Стенограмма круглого стола icon

Стенограмма круглого стола



Смотрите также:
1   2   3
(Говорят одновременно.)


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Иван Владимирович, спасибо большое за выступление. У меня было единственное дополнение. Прозвучала хорошая идея относительно наставничества, института наставничества. Хорошая идея. Просто хотелось сказать, что при поддержке департамента в городе Москве создана ассоциация Ментор, где уже действующий, практикующий предприниматель, то есть можно найти информацию в интернете, готовы там помогать поддерживать. Ну, нет предела совершенству, поэтому открыты вашим мнениям, предложениям. Возможно, кто-то захочет сам войти, как ментор, куда-то, чтобы поддержать молодые, начинающие, и не только начинающие, таланты. Поэтому будем очень рады. Спасибо большое, Иван Владимирович.


^ БИРЮКОВ И. В.:

– Спасибо, коллеги.


ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Следующий докладчик у нас Лапшин Олег Владимирович. Это территориальный инкубатор малого бизнеса СЗАО Москвы. Как раз в начале были вопросы от того, что инкубаторы поддерживают только инновационные проекты и так далее. Я думаю, что в своем выступлении Олег Владимирович сможет нам уточнить данную ситуацию.


^ ЛАПШИН О. В.:

– Спасибо. Здравствуйте, коллеги. Меня уже представили. Я готовился к этому выступлению, если честно, думал, что будет чисто формальная какая-то встреча: я просто с модераторами, как сейчас модно называют, с ведущими, обменяюсь бумажками, где-то там увидят в каком-то там отчете и все. Я сейчас постараюсь перелопатить и своими словами сказать, что я уже услышал, и свои предложения внесения в резолюцию этого круглого стола. Наш бизнес-инкубатор расположен в северо-западном округе, создан по инициативе префектуры северо-западного округа. В 1997 году зарегистрирован. И пока создавать программу поддержки, реализации и так далее – никак не могли определиться с направленностью: чем же будем все-таки заниматься. Я изучал опыт немецкий, финский, шведский, английский. Вот наш инкубатор, так получилось, что он занимался всеми вопросами, которые касаются предпринимательства, начиная от создания обувной мастерской, условно, заканчивая последним проектом, в котором нам предложили участвовать – это переработка и аккумуляция солнечной энергии и передача ее на Землю. То есть спектр, поверьте, большой. Нас попросили поучаствовать. А я вот посмотрел, и на прошлом заседании, – у нас все предприятия являются социальными. Одни более социально значимые, другие менее социально значимые.

По своей практике мы выделили три группы предприятий, которые готовы участвовать в социальных процессах. Социальные предприятия – это предприятия для создания рабочих мест для людей с ограниченными возможностями, как сейчас говорят. Замечательная идея, инициатива и так далее, но мы участвовали в создании бизнес-планов, но настолько это действительно – я поддержу предпринимателей – бывает сложно передать. Это просто непередаваемо. И когда нам говорят: «Вы инкубатор, помогите предпринимателям, сделайте». Я говорю: «А сколько?» «У нас, – говорит, – заявок от таких предприятий 52 в год». Я говорю: «А сколько квот?» – «Восемь». И говорят: «Олег Владимирович, войдите в комиссию, вот как их отсеивать?» Они все на одной планке. Как их отсеешь? Слабослышащих, извините, инвалидов – они разные, кто на колясках, кто как. У меня слезы на глаза наворачивались, когда я все досмотрел: 52 заявки. А восемь квот. Я спрашиваю. «А в следующем году?» Это в декабре выдаются. Перейти на следующий год, на январь и так далее – у нас большая проблема, мы не можем повлиять на правительство, чтобы вот это количество субсидий увеличить. Мы подавали свои предложения, но, давайте уже говорить своими словами, нас одергивали и говорили: «Вы не лезьте. Вы инкубатор? Вот у вас там есть, вот вы с ними работайте», например. Так вот это одна группа предприятий.

Вторая группа предприятий – кстати, у нас инкубатор тоже в статусе автономно-некоммерческой организации создан – это некоммерческие благотворительные организации, вставшие на коммерческие рельсы. В чем разница? Только в одном: некоммерческое предприятие – я просто обобщаю – там фонды, союзы, ассоциации и так далее, они имеют право заниматься хозяйственной деятельностью в рамках своего устава, но они не распределяют прибыль ни между своими учредителями, ни между своими сотрудниками – исключительно только на уставные цели.

Третий блок – я сейчас говорю про блок, который социальный, как-то выделить его – представители малого бизнеса. У нас уже пытались их лбами сталкивать на предыдущих круглых столах, совещаниях здравоохранения, культуры, работы, образования и так далее. Так вот все это представители малого бизнеса, цель которых – методическое решение проблем социально незащищенных граждан, слоев населения. Нет, просто нет других направлений. Я всего вот обобщил три.

Дальше как алгоритм (…), о чем и Иван Владимирович вам говорил и так далее. Все остальное – это механизмы. Не надо нас дурить, не надо нас уводить в какие-то дебри о том, что вот вы там увечные, а вы здоровые, и на вас еще больше нагрузки и так далее. Я с Иваном согласен полностью. Да, не надо. У нас есть все законы, которые регламентируют предпринимательскую деятельность. Есть. Давайте просто выполнять.

Геннадий, я как раз сейчас готов ответить на ваш вопрос, но по очереди. Так вот я согласен с вами, что нарушена причинно-следственная связь вот этого круглого стола. Хотелось бы просто с самого начала восстановить. Первое: легальное предпринимательство – оно уже изначально социально. Почему мы, люди, создаем предприятия? Из нас состоит общество. Мы в этом обществе живем, рожаем, выращиваем детей, здесь же умираем. И этот круговорот уже несколько миллионов, миллиардов лет происходит. Основные определения, правильно, я с вами согласен, 223-й приказ надо взять за основу для внесения в резолюцию. И если он действительно пустой, давайте его насытим теми предложениями, которые я сейчас озвучу.

Определения, чем отличается одного от другого. Предпринимательская деятельность – это экономическая деятельность, никто не будет с этим спорить, которая направлена на извлечение прибыли. Им надо получать такую прибыль, которую они реализуют, на себя, на своих коллег, на своих подопечных и так далее. Но с этим никто не будет спорить. Дальше. Что такое социальное предпринимательство? Это та же самая предпринимательская деятельность, целевая деятельность, направленная на смягчение и решение социальных проблем за счет доходов от своей деятельности. Правильно? Что такое социально ответственный бизнес? Это вот я говорю с учетом нашего российского, (...) опыта и так далее. Нельзя просто переносить зарубежный опыт. У них вообще в принципе другие определения. Социально ответственный бизнес – это бизнес, который в полной мере осознает важность свое вклада в решение задач социального развития, и стремится к максимальной эффективности как к снижению негативных последствий от своей деятельности, так и в создании позитивного воздействия на общество. И следом за этим – социальная ответственность бизнеса – это способность, подчеркиваю, к социальному взаимодействию бизнеса, власти и общества на принципах благотворительности (…) и служения – то, что я предлагаю. Потому что если экономические достижения, которые сейчас у нас, у малого бизнеса, у среднего бизнеса могут быть, это вот, поддерживаю совершенно своего коллегу, последнее событие 25 декабря, которое происходит: если у предпринимателя будет меньше средств, он их меньше будет тратить на социальную деятельность и решение социальных вопросы.

Поэтому предложение такое. Первое. Я думаю, что самое главное, чтобы не изобретать велосипед, совершенно согласен, взять последние две комплексные программы поддержки малого и среднего предпринимательства в городе Москве, так хорошо забываемое сегодня старое. Там все эти положения прописаны. Вот это самое главное. А все, что касается очертить какие-то границы, какие-то модные названия придумать, какие-то зафиксировать – ну, все уже есть, все уже давно готово. Я просто хотел, чтобы поддержали вот эти предложения, и мы бы их могли внести.

Неделю назад на круглом столе в Московской торгово-промышленной палате очень хорошо прозвучало от представителей, не помню, как общество называлось, людей с ограниченными возможностями: как определить, социальное предприятие или не социальное? Можно придумать механизм по бизнес-плану и так далее. Они сказали очень просто. Есть социальная карта москвича. Есть инфраструктура обработки данных, которая собирается по этим картам как, да? То же самое, если у предпринимателя – поближе к земле – на 200 рублей выдал продовольственный заказ тому же самому пенсионеру вместо его реальной стоимости 500 зафиксированной, то автоматически эти данные будут собираться в едином центре. И уже по итогам та же самая налоговая будет решать, что делать: либо вычеты, либо стандартное там налогообложение и так далее. И тогда снимется у вас этот вопрос: 300 метров у вас, 1000 метров и так далее. Вот и все. Дальше уже все коллеги говорили. Прошу принять мое предложение. Спасибо.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Спасибо большое, Олег Владимирович. У нас запланировано еще одно выступление. Суворова Ольга Валерьевна, руководитель проекта (…). Ольга Валерьевна.


^ СУВОРОВА О. В.:

– Спасибо. Добрый день всем. Очень многое, что хотела рассказать, сказал Бирюков Иван. Чем я занимаюсь? Мой проект, вместе с (...), который сегодня не смог присутствовать, мы собираем (...) проект гражданский, социальный по всей России, которые используют технологию в своей деятельности. Но при этом они не направлены на решение социальных проблем в обществе. И для меня, если говорить, определение социального предпринимательства – это бизнес, который решает социальные проблемы общества. Это не только трудоустройство людей с инвалидностью. Это и адаптация детей после детдома, это и учить их дальше жить, и тоже сделать из них предпринимателей. Потому что я знаю информацию от служб опеки, что дети, например, до трех лет вообще не задерживаются в детских домах, огромная очередь. Остаются дети подросткового возраста, у которых есть какие-то отклонения физические, либо с инвалидностью. Этим людям в дальнейшем еще надо дальше жить.

Я, наверное, хотела сказать, как я вижу поддержку социального предпринимательства. И действительно, это должно быть не только государственно. Бизнес-инкубаторы. Бизнес-инкубатор – это не только рабочие места. Это целый ряд менторов и экспертов, которые работают с проектом. Я сама сейчас занимаюсь проектом, который решает социальную проблему – это донорство. Как вы знаете, у нас сейчас отменили выплаты донорам. Москва пока сохраняет. Мы сделали систему нематериальных поощрений, когда мы привлекаем бизнес, для того чтобы они поощряли. Например, сеть кофейни за то, что ты донор, тебе дает бесплатно напиток. Либо медицинский центр, у нас есть уже договоренность в Москве, который готов раз в месяц проводить день донора, где ты можешь пройти бесплатно, сделать УЗИ. И это не только социальная ответственность бизнеса, медицинского центра, но и новый клиент. И для донора, потому что донор – это действительно люди, которые спасают жизнь, которые сдают кровь. И для нас, для общества очень важно, чтобы эти люди сохраняли свою здоровье, и как можно больше других людей приходило. И как раз это здоровье нации, этим у нас в стране никто не занимается. У нас люди пока не заболеют, не побегут к врачу. У нас нет практики, чтобы раз в год проходить обследование. И, собственно, я не знаю ни одной, если честно, программы социально предпринимательской, которая была бы направлена на это, например, на решение проблемы с донорством, а это тоже социальная проблема.

Другая проблема есть такая в стране – это люди после 50-ти. Как вы знаете, например, к 2040 году 70% населения страны будут как раз составлять люди, которым более 50-ти лет. Сейчас устроиться на работу человеку, который в возрасте, очень тяжело. И тоже, мне кажется, здесь как раз таки должна быть поддержка со стороны государства – дать какие-то льготы компаниям, которые берут. Это, например отчисления в пенсионный фонд не такие большие.

Про бизнес-инкубаторы я начала говорить. Сейчас сама я занимаюсь проектом, ходим на встречи, участвуем в наборе бизнес-инкубаторов. И я считаю, что бизнес-инкубаторы не надо создавать отдельно, а, может, даже на каких-то льготных условиях, либо оставлять три места для каждого инкубатора, куда может прийти любой социальный предприниматель с хорошей идеей, которую он хочет внедрить, с технологией для решения социальных проблем, прийти туда и работать наравне с другими.

Чем хороши бизнес-инкубаторы? Ты общаешься с экспертами, которые действительно бизнесмены, у которых действительно успешный опыт, которые тебе действительно могут подсказать, что делаешь так, а что не так. Основная проблема всех проектов, которые я, например, отбираю для своего каталога, но я оказываю просто информационную поддержку, либо привлекаю экспертов, если нужно проекту, – люди не умеет писать бизнес-планы, никто не может написать нормальный бизнес-план, и это нормально. У нас финансовая грамотность в стране тоже очень страдает. Даже я, человек, который учился в новой школе, у меня хорошее финансовой образование, для меня и то проблема написать бизнес-план и сделать финансовый анализ на пять лет. Все инвесторы просят анализ на пять лет. Для этого и нужны бизнес-инкубаторы – чтобы они учили людей, и для этого, мне кажется, как раз таки образование, малый бизнес Москвы должен способствовать тому, чтобы учить людей, которые хотят... Не обязательно даже с технологиями связанные, которые хотят открыть свою парикмахерскую и трудоустроить людей с инвалидностью, они должны научить их вести бизнес.

По поводу льгот я лично сталкиваюсь с такими проблемами. И люди, которые обращаются, у них первое – это аренда, и второе – это отчисления в пенсионный фонд. Все. Если будут решены такие проблемы, как пенсионные отчисления, аренда и обучение вести бизнес – и тогда у нас не будет никаких проблем. И деньги не обязательно получать от государства, можно самому вкладывать свои средства. Можно, есть масса в стране сейчас фондов, венчурных инвесторов, которые готовы вкладываться в социальное предпринимательство, в социальные проекты.

Как вы знаете, сейчас Агентство стратегических инициатив организовывает фонд, в котором шесть миллиардов рублей, который готовы поддерживать социальные проекты. И вопрос пока, конечно, открыт: какие именно проекты они будут поддерживать? Каким критериям они должны отвечать?

Но в любом случае первая проблема, с которой сталкивается проект, первое – это один простой вопрос: какую проблему решает социальное предпринимательство? Потому что очень много, например, я вчера специально зашла на сайт АСИ, посмотрела в разделе социальные проекты, там порядка двухсот проектов. Уже больше, да? И я когда начала читать, у меня, если честно, голова сразу заболела, потому что очень много информации. Я понимаю, что они все важные, они социальные, но во всех описаниях нет главного: какую проблему вы решаете? Вы помогаете людям с инвалидностью, да? Вы помогаете пожилым людям? То есть сейчас, например, у очень многих, кто встречается со старт-апами – модное слово сейчас – первый вопрос: какую проблему вы решаете? Зачем вы нужны обществу? И очень многие на этом вопросе теряются, потому что все мы больны идеей, говорим красивые слова. А для чего именно обществу нужен наш проект, мы не знаем.

Второй момент, с которым сталкиваются большинство проектов – это бизнес-план: для чего, как дальше будет, какая дальше будет модель, как будет развиваться проект.


ПОЗДНЯКОВ К.К. –





страница3/3
Дата конвертации19.11.2013
Размер0,56 Mb.
ТипДокументы
1   2   3
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы