Кто может заставить вас верить в абсурдные вещи, тот может заставить вас совершать зверства icon

Кто может заставить вас верить в абсурдные вещи, тот может заставить вас совершать зверства



Смотрите также:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
Геннадий СЫСОЕВ


Фашизофрения


Кто может заставить вас верить в абсурдные вещи, тот может заставить вас совершать зверства.

Вольтер.


Мы не замечаем здоровья, пока оно есть, и плачем, только его потеряв.

Смотрю изумленно на этот изменчиво благополучный мир.

Анатолий Кузнецов. Бабий Яр.


Предисловие

Я хотел написать книгу, которую можно не читать – достаточно прочесть и понять заголовок.

То, что происходит сегодня с постсоветским обществом, а во многом – и с миром, это фашизофрения, постоянное непрестанное разделение людей по самым разным признакам: национальному или религиозному, языковому, партийному, социальному.

Разделение на «элиту» и «быдло», как это было в дремучие средневековые времена. Первое слово уже вовсю, с почтительным придыханием, звучит со всех телеэкранов. Второе – только в откровенных разговорах между «своими». Пока?

Разделение на богатых и бедных, причем пропасть между ними все больше углубляется и расширяется, и скоро наверное станет непреодолимой. И для бедных, и для богатых. Те, кто тем или иным способом пролез в «элиту», уже ни при каких условиях не превратятся в бедняков.

Разделение на «сверхчеловеков», которым законы не писаны, потому что они сами норовят устанавливать законы для себя и всех прочих. И на покорную массу, «биомассу»1, которая только исполняет предписанное.

Сущность фашизма – это разделение, всех и во всем, -- народов, людей, даже сознания отдельных индивидуумов.


В начале ХХ века русский поэт Велемир Хлебников открыл, что люди делятся на изобретателей и приобретателей. Понять это можно и так, что изобретатели – это люди, способные совершать бескорыстные поступки, то есть делать то, что не приносит им прямой выгоды.

Эта способность – первое и главное отличие человека от животного, потому что животное не способно совершать поступки, не продиктованные инстинктом или собственной пользой. А человек способен. И если б не был способен, то вряд ли изобрел бы каменный топор, колесо и компьютер.

Современное западное общество, к которому принадлежит и Россия2, выбрало путь приобретательства. А приобретательство, доведенное до своего апогея – это фашизм, приобретение «жизненного пространства» за счет «недочеловеков».

Это общество не имеет перспективы, и прогрессирует лишь в направлении дальнейшей своей виртуализации. Если Владимир Маяковский назвал современного ему идеального потребителя «желудок в панаме», то современный нам потребитель – это жвачный мозг.

У такого общества не имеется никаких высоких устремлений; и приобретатель бравирует их отсутствием. Если примерно до середины прошлого, ХХ века фантасты в основном верно предсказывали научное развитие и научные открытия, то с середины прошлого века ни одно из предсказаний футурологов не сбылось – кроме, пожалуй, создания всемирной «библиотеки»3 -- Интернета.

Перспективы у современного западного общества всего три: кризис голода, кризис обжорства и виртуализация. Люди-онлайн, исключительно интерактивные в своих социальных сетях, хоть реальных, хоть виртуальных, но впадающие в абсолютную пассивность, если их вырвать из привычного мира, раз и навсегда заданного их стоматологом, их туроператором и их боссом в их офисе.


Но люди тоскуют днем, а по ночам во снах они пытаются освободиться. И общество не бесперспективно, пока есть люди, мечтающие об открытиях, изобретениях и полетах во сне и наяву. Они есть главные враги фашизма, даже если сами и не подозревают об этом. Для них и написана эта книга, -- для людей обычных, иногда мечтающих. Таких как вы, таких как я.


Глава 1. Стрела в стене

^ Вы думали – век электроники?

Стрела в стене!

А. Вознесенский.

Я родился в Харькове, на Москалёвке, в двухэтажном доме с серым пятном на стене.

Пятно было цементное, в простенке между окнами второго этажа, чуть выше рам, почти на уровне чердака. Сколько помню себя, я всегда знал, что это пятно – след немецкого снаряда. Точно так же, как всегда знал, что вот это – мои мама и папа, а это моя бабушка, а это мой дом. А серое пятно, похожее на серую звезду или бледную кляксу – след взрыва, след войны с фашистами.

От улицы вглубь двора тянулся вдоль забора ряд сараев. Крайний, как раз напротив пятна, стоял на неровной земле, на скате, и с той стороны, что повыше, на него было очень интересно забираться, с другой, что пониже, -- прыгать. Налазившись и напрыгавшись, мы усаживались на крыше и обсуждали пятно.

Все пацаны нашего маленького двора и единственная наша сверстница Жанна, все мы конечно знали, что пятно – след удара, взрыва. Нескончаемые споры вызывал только вопрос: какой это был снаряд? От пушки? Миномета? Может, это была бомба или граната? Споры были долгими и жаркими, и чаще всего заканчивались тем, что это все-таки пушка. Но через день-два на крыше сарая опять шли бурные обсуждения, с неменьшим жаром и криками.

Цемент со временем потемнел, а красная кирпичная стена побурела, так что издали пятно было не очень заметным. Но вблизи его видно было прекрасно, и мальчишки со всей улицы приходили в наш двор, и мы угощали их пятном, как заправские экскурсоводы. Если повезет, и взрослые не заметят, можно было вылезть на чердак, далеко высунуться в окошко и ковырять пятно гвоздем. Цемент был крепким, наверное, при заделывании пролома не старались экономить. Цемент не крошился и не осыпался, он с большим трудом отламывался кусочками, как гранит. Память о войне монументальна.

Мы, конечно, играли в войну, и разделялись на «русских» («наших»), и «немцев», которые назывались «они», или «фашисты». Русские всегда побеждали. Это кстати подтверждало, что уже в пять-шесть лет мы, москалёвские харьковские дети, обладали интуитивным пониманием исторического процесса.

Были и связанные с войной табу. Мы все знали, что нельзя рисовать свастику, которая у нас называлась «немецкий крест».

Однажды я нарисовал паучий символ мелом на кирпичной стене у входа в подъезд, как раз над лавочкой, где любили сидеть все пожилые соседки нашего дома по вечерам, когда воздух наполнялся одуряющим запахом белых цветов с удивительным названием «табак», они пахли только с наступлением сумерек – и до темноты.

Бабушка увидела свастику, вынудила меня признаться, а потом моя добрая, мягкая бабушка, ни разу меня не бившая и почти не наказывавшая, вывела меня за ухо и поставила в угол над погребом, под окном нашей кухни. Я смотрел на кирпичную стену, злился на бабушку и много думал, - а что еще можно делать, стоя в углу? Только гораздо позже я узнал, что во время войны в этом погребе хранились невеликие запасы продуктов, и во время первой оккупации Харькова проходящие немцы разграбили его подчистую, а потом двое сыновей моей бабушки, моих несостоявшихся дядьев, погибли от голода.

И я живу только потому, что мой отец родился в августе 1945-го года – через два года после того, как войска маршала Конева вторично и уже навсегда выбили гитлеровцев из Харькова.

Память не должна быть избирательной, а историю нельзя переписывать. Ее можно уточнять и дополнять, но нельзя редактировать. Иначе прошлое отредактирует и нашу современность, и будущее потомков. Прошлое может реально выстрелить в будущее из пушки. Вроде той, которая оставила след на стене дома, в котором я вырос.


***

Пушки из прошлого умеют стрелять в будущее, болезни массового сознания, казалось, уже забытые и выброшенные на свалку истории, дают рецидивы в следующих поколениях. Точно такие же дыры в стенах домов – только еще не заделанные, горячие, дымящиеся – я увидел в 2008 году в репортажах из Цхинвала после того, как грузинская артиллерия обстреляла этот осетинский город в запоминающийся день 08.08.08 1.

С самого начала в войне, развязанной Саакашвили, было много общего с войной, развязанной Гитлером. И не случайно западные средства массовой информации, с подачи немецких журналистов, окрестили ее «блицкригом» (или, в некоторых случаях, даже «грузинским блицкригом»).

Сходство заметно с самого начала, с объяснений причин и поводов к грузино-осетинской войне. Как и нацисты в 1939-м, грузинское руководство образца 2008-го попыталось обвинить в агрессии сторону, подвергшуюся нападению.

Вторая мировая война началась с провокации в немецком приграничном городке Глейвиц. Группа эсэсовцев имитировала польское нападение на местную радиостанцию. Произведя несколько выстрелов перед микрофоном, эсэсовцы зачитали заявление на польском языке о том, что «настал час освободительной войны поляков против Германии». Для убедительности здесь же расстреляли и оставили трупы переодетых в польскую военную форму немецких заключенных. На следующий день началась вторая мировая война.

Саакашвили, за несколько часов до начала артобстрела Цхинвала объявивший о том, что грузинская сторона прекращает огонь, тоже попытался обвинить в агрессии противоположную сторону – и русских, и осетин. Однако ученики у доктора Геббельса выросли никудышные – они совсем не позаботились прикрытием своих заявлений хотя бы подобием доказательств. Они не умеют, и похоже, даже не стараются быть убедительными.

Наверное, потому что у грузинского руководства существовала внутренняя убежденность, что «цивилизованный мир» в который раз априори примет давно уже внедряемые в массовое сознание штампы об извечной агрессивности громадной России и миролюбии «маленькой, но такой демократической» Грузии.

И поначалу так и было. Мейнстрим изливаемого ведущими мировыми СМИ потока информации был таков, что это Россия совершила агрессию. Но со временем, когда западные журналисты стали прибывать в зону конфликта, когда в западных газетах и на телеканалах стали появляться не постановочные, а реальные кадры войны, общественное мнение изменилось и на Западе. Начались яростные споры, с обвинениями в выдаче конфиденциальной информации, в том числе и в ООН. Вспомним.

Убитые дети в школу не пойдут

На заседании Комитета по социальным и культурным вопросам Генеральной ассамблеи ООН 16 октября 2008 года представитель России Владимир Жеглов и представительница Грузии Майя Шанидзе говорили о детях. Каждый о своих.

Не о «своих», конечно, в прямом смысле слова. Жеглов говорил о погибших детях Осетии. Шанидзе – об опоздавших в школу детях Грузии.

Заседания было бурным. Представители заканчивали выступление, выслушивали оппонента и вновь брали слово. По словам Шанидзе, женщины и дети стали основными жертвами конфликта с грузинской стороны. Она сказала, что боевые действия привели к перемещению 115 тысяч человек, из которых 40% — дети в возрасте до 16 лет.

«Российские оккупационные силы препятствовали доставке гуманитарной помощи для детей и женщин, оставили тысячи из них без крыши над головой… В результате нападения России была разрушена грузинская система образования… Из-за того, что многие школы сейчас используются для размещения беженцев, грузинские дети в ряде районов не смогли начать вовремя учебный год».

«Печально, конечно, что в ряде школ Грузии учебный год начался на месяц позже. Гораздо печальнее, однако, что для многих детей из Южной Осетии учебный год не начнется уже никогда, поскольку их убили грузинские военные», — отвечал представитель России Жеглов.

фрагменты из выступления российского дипломата

«Полтысячи детей югоосетинской столицы Цхинвала три дня находились под шквальным огнем грузинской тяжелой артиллерии и реактивных систем залпового огня. Дети были в числе убитых и раненых, многие потеряли родителей и близких. Оказавшись без воды, еды и медицинской помощи в сырых подвалах, гибли беременные женщины и новорожденные младенцы. После захвата ряда деревень вокруг Цхинвала и оккупации кварталов самого города грузинские военные развернули настоящую охоту на мирных жителей, врываясь в дома и убивая целые семьи, забрасывая гранатами подвалы, где укрывались люди».

«Жительница Южной Осетии Марина Чочиева была хладнокровно расстреляна грузинскими военными в собственном автомобиле вместе с детьми и сестрой на Зарской дороге близ Цхинвала… Здесь же от огня грузинских танков погибли Дина Джуссоева 15-ти лет и Аслан Джуссоев 14-ти лет. Их мать выбросило взрывной волной из машины, а ее муж и дети сгорели заживо на ее глазах. Там же от пули снайпера погибла 14-летняя девочка по фамилии Шоназарова… Новорожденная Нино Беченова-Зенашвили умерла от гипоксии (кислородной недостаточности), так как ее мать во время осады Цхинвала три ночи провела в подвале горящего дома рядом с трупами погибших».

«В собственном доме в Цхинвале были застрелены Елбакиевы — мать с трехлетней дочерью. Зверский характер этих убийств подтверждают обезображенные тела жертв. Есть свидетельства того, как грузинский танк раздавил пожилую женщину с двумя детьми… Жительница Цхинвала Томаева сообщила, что грузинские солдаты расстреляли беременную женщину… По свидетельству очевидца Санакоева, в Цхинвале у дома 197 по улице Ленина грузинские военнослужащие нанесли несколько ударов ножом беременной женщине…, она скончалась на месте, погиб и ее нерожденный младенец».

«Сережа Качмазов 12 лет стойко выдержал все испытания, но мать не знала ответа на вопрос сына: “Нас сейчас будут расстреливать?”. Дети постарше спрашивали: “А умирать страшно?” Диана Джиоева 11 лет, девочка из религиозной семьи, не может понять, как Бог мог такое допустить?».

«Подобные преступления, кем бы они ни совершались, не должны оставаться безнаказанными. Мы обязаны сделать все от нас зависящее, чтобы такой кошмар не повторился».

При этом российский представитель сказал, что в России в равной степени скорбят о всех жертвах войны, независимо от национальности, и выразил надежду, что «исторически теплые братские отношения российского и грузинского народов» восстановятся.

Разве не также гибли взрослые и дети под руинами Харькова, Ленинграда, Сталинграда, когда немецкая артиллерия подходила на расстояние выстрела?

Но разве сегодня русские ненавидят немцев? Гитлеры приходят и уходят, а немецкий народ остается.

Саакашвили сдает своих. Русские смеются

Время лечит любые раны, вот только требуется его (времени) подчас очень много. Для того, чтобы ненависть ушла и отношения восстановились, гитлеры должны уйти.

В мирное время сыновья хоронят отцов, во время войны отцы хоронят детей. Войны начинают не дети. И это не осетинские отцы в ночь на 8.08.2008 пошли убивать грузинских детей. Все было наоборот, и сегодня мир об этом знает. Хотя режим Саакашвили отчаянно пытался убедить в обратном всех, кто еще соглашался его слушать.

Уже когда война фактически окончилась, и грузинская армия отступила (мягко говоря) так далеко, как только смогла, Михаил Саакашвили дал Financial Times интервью, которое британские редакторы опубликовали под бойким заголовком «Русские смеются над миром».

«Российские войска уже были в Южной Осетии, когда грузинская армия начала обстрел и штурм Цхинвала», -- так говорил Михаил Саакашвили. Когда же корреспонденты FT поинтересовались, почему, мол, в самом начале конфликта с грузинской стороны назывались совсем другие причины, Саакашвили спокойно сдал своих офицеров:

— А как же насчет заявления, что вооруженные силы Грузии были выдвинуты для восстановления конституционного порядка в Южной Осетии? - спросил корреспондент.

^ Какой-то офицер заявлял об этом, я же никогда не заявлял об этом. Речь шла об ответе на вторжение России, об ответе на обстрел наших селений сепаратистами, - отвечал грузинский президент.

«Какой-то офицер» – это ^ Мамука Курашвили, командующий грузинскими миротворцами, и сказал он это в ночь с 7 на 8-е августа в эфире телеканала "Рустави-2". За первые часы все мировые агентства, используя уже свои источники, разнесли эту новость по планете, сообщили и название операции по наведению конституционного порядка, данное ей грузинскими стратегами – «Чистое поле».

То, что Саакашвили ради сохранения остатков своей политической карьеры продаст не только какого-нибудь Мамуку, но и родную маму, было ясно с самого начала конфликта. Все информагентства мира обошли кадры из Гори. Михаил Саакашвили, услышав то ли гул самолетов, то ли звуки взрывов, не слышные никому, кроме него, вдруг побежал от корреспондентов (и от своей охраны) прямо по улице, да так быстро, что тренированные охранники смогли не сразу его догнать.

На видео ясно видно, что люди на улице, как многочисленная охрана, так и журналисты, и жители, собравшиеся посмотреть на своего президента, совершенно спокойны. Волнение, быстро переросшее в панику, начинается только после того, как побежал грузинский президент, при этом окружающие смотрят не на небо и не по сторонам, где якобы слышны взрывы и гул летящих самолетов, а на бегущего президента. Впечатление такое, что только его побег и вызвал панику. Этот «героический забег» в Гори от неслышных никому кроме президента взрывов, -- только одна из граней его сложной и неординарной натуры.

Но непонятно другое -- зачем грузинскому народу такой президент, который не только бегает от призраков, но и сдает своих же офицеров, которые его защищают? Из-за которого грузинские дети не могут вовремя пойти в школу, а осетинские – гибнут в пожарах и на руинах своих домов?

И если президент страны – верховный главнокомандующий, бегает от несуществующей опасности перед объективами телерепортеров, то кто обвинит рядовых солдат и офицеров, что они бежали из Южной Осетии по направлению к Гори и Тбилиси, бросая новую и не очень технику и вооружения?


***

Уже после конфликта, выступая 28 ноября 2008 года в грузинском парламенте, Михаил Саакашвили высказал два взаимоисключающих суждения.

«Нам стало известно, что российская тяжелая техника и вооруженная живая сила была мобилизована у Рокского туннеля 1. Российская сторона незаконно нарушала грузинскую границу. Этот факт затем опровергла российская сторона. Накануне широкомасштабной интервенции, 6 августа, у нас убили миротворцев, бомбили грузинские и негрузинские села. В таких условиях должны спрашивать не о том, ведем ли военные действия, а о том, правительство какой демократической страны свыклось бы с жестоким уничтожением собственного мирного населения? Воевали, чтобы отразить российскую интервенцию, и это осуществили в рамках международного права и норм».

Из выделенного фрагмента, как впрочем, и из всего абзаца становится ясно, что грузинская армия отражала российскую интервенцию. Но слушаем дальше – Саакашвили говорит, что никто в грузинском руководстве не допускал даже мысли о том, что Россия вмешается:

«Был фундаментальный постулат: Россия не готова к такой интервенции, тем более, что последняя такая интервенция была осуществлена в 1979 году, и поэтому никто в это не верил».

Вот так. Грузинская армия начала войну, «чтобы отразить российскую интервенцию», а грузинское руководство в то же время знало и верило, что «Россия не готова к такой интервенции». Это фрагменты одного и того же выступления. В каком же из этих взаимоисключающих суждений сказана правда?

Я не психиатр и не знаю, является ли признаком шизофрении существование таких взаимоисключающих суждений в одной голове.

Думаю, первое утверждение (о том, что Россия первой проявила агрессию) – ложно, а второе верно. Видимо, правительство Саакашвили верило, что Россия «не посмеет» защитить осетин, защитить своих граждан. Что побоится осуждения (в который раз) «цивилизованных стран». Побоится связываться с «маленькой, но гордой» Грузией, которой крупнейшие СМИ Европы и Америки долго и любовно создавали репутацию демократической и миролюбивой. Ожидали, что побоится дать Западу повод в который раз завывать об извечной кровожадности России.

Это подтверждает весь ход войны. Грузинская армия начала весьма браво, используя громадные количественный перевес в живой силе и технике над осетинским ополчением и российскими миротворцами, которых всего в Южной Осетии было не более пятисот, в том числе в Цхинвале – около сотни. Премьер России Путин был в Пекине на открытии Олимпийских игр (хороший подарок жителям Поднебесной сделал Михаил Саакашвили). Если принять, что агрессором была грузинская сторона, то время было выбрано чрезвычайно удачно; и наоборот, версия о российской агрессии рассыпается, ибо обыкновенно агрессоры руководят агрессией, а не разъезжают по градам и весям.

Неподготовленностью России, и готовностью Грузии объясняются первоначальные успехи «блицкрига». К полудню 8 августа грузинские военные почти заняли сильно разрушенные артиллерией Цхинвал. По мирному городу били установки залпового огня и тяжелая артиллерия. Все обстоятельства происходившего свидетельствуют, что планировалось не только уничтожать всех подряд, и военных, и мирных жителей, но и запугивать население.

Еще до 8 августа из Южной Осетии в Северную, то есть на территорию РФ, выехало несколько тысяч в основном стариков, женщин и детей. После артобстрела число беженцев должно было многократно возрасти. Жителей Южной Осетии как будто выдавливали с родины, республику, по-видимому, планировалось действительно превратить в чистое поле, в полном соответствии с названием грузинской «операции по наведению конституционного порядка», -- а что же еще мы называем этническими чистками?

Но решение в России, хотя и с запозданием, было принято, и к двум часам дня первые российские войска уже были на территории Южной Осетии. И тут стало ясно, в полном соответствии со вторым взаимоисключающим суждением Михаила Саакашвили, что с российской армией никто воевать не собирался и активных действий со стороны России (даже по защите Южной Осетии, не говоря уже об агрессии и пресловутом «марше на Тбилиси») в грузинском руководстве и в армии никто не ждал.

Возможно, уверения в том, что Россия не вмешается, были даны грузинам старшими партнерами. В Грузии находились сотни американских инструкторов, и Кондолиза Райс, тогдашний госсекретарь США, посещала Грузию чуть не накануне конфликта. И вероятно, на войну непосредственно Грузии с Россией разрешения официальный Тбилиси не получил. Да и, очевидно, совсем не добивался.

Так или иначе, после 14 часов 8 августа все боевые действия фактически свелись к тому, что грузинская армия, отступая, уклонялась от столкновений с русскими войсками. Отдельные боевые действия, по всей вероятности, велись только там, где не было возможности отступить без боя.

И наконец, война вылилась в знаменитый «драп к Гори», когда многократно расхваленная в западной (и украинской, и либеральной российской) прессе, подготовленная натовскими инструкторами по последним натовским стандартам грузинская армия выбрасывала из машин гражданских лиц, чтобы поскорее сбежать на частных автомобилях.

К вопросу о том, где, когда и сколько было российских войск, - от телекомпании Си-Эн-Эн

Многие адвокаты грузинской стороны пытаются представить дело таким образом, что «огромная российская военная машина раздавила маленькую Грузию». Забыты фактические угрозы бывшего министра обороны Грузии Окруашвили насчет того, что грузинская армия легко разделается с российской, потому что якобы «Россия никогда не побеждала в малых войнах». Забыты многочисленные прославления режима Саакашвили за то, что он ничего не жалеет ради создания современной армии по западным стандартам.

Но вот данные со стороны, которую трудно заподозрить в ангажированности Кремлем.

^ Американские спутники-шпионы, как сообщила телекомпания CNN, зафиксировали переброску в Южную Осетию следующего российского контингента: от восьми до десяти тысяч военнослужащих, 150 танков Т-72 и Т-62, более 300 бронемашин, 100 единиц артиллерии. По данным США, российские войска, начиная с 8 августа, запустили по позициям противника более 15 ракет малого радиуса действия с установок SS-21 (так в западной классификации обозначается российский оперативно-тактический ракетный комплекс "Точка").

А грузинская армия, подготовленная американскими инструкторами по свежайшим стандартам НАТО, насчитывала до ^ 37 тыс. человек, не считая резервистов. То есть – минимум вчетверо больше. "Личный состав - самая важная инвестиция", -- это Михаил Саакашвили, прославляя свою армию, тоже сказал в упомянутом интервью Financial Times. В принципе, правильно сказал.


^ Глава 2. Продажный кум как эталон украинского патриота

В том же 2008-м мы увидели дыры от снарядов в стенах домов за сотни километров от гор Кавказа – в Харьковской области, районном центре Лозовая. Тут не было войны, но молва сразу же связала здешнее ЧП с грузино-осетинской войной и ролью в ней Украины.

Склады с боеприпасами (61-й арсенал) возле Лозовой загорелись 27 августа 2008 года, то есть вскоре после окончания военных действий в Осетии и Грузии. Пожары со взрывами продолжались до 9 сентября. Разлетавшиеся снаряды попадали в жилые дома и общественные строения. Погибших не было, но покинуть свои дома, чтобы не стать жертвой периодически «выстреливающих» в сторону города снарядов пришлось почти всем жителям. Эвакуировано было несколько десятков тысяч человек, к которым без войны пришла война.

В прессе назывались разные количества разрушенных и поврежденных домов, которые предстоит восстанавливать государству, желающему иметь «сучасну армiю», но неспособному как следует хранить оружие. К вопросу о том, на что хватает и на что недостает денег украинскому государству, мы еще вернемся, а пока вспомним о поставках украинского оружия в Грузию. Эту тему с вердиктом «все было законно» украинский парламент закрыл в декабре 2008 года. Закрыл для себя, но не для «своего» народа.


Скандал вокруг поставок в Грузию украинского оружия, разразившийся на Украине после сентября 2008 года, напоминал спор глухих. Люди, которые не хотят и не могут слышать чужие аргументы, – как глухари в период токования. Они самозабвенно бормочут, не слыша ничего вокруг, и охотник подходит вплотную, берет их голыми руками и укладывает в свои торбы. Главное для охотника – двигаться только в моменты, когда глухари поют свои любовные песни и перестают воспринимать окружающий мир.

Глупые птицы токуют только весной, а украинские политики и чиновники – круглый год, каждый раз, когда им представляется такая возможность. Им говорят: вы продавали в Грузию оружие, забирая его из действующих частей, фактически обезоруживали свою, украинскую армию.

И оружие вы продавали по бросовым ценам, чем наносили ущерб экономике Украине, которую якобы любите. А оранжевые в ответ: за что вы так ненавидите Украину?

Им говорят: оружие вы продавали по странным схемам, благодаря чему даже мизерная демпинговая выручка проходила мимо бюджета Украины. Этим не только наносился экономический вред «маленьким украинцам», исправно платящим налоги, но и не поддающийся учету моральный вред, растлевающий общество, ибо чиновник, раз отведавший шальных денег, становится своего рода наркоманом, и именно в этом смысл слова коррупция – разъедание, коррозия, ржавчина….

А они в ответ тупо и упрямо, совсем как те глухари, продолжают повторять одно и то же: мы любим Украину, а вы ее ненавидите «на замовлення сусiдньоi держави».

Ворует – значит, любит

Слава богу, на 17 году независимости дождались настоящей шпиономании. До этого она была тихой, ползучей – националисты в своих норах и кухнях шипели о «руке Москвы» и «пятой колонне». Но только с приходом к власти «всенародно обраного» Ющенко в 2005 году это тихое до поры до времени шипение выползло в эфир, в газеты и на телевидение, на парламентские трибуны…

Ну и бог бы с ними – термин «враг народа» (в украинской интерпретации – «ворог нацii») родился вовсе не сталинском СССР, а в просвещенной Франции, где так называли недобитых роялистов, сторонников короля и противников революции. Словосочетание пошло гулять благодаря Марату, одному из главных активистов Великой французской революции, который почти официально именовался «Друг народа» и издавал одноименную газету. Ну, а кто не друг, тот – сами понимаете…

Так что в поисках «врагов народа», извиняюсь, ворогiв украiнськоi нацii, наши националисты из окружения хоть Ющенко, хоть Тимошенко, просто следуют одной из старинных европейских традиций. Ну и ладно, они ведь при каждом удобном случае напоминают, что пытаются следовать европейским ценностям. Интересно другое.

По логике украинских националистов, «настоящих патриотов», получается, что тот, кто заметит, как обезоруживают украинскую армию, продают украинское оружие ниже самой низкой цены, залезая тем самым в украинский карман, тот, кто предложит расследовать факты коррупции, чтобы продажные чиновники не растлевали украинское общество, - тот, значит, враг Украины.

А тот, кто попал в высокое кресло благодаря кумовству или хорошему знакомству, кто пилит украинскую державу, как Балаганов гири, кто раз и навсегда усвоил, что только курица гребет от себя, а «розумна людина завжди гребе пiд себе», - тот и есть истинный патриот Украины. Почти по Куприну: на Отечество смотрят как на откормленного индюка – ухвати себе кусок пожирнее и тихо жуй в укромном уголке.

Значит, вот какой он, эталон и идеал «справжнього патрiота» -- чей-то кум, сын, сват, шофер или любовница, давно уехавший из родного села, но село-то из него никуда не уехало, оно сидит в националисте и заставляет тупо грести, грести, грести под себя. В фантастическом романе братьев Стругацких описан такой образ – кадавр профессора Выбегаллы, который «загребет все, до чего дотянется, а потом свернет пространство».

При этом, чтобы числиться справжним украийинским патриотом, нужно неизменно соблюдать две вещи: клясться в любви к Украине (лучше напоказ) и проявлять ненависть к России (можно исподтишка).

Все меньше пороха в пороховницах

Проблема, однако, еще и в том, что упомянутый индюк за 70 лет Советской власти (точнее, за примерно сорок послевоенных лет) был таки славно откормлен. Запасов хватило на двадцать лет демократизации, капитализации, безработицы и голодухи.

Все капиталы наших новых русских (украинских) миллионеров и миллиардеров созданы не ими, эффективные менеджеры лишь растащили то, что было создано экономически неэффективными совками. Сами они построили лишь несколько пластмассовых халабуд-супермаркетов да «реконструировали в стиле хайтека» некоторые здания, чем просто изуродовали центры старых городов. Все, что в независимой Украине построено за 17 лет независимости при экономически неэффективном совке строилось даже не за годы – за месяцы.1

Но все хорошее когда-нибудь кончается. Кончаются заводы, которые можно приватизировать, кончаются коммуникации и инфраструктура, по-человечески не ремонтируемые почти 20 лет, кончается и порох пороховницах.


Закон убывания прежней всенародной собственности абсолютно верен и для оружия. Вроде бы Украина не ведет никаких войн, но запасы вооружений тают, как поздний снег в апреле. Например, до оранжевой революции, в 2004 году на Украине в 150 складах насчитывалось более двух миллионов тонн боеприпасов. В 2008-м – уже полтора миллиона тонн в 130 складах. Остап Бендер сказал бы, что на Украине снаряды расползаются как тараканы.

Куда же? На утилизацию боеприпасов у державы нет средств, об этом неоднократно и назойливо сообщали нам свободные украинские СМИ. Именно недостатком средств на утилизацию, тем более на надлежащее хранение, власти объясняют народу взрывы военных складов, такие, как в Новобогдановке или в Лозовой. В том же году украинские СМИ сообщали, что на утилизацию всех еще сохранившихся на Украине боеприпасов понадобится 700 млн. долларов. Столь значительные средства у незалежной державы если и находятся, то тратятся на «празднование голодомора». Именно сумму такого порядка оранжевая администрация планировала потратить 2 на возведение мемориала Голодомора. И правда – все 17 лет независимости украинский народ живет так сытно, что остается только «праздновать» голодомор.

Нужно отметить еще одно обстоятельство: все вооружения, проданный Украиной в Грузию, являются современными, но выпущенными и поставленными на вооружение еще при СССР. Как пресловутые ЗРК «Бук», это последние образцы, созданные великой империей, почившей вовсе не от недостатка эффективного оружия. Именно поэтому они снимались с вооружения действующей украинской армии, где служили свой срок еще с позднесоветских времен – а откуда же еще можно было их взять? Сегодняшняя Украина была бы не в силах произвести и поставить в Грузию ничего подобного, разве что в гомеопатических количествах.

Мы торгуем остатками величия былой империи, и делаем это для разрушения того немногого хорошего, что еще осталось от той империи, а именно – для уничтожения мирного сосуществования различных по многим параметрам народов.

Зачем оранжевые разоружали украинскую армию?

Возникает и побочный вопрос: если чиновники и политики отыскивают средства для утилизации ВСЕХ боеприпасов, то что же хотят оставить для украинской армии? Незаряженную стрелковку и орудия без боезапаса? Вот депутат Конвалюк, председатель парламентской комиссии по расследованию продаж украинского оружия в Грузию, возмущался, что для «маленькой победоносной» войны Саакашвили поставлялись вполне современные зенитно-ракетные комплексы, которые забирались из частей, несущих боевое дежурство на Украине.

Но может, депутат просто не понимает грандиозного оранжевого замысла? Может, именно в этом и заключается великая националистическая идея – переформатировать армию Украины в плац-парадные «тоже войска», годные для разгона демонстраций «пересичных украйинцив», но безоружные против любого противника?

Речь, понятно, не идет о том, что оранжевые и националисты прочих мастей стараются обезоружить украинскую армию перед российской. Нет, в невероятном конфликте с Россией, все еще остающейся второй по мощи военной державой мира, даже супервооруженная и обновленная украинская армия шансов не имеет.

Но вот некоторые новоевропейцы и недоевропейцы вполне могли бы обрадоваться одностороннему разоружению Украины. Например, Турция. Или Румыния, которой не очень нравится присутствие Украины и в дунайских руслах, и на острове Змеиный.

Да и Польшу, главного «адвоката Украины в Европе», не стоит сбрасывать со счетов. Сегодня он адвокат, а завтра может и зубами вгрызться. Не надо забывать поговорку, приводимую нашим великим земляком Владимиром Далем: «поляк покоряется, да зубами за пятку хватается».

А сказки о том, что «демократические страны не воюют друг с другом» давно пора оставить в жанре ненаучной фантастики. И воюют, и между собой, и даже не просто демократические, но входящие в самый демократически на свете военный блок. 1 И Греция, и Турция, обе были членами НАТО, и обе воевали друг с другом так, что по накалу боевых действий эта война в Европе была превзойдена только во время «миротворческой миссии» того же НАТО в Югославии.

^ Если главари НАТО сдали Грецию Турции, или наоборот, то кому только не сдадут они Украину?

«Идея о том, что вступление в НАТО гарантирует Украине и Грузии безопасность, является глупостью», - сказал в ноябре 2008 года Джордж Сорос, выступая в Таллине на XIII международном форуме Открытого общества. Финансист не может себе даже представить, что Запад может начать войну, защищая интересы этих стран. Сорос рассказал, как беседовал с Ющенко. Тот спросил его, как можно чувствовать себя в безопасности без прикрытия НАТО. «Почему вы считаете, что сможете получить безопасность от НАТО?» -- ответил Сорос в общем-то риторическим вопросом.

Сорос является человеком, в серьезных вопросах информированным куда больше украинских президентов и депутатов. К тому же ему уж никак не прилепить ярлык «ангажированного Кремлем», наоборот, это он может позволить себе покупать бывших кремлевских и ныне оппозиционных Кремлю политиков. И если такой человек уверен, что НАТО не станет защищать интересы Украины, то что уж говорить о гипотетической ситуации, когда эти украинские интересы придут в противоречие с интересами старых союзников Запада, таких как Турция, или новых, таких как Румыния или Польша?

«Иран-контрас» с грузинским акцентом

Нет ничего нового на свете, все, что происходит, уже происходило в годах, ушедших прежде. Удивительно, как никто до сих пор не вспомнил в связи с украино-грузинским оружейным скандалом другой афронт двадцатилетней давности – «Иран-контрас». Тогда ЦРУ, с ведома высокопставленных членов администрации Рейгана, проводило хитроумную комбинацию – деньги, вырученные от продаж американского оружия, направлялись на финансирование никарагуанских «контрас».

Надо отметить, что когда обстоятельства аферы перестали быть скрытыми от общественности, американское правительство повело себя не так, как оранжевое украинское. Комиссия по расследованию обстоятельств дела «Иран-контрас» была создана 26 ноября 1986 года, а еще днем раньше президент Рейган отстранил от должности своего помощника по национальной безопасности вице-адмирала Джона Пойндекстера, а его сотрудника подполковника Оливера Норта уволил из аппарата Совета национальной безопасности.

Безусловно, таким способом администрация Рейгана обрубала концы, которые могли вывести на более высокий уровень, понятно, что уволенных просто назначили виноватыми стрелочниками. Но важно и другое: подозреваемые были названы быстро, ясно и недвусмысленно, и уволены, чтобы не могли использовать свое положение для влияния на работу комиссии. И это конечно оказало благоприятное влияние на американское общество.

Совсем иначе обстояло дело на Украине. Создавалось впечатление, что парламентская комиссия и государственная администрация находятся вне зон взаимных коммуникаций. Комиссия по расследованию оружейного скандала работала несколько месяцев, говорила, но ее не слышали, в лучшем случае в эфирах ток-шоу обвиняли в украиножорстве.

Администрация Ющенко молчала до середины ноября, когда – через три с половиной месяца после войны и через примерно три месяца после начала работы парламентской комиссии – вдруг проснулась СБУ и как дважды два «доказала», что все продажи оружия в Грузию происходили законно.

А как же продажи современного оружия по явно заниженным ценам, как же снятия ЗРК с боевого дежурства? Значит, всего этого не было, выходит, спецслужба уличила членов парламентской комиссии во лжи?

Ничего подобного. Об этих позорных (если они имели место) обстоятельствах СБУ вообще не распространялась. Она просто заявила, что все было по закону. И все. Никаких опровержений будто бы клеветнических обвинений «украинофобов». Никаких доказательств и подтверждений законности. Или может быть, сегодня на Украине считается вполне законным и порядочным обезоруживать свою армию и продавать оружие по сущей дешевке мелкому амбициозному агрессору?

Это не «по закону», это «в законе». «По понятиям», с которыми оранжевые вели отчаянную до визжания борьбу, когда проводили Ющенко в президентское кресло.

«Свободную» украинскую журналистику коррупция не интересует

Одного моего приятеля особенно поразила показательная реакция украинской «незалежной» журналистики. Вот глава комиссии Конвалюк дает пресс-конференцию, показывает документы, говорит о коррупции в высших эшелонах исполнительной власти. Правдиво или неправдиво обвиняет – этот вопрос и должны бы выяснить журналисты в первую очередь. Но о коррупции Конвалюку не задают ни единого вопроса.

Такое невозможно было себе представить еще несколько лет назад, при «клятом кучмизме». Такое тем более непредставимо в эпоху «перестройки». Даже в доперестроечном СССР, где единая идеология царила в полном смысле слова, журналисты, услышав слово «коррупция», задирали хвост трубой и всеми способами старались втащить разоблачения на страницы газет. Невозможно представить себе тогдашних журналистов, которые слушали бы о деле Чурбанова или Рокотова, или «рыбном», или «хлопковом», -- и ни задали ни одного вопроса.

И только в независимой Украине наконец выведена политкорректная порода современных независимых журналистов. ^ Их не интересует коррупция во власти. Их даже не интересует, правда это или нет. Их интересует, сколько стоят часы депутата, где он шил и сколько платил за костюм.

Но это же не журналисты, скажет читатель, это фарцовщики и портняжки. Наверное, так и есть. Либо эти люди так и не сумели стать журналистами, либо они настолько уже прикормлены, что перестали ими быть. Или еще не журналисты, или уже не…

При всех воодушевляющих воплях о том, что на Украине (в пику России) наконец воцарилась свобода слова, подавляющее большинство украинских СМИ официозны. Официозные СМИ отличаются от официальных тем, что подают все ту же официальную пропаганду, только делают это, прикрываясь титлами «независимых» газет и телеканалов. То есть, по существу, обманывают свою аудиторию.

Увы, все так. На Украине много болтовни в прямом эфире, но уже не осталось честной журналистики. Потому что все честные журналисты националистическим агитпропом немедленно объявляются «врагами нации», украинофобами, рукой Москвы и «пятой колонной». Какие же они в таком случае «украинские»? Следовательно, по логике кумов-патриотов, все честные – неукраинские, а все украинские – нечестные.

Украина больна. И тот, кто ее любит, молчать не должен. Болен отец, и у его постели два сына. Один указывает на страшные опухоли, пытается и призывает лечить. Второй, со снисходительной усмешечкой на откормленном личике поет: все хорошо, и будет ще краще, и твердит, что это вовсе не раковые опухоли – это мускулы у батька так наростают…

Если мы увидим такую картину в реальности, то справедливо скажем: первый сын действительно любит отца и хочет, чтобы он жил. А второй словоблудием маскирует ожидание наследства, чтобы поскорее получить его – и двинуть к дочери в Англию, сестре или тестю в Соединенные Штаты…

А ведь «отец» и «отечество» - слова одного корня.

…Каждый раз, слыша об «оружейном скандале», вспоминаю фразу из репортажа первых дней войны, звучавшую примерно так: «над осетинским селением грузинские военные украинской ракетой сбили русский самолет».

СССР был тюрьмой народов, об этом нам рассказали еще академик Сахаров и жена его Боннер. Разумеется, ведь «в Совке» в кухонных склоках (не с высоких трибун и не в эфире) звучали похабные словечки вроде «жид», «хохол», «москаль» и «чурка». Зато теперь настала цивилизованная дружба народов, со всеми положенными ей политкорректностью атрибутами: дружественным огнем, гуманитарными бомбардировками и миротворческими убийствами. Дружба такая, как в старом советском анекдоте – вплоть до полного уничтожения всех недружественных. По-видимому, для людей, называющих себя интеллектуалами, демократами, либералами, кровь лучше грязи.






страница1/22
Дата конвертации15.11.2013
Размер6.03 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы