А. Э. Ващук Санкт-Петербургский Государственный университет, Экономический факультет, кафедра теории кредита и финансового менеджмента, г. Санкт-Петербург, Россия icon

А. Э. Ващук Санкт-Петербургский Государственный университет, Экономический факультет, кафедра теории кредита и финансового менеджмента, г. Санкт-Петербург, Россия



Смотрите также:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

^ Таблица 1. Средняя продажная цена российского железа с 1847 г. по 1850 г. [1, с. 24-25]


Место торговли

Сорта железа: цена в копейках за пуд

Полосовое

Сортовое

Кубовое

Листовое

Нижний Новгород

110

114

218

228

С.-Петербург

125

170

230

275

Ростов на Дону

129

157

228

281

Рига

120

150

250

250

Одесса

150

180

265

330

Москва

120

147

237

243

Херсон

187

219

239

338

Могилевск

197

207

350

346



Как видно из таблицы цены на железо в России оставались неизменными и в значительной степени зависели от удаления производства и мест сбыта. Железо, доставленное в Нижний Новгород, значительно дорожает: полосовое в среднем на 18 %, кубовое на 57 %, котельное – на 45 %, листовое – на 35 %. Цена увеличивалась с провоза железа от Нижегородской ярмарки в разные города и губернии России.

Причины высоких цен на железо в России крылись не только в отдаленности рынков сбыта. Тем не менее, торговля металлами и изделиями из них на ярмарках составляла основу внутреннего рынка. А Нижегородская ярмарка, хотя и остановилась в своем росте, не утратила экономического значения для России на протяжении всего XIX века/


Литература

1. Гагемейстер Ю. А. О состоянии железного промысла в России / Ю. А. Гагемейстер. – СПб., 1855.– 40 с.

2. Истомина Э. Г. Водные пути России во второй половине XVIII – начале XIX века / Э. Г. Истомина – М., 1982. – 279 с.

3. Кеппен А. П. Высочайше утвержденная Постоянная совещательная Контора железозаводчиков. Материалы для истории и статистики железной промышленности России. Торговля на Нижегородской ярмарке / А. П. Кеппен – СПб., 1896. – 71 с.

4. Неболсин Г. П. Статистическое обозрение внешней торговли России / Г. П. Неболсин. – СПб., 1850. – 409 с.

5. Российский государственный исторический архив (РГИА). – Ф. 46, 1152.

6. Центральный архив Нижегородской области (ЦАНО). – Ф. 489.


Секция 8. Философия


^ СМЕРТНАЯ КАЗНЬ И ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ

В. А. Борейко, Ю. О. Колотыгина

Уральский Федеральный университет имени первого Президента России Б. Н. Ельцина, философский факультет, г. Екатеринбург, Россия, e-mail: oyobic@mail.ru


В уголовном праве большой известностью пользуется вопрос о легитимности и правомерности назначения и существования высшей меры наказания – смертной казни. Один из возможных ракурсов рассмотрения смертной казни, как вредной и опасной для общественной морали, заинтересовал нас. В 1764 году Беккариа в своей работе «О преступлениях и наказаниях» поднимает вопрос о бесполезности смертной казни, считает, что разработка казней не делает людей лучшими.

Результат его исследования заключается в следующем: 1) смертная казнь не опирается ни на каком законном праве, т. к. человек не уступал права на свою жизнь; 2) она бесполезна и не нужна, если смертная казнь единственная узда, которая может воспрепятствовать новым преступлениям; 3) она бесполезна, т. к. не останавливает злодеев; 4) она менее действительна, чем лишение свободы; 5) она пагубна для общества, т. к. дает пример жестокости [ 1].

Прошло много времени, а спор вертится все на тех же общих положениях, что высказал Беккариа, а нынешние писатели лишь развивают эти положения. Многие исследователи приводили в доказательство бесполезности смертной казни примеры: смертная казнь существовала во Франции за домашнее воровство, в Англии закон грозит почти за всякое воровство, в Риме преступления увеличивались с приходом смертной казни, и т. д.

Стало больше голосов против смертной казни. Кистяковский отмечает, что смертная казнь несправедлива с точки зрения христианской философии и религии, смертная казнь противна духу учения Христова и стремлениям отцов церкви, определяя смертную казнь, законодатель вторгается в область Божества, которая только одному и принадлежит право распоряжаться жизнью человека [2].

Во множестве древних судебников, начиная с законов Хаммурапи, дошедших до нас, данная мера наказания применялась за самые мелкие поступки. «Смерть является пыткой, если представляет собой не просто отнятие и завершение рассчитанной градации боли: от обезглавливания (нулевая степень пытки), через повешение, сожжение и колесование, продлевающие агонию, до четвертования, доводящего страдание почти до бесконечности; смерть–пытка есть искусство поддерживать жизнь в страдании» [3].

В дальнейшем, с расслоением общества, совершенствованием судебной системы, круг преступлений, за которые устанавливалась смертная казнь, сужался. В конце XIX веке в некоторых государствах смертная казнь была полностью запрещена, в других – за самые тяжкие преступления.

В современном цивилизованном обществе смертная казнь является незаконной, в других – законным уголовным наказанием за тяжкие преступления.

В Российской Федерации движение в направлении сокращения количества смертных казней началось с принятия Конституции РФ 1993 года. В соответствии с ч. 2 ст. 20 «смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей». Согласно п. 1 ст. 59 УК РФ смертная казнь как исключительная мера наказания может быть установлена только за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь. Единственным видом смертной казни в России является расстрел. 2 февраля 1999 года Конституционный суд Росси вынес Постановление № 3-П, в котором признал неконституционным возможность вынесения смертных приговоров в отсутствие судов присяжных во всех регионах страны. 19 ноября 2009 года Конституционный суд РФ признал невозможность назначения смертной казни.

Проблема смертной казни заключается в вопросе о допустимости ее существования и применения. Юристы, социологи, философы, утверждающие необходимость полной, окончательной отмены данной меры наказания, аргументируют свою точку зрения, прежде всего, ее антигуманностью, аморальностью, неэффективностью. И хотя государство наделило себя правом совершать легитимное насилие, лишать человека естественного права на жизнь недопустимо.

Еще раз повторимся, что вопрос о применении или запрещении смертной казни тесно связан с общественным мнением и правосознанием, что также необходимо учитывать при философском осмыслении данной проблемы.


Литература

  1. Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. - М.: ИНФРА – М, 2004.

  2. Кистяковский А. Ф. Исследование о смертной казни. - Тула: Автограф, 2000.

  3. Фуко М. Надзирать и наказывать / Пер. с фр. В. Наумова под ред. И. Борисовой.- М.: Ad Marginem, 1999.



^ ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ И ЭСТЕТИЧЕСКИЙ ИДЕАЛ

Е. В. Горбунова

ВГСПУ, Волгоград, Россия, el-zefirchik@yandex.ru


Общественное сознание как необходимая сторона духовной деятельности общества, направленная на изменение и преобразование предметного мира и включенная в систему важнейших связей, факторов общественно-исторического процесса, определяет смысл и содержание его деятельной силы, активности. Человеческое сознание возникает, функционирует, развивается как продукт взаимодействия человека с действительностью (природной и социальной) и проявляет себя как специфически общественное явление в процессе социально-исторической практики людей, выступая одновременно и как отражение, и как производство.

Общественное сознание является отражением общественного бытия. Процесс изменения общественного сознания осуществляется непосредственно с изменением общественного бытия. Необходимым и важным компонентом общественного сознания является идеал. Он претерпевает видоизменение в соответствии со смысловыми и культурными установками бытия общества. Каждую историческую эпоху, культурно-историческую общность характеризуют свои идеалы, которые соответствуют определённым характеристикам общественного бытия, соотносятся с ними. Развиваясь, идеалы общественного сознания принимают то одну, то иную форму выражения, часто различные, иногда даже противоположные.

Идеал в общественном сознании – это «наиболее общее, универсальное и, как правило, абсолютное представление (о благом и должном)». [1]

Общественное сознание, с его идеями, теориями, мнениями, суждениями, взглядами, т.д. которые более динамичны, подвижны, изменчивы в своём развитии, а также более глубинные, устойчивые образования: определённые ценностные ориентации, ментальные установки, этнические и национальные особенности быта, сложившиеся культурные традиции, устои, т.д., неизменные на протяжении большого исторического периода, способны в своей целостности генерировать идеалы в определённом культурно-историческом пространстве. Сформированные идеалы (будь то политические, нравственные, эстетические, религиозные, т.д.), являясь при этом, компонентами общественного сознания, оказывают обратное и существенное влияние на общественное сознание, то есть на идеи, взгляды, мнения, теории, оценки, преобладающие у конкретных индивидов и в обществе в целом. В свою очередь, общественное сознание являясь отражением общественного бытия, так или иначе, корректирует идеалы в соответствии с конкретно-исторической ситуацией.

Каждая форма общественного сознания – философия, религия, искусство, мораль, правосознание и др. имеют свои детерминанты в сознании общества в виде идеалов, которые, в свою очередь, детерминируют общественное бытие. Каждой культурно-исторической эпохе соответствуют свои идеалы, которые выражаются в специфике представления данного общества о должном – как заданный предел стремлений человека. Искусство, как форма общественного сознания имеет свой специфический идеал – идеал эстетический, который концентрирует в себе особенности эстетической сферы общественного сознания, исторически изменяясь вследствие изменения культурных смыслов эпохи, условий, тенденций времени.

В стремлении истолковать эстетический идеал как «должное», «совершенство», «цель» и др., иногда связывают идеал эстетический с идеалом общественным. «Это значит, что без понимания последнего будет пустым и бессодержательным и эстетический. Если же выводить этот последний, как и должно, из общественного, тогда «цели», «нормы», «образцы» общественного устройства воплощаются, конкретизируются в эстетических явлениях, которые и являются их идеальными представителями. Не случайно, поэтому некоторые исследователи говорят об идеале «социально-эстетическом». Естественно, что эстетический идеал, как и общественный, является социально обусловленным». [2]

Определённые представления о красоте, как эстетическом идеале, складывались в соответствии с теми или иными конкретными климатическими, геополитическими условиями, политическими, экономическими и другими особенностями общественной жизни, традициями предков, нравственностью, моралью, религией, с характерными национальными приметами быта различных народов, классов и сословий. Так, Ш. Бодлер писал, что законы красоты и природа прекрасного состоят из двух основных элементов – одного вечного и неизменного, не поддающегося точному определению, а другого – относительного и временного, складывающегося из того, что даёт данная эпоха, - мода, вкусы, страсти и господствующая мораль. Непременными условиями «вечной и неизменной красоты были и остаются симметрия, гармония – единство в многообразии, взаимное соответствие всех черт и пропорций, законченный целостный образ, чувство подлинной жизни.

Идеал – это определённое понимание должного, основанное на определённых существующих тенденциях, их диалектическое временное осмысление и законченное оформление в определённый, более конкретный образ, доступный для реализации в практической жизнедеятельности. Тенденции в изменении идеала берут своё начало в изменяющихся условиях, явлениях современной жизни, то есть идеалы общественного сознания детерминированы особенностями общественного бытия. Диалектически это выражается таким образом: прогресс техники и технологий (научно-технический прогресс) – новые возможности – изменение в условиях жизни и труда, быта – новые модели поведения – новые образцы мышления – новый содержательный идеал красоты – его конкретно-чувственное оформление. На каждой стадии возникает множество факторов, определяющим образом влияющих на «образ» будущего нового идеала.

Следовательно, «целые поколения людей, вступая в жизнь, застают готовыми… не только производственные отношения, экономическую основу общества, но и духовную культуру, огромные пласты культурных ценностей, которые им прижизненно предстоит освоить, «распредметить» для себя. Общественное сознание данной эпохи, времени, общества (в виде определённой совокупности идей, представлений, взглядов, теорий и т.д.) выступает для людей в качестве некой объективированной реальности, чего-то относительно самостоятельного и в этом смысле независимого от их индивидуального сознания». [3]

Идеалы есть в каждом обществе, но везде они имеют свои специфические особенности – специфические форму и содержание, включая в себя целый комплекс внешних и внутренних качеств человека и общества, меняясь с течением времени. Каждая историческая эпоха рождала своё представление о красоте и каждая культурно-пространственная общность (этнос, нация, народ) имеет свои идеалы, которые могут негативно, неадекватно, как абсурдно-безобразное воспринимаются иными культурно-пространственными общностями, существующими даже параллельно в одно историческое время. Например, идеал миниатюрной женской ножки в Китае и Японии, идеал красоты лица привилегированных майя с проколотыми дёснами, языком, щекой, т. д, или идеал женской красоты позднего Средневековой Европы – выбривание лба и затылка, т. д. Таких примеров множество. Однако, разнообразие идеала наблюдается не только в пространстве, но и во времени - одна и та же культурно-историческая общность на протяжении своего существования, в разное время, в разные эпохи характеризуется своим определённым идеалом, изменение которого зависит в первую очередь от культурных контактов с другими культурно-пространственными общностями, в результате чего происходит трансформация идеала во времени. Это детерминировано влиянием установок, ориентиров, смыслов одной культуры на соседние – в узком смысле, в широком - одного общественного сознания на другое. К примеру, то, что на Руси считалось идеалом красоты – полнота, дородность, пышное тело «кровь с молоком» - в наши дни воспринимается негативно в обществе («толстухи»), а то, что в XX веке является эталоном красоты – модельная внешность 90-60-90, буквально 100-150 лет назад считалось большим недостатком, болезненностью, худобой. Это можно отследить и на примере трансформации эстетического идеала европейской цивилизации – от чувственной красоты античности – к аскетически духовной красоте Средневековья – к гармоничному телесно-духовному идеалу Возрождения – изысканно-аристократичному идеалу Нового времени – к спортивному типу красоты в XX веке – к идеалу модельной внешности в наши дни.

Трансформация идеалов прослеживается также и в России – с древних времён до наших дней. Вплоть до конца XVIII в. господствует древнерусский эстетический идеал; затем, постепенно начинают проникать в Россию новые европейские стандарты и эталоны прекрасного, что продолжается и до наших дней. Сначала были перенесена на русскую почву только европейская мода, европейский костюм – это было рационально, экономично, удобно, практично; а затем постепенно и европейский идеал красоты проникает в Россию. Видение и понимание прогрессивного, бурно и успешно развивающегося (политически, экономически, культурно) Запада, приводит к тенденциям, определяющим возможности перенятия основ, способов действия, образцов поведения, образа и способа деятельности в обыденной, будничной жизни, каждодневной практике, то есть изменения общественного бытия, что порождает определённое изменение содержания общественного сознания (то есть сознания в основном элиты общества), детерминирую определённые стереотипы, образцы мышления, осмысление ситуации, трансформируя, в свою очередь ценности и смысловое содержание идеалов, и, следовательно, и их внешнее выражение – форму. Эта смена идеалов происходила путём частичного, осмысленного примеривания на себя, на российскую действительность европейского эстетического идеала, однако, весь XX в. и в наши дни это происходит регулярно, принимается как данность, единственно возможный и должный эстетический идеал.

Таким образом, в результате «столкновений» двух качественно разных сознаний происходит доминирование одного над другим – что проявляется в приобретении, присвоении ценностей, идеалов, установок иной культурной общности. Подмечено, что с каждым годом в ряде стран эстетический идеал приближается к некоему международному стандарту, чему немало подтверждений.

Но красота – это ещё и дело вкуса. Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними, меняются вкусы: сегодня нравится одно, завтра – другое. Достаточно трудно найти эталон, который был бы актуален во все времена. Как нет абсолютной истины, так и нет абсолютной красоты. Мы можем только удивляться, глядя на красавиц былых времён.

В результате глобализации и интеграции в Мировое сообщество разных по своим культурным корням этносов, наций, народов, одни и те же идеалы, ценности, ориентиры становятся актуальными, наполненными смыслом в различных культурных общностях нашего Земного шара. Идеал красоты унифицируется, универсализируется, теряет свои национальные аутентичные черты, растворяется в общемировых эстетических стандартах. Сегодня в основном на большей части Евразии, Американского континента, севере и южной части Африканского континента, постепенно проникая в более устойчивые к подобным тенденциям, арабские страны и азиатский Восток, преобладает идеал женской красоты, который по результатам крупномасштабного исследования, проведённого с участием 70 тыс. представителей мужского пола, олицетворяет собой блондинку с длинными волосами, голубыми глазами, ростом около 172 см., с пышной грудью, стройной (42–й размер одежды), весом не более 60 кг. Однако, в последнее время появляются и иные стандарты, определяющие новый образец красоты и эстетический идеал.


Литература

  1. Философия: Энциклопедический словарь/ Под ред. А. А. Ивина. – М.: Гардарики, 2004. – 1072 с.

  2. Эстетическое сознание и процесс его формирования / Ин-т философии АН СССР. – М.: Искусство, 1981. - 255 с.

  3. Общественное сознание и его формы /Предисл. и общ. ред. В. И. Толстых. – М.: Политиздат, 1986. – 367 с.



^ ДЕМАРКАЦИЯ ЕСТЕСТВЕННОГО И ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

В КОНТЕКСТЕ ШАХМАТНОЙ ИГРЫ

М. Ю. Гутенев

Челябинская государственная академия культуры и искусств, Челябинск, Россия m.gutenev@mail.ru


Научить машину играть в шахматы – становится одной из главных задач исследователей искусственного интеллекта с 50-х годов XX века. Шахматы занимают большое место в трудах А. Тьюринга, К. Шеннона, Д. Маккарти и других исследователей в области искусственного интеллекта. Пионеры-кибернетики сравнивали шахматы с мухой-дрозофилой, ставшей идеальным инструментом для генетиков: «Муху легко прокормить, она дает простой генетический материал, быстро размножается. Точно так же и шахматы: в них простые и точные правила, которые легко формулируются, понятные цели и задачи. При этом игра достаточно сложна, требует высокого умственного напряжения»[4.С.364].

Особо большую популярность компьютерные шахматы стали приобретать с середины 80-х годов. В первую очередь это связано с появлением качественных шахматных программ и началом глобального распространения персональных компьютеров. В этот период шахматы фактически становятся «полигоном» для испытания сил естественного и искусственного интеллекта. Сильнейшими гроссмейстерами в этот период были А. Е. Карпов, Г. К. Каспаров и др. Именно им чаще всего приходилось сражаться с машинами за шахматной доской.

Поначалу человек успешно сопротивлялся искусственному интеллекту, но проигрыши многих шахматных гроссмейстеров машинам стали вносить панику в ряды шахматных мастеров: зачем нужен искусственный шахматный робот? Какая польза будет от этого? Компьютер не умеет творчески мыслить, не обладает способностью к рефлексии, а значит, не превзойдет человека. В 1989 г. в Нью-Йорке состоялся матч между двумя чемпионами мира – программой «Deep thought» (среди машин) и Г. К. Каспаровым (чемпионом среди людей), где человеческий интеллект одержал уверенную победу над программой[1.С.192-195].

Историческое событие в компьютерных шахматах произошло в мае 1997 г. В Нью-Йорке. Шахматная программа «Deep Blue», созданная специалистами из IBM, победила Г. К. Каспарова в показательном матче из шести партий со счетом 3,5:2,5. Интересен факт, что создатели программы «Deep Blue» отказали Г. К. Каспарову в реванше. Более того, после своей победы программа «Deep Blue» была разобрана и никогда больше не принимала участия ни в каких соревнованиях.

Современные компьютерные программы достигли большого успеха в шахматной игре. «В те­че­ние пя­ти­де­ся­ти лет шах­ма­ты рас­смат­ри­ва­лись как уни­каль­ная мо­дель для срав­ни­тель­но­го изу­че­ния че­ло­ве­чес­ко­го и ма­шин­но­го мыш­ле­ния, по­ли­гон для со­пер­ни­чес­т­ва ин­ту­иции с вы­чис­ли­тель­ной мощью»[5.С.288]. За период активных исследований в области искусственного интеллекта возникло множество философских вопросов. Например: возможно ли создать мыслящую машину, в то время, как мы и сами не понимаем, что есть процесс мышления? Как мы поймем, что машина разумна? Разумна ли шахматная программа? Если она играет разумно, значит ли это, что у нее есть сознание? Порой люди задавались совсем фантастическими вопросами, например: если ученые построят разумную машину, которая будет думать как человек и обладать сознанием, не опасно ли будет это для человечества и можно ли будет ее выключить?

Очевидно, что компьютерная шахматная машина думает отлично от человеческого интеллекта. Попробуем разобраться, в чем состоит разница. Человеческий интеллект, перебирая в уме варианты, руководствуется совсем иными соображениями, чем компьютерный интеллект. Американский философ Д. Хофштадтер отметил, человека от машины отличает разный уровень восприятия позиции. Человек в отличие от машины, полагает философ, способен думать на высшем уровне: «…в шахматных партиях повторяются некие типы ситуаций, некие определенные схемы и что именно эти схемы высшего уровня воспринимаются мастером. Он думает на ином уровне, чем новичок, и оперирует другим набором понятий. Почти все бывают удивлены, узнав, что во время партии мастер редко заглядывает вперед дальше, чем новичок – более того, мастер обычно рассматривает всего лишь горстку возможных ходов. Трюк заключается в том, что его восприятие доски подобно фильтру. Глядя на позицию, он буквально не видит плохих ходов, подобно тому, как любители не видят ходов, противоречащих правилам»[7.С.273]. По мнению Д. Хофштадтера, этот «трюк» обусловлен высшим уровнем организации восприятия мастера: «…мастера создали высшие уровни организации в их восприятии позиции; в результате, рассматривать плохие ходы для них так же маловероятно, как для большинства людей – рассматривать невозможные ходы. Это можно назвать явной обрезкой гигантского разветвленного дерева возможностей»[7.С.273]. Благодаря способности человеческого интеллекта к рефлексии высокого уровня, человек долгое время был непобедим для искусственного интеллекта.

Шахматные программы не имеют такого уровня восприятия позиции, не обладают способностями к рефлексии, все их «интеллектуальные» способности, по мнению Д. Хофштадтера основываются на грубой стратегии перебора вариантов: «Компьютерные шахматные программы, основанные на заглядывании далеко вперед, не научены думать на высшем уровне; стратегией таких машин была «грубая сила» просчета вариантов, в надежде таким образом сокрушить сопротивление»[7.С.273].

Таким образом, мы можем говорить, что особенностью высококвалифицированного шахматиста является его способность к рефлексии, проявляющаяся в формировании различных шахматных образов. Изучением таких образов занимался советский международный гроссмейстер, доктор психологических наук Н. В. Крогиус: «Благодаря знаниям и практическому опыту шахматист оценивает множество позиций, причем самых разнообразных, по сходству с ранее встречавшимися. Здесь ему приблизительно известно, что и как делать дальше. На основе этих позиций возникают более обобщенные образы. Но значительное количество позиций не может с достаточной полнотой быть оценено только по аналогии с ранее известными. Какие-то элементы оценок, взятых из прошлого опыта, здесь тоже имеются: характерное положение отдельной фигуры, знакомая угроза «вилки» и т. д., но это пока еще фрагменты будущей общей оценки»[6.С.18].

В процессе шахматной игры мастера умственная деятельность, основанная на рефлексии, играет ведущую роль. Шахматист в процессе своей активной игровой деятельности работает с более крупными смысловыми конфигурациями, не обращая внимания на конкретные операции и ходы. Рефлексивная оценка позиции у квалифицированного шахматиста базируется, с одной стороны, на знании типовых позиций на доске и соотнесении их с ранее изученными типовыми позициями, с другой стороны, на логических приемах анализа, синтеза, сравнения и т. д. Формированию стратегии шахматиста предшествует выявление признаков фигур, установление отношений между ними, а не перебор вариантов, как у компьютеров.

Перед живым шахматистом в процессе игры постоянно появляются различные проблемные ситуации, для того, чтобы справиться с ними, игроку необходимо использовать различные логические приемы, непосредственно связанные с функцией мышления. Следует отметить следующие уровни рефлексии шахматиста в процессе его профессиональной деятельности, выделенные М. А. Вершининым: «1) Анализ значимости мотивации игровой и спортивной деятельности; 2) Критический подход к выбору цели предстоящей деятельности; 3) Оценка прогнозируемых результатов; 4) Самооценка владения алгоритмами оценивания своей деятельности и отдельных ее компонентов»[2.С.93].

Победы компьютера над человеком, шахматные программы достигают не за счет высокоразвитого интеллекта, а за счет мощных процессоров и отточенных алгоритмов ведения игры. По сути, все современные шахматные программы играют по принципу перебора, разработанному еще К. Шенноном: «Для выбора хода в произвольном положении перебираются все варианты (ветви игры) на определенную глубину, и заключительным позициям (границам перебора) с помощью оценочной функции приписываются некоторые числа (оценки). Далее на их основе с помощью минимаксной процедуры (при возвращении «назад») оценивается исходная позиция и одновременно указывается наилучший ход в ней»[3.С.11-12].

Таким образом, шахматная программа одолела Г. К. Каспарова за счет грубой переборной силы, алгоритм которой был основан еще К. Шенноном. Не обладая интуицией, рефлексивным мышлением, стратегическим видением и врожденным пониманием игры, компьютеру удалось переиграть человека за счет того, что он в миллионы раз быстрее может произвести любой расчет. Можно сказать, что шахматный компьютер вел игру в шахматы, так же, как калькулятор выполняет счетные операции, но при этом понятия не имеет о математике. Однако соперничать с таким «калькулятором» человеку на сегодняшний день достаточно сложно. Так международный гроссмейстер Л. Г. Юдасин оценивает, что игра с компьютером подобна игре с 20 гроссмейстерами, думающими над ходом по дню, при этом все сжато до секунд[8.С.408].

После победы компьютерного интеллекта над чемпионом мира в шахматном мире началась паника. Многие шахматисты-профессионалы и любители были разочарованы этим фактом и полагали, что шахматы утратили былую привлекательность и их эпоха подходит к концу. Несмотря на стабильные победы компьютера над людьми, шахматная игра не потеряла своей ценности, любителей этой игры в мире с каждым днем становится все больше. Более того, мы полагаем, что благодаря исследованиям ученых в области искусственного интеллекта шахматная игра продвинулась далеко вперед в своем развития. Компьютерные шахматы могут приблизить человека к новой форме развития, задав новые ориентиры деятельности, мобилизовав человеческий интеллектуальный потенциал. Симбиоз машины и человека в будущем может стать хорошим способом развития интеллекта человека.


Литература

1. Ботвинник М. М. Шахматная игра – прошлое, настоящее, будущее / М. М. Ботвинник // Шахматы, наука, опыт, мастерство: практ. пособие / под. ред. Б. А. Злотника. – М.: Высш. шк., 1990.

2. Вершинин М. А. Теория проектирования системы формирования логического мышления шахматистов: дис. … доктора педагогических наук 13.00.04 / А. М. Вершинин ; Волгогр. гос. акад. физ. культуры. – Волгоград, 2005.

3. Гик Е. Я. Компьютер за шахматной доской / Е. Я. Гик. – М.: Просвещение, 1991.

4. Карпов А. Е. Всё о шахматах / А. Е. Карпов, Е. Я. Гик. – М.: ФАИР-ПРЕСС, 2000.

5. Каспаров Г. К. Шахматы как модель жизни / Г. К. Каспаров. М.: Эксмо, 2007.

6. Крогиус Н. В. О психологии шахматного творчества / Н. В. Крогиус. – М.: Физкультура и спорт. – 1969.

7. Хофштадтер Д. Г. Гёдель, Эшер, Бах: эта бесконечная гирлянда / Д. Хофштадтер. – Самара: БАХРАХ-М, 2001. ­

8. Юдасин Л. Г. Тысячелетний миф шахмат: историко-философское исследование / Л. Г. Юдасин. – М.: Северный паломник, 2004.


^ ОТКАЗ ОТ АБСОЛЮТНЫХ ЦЕЛЕЙ КАК ОСНОВАНИЕ

ПРАКТИКИ МЕНЕДЖМЕНТА

А. С. Железнов

Кафедра социальной философии, Центр классического образования,

^ Уральский федеральный университет, г. Екатеринбург, Россия, andrey.zheleznov@live.ru


Постсовременность так же как и любая современность или эпоха является явлением целостным. Она существует не только и не столько в виде теоретических положений, идей и требований к мышлению, но в виде реальных характеристик этого мышления. Принципы, которые формируют постсовременную установку в теории, находят свое полноценное воплощение и в практике. Или, другими словами, практически подходы, формирующие лицо современного мира, содержат в собственном основании те же принципы, которые озвучиваются в постсовременной теории.

Примером такой ситуации является практика менеджмента, которая основана во многом на отказе от нормативности, от ориентации на заранее установленную норму, цель или ценность. В самой практической логике менеджмента происходит отказ от абсолютных и универсальных целей и норм, а практика менеджмента подразумевает, что деятельность и бизнес первичны по отношению к целям и нормам, который воспринимаются исключительно в качестве способа лучше организовать собственную деятельность, управлять ей, замерять ее. Говоря об отношении к целям в менеджменте мы можем сделать несколько замечаний.

Во-первых, следует обратить внимание на тот факт, что постановка целей, качество самих целей подвергается обязательной оценке. Сам факт этой оценки качества, т.е. рассуждение о том, какая цель эффективнее другой стимулирует успешное развитие фирмы, тоже очень хорошо показывает нам отношение к целям. Телос, сакральную или природную цель существования нельзя оценивать как "эффективную или не очень", наоборот, текущая деятельность оценивается исходя из соответствия. Цель фирмы в бизнес практике оценивать можно и нужно, потому что эта цель только инструмент для стимулирования развитиячеткая постановка целей делает нашу деятельность гораздо более эффективной. Если важность цели основывает исходя из его полезности для наших действий, можно однозначно и с уверенностью говорить о том, что такая цель оценивается, прежде всего, "инструментально", она не является абсолютной нормой. Формулировка и принятие целей – это скорее важнейшая инфраструктурная задача, нежели вызов, формирующий саму необходимость наших действий.

Во-вторых, мы можем говорить о том, что, вопреки распространенному мнению, прибыль или прибыльность не могут являться целью менеджмента или даже бизнеса. Правильнее говорить о том, что прибыль представляет собой скорее очень точный способ измерения эффективности бизнеса и его возможностей. Здесь позволим себе цитировать Питер Друкера: "Прибыльность является не целью, а фактором ограничивающим бизнес-предприятия и бизнес-деятельность. Прибыль не есть логическое обоснование, причина существования; она не определяет характер бизнес-поведения и бизнес-решений; она является проверкой их обоснованности. Если бы вместо бизнесменов в директорских креслах сидели архангелы, им все равно пришлось бы заниматься вопросами прибыльности, даже если бы они лично совершенно не были заинтересованы в создании прибыли". И далее "Стимул к получению прибыли производная от него максимизация прибыли не имеют отношения к функционировании бизнеса, цели бизнеса и к управлению бизнесом" [Друкер Питер Ф. "Менеджмент. Задачи. Обязанности. Практика" - М., Вильямс, 2008 г. - с. 77-78]. Таким образом, мы видим, что прибыль представляет совсем не абсолютную цель бизнес, она является его условием и одним из универсальных способов измерения его эффективности. Цели по прибыли, таким образом, существуют в рамках той же логики, что и любые другие цели – они предназначены для того, чтобы точнее оценивать и эффективней управлять собственной деятельностью.

И, наконец, в третьих, следует обратить внимание на то, что в отсутствие абсолютно значимых целей, единственным значимым предметом заботы становится само существования фирмы, как некоторого сообщества. Очень характерен здесь анализ, осуществляемый Джимом Коллинзом в его работе "От хорошего к великому", где автор пытается раскрыть ключевые установки успешных компаний. Одной из таких установок является как раз иррациональная забота о самом существовании компании. Приведем пример того, как Коллинз описывает корпоративную культуру одной из великих компаний, фирмы Kroger, и приводит отрывок из интервью ее лидера. "Роберт Адерс из Kroger удачно подвел итог, когда в конце интервью описывал психологию команды Kroger в момент столкновения с серьезной проблемой перестройки всей системы, как которую они планировали потратить 20 лет: "Было что-то "черчилианское" в том, что мы делали. У нас было сильное желание жить, осознание того, что мы - это компания Kroger, и что компания Kroger была задолго до того, как мы пришли, и останется надолго после того, как мы уйдем, и поэтому мы будем бороться за это с Божьей помощью. На это может уйти сто лет, но мы будем, если понадобится, бороться и сто лет." [Коллинз, Д. "От хорошего к великому: Почему одни компании совершают прорыв, а другие нет" - М.: Манн, Иванов и Фербер, 2008. - стр.113]. Здесь мы можем увидеть, как устами одного из "эталонных" для исследования Коллинза лидеров четко проговаривается и "сильное желание жить", именно просто жить, без относительно таких целей как "стать лидером рынка" и т.п.. Работа команды осмысляется в экзистенциальной перспективе "компания Kroger была, есть и будет", и именно вечное существование, а не возможность достижения максимальной прибыльности, направляет команду. Успешная команда менеджеров в своих действиях руководствовалась совсем не конкретными коммерческими (или некоммерческими) целям, а только лишь установкой на то, что "родное" сообщество должно продолжить существовать, несмотря на все преграды.

Это достаточно пафосное утверждение вместе с тем окончательно снимает весь ореол значимости вокруг целей, ценностей и норм. Существование фирмы самой по себе не имеет никакого заранее или сверху установленного смысла, но при этом само ее существование и развитие может быть единственной заботой менеджмента. Все же конкретные цели, в т.ч. цели по прибыли, имеют собственным смыслом только оценку эффективности этого развития и повышение его управляемости.

Завершая наш беглый обзор положения целей в практике менеджмента, вместе с тем обратим внимание на то, что абсолютно аналогичное восприятие целей мы встречаем и в рамках практики "самоменеджмента", тайм-менеджмента, управления собственным развитием. Для личного развития цели и ценности также являются строго инструментальными, они помогают наилучшим образом самоорганизоваться, но важны сами по себе. Определить цели и ценности, которые будут достигаться в определенный период это бесспорно важно, но не наше развитие мы начинаем ради определенных целей, а цели ставим ради того, чтобы наше развитие не останавливалось. Суть и содержание наших целей и ценностей не принципиально, они могут быть любыми, главное, чтобы были.

Здесь мы процитирует отечественного гуру тайм-мнеджмента Глеба Архангельского: "Сделать обзор собственных жизненных целей бывает непросто. Во-первых, не всегда понятно, чего хочешь. Что ж, пишите примерно, оставьте прочерки, добавьте вопросительные знаки. В конце концов, вместо графика просто рисуйте картинки желаемого. … Это займет несколько минут, но даст вам более ясное представление о будущем, карту местности и маршрут движения. Карта никоим образом не сковывает свободу движения. Направление вы выбираете сами, карта лишь помогает двигаться" [Архангельский Глеб  "Тайм-драйв. Как успевать жить и работать" - М., Манн, Иванов и Фербер, 2008 г. - стр. 73]. Как, мы уже поняли в отрывке идет речь о "маршруте" вырисовываемом из целей и ценностей и это рассуждение очень хорошо выражает работу, проделываемую в течение всей книги. В книге автор предлагает читателю начать определять направление своего движения. Задается ли, направление этого движения? Нет – речи о расстановке приоритетов идти не может, максимум перечисляются наиболее общие ценностные "области": "семья", "карьера", "самореализация", но никаких выводов о том, что семья важнее карьеры вы не увидите – каждый решает сам. Помощь в получение навыка определения собственных ценностей оказывается только по одной причине – без осмысленны целей невозможно активное и динамичное развитие личности. Это все, конечно, говорит о важности целей, но есть здесь и обратная сторона: сами по себе конкретные цели оказываются не столь важны как их наличие. Карта (т.е. конкретно обозначенные цели и ценности) не сковывают нашего движения, мы вольны менять и саму карту и отдельные ориентиры, когда нам это потребуется, главное для чего карта существует – помочь нам двигаться. Эта логика, выраженная в одном описание целей, очень четко прослеживается во всей доктрине тайм-менеджмента: не важно куда именно, главное двигаться. Автор логично не пытается определить к чему должны стремится менеджеры, но он доказывает, что для того, чтобы достичь значимых результатов – они должны к чему-то стремиться. Т.о. цели и ценности даже в личной жизни оказываются инструментом чего-то более важного, чем они сами – движения к успеху как такового.

Итак, подведем итоги нашему рассуждению о понимании целей в менеджменте. Мы можем говорить о том, что в логике менеджмента нет места абсолютными или универсальным целям и ценностям, но цели и ценности относительны, они являются обязательным инструментом, поддерживающим наше развитие. Самоцелью же является продолжение и ускорение развития (развития бизнеса или собственной личности). В этом контексте, можно говорить о том, что практика менеджмента действительно обходится без опоры на фундаментальные внешние ценности, т.е. соответствует логике современного мышления.


Литература

  1. Архангельский Г.  Тайм-драйв. Как успевать жить и работать - М., Манн, Иванов и Фербер, 2008 г.

  2. Друкер П. Ф. Менеджмент. Задачи. Обязанности. Практика - М., Вильямс, 2008 г.

  3. Коллинз Д. От хорошего к великому: Почему одни компании совершают прорыв, а другие нет - М.: Манн, Иванов и Фербер, 2008.



^ ВОСКРЕШЕНИЕ ПРИЗРАКОВ: ИДЕОЛОГИЯ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА И ВОЗМОЖНОСТЬ ВОЗВРАЩЕНИЯ КОММУНИЗМА

В РАЗМЫШЛЕНИЯХ С. ЖИЖЕКА

Е. А. Зброжек

МГУ им. Ломоносова, г. Москва, Россия, czechhome.ru@mail.ru


Совсем недавно, в декабре прошлого года в России отметили двадцать лет с того момента распада Советского Союза, а в современной философии, в лице наиболее популярного ее представителя Славой Жижека в последнее время все чаще обсуждается тема глобального кризиса нашего времени и возможности возвращения к коммунизму. Казалось бы, двадцать лет назад коммунистическая идеология окончательно потерпела крах, Френсис Фукуяма провозгласил «конец истории», поскольку либеральная демократия всецело победила и вот-вот должно возникнуть либеральное мировое сообщество. Однако, как нас учит Гегель, история неизбежно повторяется. Не пора ли нам повторить и коммунизм?

Главным поводом, который сделал возможным подобные размышления, как не сложно догадаться, стал мировой финансовый кризис и продолжающиеся экономические проблемы в Еврозоне. Но так ли все плачевно на самом деле, как это хотелось бы видеть автору? Каковы же, по мнению Жижека, предпосылки, которые позволяют в современном обществе говорить о возможности воскрешения коммунизма?

Современная эпоха характеризуется «культурным капитализмом»: мы покупаем товары не из-за их полезности или статусности, мы покупаем опыт жизни. Мы покупаем продукт, потому что он представляет нам образ здоровой жизни, само потребление становится товаром. Такой капитализм, перешедший со стадии производства товаров к стадии производства образов жизни, еще ярче, чем прежде вскрывает свою идеологичность. Главный компонент капиталистической идеологии - это вера в чистую экономику, в рынок, вера в то, что рынок и капитал-это два саморазвивающихся компонента. Чтобы идеологически легитимировать капитализм он представляется в качестве естественного выражения человеческой природы. Само представление о капитализме, как о нейтральном социальном механизме и есть идеология. Однако чистой экономики и чистого рынка нет, поскольку, как показал Маркс, в центре экономики лежит политика, понятие классовой борьбы.

Прямым следствием веры в свободный рынок является вера в «теорию просачивания»: то есть в то, что на современном кризисном этапе общества благосостояния мы можем достичь только, не помогая бедным напрямую, а производя инвестиции в экономику в целом, прежде всего в банковскую систему. Такая позиция имеет в своей основе идею о том, что сама суть капитализма - это саморазвивающиеся и самовозрастающее обращение Капитала. Но, парадокс в том, что капитал существует только постольку, поскольку мы верим в него. Потеря доверия может привести к финансовому краху. Как всегда Жижек не обходится без ссылок на Лакана и сравнивает Капитал с Лакановским Реальным, той неуловимой структурой, которое определяет происходящее в нашей «реальности». «Мы наблюдаем масштабную картину экологических бедствий и нищеты. Но в отчете экономиста говорится, что экономическая ситуация «финансово здорова» - реальность не имеет никакого значения, важно лишь состояние Капитала» (с.118). Само обращение капитала, его неутомимое саморазвитие привело к тому, что финансовая система лопнула. Возможность и необходимость кризиса была моментом самого капиталистического развития, тенденция превращения законного бизнеса в финансовую пирамиду присуща самому бесконечному обращению Капитала.

Наконец, завершающей составляющей идеологии капитализма является представление о тесном слиянии капитализма и демократии (т.е. вера в то, что истинно демократическое общество возможно только при свободном рынке и свободном обращении капитала, и если мы отвергаем капитализм, то мы автоматически скатываемся к авторитарным и тоталитарным режимам). Однако, как замечает Жижек, если посмотреть на ход исторического развития, то становится очевидным, что это утверждение не более чем идеологема, и все так называемые демократические права и свободы не были следствием свободного капиталистического развития, а были завоеваны в XIX веке в результате трудной и упорной борьбы. Кроме того, можно взять для примера Китай, где бурное развитие капитализма вопреки ожиданиям никак не приводит к расцвету демократии, а, наоборот, успешно сосуществует с коммунистической партией и всесторонним государственным контролем.

Но значит ли все это, что капитализм изнутри тупиковая система и она с необходимостью должна быть отброшена? К сожалению, автор не отвечает внятно на этот вопрос. Вместо ответа он приводит сомнительное умозаключение: «Моя догадка состоит в следующем: если сегодня динамичный капитализм представляет собой постоянное разрушение установленного порядка, то тогда он открывает путь к революции, которая разорвет порочный круг переворотов и восстановления порядка» (с. 374). Однако абсолютно непонятно - из чего это следует? Поскольку Жижек признает, что кризисы являются внутренним компонентом капиталистической системы, остается до конца не ясно чем все-таки экономический кризис 2008 года отличается от всех предшествующих и почему он открывает путь к революции? Проблема в том, пишет сам автор, что революция может совершиться только на разрывах истории, когда система дает сбой или рушится, и революционеры должны терпеливо ждать и ловить этот момент (см. с 334). Наступил ли подобный момент сегодня? Это нам покажет будущее.


Литература

Жижек С. Размышления в красном цвете / С. Жижек.- М.: Издательство «Европа», 2011., 474[2] с.


^ ЗЛОБОДНЕВНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ ПРОБЛЕМАТИКА В ЗЕРКАЛЕ

ТЕОРИИ РИТУАЛА

Е. А. Лисина

Общество с ограниченной ответственностью «АНАЛИТИКА РОДИС» (издательство), Московская область, г. Ногинск, Россия, e-mail: lisina.elena.81@gmail.com


Человеческое общество, особенно современное, в работах исследователей XX века, начиная с Й. Хейзинги [6], нередко рас­сматривается как созданное и поддерживаемое в ходе игры – не столько процесса, сколько некоего философского принципа. По нашему мнению, более плодотворным было бы представить в виде социально-образующего феномена не игру (как нечто заве­домо несерьезное), но ритуал, имплицитно или явно пронизываю­щий все сферы социальной жизни, в том числе такие, где понятие игры зачастую неуместно (в частности, религия).

Прав ли исследователь в том, что «в современном обществе мифо-ритуальные практики как объективации мифологического сознания не имеют того значения, что в архаическом обществе, где посредством ритуалов регламентировалось поведение как ин­дивида, так и всего социума» [1, c. 17]? С другой стороны, встречается мнение о том, что «ритуал в современном обществе играет не ме­нее важную роль, чем в традиционных культурах» [7, c. 101].

По всей видимости, вопрос остается открытым до проясне­ния социальной роли ритуала в современности. Выявление соци­ального функционала ритуальности, как в локальных примерах (отдельные эпохи, цивилизации), так и в теории социума в целом, является одной из приоритетных задач общей теории ритуала.

Современная культура, в отличие от традиционной, может предстать для наблюдателя завороженным царством свободы, где члены социума не связаны ни рамками социальных страт, ни безоговорочными ценностями общественной морали, ни кален­дарным кругом ритуальных действий. Между тем для того, кто в эту пост-культуру погружен, явственны ее кризисы, неведомые культуре традиции.

Общество современности пронизано противостояниями и трудноразрешимыми конфликтами, касающимися практически всех сторон его существования: материальной, духовной, идеоло­гической, психологической, географической, политической и так далее. Причины этого метаконфликтного состояния заключены в переменах в формационном, информационном, цивилизационном статусе традиционных и вновь образуемых социальных групп.

Осмысление сущности ритуала в его бытийном, а затем уже социальном аспекте, позволит, по нашему мнению, глубже понять проблемы современного общества, а также, возможно, наметить пути их решения.

При этом ритуал мыслится нами не как «одна из форм симво­лического действия …, лишенная какого-либо утилитарного или самоценного значения» [4, c. 516], не как «священнодействие, основанное на наделении вещей особыми (символическими) свойствами» [5, c. 865], не даже как «определенное коллективное действие, имеющее симво­лическое значение, сакральный смысл которого понятен только членам социума» [3, С.9]. В ритуале, по нашему мнению, приоткрывает­ся ключ к глубинным слоям психики и мышления человека, пово­рачивается на петлях обрядов дверь в непознанное и измененное, проигрывается на струнах затверженных ролей сценарий всего, что было, что будет и чем дело кончится. Повторим справедли­вые заключения современных исследователей о том, что «ритуал представляет собой необходимое структурное звено общества» [2, С.4]; что «ритуал является одной из основ в фундаменте любой куль­туры, вне зависимости от уровня ее развития, так как относится к наиболее древним формам социального и культурного взаимо­действия людей между собой» [7, там же].

Отказ от традиционной культуры (как известно, повлекший за собой не только массовую эмансипацию народов и умов, но и освобождение из тайников психофизической структуры челове­ка почти поголовных неврозов и психозов) принес нам, казалось бы, и избавление от ритуальности как таковой. Однако мы видим, как – хотя бы и в неврозах навязчивых действий; в психотерапев­тических практиках; в политических действах – оживают и по­лучают свои законные многовековые роли как сущность, так и формы ритуала: «любое человеческое общество … практикует те или иные формы ритуального оформления и трансляции своих базисных ценностей» [2, там же]. А значит, ритуальность является не систе­мой застывших заповедей или действий, не обычаем или привыч­кой, или, по крайней мере, не только ею.


Литература

  1. Иванов А.Г. Мифо-ритуальные практики: культурный феномен, элемент традиционного и основа современного мифологического сознания // Из­вестия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. – 2009. – № 87. – С. 7-18.

  2. Нечипуренко В.Н. Ритуал: генезис социального бытия и формирование субъективно-сти: дисс. … докт. филос. н. – Ростов-на-Дону, 2002.- 329 с.

  3. Тирских М. Г., Черняк Л. Ю. Стереотипизация социального поведения: правовые и иные социальные регуляторы общественных отношений // Академический юридический журнал. – 2009. – № 37. – С. 9. – С. 4-11.

  4. Философский энциклопедический словарь – М.: Советская энциклопе­дия, 1989. – 840 с.

  5. Фурс В.Н. Ритуал // Социология: Энциклопедия. – Мн.: Книжный дом, 2003. – С. 865.

  6. Хейзинга Й. HOMO LUDENS (Человек играющий). – М.: Яуза, 2001. – 398 с.

  7. Шинкаренко В.Д. Смысловая структура социокультурного пространства. Игра, ритуал, магия. – М.: URSS, 2009. – 231 с.



Восточные триадологические модели

Д. Н. Шульц

Пермский государственный национальный исследовательский университет,

г. Пермь, Россия, shultz@prognoz.ru


В представленной статье анализируются восточные тринитарные модели и их взгляд на отношение между Логосом и Святым Духом.

Современные исследователи достигли определённого консенсуса и на сегодняшний день выделяют александрийскую (александрийско-латинскую, или западную) и антиохийскую (восточную) традиции. Более того, считается, что александрийская традиция тяготеет к философии Платона, а антиохийская – к философии Аристотеля.

Первую модель (александрийскую) можно охарактеризовать следующим образом:

  1. принципом единства выступают отношения (собственность) между божественными Личностями;

  2. для описания отношений используется триада «Отец – Слово – Святой Дух»;

  3. происхождение Ипостасей означает передачу божественной природы;

  4. в Боге присутствует определённый порядок (таксис): Дух Святой именно от Отца через Сына получает Божественную природу;

  5. посылание Ипостасей в мир тесно связано с Их происхождением внутри Троицы;

  6. эта предвечная связь между Сыном и Духом есть основание и Божественности Духа, и спасения твари.

Александрийская модель оказала заметное влияние на латинскую философию до св. Августина.

Распространено утверждение, что идею о связи Второй и Третьей Ипостасей христианство вынесло из античной философии. Действительно, в трудах Плотина (204–270 гг.) появляется мысль, что Единое порождает Ум, а из Ума происходит Мировая душа. Позднее Ямвлих (245–325 гг.) выделяет троичную структуру божества: «старейшего бога», или Единое, мыслящий Ум и Душу. Третья Ипостась, Душа, происходит от Ума и участвует как помощница в творчестве Демиурга. Именно в таком порядке через Ум и Мировую душу Единое оказывает воздействие на мир.

Тем не менее идея о происхождении Души из Логоса имеется у христианского современника Плотина – Оригена (185–254 гг.). Известно, что и Ориген, и Плотин являются учениками (в период 231–242 гг.) языческого философа Аммония Саккаса. Но в трудах античных философов до Плотина нет аналогичных суждений. Более того, ещё ранее Оригена св. Климент Александрийский (150–215 гг.) утверждает связь между Сыном и Святым Духом. Кроме того, Аммоний и другие греческие философы (Нумений, Кроний) были знакомы с Библией и с творчеством иудейского философа Филона Александрийского.

И наконец, к концу II века триада «от Отца через Сына в Святом Духе» распространена в христианстве повсеместно. Она встречается у Тертуллиана (отрицательного относившегося к языческой философии и более близкого идеям стоицизма, чем платонизма), св. Иринея. Всё это позволяет нам поставить под сомнение тезис о влиянии греческой философии на идею о взаимосвязи Второй и Третьей Ипостасей.

В антиохийской модели отношения между Ипостасями описываются иной схемой (Сын и Дух происходят от Одного лишь Отца) и больше соответствуют современному пониманию принципа монархии Отца. Такая модель встречается у Татиана и Феофила, у Иринея Лионского (Сын и Дух – две руки Бога), у Григория Назианского (два луча). Данная «треугольная» модель не предполагает, по крайней мере, причинной связи между Второй и Третьей Ипостасями. Своё законченное выражение антиохийская модель находит в трудах каппадокийцев.

В целом, суммируя основные черты антиохийской модели, можно выделить следующие ключевые элементы:

  1. Монархия Отца. Отец есть Единственное Начало и Причина Божества и Ипостасей Сына и Святого Духа. Производить Ипостаси – отличительное, личное свойство Отца.

  2. Различие Ипостасей. Божественные Ипостаси абсолютно (но в пределах ортодоксального учения) различны, Их свойства не сообщимы, этими свойствами (идиомами) Они и различаются между Собой. Различие же свойств Второй и Третьей Ипостасей берёт начало в рождении и в исхождении от Отца. Лишь это может защитить от савеллианства.

  3. Связь между Сыном и Духом есть только после Воплощения, в единой Ипостаси Христа, через Которого Дух подаётся в мир.

  4. Различие вечного (внутритроичного) исхождения и икономического (от Бога в мир) посылания Святого Духа.

  5. Апофатизм как методологический принцип.

Помимо антиохийской и александрийской моделей, считаем возможным выделить ещё две, более поздние тринитарные модели Востока: динамическую и энергийную.

Динамическая модель, на наш взгляд, представляет собой определённый синтез александрийской и антиохийской моделей. У таких мыслителей, как Григорий Нисский, Максим Исповедник, Иоанн Дамаскин и Николай Влеммид, совмещается несколько ключевых идей:

  1. акцент на монархии Отца;

  2. номиналистические тенденции при описании Ипостасей и сущности;

  3. учение о порядке (таксисе) в Троице «Отец – Сын – Святой Дух»;

  4. существование внутритроичного (не причинного) отношения между Сыном и Духом;

  5. тенденция к пониманию Ипостасей как движения, энергии (ad intra).

Теперь перейдём к рассмотрению следующей, энергийной модели. Учение Григория Паламы предполагает различие божественной сущности и её вечных нетварных энергий. Первая является недоступной для твари в отличие от энергий.

Можно выделить несколько черт, позволяющих, на наш взгляд, различать энергийную и динамическую модели. Первая характеризуется следующим:

  • ставится сильный акцент на непознаваемости божественной сущности, на различии внутритроичных отношений и нетварных энергий и невыводимости первых из вторых;

  • отсутствует какой-либо внутритроичный порядок (таксис), и даже монархия Отца называется условной;

  • триада «Отец – Сын – Святой Дух» относится лишь к энергиям ad extra и также условна.



Секция 9. Культурология


^ ГЛОБАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В СОЗНАНИИ, ЕГО ВИРТУАЛИЗАЦИЯ

Ю. С. Ветюгова

Нижневартовский государственный гуманитарный университет, г.Нижневартовск,

Россия, usia.V@mail.ru


Современное общество осуществляет радикальный цивилизационный поворот, предполагающий ориентацию на идеал глобальной цивилизации как единого планетарного комплекса, оформляющегося на основе этнокультурного разнообразия и организационного полицентризма.

Основные причины формирования нового мышления, по мнению В.Полиектова - «новые «эпистемологические метафоры», которые структурируют и контролируют способы нашего мышления и поведения...с конца прошлого века и до настоящего времени такой метафорой стал экран»[1].

Большое влияние на современное сознание оказало создание интерактивной страницы, то есть страницы, которая отсылает к множеству других страниц, те, в свою очередь к другим страницам и так далее. Все здесь зависит только от конечности данной системы. В конечном итоге это приводит к построению своеобразной картины мира, а «картина мира каждой эпохи строится из конечного числа моделей, приводящих имеющиеся факты в удобную систему объяснений»[2].

Принципиальная разница между этой картиной мира и предыдущими картинами заключается в том, что сегодня неизмеримо больше коммуникаций. Тиражирование интеллектуального продукта, передача сведений о нем посредством печатных изданий, телеграфа, радио, телевидения, лекций и семинаров в рамках системы всеобщего образования, а теперь еще и сети Интернет — вот что коренным образом отличает современное общество как информационное. И за словом «информация» кроется именно коммуникация. Более информированный человек — это тот, кто участвует в большем числе коммуникаций. При этом он создает выгодный для себя образ.

Вообще все в данной системе построено на образах и именно их сила «правит» современным человеческим мышлением, которое невозможно никак свести к единому центру: «в обществе, где в деятельности людей, в их отношениях друг с другом образы важнее реальных поступков и вещей, развитие так называемых «информационных технологий» и не могло пойти в направлении создания систем централизованного управления и программирования социальных процессов, накопления и обработки данных с целью исчерпывающего знания характеристик и будущего поведения объекта»[2].

Стоит затронуть и некоторые аспекты виртуальной реальности, такие как перенос социального взаимодействия в глобальную сеть. При таком переносе происходит симуляция многих институциональных форм, использование социальных ролей, то есть создается виртуальный аналог реального социального взаимодействия. Взаимодействие есть, но ему не достает привычной социальности, общества как среды взаимодействия. Общество, в традиционном его понимании и замещается виртуальным «киберпротезом»[2].

Виртуальная реальность образуется «средствами» экранной культуры. В свою У. Эко в своих лекциях в МГУ выделяет следующие особенности существования виртуальной реальности (как текста и изображения):

1. наша цивилизация «image-oriented», то есть ориентирована на зрительный образ, это ведет к упадку грамотности;

2. «если телеэкран - это окно в мир, явленный в образах, то дисплей - это идеальная книга, где мир выражен в словах и разделен на страницы»[3];

3. виртуальная реальность – это гипертекст, то есть мгновенная сеть, в которой любая точка увязана с любой точкой где угодно;

4. гипертекст убивает книгу, но книга не умрет: «мы, скорее всего, движемся к обществу с более значительным уровнем свободы, и в нем свободное творчество будет сосуществовать с интерпретацией текста. Но не надо говорить, что мы заменили одно другим. Пусть будет и то, и другое»[3].

В таких условиях культура, по мнению У. Эко, должна использовать все возможные средства массовой информации, что поможет улучшить как визуальную, так и вербальную коммуникации. Но визуальная коммуникация должна существовать с вербальной (в основном с письменной), так как в ней заложены огромные достижения человечества, которые при ином подходе можно растерять.

Интернет сегодня – это глобальна паутина, которая устроена определенным образом, такая система все больше вторгается в повседневную жизнь изменяя ее качество. Вот несколько тенденций, связанных с этим масштабным процессом:

Во-первых: основная задача и основной доход «сети» - это реклама. Такая реклама пользуется наибольшим спросом и не является такой затратной для компаний, то есть, чтобы сайт работал и хоть как-то окупался, он должен рекламировать.

Во-вторых: каждый может самостоятельно производить контент, манипулируя и управляя связями между своими и чужими материалами в сети. Большинство цифровой информации здесь создано обывателями. Это и стало основой популярности данного проекта, хотя если сформулировать общее правило пользователя, то оно будет звучать так: «1% генерирует контент, 10% активно с ним взаимодействуют, все остальные просто пользуются»[4]. Сегодня система, если вы ответите на несколько ее вопросов или всего лишь зайдете на несколько страниц, обобщит данные о вас и выдаст рекомендации о области музыки, литературы и других интересов на основе проведения аналогии с другими пользователями. Таким образом, пользователь для системы – это сумма тех страниц, которые он посещал. Она ищет двойников и выстраивает между ними связи: «впрочем, трудно поспорить с тем, что больше всех о любом из нас знает поисковая машина. Ее сервер хранит информацию о миллиардах поисковых запросов и, более того, о переходах на те или иные сайты с поисковой страницы»[4]. Если раньше человек оставался в каком-то смысле наедине с самим собой, то сегодня в создании людей все чаще проскальзывает мысль о том, что «я не один такой один», если кто-то этим когда-то интересовался, если кто-то это создал однажды и этих людей много, почему я не могу сделать того же.

В-третьих: обмена файлами. По сути, если ты не являешься автором какой-либо «воплощенной» идеи и распространяешь ее без согласия автора, то это прямое нарушение закона об авторском праве. Но большинство пользователей уже не задумываются над этим. Существование системы «файлообмена» - это огромное преимущество сети Интернет. При этом возникает ощущение, что можно найти «все обо всем», расширяются границы простого пользователя, но при этом исследования в этой области подтверждают – большинство людей не используют всех возможностей сети, они лишь пользуются несколькими наиболее известными им источниками и программами. Отсюда следует, что если машина может быть многонаправленной, то человеку даже в большой сети Интернет необходимо, лишь некоторая информация об интересующем его объекте.

В-четвертых: сеть - это и есть компьютер. Современный пользователь чувствует себя свободным в выборе программ и провайдера. Монополии на этом рынке перестают существовать. Большинство компаний, создающих приложения настроены на «онлайновый стиль жизни», то есть пользователь никогда не выходит из сети и это ему ничего не стоит, так как все услуги окупает реклама, по такому принципу работает сегодня Google и другие корпорации. «Онлайновый стиль жизни» ведет к прямой зависимости от наличия сети, она становится органичной частью жизни.

В-пятых: Интернет-вторая жизнь. Сегодня в Интернете уже существуют виртуальные города и цивилизации, которые тесным образом связаны с реальностью. В таких городах можно сделать покупки с доставкой на дом, заказать машину, управлять через электронный банк своими финансами совместно с другими пользователями создать свой проект и показать его потенциальным спонсорам и заказчикам, в общем, жить жизнью отдаленно напоминающую реальную. Таким образом, Интернет сводит жизнь к ряду действий, которые человек выполняет в реальности и не к чему большему, происходит своеобразное уравнивание, выражающееся в формуле: «я то, что я делаю».

Михаил Эпштеин в своей статье «Информационный взрыв и травма постмодерна» поднимает проблему о количестве и качестве информации в современном мире, о том, как это влияет на современное мышление: «обнаруживается новая растущая диспропорция в развитии человечества - уже не демографическая, а информационная. Диспропорция между человечеством как совокупным производителем информации - и отдельным человеком как ее потребителем и пользователем»[5]. Основной проблемой сегодня является: отставание человека от человечества. На новые поколения наваливается такое количество информации, созданное предыдущими поколениями, с которым оно просто не может справиться. Отсюда появляются такие формы противоборства как отчуждение и исчезновение реальности, ее забвение - основная черта постмодернизма: «реальность не просто отчуждается, овеществляется или обессмысливается - она исчезает, а вместе с ней исчезает и общий субстрат человеческого опыта, заменяясь множеством знаково-произвольных и относительных картин мира»[5]. И отчуждение реальности от человека, и, далее, исчезновение самой реальности - ступени одного поступательного процесса, в котором сумма всей информации, выработанной человечеством, делается все менее доступна отдельному индивиду.

Уход от реальности выразился в постмодернистской открытости индивида, который воспринимает все как знаковую поверхность, при этом не пытается проникнуть в суть вещей, поэтому категория реальности отбрасывается, как и всякая попытка проникнуть в глубину: «Все воспринимается как цитата, как условность, за которой нельзя отыскать никаких истоков, начал, происхождения»[5].

Глобальные изменения в сознании – это изменения в мышлении, в котором на сегодняшний день господствует плюрализм взглядов, свобода действий, огромное количество информации, свобода в выборе источников этой информации. Современную эпоху принято называть эпохой «информатизации», «компьютеризации» и эпохой «экранной культуры», это общество «нелинейного развития». Данные определения, так или иначе, связаны с научно-техническим прогрессом человечества, с глобальной системой накопления и передачи информации. Современное мышление ориентировано, скорее, на восприятие образа, чем на восприятие текстовой информации. Оно выработало свои собственные критерии времени, у него есть своя собственная логика и причинность.


Литература

  1. Цит. по: Негодаев И.А. Информатизация культуры/И.А. Негодаев.- Ростов-на-Дону: Донской государственный технический университет, 2002.

  2. Иванов Д.В. Информационное общество: фантом постиндустриальной эры/Д.В. Иванов//Виртуализация общества.- СПб.: «Петербургское Востоковедение», 2000.

  3. Эко У. От интернета к Гуттенбергу: текст и гипертекст /У. Эко// Интернет.-1998.- №6.

  4. Скрипников С. Жадная паутина [Электрон. ресурс] /С. Скрипников//Эксперт.-2007.-№19.-Электрон.дан.-http://www.expert.ru/printissues/expert/2007/19/zhadnaya_pautina.-13.04.2010.

  5. Эпштеин, М. Информационный взрыв и травма постмодерна [Электрон.ресурс]/М.Эпштеин.-Электрон.дан.-http://philosophy.ru/library/epstein/epsht.html.-15.02.2010.



Секция 10. Экология


^ ВЛИЯНИЕ ПОСЛЕДЕЙСТВИЯ УДОБРЕНИЙ

НА АГРОБИОЛОГИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ КЛЕВЕРА ЛУГОВОГО 2 Г.П.

Н. М. Мудрых

ФГБОУ ВПО Пермская ГСХА, Пермь, Россия, nata02081980@mail.ru


Почвы Пермского края формировались под влиянием избыточного увлажнения, что в свою очередь, объясняет недостаток азотного питания в агроэкосистемах. Минеральные азотные удобрения и органические удобрения являются основными источниками азота для сельскохозяйственных культур. Однако применение минеральных азотных удобрений приводит к экономическим и экологическим проблемам. Проблемы связаны в основном с быстрым ростом энергетических затрат на производство, транспортировку, хранение и внесение, в то время как урожайность культур не увеличивается им пропорционально. Например, для увеличения урожайности с 20 ц/га до 40 ц/га требуется увеличение суммы энергозатрат в 10 раз, причём на долю азотных удобрений приходится около 45 % от общих затрат. Экологическая проблема высоких доз азотных удобрений связана с не способностью растений единовременно усваивать большое количество азота и запасания его впрок, что приводит к нерациональному использованию внесённых удобрений [1].

Решением этой проблемы может быть выращивание многолетних бобовых культур, как источников экологически безопасного азота. Введение в севообороты многолетних бобовых трав, обеспечивает не только ценный высокопитательный корм, но играет большую роль в повышении плодородия почв, обогащая почву биологическим азотом. Одним из представителей многолетних бобовых является клевер. Так, гектар клевера, удобренного фосфорными и калийными удобрениями, может накапливать до 120-150 кг биологического азота, что заменяет внесение 3,5-4,5 ц аммонийной селитры и позволяет получать высокие урожаи последующих культур.

В Пермском крае под посевами клевера ежегодно находится свыше 400 тыс. га (или 20 % пашни), но, к сожалению, в последние годы урожаи сена клевера не превышают 20-25 ц/га, а в засушливый период – 15 ц/га, в то время как кормовое и агротехническое значение клевера велико при урожаях 40-50 ц/га. Для обеспечения клевера достаточным количеством питательных веществ необходимо под покровную или предшествующую ей культуру вносить органические, известковые и минеральные удобрения.

Учитывая всё выше изложенное, совместно с сотрудниками Пермского НИИСХ были проведены исследования с клевером, целью которых явилось выявление эффективности последействия удобрений на клевере луговом 2 г.п.

Исследования проводили в длительном полевом опыте на центральном опытном поле Пермского НИИСХ. Закладка опыта проведена по общепринятой методике [2]. Схема опыта предусматривает сравнительную оценку последействия органических, минеральных удобрений и их сочетания: 1. Без удобрений; 2. Навоз 10 т/га; 3. NPK экв. 10 т/га навоза; 4. Навоз 10 т/га + NPK экв. 10 т/га навоза. Повторность вариантов в опыте 4-х кратная. Расположение делянок систематическое. Размер делянки посевной – 71,5 м2, учётной – 46,4 м2. Из органических удобрений использовали навоз подстилочный. Половину навоза (40 т) внесли осенью в чистом пару после уборки овса. В целом насыщенность восьмипольного полевого севооборота органическими удобрениями 10 т/га. Минеральные удобрения вносили в эквивалентном навозу количестве. Полученную дозу делили на культуры требующие внесения минеральных удобрений – озимая рожь, пшеница, ячмень, картофель и овёс. Так, под предпосевную культивацию яровой пшеницы, являющуюся покровной культурой для клевера, внесли N в дозе 46,4 кг д.в./га, P2О5 – 42,7, К2О – 60 кг д.в./га. Из азотных удобрений использовали мочевину; фосфорных – суперфосфат двойной; калийных – хлористый калий. В опыте высевали клевер луговой популяции Пермский местный. Учёт урожайности был проведён в фазу бутонизации-начала цветения косвенным методом. Почва – дерново-мелкоподзолистая тяжелосуглинистая, характеризующаяся слабокислой реакцией среды (рН 5,5), средним содержанием гумуса (2,2 %), высоким содержанием подвижного фосфора (111,2 мг/кг почвы) и повышенным калия (156,0 мг/кг почвы).

По данным Ф.И. Метельского [4], на подзолистой тяжелосуглинистой почве навоз в дозе 36 т/га, внесённый в пару под рожь, дал урожаи клевера 2 г.п. в среднем за четыре года 48,92 ц/га, в то время как в варианте без удобрений всего 34,01 ц/га.

При учёте урожайности клевера, зелёная масса на вариантах опыта имела различную влажность, поэтому для сравнения была приведена к стандартной для сена влажности 16 %. Полученные данные представлены в таблице.


Таблица. Урожайность сена клевера лугового 2 г.п.


Вариант

Урожайность, ц/га

Отклонение от контроля

т/га

%

Без удобрений

34,1

-

-

Навоз 10 т/га

39,1

5,0

15,0

NPK экв. 10 т/га навоза

40,3

6,2

18,0

Навоз 10 т/га + NPK экв. 10 т/га навоза

41,3

7,2

21,0

НСР05

5,2









Все изучаемые системы удобрений способствуют увеличению урожайности клевера по сравнению с контролем. Последействие навоза оказало некоторое положительное влияние на клевер. Получена прибавка урожайности сена (5,0 ц/га), но она оказалась математически не достоверной. Это возможно связано с тем, что основное действие навоза продолжается в течение 3 лет после внесения, а клевер в нашем опыте высевался 4 культурой.

Достоверные прибавки урожайности сена клевера получены на вариантах где изучали последействие одних минеральных удобрений и совместного применения их с органическими. В варианте NPK экв. 10 т/га навоза, происходит увеличение урожайности клевера по сравнению с контролем на 18 %, в то время как последействие совместного использования органических и минеральных удобрений обеспечило максимальную прибавку урожайности– 7,2 ц/га. Что подтверждает данные Л.А. Михайловой [5] и В.Д. Ефремова [3], которые показали, что более высокие урожаи получаются при совместном внесении органических и минеральных удобрений, так как создаются наиболее благоприятные условия для роста и развития растений.

Поступление органического вещества, общего и симбиотического азота в почву рассчитывали по формулам, предложенным Е.П. Трепачёвым с соавторами [6, 7] и, используя справочные данные, предложенные А.А. Завалиным и другими [1]. Расчёты показали, что количество органического вещества, которое может быть оставлено после клевера 2 г.п., в почве составит от 46,1 ц/га (на контрольном варианте) до 55,8 ц/га (совместное применение навоза и NPK), обогащение почвы азотом – 134,6-163,0 кг/га азота, в том числе симбиотического – 87,5-105,9 кг/га.

Исследованиями учёных установлено, что азот растительных остатков клевера используется последующей культурой на 22-29 %. Принимая коэффициент использования последующей культурой равным 27 % (или 0,27), находим, что растениями может быть усвоено 36,3-44,0 кг/га общего азота, в том числе 23,6-28,6 кг/га биологического.

Таким образом, на основании проведённых исследований, можно сделать вывод, что последействие как органических, так и минеральных удобрений повысило продуктивность клевера по сравнению с контролем. Наиболее эффективным приемом в повышении продуктивности клевера является совместное внесение органических и минеральных удобрений. Их последействие обеспечивает максимальную урожайность 41,3 ц/га, что способствует довольно высокому обогащению почвы биологическим азотом 163,0 кг/га по сравнению с другими изучаемыми вариантами. Культурами, идущими за клевером, может быть использовано от 36-44 кг азота/га, в том числе биологического 24-29 кг/га.


Литература

  1. Вклад биологического азота бобовых культур в азотный баланс земледелия России / А. А. Завалин, Г. Г. Благовещенская, А. П. Кожемяков. – М.: Россельхозакадемия, 2007.

  2. Доспехов Б. А. Методика полевого опыта. – М.: Агропромиздат, 1985.

  3. Ефремов В. Д. Органические удобрения как фактор экологизации земледелия / В. Д. Ефремов, Н. А. Курмышева // Химия в сельском хозяйстве. – 1994. – № 1.

  4. Метельский Ф.И. Агротехника клевера в Предуралье. – Молотов: Огиз, 1947.

  5. Михайлова Л.А Влияние удобрений на урожайность клевера и фосфорный режим дерново-подзолистых почв / Л.А. Михайлова, Л.В. Дербенева, В.В. Мельникова // Эффективность использования органических и минеральных удобрений в Предуралье: Межвузовский сборник науч. тр. – Пермь: ПСХИ, 1991.

  6. Трепачёв Е.П. Симбиотический азот и органическое вещество бобовых в земледелии Нечерноземной зоны РСФСР: вклад в плодородие почвы и урожайность озимой пшеницы / Е.П. Трепачёв, М.С. Ягодина // Сельскохозяйственная биология. – 1991. – № 1. – С. 18-33.

  7. Трепачев Е.П., Органическое вещество и азот бобовых в земледелии Центрально-Черноземного района: вклад в плодородие почвы и потребность в азотном удобрении последующих культур / Е.П. Трепачев, М.С. Ягодина, Б.Ф. Азаров // Сельскохозяйственная биология. – 1991. – № 5.



^ ФОРМИРОВАНИЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ ДОШКОЛЬНИКОВ

М. А. Ниязова

КОУ ДОД "Тарская станция юных натуралистов", г. Тара, Россия

madina-60@mail.ru


Эту истину знаю отроду

И её никогда не таю

Кто не любит родную природу

Тот не любит Отчизну свою.

М. Пришвин.

Жизненный путь человека с самого первого шага немыслим вне мира живого. Однако проблема взаимоотношений ребенка с природой еще полностью не исследована. Вот почему изучение экологического сознания и установление закономерностей его формирования уже в дошкольные годы так важны для воспитания развивающейся личности.

Тарская станция юных натуралистов как центр непрерывного экологического образования района сотрудничает с дошкольными учреждениями города Тары. На базе Детского сада «Нефтяник» реализуется образовательная программа детского объединения «Юный натуралист», которая направлена на формирование целостного взгляда на природу и место человека в ней, экологической грамотности и безопасного поведения человека. Педагогический процесс в объединении построен на идеях гуманизации, экологической воспитанности, научности и системности, учитывается и региональный компонент. Все эти составляющие включены в образовательные стандарты второго поколения.

Взаимодействие педагога и детей строится с учетом дифференцированного подхода и включает разные формы: различные виды наблюдений, игры, труд в уголке природы и на участке, кукольный театр. Широко используется рисование на экологические темы, а также экологические праздники и досуги. С большим желанием ребята работают с природным материалом, создавая своими руками животных и птиц, собирая гербарий.

Интересными и запоминающимися мероприятиями стали для ребят «Ярмарка детских поделок», «Операция забота», «Планета детства».

Образовательная программа предоставляет дошкольникам возможность совершать экскурсии, исследования, рейды, соревнования и т.д.

На экскурсиях дети могут увидеть, потрогать растения и животных. Так происходит их тесный контакт с живой природой, что на много интереснее изучения окружающего мира по картинкам. Общение с природой - не столько интеллектуальная, сколько этическая форма взаимодействия детей с природой, приносящая радость, развивающая гуманные чувства и правильное отношение к природе, ко всему живому.

В экологическом образовании дошкольников важная роль отводится практической, исследовательской деятельности. Именно этому в новых образовательных стандартах планируется усиление внимания. Проведение опытов, организация экспериментирования - один из эффективных путей воспитания экологической культуры дошкольников. Опыты помогают развивать мышление, логику, творчество ребенка, наглядно показать связи между живыми и неживыми в природе. Чем раньше ребенок познает природу, научится беречь ее, чувствовать взаимосвязь человека с природой, тем богаче, добрее он вырастет. На занятиях мы проводим такие опыты: «Пламя загрязняет воздух», «Растения пьют воду», «Песок пропускает воду» и т.д.

Таким образом, проведение простейших опытов способствуют осуществлять формирование ребенка нового типа с новым экологическим мышлением, способного осознавать последствия своих действий по отношению к окружающей среде и умеющего жить в относительной гармонии с природой.

Ежегодно воспитанники Тарской станции юных натуралистов становятся призерами и лауреатами конкурсов, фестивалей и смотров различного уровня: станционного, муниципального и регионального. Сотрудничество станции с дошкольными учреждениями города является первой ступенью непрерывного экологического образования, что позволит качественно подготовить на ранней ступени образования будущих конкурсантов. Поэтому при реализации образовательной программы «Юный натуралист», педагог выявляет талантливых воспитанников, к которым он находит индивидуальный подход, развивая их творческие способности и навыки. В дальнейшем выпускники детского сада «Нефтяник» посещают наше учреждение.

Экологическое образование дошкольников можно рассматривать как процесс непрерывного воспитания родителей, направленный на формирование экологической культуры всех членов семьи. От того, каков будет опыт общения ребенка с родителями в системе отношений «родители – дети – природа» во многом зависит от педагогов. Ведь у родителей и у педагогов одна цель – воспитывать будущих созидателей жизни. Каков человек – таков мир, который он создает вокруг себя. Хочется верить, что наши дети, когда вырастут, будут любить и оберегать все живое. На территории детского сада «Нефтяник» имеется экологическая тропа, уголок леса, рябиновая аллея, птичий столб, метеоплощадка, фитоогород. При создании этих уголков оказывали посильную помощь родители. Кроме того, эти природные объекты играют огромную роль при реализации программы.

Содержание программы не разделено по возрастам. Это позволяет использовать ее в средней и старшей группе детского сада (от 4 до 7 лет), ориентируясь на возрастные показатели и стартовые возможности детей: особенности их познавательного развития, интересов, эмоционального восприятия окружающего. Подобное построение программы также поможет педагогу реализовать и собственные интересы в познании природы и открытии мира дошкольника. Педагог свободен в выборе природных объектов, определении конкретных направлений работы с детьми. Так, при реализации программы особое внимание уделено накоплению у детей эмоционально положительного отношения к растениям и животным, развитию у дошкольников познавательного интереса к природе. Такой подход позволяет осуществлять вариативное и разнообразное образование, что является концептуальной основой инновационного характера нового стандарта.

Таким образом, молодое поколение должно учиться любви к природе, начиная с раннего возраста, через прямое общение с ней, восприятия красоты и многообразия, учиться сопереживать ее бедам и, наконец, учиться ее сохранению через практическую деятельность. Такое взаимодействие убеждает в том, что это одно из эффективных средств осуществления непрерывного экологического образования детей, их подготовки к «новой» школе.

Создание государственной системы непрерывного экологического воспитания детей дошкольного возраста невозможно без вовлечения в этот процесс учреждений дополнительного образования, являющихся сегодня практически проявлением вариативного образования. Только целенаправленная и согласованная деятельность сотрудников детского сада и педагогов дополнительного образования позволит формирование у ребенка экологической культуры.


^ ФОРМИРОВАНИЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ

КАК ОДНА ИЗ ГЛАВНЫХ ЗАДАЧ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА

Н. Н. Субач

КОУ ДОД «Тарская СЮН», г. Тара Омской области, Россия

e-mail: nina.subach@mail.ru


В современном обществе самым актуальным и обсуждаемым является вопрос об экологическом кризисе, напряжённых отношениях между человеком и природой, поэтому с каждым днём увеличивается потребность воспитания экологически образованной, гуманной личности.

В «Концепции устойчивого развития России» особо подчеркивается необходимость формирования экологического мировоззрения граждан России, в первую очередь, детей.

Любовь к природе, сознательное и бережное отношение к ней должно воспитываться с раннего детства не только в зоне ближайшего развития ребёнка – семье, но и в специальных образовательных учреждениях, так как формирование экологической культуры у детей требует включения определённых методов и форм работы, создание условий, необходимых для общения их с природными объектами. К таким учреждениям относятся, в первую очередь, дошкольные (сады), основные (школы, гимназии, лицеи) и дополнительные (станции, клубы, центры).

В школах нашего города и Тарского района основы экологических знаний представлены в курсе "Природоведение", в старших классах элементы экологических знаний ученики получают в курсе «Общей биологии». В среднем школьном звене преобладающими являются курсы "Ботаники" и "Зоологии", которые, в основном, по­священы знакомству школьников с животным и растительным миром, что явно недостаточно, для полноценного экологического образования. А знания о флоре и фауне не только своей страны, но и родного края, а тем более о видах, которые следует охранять и бережно к ним относиться, зачастую практически отсутствуют.

Если в сельских школах, таких в нашем районе большинство, дети на учебно-опытных участках получают практическую направленность изучения естественнонаучных дисциплин, совершенствуют исследовательскую и опытническую работу, привлекаются к общественно-полезному труду, то в школах города это становится уже редкостью. Немало важным фактором включения школьников в такой вид деятельности является и их физическое состояние, уровень которого с каждым годом становится ниже.

Таким образом, в современной школе изучается экологический материал в незначительном количестве часов и без адаптации к местным условиям. К тому же, мало ребёнку знать познавательную часть этой науки (основные понятия, термины, закономерности и принципы), необходимо прививать ему определённую модель поведения, закреплять соответствующие понятия в определённой обстановке. Но за минимальное количество часов это выполнить просто невозможно, поэтому возникает вопрос о расширении, увеличении интеграции экологических знаний в другие предметы системы среднего образования.

В Тарском районе в последние годы решён вопрос с подготовкой соответствующих специалистов педагогического профиля, но процент трудоустройства крайне невелик. Это вызвано тем, что нет законодательным образом закрепленного обязательного предмета в государственной системе образования.

Работа в области экологического образования и воспитания в Тарском районе напрямую зависит и от такой, казалось бы, на первый взгляд, незначительной проблемы, как увеличение опасных насекомых – клещей в нашей местности. Родители, опасаясь за жизнь своего ребёнка, всё меньше разрешают ему участвовать в походах, экскурсиях, экспедициях. К тому же, имеются предупреждения об опасной ситуации из выше стоящих органов власти и СМИ. Отсюда возникает вопрос: какое же экологическое образование без контакта с самой природой? А ведь, эта опасная ситуация с клещевым энцефалитом опять же связана с обострением экологического кризиса по всему миру.

С каждым годом изменяются требования к современному обществу, человеку и в том числе к современному школьнику. Ему просто необходимо быть мобильным, оперативным, знающим не только основные школьные предметы, но и в совершенстве владеющим электронными ресурсами. Получается, ребёнок всё больше стремиться к экрану монитора: и для прочтения литературных произведений, и для участия в сетевых проектах и конференциях, да и просто с целью поиграть. И поэтому отодвигается на задний план не только живое общение с одноклассниками, друзьями, книжным изданием, но и, прежде всего, с окружающим нас миром.

Тарская станция юных натуралистов стремится обеспечивать в районе систему эколого-биологического обучения и воспитания учащихся, которая ведётся по трём направлениям: экологическая просветительская работа, природоохранная работа, исследовательская работа.

Обучающиеся Тарской станции натуралистов получают практико-ориентированное обучение, профессиональные навыки. На станции имеется учебно-опытный участок, в состав которого входят 6 отделов, малый юннатский зоопарк.

В 2010 году на базе КОУ ДОД «Тарская СЮН» для образовательных учреждений города и района создана и реализуется учебная экологическая тропа «Вслед за тарскими юннатами». Методическая разработка проекта награждена Сертификатом «О присуждении Гранта Администрации Тарского муниципального района», позволяющая тесно контактировать с природой, выходить из школьных кабинетов и становиться активными исследователями окружающей среды, экскурсоводами.

В течение 2010 – 2011 учебного года по экологической тропе проведено 42 экскурсии для школьников, обучающихся коррекционной школы и реабилитационного центра разных возрастов. Состоялся обмен опытом работы по экологической тропе в 2010 году на II Всероссийском конкурсе междисциплинарных проектов по экологическому образованию, просвещению и на Всероссийской выставке «Юннат – 2010».

Экологическое образование и воспитание организовано в Тарском районе и в дошкольных учреждениях. Это первая ступень в системе непрерывного экологического образования, ступень, призванная заложить в детях основы экологической культуры. На базе дошкольных учреждений города реализуются 6 дополнительных образовательных программ.

Обучающиеся станции натуралистов регулярно проводят рейды по очистке территорий, берегов рек, близлежащих улиц, изготавливают и распространяют листовки, агитационные лозунги. Ежегодно под руководством станции проводятся мероприятия: акция «Ёлочка», «День животных», «Прилетай, товарищ Птица», «День Земли», «Экологический марафон», тематические экологические рейды.

Руководители учебно-опытных участков школ города и района получают консультации по организации работы на участках, как на районных семинарах биологов и мастер-классах, проводимых нашим учреждением, так и в практической деятельности. Ежегодно школы района становятся призерами и лауреатами областного конкурса-смотра учебно-опытных участков, экологических дружин.

Команды школьников Тарского района занимают призовые места на региональном слёте ученических производственных бригад, слёте экологов, в конкурсе экологических плакатов «Сохраним природу – сохраним планету!», «Моя малая родина», экологическом фестивале-конкурсе «Красота спасёт мир», выставке юных растениеводов «Урожай года», конкурсе «Цветочная мозаика». Успех сопутствует тарским юннатам и на Всероссийском уровне, имеются премии губернатора Омской области и президента РФ.

Научно-исследовательская деятельность проводится по нескольким направлениям, в том числе: работа с растениями, работа с животными, оценка экологического состояния окружающей среды.

К сожалению, пока нельзя сказать, что в районе разработана современная модель непрерывного экологического образования и воспитания на всех ее ступенях, но тот факт, что оно осуществляется, несомненно, имеет большое значение для каждого человека и всего социума в целом.






страница9/10
Дата конвертации02.12.2013
Размер2,5 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы