенно энергично работал над консолида­цией и организацией своих последователей в современную мусульман­скую общину с высоким образовательным цензом, уровнем здоровья и благосостояния. Проведение задуманных им реформ требовало, од­нако, необходимых учреждений и административной организации. Развитие новой общинной структуры стало основной задачей имама, которой в течение нескольких десятилетий он отдавал много времени и значительные финансовые ресурсы.

В 1905 году Ага-Хан Ш издал свод письменных правил и постанов­лений, который, по существу, стал первой конституцией его общины в Восточной Африке. Эта конституция, как и другие, составленные позже для других регионов, представляли частный закон общины, трак­туя, в первую очередь, вопросы наследования, брака, развода, опекун­ства и т. д.67. Основные постановления 1905 года, инициированные по­литикой Ага-Хана Ш в области систематизации структуры учреждений и модернизации, предусматривали для исма'илитов низаритов Восточ­ной Африки также новую административную организацию в виде иерархической структуры советов. Впоследствии подобные постанов­ления с системой административных советов и подчиненными им от­делениями были разработаны для общин Индии и Пакистана. Поста­новления определяли полномочия и функции различных категорий национальных, региональных и местных советов. Чиновники в систе­ме советов назначались на определенное время лично имамом, не получая за время службы никакой платы. По существу, Ага-Хан Ш успешно развернул в общине волонтерские общественные работы, что стало установившейся традицией. Исма'илитские постановления периодически пересматривались с учетом изменений в политических и социально-экономических условиях жизни различных общин. Примерно в 1910 году Ага-Хан Ш ввел определенные изменения и в религиозные ритуалы и практику своих последователей, подчеркивая их ду­ховную и эзотерическую значимость. Эти изменения также служили дальнейшему отмежеванию исма'илитов низаритов от ши'итов двуна-дссятников, особенно в Персии и на субконтиненте, где в течение зна­чительного времени исма'илиты или выступали как двунадесятники, или сосуществовали с ними. Все эти меры благоприятствовали само идентификации исма'илитов низаритов, общины которых претерпе вали в то же время модернизацию.

В своих реформах Ага-Хан III реализовал решение суда Бомбея, который отделил его последователей ходжа от тех ходжа, которые предпочли присоединиться к суннитской общине или общине ши'итов двунадссятников. В то же время эти решения уточнили статус имама по отношению к его последователям, общинной собственности и дохо­дам. Глубокая преданность исма'илитов своему имаму, называвших его «Мавлана Хазир Имам» («Наш Господин Нынешний Имам»), определила готовность, с которой последователи Ага-Хана III воспри­няли все реформистские начинания, даже изменения, которым под­вергся непосредственно религиозный ритуал. Фигура имама, как ре­лигиозного и административного главы общины, стала центрально!) для всех исма'илитских конституций; он стал единственным челове­ком, который имел власгь изменить или пересмотреть текст конститу­ции. Ага-Хан III оставался в тесном контакте со своими последовате­лями и руководил ими посредством устных и письменных директив, или фарманов, являвшихся еще одним общинным механизмом для проведения реформ68.

Политика модернизации Ага-Хана III может быть прослежена по его фарманам и выступлениям по духовным вопросам, проблемам образования, социального благосостояния и женской эмансипации, а также проблемам религиозной терпимости, частных и кооперативных экономических предприятий. В частности, образование исма'илитов на разных ступенях, как мужчин, так и женщин, состояние их здо­ровья, а также участие женщин в делах общины получили в рефор­мах имама значительный приоритет. Религиозные взносы и другие подношения, сделанные ему, а также пожертвования, собранные на празднованиях различных юбилеев, Ага-Хан III использовал для фи­нансирования политики модернизации. С той же целью им были от­крыты различные учреждения, обслуживающие не только его после дователсй, но и нсисма'илитов. Он основал и оказывал необходимую поддержку обширной сети школ, профессиональным учреждениям, библиотекам, спортивным и развлекательным клубам, диспансерам и больницам в Восточной Африке, на Индийском субконтиненте и других местах69.

К первым десятилетиям XX века исма'илиты низариты не-ходжи расстались, в основном, со своими былыми предубеждениями. В Сирии исма'илиты низариты признали линию имамов мухаммадшахи (или му'мини), оставаясь лояльными подданными Оттоманской империи. Время от времени у них возникали проблемы с соседями нусайри ('алави), которые часто занимали их крепости и уничтожали их литературу. В начале 1840-х годов местный исма'илитский лидер в Кадмусе успешно обратился с петицией к Оттоманским властям за разрешением восста­новить Саламийю, находившуюся тогда в руинах, как поселение сирий­ских исма'илитов. Это стало началом новой эпохи в современной исто­рии сирийской общины. Между тем с 1210/1796 года сирийские низари­ты ветви мухаммадшахи не имели известий от имама, Мухаммада ал-Бакира, который, как и его предки, жил в Индии. Поскольку поиски своего имама оказались тщетными, в 1304/1887 году основная часть му­хаммадшахи изъявила преданность имаму ветви касимшахи, представ­ленной тогда Ага-Ханом Ш. В настоящее время эти исма'илиты, насчи­тывающие около 80 тыс. человек, живут в Саламийе и окружающих ее селениях. Однако исма'илитское меньшинство, сконцентрированное в Масйафе и Кадмусе, осталось верным ветви мухаммадшахи и до сих пор ожидает явления своего скрытого имама. Эта исма'илитская общи­на (известная на месте как «джа'фарийа») насчитывает около 15 тыс. человек и остается сегодня единственной, представляющей низаритов мухаммадшахи; 'Ариф Тамир, редактор многочисленных исма'илитс­ких текстов, является их самым крупным ученым70.

В Персии низариты были оставлены без действенного лидера вплоть до кончины Ага-Хана I в 1257/1841 году. Небольшие разбросанные ис-ма'илитские общины Персии вновь обратились к строгой маске ши'и­тов двунадесятников, официальной религии Персии. Позднее уже из Бомбея Ага-Хан I назначил Мирзу Хасана, родом из селения Сидих (Юж­ный Хорасан), наблюдать за делами своих последователей в Персии. После смерти Мирзы Хасана около 1305/1887 года его привилегирован­ный пост унаследовал его сын Мурад-мирза. К этому времени персид­ские исма'илиты уже не имели непосредственных контактов со своим имамом, и Мурад-мирза следовал теперь своим собственным лидер­ским амбициям. В частности, он претендовал на ранг худжжа и требо­вал абсолютного подчинения общины. В 1908 году Мурад-мирза высту­пил на стороне истицы в деле Хаджжи Биби против Ага-Хана Ш, чье лидерство он тогда оспаривал. Мурад-мирза признавал имамом Самад-Шаха, сына Хаджжи Биби. Этот призыв был поддержан фракцией ис­ма'илитов Южного Хорасана, известных как «мурадмирза'и». К 20-м го­дам XX века Самад-Шах уладил свои разногласия с имамом, который послал его с миссией в Хунзу. Но диссидентствовавшис мурадмирза'и так никогда и не возвратились к основному направлению исмаилит-ской низаритской общины. К 1940-м годам большинство мурадмирза'и из Сидиха и их окружение, возглавлявшееся в то время дочерью Му-рад-мирзы Биби Тал'ат, перешло в ши'изм двунадесятников.

Тем временем Ага-Хан III предпринимал попытки установить свой контроль над персидской общиной, для чего посчитал нужным привлечь Мухаммада 6. Зайна ал-'Абидина, широко известного как Фи-да'и Хорасани, самого высокообразованного персидского исма'илита того времени. В течение 1313—1324/1896—1906 годов Фида'и Хорасани трижды приезжал в Бомбей, чтобы повидаться с имамом, и в итоге был назначен им му'аялим, или учителем, ответственным за религиоз­ные дела персидских исма'илитов. Фида'и Хорасани регулярно посе­щал исма'илитов в разных регионах Персии, растолковывая им их наследие и завоевывая и возобновляя их преданность Ага-Хану III. Он также передавал инструкции имама по вопросам практики веры, на­правленные на отстаивание и защиту идентичности общины. В то вре­мя персидские низариты соблюдали религиозные ритуалы, сходные, в основном, с ритуалами ши'итов двунадесятников. Теперь их просили отделиться от двунадесятников, подтвердив их идентичность как от­дельной религиозной общины, подобно низаритам ходжа. В качестве одной из мер такого рода они стали приводить полный список своих имамов в конце ежедневной молитвы. Теперь им не следова­ло присоединяться к двунадесятникам в их мечетях или по особым религиозным случаям. Ко времени кончины Фида'и Хорасани в 1342/1923 году Ага-Хан III окончательно утвердил свою власть над персид­ской общиной.

Ага-Хан Ш распространил, хотя и в ограниченном виде, свою модер-низаторскую политику на Персию, особенно в области образования. В Хорасане, где в настоящее время сконцентрирована значительная часть общины, была успешно введена программа под лозунгом «Школа в каж­дом селении исма'илитов». В настоящее время около 30 тыс. исма'или­тов низаритов проживают в Персии, примерно половина из них — в провинции Хорасан. Другие персидские низаритские общины распо­ложены в Тегеране, Махаллате и окружающих селениях, а также в Кермане, Шахр-и Бабаке, Сирджане, Йезде и их окрестностях. Быва­ет и такое, что жители многих селений, часто родственники, принад­лежат к обеим общинам, исма'илитам и двунадесятникам, что являет­ся результатом многовековой практики приспособления и ассимиля­ции к доминировавшему в регионе религиозному окружению71.

Нам доступно не слишком много сведений, относящихся к современ­ной истории исма'илитов низаритов Афганистана и Центральной Азии, так же как и общин, расположенных в северных районах Пакистана. Исма'илиты этих горных районов, живущие в центре хребтов Памира, Гиндукуша и Кара-Корума, не желая проникновения посторонних, исто­рически были изолированы от других исма'илитских общин. До недав­него времени они не имели возможности контактировать со своим има­мом или назначенным им представителем. В результате исма'илиты Центральной Азии и прилегающих территорий развивались автономно под руководством местных халифа, как правило, наиболее образован­ных членов их общин, которые предстояли на религиозных церемони­ях. Эти исма'илиты, сконцентрированные в Бадахшане, выработали местную литературную традицию, опирающуюся на работы высоко чти­мого ими Насир-и Хусрава, также как и ряд специфических ритуалов, таких как чараг-равшан, ритуал проводов умершего. Как говорилось выше, множество низаритских исма'илитских книг тайно сохранилось в многочисленных частных собраниях Бадахшана.

Исма'илиты низариты Бадахшана составляют большинство ис­ма'илитов Афганистана и Центральной Азии. Языком религии явля­ется персидский (таджикский), на котором говорят в Центральной Азии. В XIX веке северная часть Бадахшана была аннексирована раз­личными центрально-азиатскими ханствами, но большая часть этого региона подпала под усиливающийся контроль Российской империи; британцы же установили гегемонию над Афганским Бадахшаном. Эта политическая реальность была официально признана в 1895 году, ко­гда англо-русская комиссия по демаркации границ передала район по правому берегу реки Пяндж, верховья Амударьи (Окс), Бухарскому ханству, находившемуся тогда под протекторатом России, определив левый берег как афганскую территорию с центром в городе Файза-баде. Ага-Хану III было трудно установить прямые контакты со свои­ми последователями в Бадахшане; непреодолимые трудности возник­ли с вхождением Центральной Азии в Советский Союз. По-видимому, последний контакт Ага-Хана III с его последователями имел место в 1923 году через низарита ходжа сановника пира Сабз 'Али (ум. 1938), посланного в Бадахшан в качестве эмиссара имама. В 1925 году совет­ское правительство образовало Горно-Бадахшанскую автономную об­ласть (ГБАО) со столицей в городе Хороге, позднее область вошла в состав Советской социалистической республики Таджикистан. После распада СССР ГБАО входит в Республику Таджикистан. После распа­да СССР входит в суверенное государство Республику Таджикистан. До распада Советского Союза в 1991 году таджикистанские исма'или­ты были полностью отрезаны от своего имама и в связи с антирелиги­озной политикой Советского государства не имели возможности от­правлять религиозные ритуалы72.

В ряде ареалов, относящихся к современному Северному Пакистану, таких как Читрал и Гилгит, до сих пор существуют небольшие исма'илитские общины, сохранившиеся, по-видимому, со времен анджудан-ского периода. В Хунзе, где проживает самая крупная исма'илитская низаритская община Северного Пакистана (ок. 50 тыс. чел.), исма'илизм, как представляется, получил распространение в то же время. Однако население Хунзы перешло в ши'изм (двунадесятники) где-то перед ХIII/ XIX веком. В начале первых десятилетий XIX века исма'илизм низари был вновь введен в Хунзе да`и, приходившими из соседнего Бадахша­на73. В течение нескольких веков и до 1974 года, когда район стал час­тью федерального государства Пакистан, Хунза управлялась независи­мо семьей миров, которые были локализованы в Балтите (ныне — Кари-мабад). Салим-Хан (ум. 1239/1823) стал первым мир Хунзы, перешедшим в исма'илизм низари. Позже, в 1254/1838 году, во время правления его сына и наследника Мир Газанфара, всё население Хунзы было обраще­но в исма'илизм низари бадахшанскими да`и, которые обучили также местных халифа правилам наставничества неофитов в исма'илитской доктрине. С тех пор население Хунзы именует себя «мавла'и», так как они были последователями имама исма'илитов, к которому обращались как «Мавла». В 1891 году Хунза вместе с Нагаром, Читралом и другими прилегающими районами была аннексирована Британской Индией. В результате Ага-Хан Ш смог установить тесные отношения с Мир Саф-дар Ханом (1886—1931) и его наследниками74. Эмиссар имама, Сабз 'Али, также посетил Хунзу, где в 1923 году учредил джама'ат-хана. Низариты Хунзы владеют избранными исма'илитскими текстами, сохраненны­ми их единоверцами в Бадахшане, и проводят более или менее сходные религиозные ритуалы. Небольшие низаритские общины существуют также в Йаркенде и Кашгаре, в провинции Синьцзян в Китае, — об их истории нет никаких конкретных сведений. Тюркоязычные исма'или-ты Китая из-за коммунистического строя страны не имели возможно­сти общения с внешним миром.

В своей политике модернизации баронет Султан-Мухаммад-Шах, Ага-Хан Ш, сорок восьмой имам низаритов исма'илитов, был и в са­мом деле очень удачлив. Как духовный лидер и мусульманский ре­форматор, он отвечал на вызовы стремительно менявшегося мира и сделал возможной для своих приверженцев в различных странах жизнь в XX веке в прогрессивной общине с четко выраженной мусульман­ской идентичностью. Полный анализ его реформ и достижений выхо­дит за рамки данного исследования. Ага-Хан Ш скончался на своей вилле недалеко от Женевы в 1376/1957 году и был похоронен в соб­ственном мавзолее в Асуане (Египет), возвышающемся над Нилом. Султан-Мухаммад-Шах был четырежды женат и оставил двух сыно­вей — принца 'Али-Хана (1911—1960) и принца Садруддина (род. 1933). В своем завещании он указал, что в постоянно меняющемся современ­ном мире наилучшее руководство исма'илитами мог бы осуществить человек, получивший воспитание и образование в русле современных традиций. Соответственно он назначил своего внука Карима, сына 'Али-Хана, преемником имамата.

Мавлана Хазир Имам Шах Карим ал-Хусайни, как к нему обраща­ются его последователи, стал сорок девятым и нынешним имамом ис­ма'илитов низаритов, четвертым имамом, носящим титул Ага-Хана. Он всемирно известен как Его Высочество принц Карим Ага-Хан IV. Рожденный в 1936 году в Женеве, Ага-Хан IV получил образование в «Ле Розе», закрытой школе в Швейцарии, и Гарвардском университе­те, который он закончил в 1959 году со степенью в области мусульман­ской истории.

Нынешний исма'илитский имам продолжил и существенно расти рил политику модернизации, которую проводил его дед, разработав к тому же целую серию своих собственных новых программ и учрежде­ний во благо своей общины. В то же время он проявляет заинтересо­ванность в решении разнообразных социальных и культурных вопро­сов и проблем развития, которые представляют более широкий инте­рес для мусульман и стран третьего мира. К 1997 году, когда исма'илиты праздновали сороковую годовщину его имамата, Ага-Хан IV опубли­ковал впечатляющий отчет о своих достижениях не только как ис-ма'илитского имама, но и как мусульманского лидера, глубоко озабо­ченного вызовами современности, а также как человека, посвятивше­го себя деятельности, способствующей лучшему постижению людьми мусульманской цивилизации во всех ее проявлениях.

Ага-Хан IV тщательно следит за духовными и светскими делами своей общины. Он регулярно посещает своих последователей в различ­ных частях Азии, Африки, Европы и Северной Америки и руководит ими посредством фирман. Имам поддерживает четко разработанную систему совета общинной администрации, введенную его дедом, и за­нимается ее распространением на новые территории в Европе, СИТА и Канаде, считаясь со значительной эмиграцией своих последователей из Восточной Африки и Индийского субконтинента на Запад, начав­шейся в 70-х годах XX столетия. Высокие уровни образования и значи­тельные коммерческие успехи сделали возможным интеграцию этих исма'илитских эмигрантов в экономическую жизнь принявших их стран. Еще Ага-Хан Ш, Султан-Мухаммад-Шах, издавал отдельные постанов­ления для своих последователей ходжа в Восточной Африке, Индии и Пакистане. В 1986 году, когда Ага-Хан IV распространил универсаль­ный документ, названный «Конституцией мусульман ши'итов имами-тов исма'илитов» и адресованный всем его последователям по всему миру, в «конституционной» истории общины открылась новая глава. Вслед за подтверждением фундаментальных основ ислама, в преамбу­ле постановления 1986 года подчеркивается мысль о том, что та'лим имама, или учение, необходимо для того, чтобы вести общину по пути духовного просвещения, а также улучшения материальной стороны ее жизни. В настоящее время на основе этого устава действует единая система советов с филиалами в 14 регионах мира, где сконцентрирова­ны исма'илиты низариты, включая Индию, Пакистан, Сирию, Кению, Танзанию, Францию, Португалию, Великобританию, Канаду и США.

Системой советов пока еще не охвачены определенные общины исма'илитов, включающие персоязычные джама'ат Персии, Афгани­стана и Таджикистана. В этих последних общинах руководство осу­ществляется через альтернативную систему, основанную на особых комитетах. В текущие годы особое внимание уделялось религиозным и социально-экономическим делам исма'илитов Бадахшана в Таджи­кистане, которые в 1991 году вышли из насильственной изоляции .в результате образования независимых центральноазиатских респуб­лик. Насчитывая в своих рядах около 200 тыс. человек, исма'илиты Таджикистана получили возможность впервые лицезреть своего има­ма в 1995 году. К тому времени гуманитарная помощь Ага-Хана IV и его содействие в развитии таджикскому Бадахшану через программу «Спасение Памира» и Программу развития уже спасла регион от не­минуемой экономической катастрофы. Бадахшанские исма'илиты, под­вергавшиеся жестоким репрессиям при советской власти, собирались десятками тысяч в Шугнане, Рушане и других районах Горно-Бадах-шанской области Республики Таджикистан для того, чтобы вновь при­сягнуть своему имаму.

Исма'илиты низариты поддерживают свой традиционный уклад со­циальной и религиозной организации в рамках местных общин (джама'ат) с их джама'ат-хана. Общинные дела каждого джама'ат по-пре­жнему находятся в сфере полномочий мукхи, а камадийа в настоящее время выступает в роли казначея. Эти функционеры выполняют осо­бые функции, например, проводят брачные церемонии и погребаль­ные обряды, а также руководят ежедневными молитвами общины. Они же, ко всему прочему, собирают религиозные взносы. Со времени Ага-Хана III религиозные вопросы, представляющие общие интересы для общины, включая религиозное образование исма'илитов низаритов, воз­ложены на специальные органы, первоначально называвшиеся ассоци­ациями. Назначенные с 1987 года как Исма'илитский тарика и Управ­ление по религиозному образованию (Ismail Tariqah and Religious Education Boards; IТRЕВ) со своей собственной национальной, регио­нальной и местной иерархией, ассоциации ответственны за распреде­ление религиозной литературы, включая школьные программы, разра­ботанные для учеников-исма'илитов по всему миру.

Современные исма'илиты низариты не участвуют в прозелитической деятельности, и поэтому организация да'ва более уже не суще­ствует. Однако община располагает религиозными функционера­ми, называемыми «учителями» («му'аллим») и «проповедниками» («ва'из»), которые осуществляют жизненно важные функции, давая религиозное образование членам общины и читая проповеди по осо­бым случаям.

Ага-Хан IV выступил и со многими новыми инициативами, програм­мами и проектами, предусматривающими социально-экономические и образовательные выгоды для своих последователей, также как и для неисма'илитского населения определенных регионов Африки и Азии. С этой целью и на основе, заложенной его дедом, он создал сложную сеть учреждений, которая обычно называется Сеть Ага-Хана по разиитию (Аgа Кhan Development Network; АКDN). Осуществляя проекты, направленные на социальное, экономическое и культурное развитие, Сеть вкладывает в благотворительную деятельность в сред­нем 100 миллионов долларов ежегодно.

Если говорить о социальном развитии, то Сеть имама особенно активна в Восточной Африке, Центральной Азии, Пакистане и Индии в реализации проектов, направленных на поддержание здравоохране­ния, образования и гостиничного бизнеса, а также сельского хозяй­ства. Многие из этих сфер деятельности были поддержаны или про­финансированы Фондом Ага-Хана, основанным в 1967 году. Если Ага-Хан III проложил путь современным образовательным реформам в своей общине, то его внук сосредоточил на них основное внимание исма'илитского имамата и распространил его на область высшего об­разования и образовательных учреждений. В этой связи стоит отме­тить Институт исследований исма'илизма, учрежденный в Лондоне в 1977 году с целью стимулирования исследований по общим пробле­мам ислама и исма'илизма, а также Университет Ага-Хана, факуль­теты которого по медицине, подготовке медицинских сестер и обра­зованию, а также госпиталь были торжественно открыты в Карачи в 1985 году. Нынешний имам поощряет молодых исма'илитов стремить­ся к равновесию между духовной и светской жизнью, овладению спе­циальным образованием и достижению выдающихся результатов в науке, подготавливая тем самым своих последователей к жизни в мире, где господствует уважительное отношение к достоинству человека, мире XXI века. В области экономического развития Ага-Хан IV высту­пил также в роли спонсора многих проектов и служб. Деятельность в этой общей сфере, от финансирования малого бизнеса и страхового обеспечения и до промышленных рисков и содействия туризму, нахо­дится под общим руководством Фонда Ага-Хана по экономическому развитию.

Нынешний имам исма'илитов уделяет значительный объем своего времени и средств популяризации ислама, не только как религии, но и как важнейшей части мировой цивилизации с присущим ей разнооб­разием социальных, интеллектуальных и культурных традиций. Он выступил инициатором новаторских программ по сохранению и вос­становлению культурного наследия мусульманских сообществ. Цент­ральным учреждением в этой сфере стал Попечительский Фонд Ага-Хана по культуре, основанный в 1988 году в Женеве с целью содей­ствия признанию значимости сотворенной окружающей среды как в историческом, так и современном контекстах, а также выявлению наи­более примечательных тенденций в области архитектуры. Сегодня мандат Фонда включает в себя Премию Ага-Хана по архитектуре, учрежденную в 1977 году в целях признания и поощрения выдающих­ся достижений в области архитектуры в различных регионах мусуль­манского мира, Программу Ага-Хана по мусульманской архитектуре, открытую в 1979 году при Гарвардском университете и Массачусетском технологическом институте (МIT) с целью предоставления обра­зования архитекторам и специалистам по планированию для обеспе­чения нужд современных мусульманских сообществ, а также Програм­му поддержки исторических городов, развернутую в начале 90-х годов XX столетия с целью содействия консервации и реставрации строений опщсстзмшых мест в мусульманских исторических городах, таких. например, как Каир и Занзибар. Ага-Хан IV принимает личное уча­стие в руководстве деятельностью всех своих учреждений, коорди­нируя и направляя ее через свой Секретариат в Агламоне, близ Па­рижа75.

Исма'илиты низариты — мусульманское меньшинство, рассеянное по многим странам, — прошли через репрессии и религиозные пресле­дования, почти не прекращавшиеся со времени падения Аламута вплоть до нашего времени. Поэтому исма'илиты часто прибегали к расши­ренной практике сокрытия, представляясь то суфиями, то ши'итами двунадесятниками, то суннитами или даже индусами. То, что низари­ты вообще выжили и в современном мире представляют собой про­грессивную общину с четко выраженной идентичностью, свидетель­ствует о гибкости их традиций, равно как и об их способности адапти­роваться к современным условиям благодаря умелому и прозорливому руководству их нынешних имамов, Ага-Ханов.


ПРИМЕЧАНИЯ






страница11/15
Дата конвертации07.11.2013
Размер4.68 Mb.
ТипДокументы
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы