Книга первая icon

Книга первая



Смотрите также:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
^

Глава четвёртая

ПОЯВЛЯЕТСЯ ГОРОШИНКА



Вскоре братья и сёстры оставили любые попытки научить Десперо мышиным повадкам – зряшное это было занятие. Так что Десперо оказался предоставлен сам себе и совершенно свободен.

Дни он проводил, как ему заблагорассудится: бродил по замку и мечтательно смотрел на свет, струившийся сквозь разноцветные стёкла. Ещё он ходил в библиотеку и перечитывал сказку о прекрасной девушке и рыцаре, который вызволил её из беды. Главное же, он в конце концов понял, откуда берётся этот сладкий, как мёд, звук.

Это была музыка.

Сам король Филипп играл на гитаре и пел по вечерам, перед сном, для своей дочери, принцессы Горошинки.

Мышонок прятался за стенкой принцессиной спальни и слушал во все уши. Или нет, он слушал сердцем. От гитарного перебора, от голоса короля сердце теснило, душу распирало, а внутри становилось как-то по-особенному легко.

– Чудо, – повторял мышонок. – Чудо! Точно в раю. Точно мёдом по сердцу.

Стремясь расслышать каждую ноту, Десперо однажды высунул из норки левое ухо, а потом и правое – вдруг он что-нибудь упустит? Вскоре он, сам того не заметив, высунул и лапки – сперва одну, а потом и другую. А после… мышонок даже сам не понял, как это произошло, но, боясь пропустить даже ползвука, он весь, целиком, вылез из норки. Десперо хотел быть поближе к музыке.

Вообще-то он знал, что делать это не положено. Хотя он не очень-то обременял себя мышиными правилами, но один самый главный закон обычно соблюдал неукоснительно: никогда ни при каких обстоятельствах не попадайся на глаза людям.

Но… музыка. Во всём виновата музыка. Из-за музыки он совсем потерял голову и утратил даже те немногие мышиные инстинкты, которыми наделила его природа. И вот теперь он стоял посреди спальни, на виду у людей, и востроглазая принцесса Горошинка его конечно же очень скоро заметила.

– Папа! – воскликнула она. – Смотри, мышка!

Король умолк. И прищурился. Он был близорук, то есть с трудом различал то, что не находилось прямо у него под носом.

– Где мышка? – спросил он.

– Вон же, – ответила принцесса и показала пальцем на Десперо.

– Милая моя Горошинка, это никакая не мышка, – сказал король. – Это просто жучок. Таких маленьких мышек не бывает.

– Нет, папочка, это мышка.

– Жучок, – твёрдо сказал король.

Он любил, чтобы за ним всегда оставалось последнее слово.

– Мышонок! – не отступалась Горошинка, которая прекрасно знала, что права.

Десперо же начал понимать, что совершил непростительную ошибку. И задрожал. От ушей до пят. И чихнул. И уже собрался было бухнуться в обморок.

– Он нас боится, – сообразила Горошинка. – Посмотри, папа, он весь дрожит. Знаешь, по-моему, мышонок хотел послушать музыку. Сыграй ещё что-нибудь.

– Ты хочешь, чтобы король играл для жучка? – Король озадаченно наморщил лоб. – Думаешь, так и подобает? Тебе не кажется, что мир перевернётся с ног на голову и покатится в тартарары, если короли будут петь для жуков?

– Папа, я тебе объяснила: это не жук, а мышонок. Ну спой! Пожалуйста!

– Ладно, изволь. Если это доставит тебе удовольствие – я, король, готов петь для жучка.

– Для мышонка, – упорствовала Горошинка.

Её отец поправил на голове тяжёлую золотую корону. Откашлялся. Ударил по струнам и затянул песню про звездопад. И песня эта оказалась такой же сладкой и тягучей, как лившийся сквозь витражи свет. Она завораживала, как сказка из книжки в библиотеке.

Десперо позабыл все свои страхи. Он хотел одного – слушать музыку.

Мышонок подполз ближе, ещё ближе, и скоро, читатель, он уже сидел у самых ног короля.


^

Глава пятая

ЧТО УВИДЕЛ ФЕРЛО



Принцесса Горошинка посмотрела на Десперо. И улыбнулась ему. И пока король пел ещё одну песню – про густые сиреневые сумерки, которые окутывают сонные садовые изгороди, – принцесса протянула руку и погладила Десперо по макушке.

Потрясённый Десперо поднял глаза. И решил, что Горошинка – в точности как прекрасная девушка из книжки в библиотеке. Принцесса снова улыбнулась Десперо, и на этот раз мышонок осмелился улыбнуться ей в ответ. И тут случилось нечто невообразимое. Он влюбился.

Читатель, ты, конечно, можешь… нет, ты просто обязан спросить: разве не нелепо, что крошечный, болезненный большеухий мышонок влюбился в человека? В прекрасную принцессу по имени Горошинка?

Ответ ясен. Разумеется, это нелепо.

Любовь вообще большая нелепость.

Но любовь – это ещё и чудо. И она обладает огромной властью. И любовь Десперо к принцессе Горошинке со временем окажется именно такой – могущественной, чудесной. И останется нелепой.

– Ты такой милый! – шепнула мышонку принцесса. – Такой маленький.

Десперо смотрел на неё с обожанием.

В это время его братцу Ферло как раз случилось пробегать мимо принцессиной спальни. Он бежал по всем правилам: петляя и оглядываясь то через правое плечо, то через левое.

– Ну и ну! – выдохнул Ферло, заметив брата, и остановился.

Заглянул в комнату. Усики его напряглись, точно натянутая тетива.

Ферло увидел, как его брат, Десперо Тиллинг, сидит возле самых ног короля. Ферло увидел, как его брата, Десперо Тиллинга, гладит по голове принцесса.

– Ну и фрукт! – присвистнул Ферло. – Совсем сбрендил! Тут ему и крышка!

И Ферло заспешил дальше по всем правилам – где бежал, где юркал, – чтобы поскорее сообщить папе Лестеру Тиллингу эту ужасную, эту совершенно невероятную новость.


^

Глава шестая

ОПЯТЬ ТВОЙ БАРАБАН!



– Нет, это не мой сын! Он просто не может быть моим сыном! – Зажав усики передними лапками, папа Лестер причитал и в отчаянии мотал головой.

– Ну, разумеется, это твой сын, – отозвалась Антуанетта. – Чей же ещё? Вечно ты говоришь всякие глупости. Откуда такие мысли?

– Всё ты! – ворчал Лестер. – Ты во всём виновата. Кровь твоя французская в башку ему ударила, и парень с ума спятил.

– C’est moi? – возмутилась Антуанетта. – Я виновата? Почему всегда я? Если твой сын – сплошное разочарование, то ты виноват в этом ничуть не меньше, чем я.

– Надо что-то делать, – твёрдо сказал Лестер и потянул себя за усик так сильно, что вырвал его вовсе. Тогда он принялся размахивать им над головой, а потом наставил на жену. – Иначе мы все из-за него погибнем. Надо же! Додумался! Уселся у ног человечьего короля! Невероятно! Уму непостижимо!

– Не драматизируй! – сказала Антуанетта и, вытянув вперёд лапку, стала рассматривать свои накрашенные коготки. – Он же просто маленький мышонок. Какой от него вред?

– Кое-что я в этой жизни усвоил прочно, – ответил Лестер. – Мыши должны вести себя по-мышиному, иначе бед не оберёшься. Я созову внеочередной Мышиный совет. И мы все вместе решим что делать.

– Господи! – вздохнула Антуанетта. – Вечно ты носишься с этим Мышиным советом. Пустая трата времени.

– Как ты не понимаешь? – вскипел Лестер. – Его надо наказать. Его надо отдать под трибунал!

Папа-мышь бросился к вороху бумажек и, яростно раскидав их, извлёк чуть не с самого дна этой кучи напёрсток. Отверстие для пальца у напёрстка было закрыто туго натянутым кусочком кожи.

– Умоляю, только не стучи! – Антуанетта закрыла лапками уши. – Опять твой барабан! Неужели нельзя созвать Совет каким-то другим способом?

– Нет! – отрезал Лестер. – Только барабанным боем.

Подняв инструмент высоко над головой, он обратил его сперва на север, потом на юг, а после – на запад и восток. Затем, повернувшись спиной к жене, он пристроил барабан между лапок, закрыл глаза, вдохнул поглубже и начал выбивать медленную дробь: один длинный удар – хвостом, два коротких – лапками.

^ Бум! Там-там! Бум! Там-там! Бум! Там-там!

Эта дробь была сигналом для членов Мышиного совета.

Бум! Там-там! Бум! Там-там! Бум!

Услышав такую дробь, они сразу понимали, что им предстоит принять важное решение – решение, от которого зависит безопасность и благоденствие всего мышиного племени.

^ Бум! Там-там! Бум! Там-там!

Бум!






страница2/18
Дата конвертации22.12.2012
Размер1,14 Mb.
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы