Compiled and Edited by Jon L. Cullum icon

Compiled and Edited by Jon L. Cullum


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
А

Voice

in the

Wilderness


Голос

В

пустыне

Loran W. Helm

Compiled and Edited by Jon L. Cullum

EVANGEL VOICE PUBLICATIONS, INC. Parker City, Indiana 47368

A Voice in the Wilderness Loran W. Helm

Первое русское издание, 1998 - 5 000 экз. Второе русское издание, 1999 - 7 000 экз. Третье русское издание, 2001 -10 000 экз.

© 1973 by EVANGEL VOICE PUBLICATIONS, INC. Parker City, Indiana 47368 All rights reserved

Голос в пустыне

Лорэн У. Хельм

Издание четвертое, исправленное

Оригинал-макет изготовлен по заказу молодежного служения

“StreetCry Ministries”.

www.streetcry.org

E-mail: sons@thunder.sp.ru

ISBN 5-94337-003-Х

Активная Христианская Служба

Издательство ТОРНЫЕ ПОТОКИ»

АХС

Лицензия ИД № 02893 от 26.09.2000 г. г. Санкт-Петербург, 18 линия В.О., 21

Формат 60x88/16. Печать офсетная. Гарнитура «Artal Суг» Тираж 15000 экз. Объем 14,5 л. л. Заказ nb 983.

Отпечатано с готовых диапозитивов

в 000 «Типография Правда 1906».

195299, С.-Петербург, Киришская ул., 2.

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Послушание - это утраченное звено, которое соединяет нас с Богом, через христианскую жизнь, исполненную самоотречения. Мы должны учиться отречению от собственного «Я» и в сердце своем доверять Богу».

Эта книга - не учебник, хотя в ней заключена великая мудрость. Это не аллегорическая книга, хотя в ней много примеров того, как ходить с Богом. Это просто рассказ человека, свидетельство о его жизни и послушании Богу. В этом рассказе фундаментальные истины, жизненно необходимые для пробуждения в церкви. Эти жемчужины мудрости отшлифованы в огне повиновения Святому Духу, они способны изменить и вашу жизнь.

Пастор Лорэн Хельм

Хотя существует только одна книга из тех, которые я когда-либо читал (Библия), с которой я полностью согласен. Есть ряд книг, написанных людьми Бога, которые значительно повлияли на мою жизнь. Эта книга написана человеком, который еще в начале своей христианской жизни решил оставить всё и следовать за Иисусом. Для него это стоило того, чтобы заплатить такую цену, как потеря друзей, репутации, средств к существованию, защиты, связанной с вероисповеданием, чтобы просто следовать за Иисусом по пути христианства. Личное отношение этого человека к Христу - любовь к своему славному Спасителю. Его сострадание к погибшим и его любовь к телу Христа пронизывают страницы этой книги. Ощущаются чувство мощи, которая приходит через унижение, простоты, и передаются всем, кто может принять это. Лорэн Хельм является одним из тех «великодушных гигантов» веры, который искал эту драгоценную жемчужину присутствия Божьего и нашел ее. Он отражает плод Духа в своих произведениях и свой путь с Богом. Иисус сказал: «Ибо что пользы человеку приобрести весь мир, а себя самого погубить или повредить себе?» (Луки 9:25). Автор всю свою жизнь пытался оттолкнуть от себя человеческие и мирские дела, жить святой жизнью для Того, Кого он любит, прежде всего - для своего Спасителя, Иисуса Христа. Мы поступили бы хорошо, если бы не последовали за этим человеком, но последовали бы его примеру. Я надеюсь, что эта книга благословит вас и научит в той же мере, что и меня.

Искренне Ваш,

Джон Расселл,

StreetCtyMinistries

St. Petersburg

«Голос в пустыне» - очень необычная книга. Её читаешь и перечи­тываешь, всякий раз открывая что-то новое, получая ответ для своей
текущей ситуации .

Её написание было поистине вдохновлено Святым Духом, Чьё прикосновение постоянно ощущаешь на себе, погружаясь в потрясающие глубины Божьи, изложенные предельно просто и удивительно практич­но.

^ Вера Абезина, директор библейской школы служения «StreetCry».

Святость, жизнь по вере, неутолимая жажда по Богу, послушание Святому Духу - всё это и многое другое я нашел, когда читал «Голос в пустыне» . После прочтения почти каждой главы Дух Святой ставил меня на колени с желанием ещё больше посвятить свою жизнь Иисусу, отдать Ему всё, абсолютно все, что есть у меня или во мне. Эта книга не какое-то учение, это жизнь человека, который посвятил свою жизнь Богу и, не смотря ни на что, следовал за Ним.

^ Виктор Авдяков, миссионер.

Я очень благодарна Богу за жизнь автора этой книги и за саму книгу.
Я думаю, что написанное в ней очень сильно повлияло на меня и мою
жизнь. Я помню свое впечатление во время того, как я читала ее в пер­вый раз: «Я никогда не читала ничего подобного!». Чем послужила мне
эта книга? Мне очень ярко открылось понятие Божьей воли. Раньше я не
понимала, что значит Божья воля, у меня было абстрактное понимание
об этом. Я поняла, что у меня есть личные взаимоотношения с Иисусом,
и что мне нужно умереть для себя и жить для Него, Может быть, я мил­лион раз читала об этом в Библии, но на примере жизни этого человека
это открылось мне так сильно и глубоко, что, кажется, стало частью меня
навсегда.

^ Наталья Митрохович, миссионерка.

Есть книги, которые снабжают тебя полезной информацией, есть
книги, которые в унисон повторяют то, что живет у тебя внутри и требует
выражения. А есть книги, которые вдохновляют тебя, зажигают, приносят жажду искать Бога. «Комфортное» чувство неудовлетворенности просыпается с новой силой. В сердце рождается крик: «Иисус, я хочу Тебя больше! Я хочу быть к Тебе ближе!» К таким книгам я отношу книгу Лорэна Хельма «Голос в пустыне»: Я тоже хочу присоединить свой го­лос ко многим голосам в «пустыне», взывающим: «Иисус, хочу слышать Тебя и следовать за Тобой!»

Вадим Душкин, пастор.

^ ОБ АВТОРЕ

На протяжении всех шестидесяти с лишним лет своего служения пастор Лорэн Хельм никогда не стремился к славе. В простоте и дет­ском доверии Богу этот служитель пытался следовать только води­тельству Святого Духа. У Лорэна Хельма не было никаких планов, никаких организаций, никаких попыток представить себе, что ждет его в будущем; во всем, что он делал, он пытался следовать только за Иисусом. Несмотря на его довольно необычный подход к служе­нию, от 30 до 40 церквей были основаны напрямую или косвенно, из-за близких отношений этого человека с Богом. Все, кто, так или ина­че, был связан с этим служением, говорят, что их отношения с Госпо­дом изменились коренным образом, когда по наставлению пастора Хельма, они стали уделять особое внимание водительству Святого Духа.

По Божьему водительству Лорэн Хельм совершил около тридца­ти поездок по разным странам мира. Он был в Израиле, Египте, Ин­дии, Испании, Австрии и странах Африки. Вот уже много лет пастор Хельм проводит трехдневные семинары, на которых рассказывает верующим со всего мира только о том, как надо искать лица Божье­го. Те, кому довелось встречаться с этим Божьим человеком, удивля­ются тому, насколько сильно явлены через него дары Святого Духа. Они видели, как Бог действует через этого человека, ходящего с Бо­гом так, как это описывается в Библии. Пастор Хельм предан делу евангелизации, и все, что он делал в этом направлении по вдохнове­нию свыше, приносило большой плод.

Жизнь этого человека — это действительно жизнь в святости, и
Бог очень сильно действует через него, но, пожалуй, самое главное – это божественная любовь, явленная через него. Он никогда никого не осуждал и не критиковал. То, с каким смирением он склонялся перед Господом, говорит об особой глубине святости Божьего при­знания для этого человека.

Знание Бога, Божья мудрость, смирение и сокрушенность сердца, послушание Богу, любовь к Нему, любовь к Его Слову, любовь к людям,

жажда общения с Господом, святость, чистота – можно еще много напи-

сать— все это видно в жизни Лорэна Хельма, Божьего человека. Мое
сердце «заразилось» всем этим. Когда встречаешь человека, который
знает Бога и любит Его от всего своего сердца, то не можешь оставаться

равнодушным - твое сердце тоже зажигается любовью и жаждой по Богу.

Моя задача - просто сохранить этот огонь любви и зажечь, «заразить» этим хотя бы еще одного человека.

^ 1. ПОЧЕМУ ЛЮДИ НЕ СЛУШАЮТ БОГА?

Закрыв переднюю дверь любимого дома, который Иисус дал нам, я направился к машине, где меня ждала моя дорогая жена, чтобы отправиться со мной в ресторан. В этот момент Бог проговорил ко мне: «Кто-то недалеко от смерти!»

Бремя было тяжелым. «Дорогая, — сказал я своей жене, садясь в машину, — Святой Дух открыл мне, что кто-то из моей семьи сейчас близок к смерти. Я должен воззвать к Богу за них». По мере того, как мы выезжали на автомагистраль, я молился. Откровение становилось до того сильно волнующим, что я, в конце концов, сказал: «Мы не мо­жем ехать дальше. Мы поедем обратно домой, и будем ходатайство­вать перед Богом за эту дорогую душу, которая в опасности».

Позабыв о вкусной еде, я направился в свою молитвенную ком­нату и воззвал к Богу: «О, Боже, разреши, разреши, разреши! Гос­подь, возьми в Свои руки! Иисус, мы очень сильно нуждаемся в Тебе!» Я просил и молил два или три часа, пока не пришло облегчение.

На следующий день моим родителям позвонили и попросили про­вести богослужение на похоронах в Кромвеле, штат Индиана, не­сколько километров к северу, но моя мама проснулась утром со стран­ным чувством внутри. Когда она начала одеваться в поездку, то по­чувствовала трудности в дыхании. Это было настолько тяжело, что она сказала: «Элдон, я не смогу поехать на похороны».

Мой отец был удивлён: «Но они надеются на нас. Они все ждут тебя». В прошлом они служили в этой общине и обрели там много друзей.

«Я не смогу поехать, — настояла она. — У меня перехватывает дыхание даже при упоминании об этом». Итак, мой отец отправился один.

По пути домой, в своём двухдверном «Ford» 1959 года выпуска, он находился на изгибе дороги около «Big Lake», как внезапно чело­век в большом автомобиле «Hudson», который превышал по весу ав­томобиль моего отца на тысячу фунтов, сильно отклонился влево и ударил машину отца «в лоб». Удар сместил двигатель в область пере­днего сиденья, немного повредив отца.

Если бы мама сидела в машине, этот удар, несомненно, был бы смертелен для нее, в отличие от папы, который всегда был исключи­тельно сильным мужчиной. В возрасте семидесяти лет его руки были во много раз сильнее большинства людей, которым по пятьдесят. Эта огромная сила сберегла его от серьезных смертельных ушибов, потому что он просто сложил свои руки против удара, и наклонился

вниз к рулевому колесу. Так и было, он сильно ударился об руль, оставив на несколько лет отпечаток на своей груди. Было несколько сломанных ребер и больших синяков на мышцах. Один из его близ­ких друзей, видевший папин автомобиль после аварии, спросил: «Как ему удалось выжить?» Я ответил ему: «Божья милость сберегла его». Доктор выписал сильные лекарства, которые папа принимал в вос­кресенье, понедельник и вторник, а в среду болеутоляющие лекар­ства стали терять свою эффективность, и ничто не могло смягчить его страдания. Он сказал мне: «Эти пилюли не приносят мне сейчас никакой пользы, сын. Я не знаю, смогу ли дальше терпеть эту боль».

В тот момент я упал на колени перед его стулом, положил свои руки на руки отца и начал молиться: «О, Господь, мой папа так силь­но болен, и ничто не может остановить эту боль. Не мог бы Ты, доро­гой Отец, во имя Иисуса, удалить сейчас это страдание во славу и честь Твою?» Сила Божья сошла в его тело, и я это почувствовал. «Ты чувствуешь это?» — спросил я своего папу.

«О, о, о, да! — ответил он.— Мне стало лучше». Он встал со сво­его стула, взял трость и начал потихоньку передвигаться. Благодаря Божьей славе с тех пор он больше никогда не переживал таких мучи­тельных болей.

Это был Господь, Он слышал и ответил на молитву. Он предупре­дил об этом происшествии за день до того, как оно случилось. Он обратился ко мне, как только я решил покинуть дом: «Кто-то из твоих любимых близок к смерти». Я прославил Его за Его верность. .

Слава Богу за то, что я родился у родителей, боящихся Бога. Они любили Бога и познакомили меня с Иисусом. В своих ранних воспо­минаниях я вижу маму, рассказывающую и поющую мне об Иисусе. Она держала меня на руках и пела: «О, да, сила в крови Иисуса — омывает и очищает меня».

Мои далекие предки были людьми, любящими Бога. Мой прапра­дед по отцу помогал строить маленькую методистскую церковь в Виндзоре примерно 115—120 лет назад. Он был исполненным верой мужем, кротким и смиренным человеком.

Его сын, мой прадед, ходил на воскресные утренние и вечерние служения, на молитвенные и евангелизационные собрания, а рас­стояние до церкви было не близким. Преподобный Эдди Гринвольд несколько лет назад сказал мне как-то: «Я думаю, возможно, твой прапрадед вообще не пропускал служения на протяжении тридцати-тридцати пяти лет». Моя мама вспоминает церковные ступени. Когда она была маленькой девочкой в возрасте восьми-десяти лет, ее мама говорила ей: «Как хорошо, у нас сегодня вечером будет интересная встреча: дядя Джери сегодня здесь». Он был всего лишь скромный фермер, но очень любил Иисуса.

Дом родителей моей мамы, Лорэн и Элизабет Диксон, всегда был домом, который посещали служители. Несмотря на их церковную

10

принадлежность, они всегда были желанными гостями за столом моего деда и его отца. Преподобный Гилмор — первый человек, в котором я увидел настоящего мужа Божьего. Позже, когда ему было плохо, и я провожал его в медицинскую клинику, он сказал мне: «Ло­рэн, твоя бабушка, Элизабет Диксон, жила для других. На её над­гробном памятнике, написано: «Она жила для других».

Я родился в Мюнси, штат Индиана, 3 февраля 1916 года, и был первый сын у Элвина Элдона Хельма и Мери Розетты Хельм. Мы оставались там некоторое время до того как переехали несколько миль южнее, в маленькую деревню Виндзор, где мы и жили. Как папа и мама это называли: в маленьком красном домике.

Это деревня Виндзор, в которой я хорошо помню молитву, цер­ковь, проповедь. Господь как-то позволил мне ясно вспомнить пере­живания, произошедшие в раннем возрасте. Я хорошо помню дома напротив нашего дома через улицу, когда мне было меньше, чем три года. Вы можете удивиться, как мальчик может что-либо помнить в таком маленьком возрасте, но я вижу их сейчас перед собой, как картину. Вот стоящий посреди своего торгового рынка, в одной из тех старых построек, человек, как его называли «однорукий Дэдли». «По­смотрев» в восточную сторону, я вижу Мери Вест, сидящую на своем крыльце. Эти строения были снесены для постройки новой христи­анской церкви в 1920 году.

Самое яркое воспоминание, которое я помню, это то, когда я си­дел в церкви в первом ряду, слушая проповедь преподобного Гилмора. Я помню очень хорошо, как после одного из воскресных служений мой отец пришел домой и спросил мою маму: «Мери, почему мужчины и женщины в церкви не слушали Бога сегодня?» И она ответила: «Я не знаю». В другое воскресенье я услышал моего отца снова: «Мери, по­чему люди не слушали Господа этим утром в церкви?» И моя мама отвечала: «Элдон, я просто не знаю, что тебе и ответить на это».

Каждый раз, когда мой отец спрашивал, почему люди не слуша­ют Бога, это закладывалось внутрь меня до тех пор, пока я сам не задал себе вопрос: «Почему люди непослушны? Почему они не сми­ряют себя?» Этот вопрос пронизывал моё сердце. Почему-то Бог до­пустил моему маленькому четырех-пятилетнему сердцу слышать этот вопрос глубоко внутри и держаться за него.

Последние несколько лет Бог открывал мне, что важность и се­рьезность слышания голоса Святого Духа не имеет места внутри жизни многих людей, даже внутри тех, кто находится в церкви уже пятьдесят лет. Бог показывал мне, что совсем немногие из мирян, и даже из служителей, понимают всё таинство и абсолютную необхо­димость истинного послушания Богу. Немногие улавливают пони­мание того, что мы должны делать то, что открывает нам Бог, а не то, что мы можем желать, располагать или планировать. Конечно,

11

это чудо, что серьезность послушания Богу укоренилась в моем сердце в таком раннем возрасте.

Я верю, что моё слышание Божьего призыва к послушанию, как ребенка, имело непосредственное отношение к тому, что Святой Дух сошёл на меня, как только я появился на свет. Это было таким значи­тельным для меня, что я стесняюсь говорить об этом, но моя мама рассказала мне, что Святой Дух сошел на нас двоих, как только я родился. Она не говорила мне об этом до мая 1956 года, когда мне исполнилось сорок лет.

Я взял маму с собой в церковь в Кокомо, где Бог поручил мне служение возрождения, и, после возращения домой, во второй ве­чер моего служения мы наслаждались чудесной близостью в Госпо­де. Присутствие Иисуса чувствовалось вокруг, и мама сказала мне: «Сынок, у меня был самый замечательный отдых за эти два вечера из всех вечеров за последние два месяца».

Я ответил: «Мама, это потому, что здесь драгоценное присутствие Святого Духа».

Она кивнула в знак согласия, что Дух Господень так нежно на­полнял нас. Затем она сказала: «Я переживала это, сынок, когда ты родился».

Я был ошеломлён: «Мама!»

«Да, Лорэн, — продолжала она, — Святой Дух сошёл на меня, когда ты родился, прямо в тот момент, когда ты вышел из моего тела. Я думала, что все матери переживают это с каждым ребенком, до тех пор, пока не родила впоследствии ещё пятерых, и никогда боль­ше не переживала этого присутствия снова».

«Мама, — говорил я снова. — Это так священно! Это так серьёз­но!» Сознание того, что Божий Дух сошёл на меня при рождении, при­вело меня к тому, что лежа лицом к полу, я умолял Бога о том, чтобы быть верным Иисусу. Я взывал изнутри своего сердца не изменять Богу, подобно мужчинам, которые желают больше женщин, больше денег; через молитву, веру, верность, побеждая непослушание, оби­ду. Если вы внимательно читаете Библию, то заметите, что почти все люди изменяли Богу, они не исполняли Его волю. Я молился: «О, Гос­поди, сделай так, чтобы я никогда не мог огорчить Твой Святой Дух».

Используя моих маму и папу, Бог учил меня поспешности послуша­ния, и давал осознать то, что люди редко постоянно слушают Бога. В своём раннем окружении, Бог подготавливал меня для того, чтобы по­казать, что люди должны слушать Господа и стараться исполнять Его волю, как сказал Иисус (Луки 13:24): «Подвизайтесь войти сквозь тес­ные врата, ибо, сказываю вам, многие поищут войти, и не возмогут».

Итак, вы видите, это не случайность, что у меня есть желание слушаться Бога. Это не случайно с раннего возраста я услышал повеление: «Слушай Бога, слушай Дух Святой, делай то, что Бог хочет от тебя». Причина в том, что Господь имел дело со мной лично. Это

12

моё наследие. Причина в том, что именно Бог дал нам в Иисусе Хри­сте то, что Он положил это внутри моего сердца, положил это глубо­ко в мою внутреннюю жизнь (и Святой Дух работает со мной, в то время, как я говорю вам об этом) — слышать то, что Святой Дух хо­чет от меня, чтобы я делал. Слава Богу! Эти более чем тридцать лет своего хождения в Боге кажутся мне всего лишь несколькими днями. Наслаждением, из всего, что есть в жизни, и есть хождение с Богом, вера в Него, ожидание Его (когда я говорю это, я чувствую Божью силу, проходящую по моему телу к моим рукам). Конечно, мой путь не всегда был лёгок, но он был таким чудесным и славным. Я не смотрел на трудности, я смотрел на Иисуса. Я не равнялся на мирс­кие рамки, но прилагал усилия для следования Божьему слову и от­кровению Его Духа. Это Бог, Который привёл нас к победе. Это Бог, Который даровал нам силу на каждый день. Он один из тех, Кто дал нам всё, чтобы мы знали, что есть священное пребывание в Иисусе Христе. Да будет прославлено Его имя вовек!

13

2. МОЙ ОТЕЦ

Я верю, что Божья рука была на моём отце и матери с того мо­мента, когда они появились на свет. Хотя, я не могу описать вам даже малую часть того, как Бог работал с моими родителями, как Он охра­нял их своей благостью. Но я делал некоторые записи о тех событи­ях, какие они мне рассказывали. Если бы это не было свидетель­ством Божьей верности, я не стал бы делиться об этом с вами. Это истинно только благодаря Божьей благодати, которая помогает нам продвигаться вперед.

Отец никогда не пытался рассказывать мне о том, как Бог спас его от смерти, когда он был совсем юным. «Папа и дядя Пит собрались однажды как-то за гравием, — рассказывал он, — и ты должен по­мнить старые телеги для гравия. Они были старой, очень плохой кон­струкции, с огромными колесами. Одно колесо было выше другого.

Итак, я сидел между папой и дядей Питом. Мне тогда было при­мерно два с половиной или три года. Папа сказал своему брату: «Пит, позаботься, пожалуйста, об Элдоне». Поэтому он попытался поддер­жать меня в то время, когда телегу начало трясти.

Неожиданно, под большой тяжестью гравия, правое колесо те­леги отвалилось. Телега, сильно наклонившись, ударилась о землю так, что дядя Пит отлетел к забору. Я, должно быть, полетел прямо под бегущих лошадей, потому что первое, что помнил дядя, так это то, что когда он остановился, копыто огромной кобылы опускалось прямо на мою голову. Конечно, кобыла была очень возбуждена и не­спокойна. Зато копыто могло разнести мою голову как колотушку».

«Но быстрее, чем молния, — рассказывал мне дядя, — быстрее, чем я мог когда-либо передвигаться, моя рука вылетела пулей и схва­тила за ногу Элдона, быстро выдернув его до того, как копыто кобы­лы опустилось на землю». Он много раз говорил мне о том, что ка­кая-то сила свыше помогла ему тогда спасти папу. Дедушка всегда бранил дядю Пита за его медлительность и неуклюжесть, но, после этого дня, он никогда больше не дразнил его. Папа был спасён толь­ко благодаря милости Господа.

Спустя год или два, мой отец пережил другое чудесное избавле­ние от смерти, в этот раз с помощью молитвы. Когда огромная рабо­чая лошадь, на которой он ехал верхом, споткнулась, при падении папа получил несколько травм на шее и на спине. Сначала не ощу­щалось каких-либо серьезных повреждений, но, на следующий день, он почувствовал трудности при ходьбе. Вечером, как всегда, помо­гая своему отцу кормить свиней, его ноги подкосились. Не имея воз­можности подняться, дедушка принёс его на себе домой.

14

Доктор Ченовет довольно долго исследовал его, и я понял, что папа был парализован из-за своего падения. Доктор сообщил моему деду Уильяму и моей бабушке Эстер, что их шестой ребенок, воз­можно, выздоровеет, но, может быть, ему станет хуже, и папино со­стояние ухудшилось. У него «отключалась» одна часть тела за дру­гой. Вскоре, он не мог вообще говорить, а затем и глотать. Однако же, они поддерживали его жизнь, вводя ему еду и лекарства, так как его мускулы едва-едва могли двигаться. Даже веки его глаз были безжизненными. Только дыхание продолжалось, но было медленным и слабым. Три доктора утверждали, что он не выживет.

Но у папы была тетя, сестра его мамы, которая жила в четырнад­цати милях от Мюнси. Тетя Зелпа жила в близком общении с Богом. Однажды, она появилась в дверях фермерского домика. «Святой Дух открыл мне, — сказала она Уильяму и Эстер, - что если я приду и помолюсь за здоровье Элдона, он будет жить. Уильям, ты не будешь возражать, если я помолюсь за твоего сына?»

Дедушка ответил: «Нет, доктор Ченовет и другие доктора сдались, пытаясь ему помочь. Сейчас он на пороге смерти».

Итак, я рассказывал о тете Зелпе, которая пришла в дом семьи Хельмов, и потратила многие бессонные часы рядом с кроватью мое­го отца. Это было её бодрствующей ходатайственной молитвой: до этого ей никогда не приходилось этого делать и никогда не было по­добных побуждений повторить это за всю её жизнь. Говорили, что она растирала больное тело моего отца и молилась до тех пор, пока сама не падала на пол в изнеможении. Но, несмотря на её усилия, его со­стояние ухудшалось. Скелет его тела заметно проступал через кожу. Пятьдесят лет спустя, дядя Пит делился со мной о том, как триж­ды они созывали всю семью к кровати моего отца: «Если вы хотите повидаться с Элдоном, пока он жив, вам нужно спешить, он не смо­жет долго протянуть и скоро умрёт». Но он ещё держался, даже когда становилось болезненным введение еды и лекарств.

Однажды утром, Бог открыл тете Зелпе, что мальчик будет исце­лён, если его мать отдаст своё сердце Иисусу. Она была потрясена этим откровением и попыталась поговорить со своей сестрой о её душе. Но Эстер, похоже, почувствовала, какую цель преследует Зел­па и какое-то время избегала её. Она видела сестру, направляющу­юся к ней, поворачивалась и уходила совершенно в другом направ­лении так, чтобы не встречаться. Наконец, тетя Зелпа встала перед ней в проёме двери, ведущей в коридор. «Ну, Эстер, — сказапа она, ты хочешь, чтобы этот мальчик был жив?»

Конечно, моя бабушка была очень обеспокоена этим вопросом. Она ответила: «Да, Зелпа, ты же знаешь, что я хочу, чтобы он был жив».

«Хорошо, — сказала её сестра сочувственно, но твердо, —тогда ты должна отдать свою жизнь Иисусу, чтобы я могла молиться и иметь веру в то, чтобы этот ребенок был поднят на ноги». И тут же бабушка

15

Эстер упала на колени и попросила Иисуса простить и войти в её сердце. Она молилась и добилась победы. Она стала христианкой и была настолько счастлива, что кричала от радости так, что было слышно на весь дом. Эстер была маленькой женщиной, невысокой голландкой, но она просто не могла вместить в себя всю ту радость, которую испытала в Иисусе в тот день. Говорят, что всякий раз, когда в каком-нибудь доме было молитвенное собрание, там слышно было, как моя бабушка кричит от радости в Иисусе.

Поскольку её сестра выполнила ту задачу, которая была пред­назначена для неё в Божьем плане, Зелпа вернулась к своей хода-тайственной молитве с новой силой. Каждый день она молилась о том, чтобы хоть одна конкретная часть тела моего отца получила исцеление от Господа. Она сначала говорила всей семье о том, как она будет молиться, а затем Бог отвечал на её молитву. На третье утро она объявила: «В течение следующих суток Элдон попросит что-нибудь поесть. Я буду молиться за то, чтобы к нему вернулся аппе­тит и голос». Весь день она молилась, и произошло великое чудо: мой отец, который не мог ни говорить, ни глотать уже много дней, прошептал: «Я хочу печенья с чаем».

Мои дедушка и бабушка были вне себя от радости! Поскольку в доме не было чая, да и печенья тоже, Уильям попросил дядю Пита оседлать старого Клайда (ту самую лошадь, на которой мой папа ехал, когда упал), и как можно быстрее съездить в Виндзор (а это было в трех километрах от дома) за чаем и печеньем. В тот же вечер дедушка держал моего папу на руках, и благодарение Богу, кормил папу печеньем с чаем.

Люди со всей округи приходили, чтобы посмотреть на мальчика, который был просто живым чудом. Моя мать вспоминала, как будучи совсем ещё маленькой девочкой, она стояла между колесами экипа­жа, а бабушка и дедушка Диксоны говорили: «Мы только что верну­лись оттуда, где мы видели мальчика, который был возвращен от смерти к жизни благодаря вере в Иисуса». Потом она рассуждала так: «И не знала я тогда, что этот мальчик вырастет и станет моим мужем, отцом наших шестерых сыновей».

В то время, когда произошло это чудесное исцеление, Бог сказал тете Зелпе через пророчество: «Этот молодой человек будет мужем Божьим, и его вера и вера его потомков опояшет собой весь земной шар». Мы верим, что когда-нибудь мы увидим, как исполнится это пророчество по Божией благодати и ради Божьей славы.

^ 3. НА ВОЛОСОК ОТ СМЕРТИ

Похоже, сатана решил сделать так, чтобы мой отец не выполнил того, что предназначил для него Бог. Однажды, папа рассказал мне следующее:

«Мне было примерно шесть, а может быть и семь лет, когда я снова едва не умер. Это случилось около нашей школы, которая на­ходилась прямо в лесу, а вокруг неё стояли высокие и тонкие моло­дые деревья. Мы с ребятами забирались на эти деревья, а оттуда прыгали на землю, ухватившись за верхушку дерева. Впечатление было такое, будто спускаешься вниз на пружине. Это было очень интересное развлечение.

И вот однажды, папа оставил дядю Пита одного работать в ни­зине ручья, а моего брата, ещё одного мальчика и меня послал по­могать ему. Когда мы там были, я подумал, что хорошо было бы показать тому мальчику, как мы качаемся на молодых деревьях. Там было несколько высоких молодых деревьев, и я полез на одно из них. Я не заметил, что лезу на белый сикомор — дерево, которое не сгибается.

Помню, как я ухватился за верхушку дерева руками и, стоя на ветке, раскачался. Я уже с нетерпением ждал того момента, когда после захватывающего прыжка «как на пружине», коснусь ногами зем­ли, до которой было метров шесть. Но вместо этого, когда я раска­чался, верхушка дерева отломилась, и я упал вниз. Я сильно уда­рился о землю шеей, головой и спиной, упав всего в нескольких дюй­мах от поваленного дерева. Если бы я ударился об это бревно, я сломал бы позвоночник или просто разбился насмерть. По Божьей благодати я был только слегка оглушен. Через несколько минут я смог подняться и ходить.

Однако Пит не думал, что от меня будет много толку на работе, и сказал: «Иди сейчас домой и спроси Адди (мою старшую сестру), ког­да она приготовит для нас обед». Я направился к дому. Помню, как я шёл через поле, а потом на полпути остановился и пошёл обратно к ручью. «Зачем ты вернулся?» — спросил дядя Пит.

Я сказал: «А куда я шёл?»

Я сказал тебе, чтобы ты пошёл и попросил Адди приготовить
обед,—ответил дядя. l.

Почему же я этого не знаю? — ответил я, но Пит настаивал:

Пойди и спроси Адди, когда она приготовит обед.

Так что я повернулся и снова пошёл через поле домой. Я вошёл в дом и спросил Адди, когда она приготовит обед. Сестра мне позже рассказывала об этом. Я же сам не знаю об этом ничего, потому что тогда не понимал, что делаю. Она сказала мне, когда будет готов обед.

16

Потом я вошёл в комнату, где находилась другая моя сестра, Флоу, и задал ей тот же самый вопрос: «Когда мы будем обедать?» Она ответила мне. Вскоре я вышел из комнаты и снова спросил Адди: «Когда мы будем обедать?» А потом я вернулся к Флоу и задал тот же вопрос.

Скоро они поняли, что у меня что-то не в порядке с головой, и я не знаю, что говорю. Они очень испугались и сразу же уложили меня в постель. Это было примерно в десять часов утра. Я пришёл в себя только в четыре часа дня. Это просто чудо, что мой разум после это­го работал нормально, не говоря уже о том, что я чудом не разбился о бревно, лежавшее возле дерева сикомора».

Когда папе было не то двенадцать, не то четырнадцать лет, он снова оказался на волосок от смерти. Как-то в воскресенье после обе­да, он и его брат почему-то остались одни дома, и, как обычно делают мальчишки, когда они остаются дома одни, решили сделать что-то впе­чатляющее. Они решили пойти на ручей и покататься на коньках.

«Было очень холодно, — рассказывал папа, — на нас с Джорд­жем была тёплая одежда, а на ногах у нас были валенки с резиновой подошвой. У нас не было коньков, но на подошвах башмаков можно кататься не хуже, чем на коньках. Так мы катались вверх и вниз по ручью на подошвах своих башмаков.

На ручье был очень крутой изгиб, течение там было очень сильное, и вода сильно размыла дно, так что глубина была довольно большая. Расстояние от дна ручья и до поверхности воды было там, наверно, на полметра больше моего роста. Я об этом не подумал, и, конечно же, там, где течение было сильнее, лёд был тоньше. Когда я стал кататься вдоль изгиба ручья, лёд подо мной провалился. Прежде чем я понял, что происходит, я оказался на дне ручья подо льдом в ледяной воде.

Вот он я: в тяжёлой зимней одежде и этих больших валенках. Как только я коснулся воды, моя одежда намокла, и я весил намного больше обычного. С таким быстрым течением и под тяжестью на­мокшей одежды, меня давно уже должно было смыть течением. По всем правилам, я должен был умереть в ледяном плену.

Но, благодаря Божьему чуду, я смог всплыть как раз в том месте, где был проломлен лёд. Только подумайте! Если бы меня отнесло течением хотя бы немного в сторону, я не смог бы найти отверстие в толще льда, даже если бы мне удалось справиться с сильным тече­нием. Это было чудо, я знаю!

Джордж каким-то образом смог найти длинную палку, когда я цеп­лялся за лёд. Нелегко вылезти из воды, если проломился лед. Обыч­но, края полыньи продолжают обламываться, и, прежде чем человек утонет, часто ещё кто-нибудь успевает упасть в воду. Но ему удалось меня вытащить. Как только я оказался на холодном воздухе, одежда на мне замерзла, и покрылась льдом. Я был буквально на волосок от смерти».

18

В другой раз папа и дядя Пит были дома одни. Когда Пит чистил свой пистолет 32-го калибра, он случайно нажал на курок, не зная, что в пистолете есть патрон. Папа проходил мимо дяди Пита, когда раздался громкий выстрел. Они оба очень сильно испугались. Пуля пролетела позади папы и пробила штукатурку в противоположном конце комнаты. Отец говорил: «Случись это немного раньше, он бы прострелил меня насквозь». Оба они рассказали об этом случае толь­ко спустя много времени. Папины родители даже и не знали, как близ­ко он был тогда от смерти.

В те времена, когда в качестве средства передвижения исполь­зовались лошади и двуколки, существовали особые, характерные для тех дней опасности. Папа рассказывал мне:

«Я ехал в двуколке вместе с двумя другими молодыми людьми, и в это время к нам приблизилась другая двуколка, в которой ехали ещё трое ребят. Рэй Понд управлял нашей двуколкой. Он решил под­хлестнуть лошадь, чтобы не дать им обогнать нас, ударил лошадь хлыстом, и она быстро помчалась. Когда наша лошадь побежала быстрее, другой возница сказал: «Нет, Венди (это было прозвище Рэя), не настанет того дня, когда ты обгонишь меня!» И он стал погонять свою лошадь, стараясь обогнать нас.

В это время наша лошадь неожиданно прыгнула так, что всех нас очень удивило. Я хочу сказать, что это был очень сильный пры­жок. Когда лошадь прыгнула, она порвала нижнюю часть упряжи, и оглобли двуколки поднялись вверх. И вот, наша лошадь бешено мча­лась вперед, а оглобли били её по спине. Чем больше ударяли по ней оглобли, тем сильнее она скакала.

Если ты никогда не ездил в ветхой двуколке с лошадью, выбив­шейся из-под контроля, то ты и представить себе не можешь, что это такое. Лошадь не просто неслась рысью, она просто вышла из-под контроля и неслась как бешеная. Если бы была плохая дорога, или если бы был резкий поворот, то у нас вообще не осталось бы ника­ких шансов выжить. Если бы мы вылетели из открытого экипажа на такой скорости, то это означало бы серьёзное, на всю жизнь, увечье или смерть, одно из двух. Только чудом нам удалось остановить ло­шадь, иначе мы все бы погибли».

Смерть снова стала угрожать моему отцу в День Независимости, незадолго до того, как он стал ухаживать за моей матерью, В возра­сте восемнадцати лет, отец помогал вынимать трубу из заброшен­ной нефтяной скважины. Для того, чтобы вытянуть трубу из земли, использовался блок и трос. Чтобы начать вынимать трубу из нефтя­ной скважины, отец поднялся на платформу и помогал тянуть боль­шой блок противовеса, который затем нужно было поднять на вер­шину скважины и надежно закрепить там. Этот гигантский блок ве­сил более двухсот фунтов. К нему был прикреплен верёвками вто­рой блок, который весил около ста пятидесяти фунтов.

19

Когда это устройство поднимали наверх с помощью нескольких лошадей, оно то ли застряло, то ли как-то неправильно встало на место. Начальник закричал: «Держи этот блок, Элдон, чтобы он не двигался слишком далеко». Когда мой папа схватил нижний блок, тот стал двигаться вверх, и папу подняло над платформой, и он повис, болтая ногами в воздухе на высоте нескольких метров.

Как раз в этот момент, на самом верху скважины оборвалась ве­ревка, на которой держались и блок и мой папа. Папа упал на покры­тую пятнами нефти платформу, а с самого верха скважины прямо на голову ему падал блок весом двести фунтов!

Благодаря чуду, которое явил Иисус, когда папины ноги коснулись скользкой платформы, он слегка отодвинулся в сторону. Гиган­тский блок упал, раздавив деревянные доски менее чем в двух дюй­мах от его тела, едва не задев его голову. Ещё немного, и этот тяжё­лый блок раздавил бы его. И снова Бог спас моего отца.

20

4. МОЯ МАТЬ

Насколько я понимаю, детство моей матери было очень счастли­вым. Она жила в доме напротив своих дедушки и бабушки (Диксо-нов), и они очень любили её. Вспоминая об этом времени, она гово­рила: «Там всегда была любовь. Меня не баловали. Просто я дове­ряла всему, что они говорили».

Часто её родители уезжали и оставляли её у дедушки с бабуш­кой Диксонов. Когда ей хотелось спать, она поднималась наверх, в комнату дедушки и говорила: «Деда, эта подушка становится такой тяжелой». Тогда дедушка вставал, укладывал подушку вокруг стенки кроватки, и качал кроватку, пока мама не засыпала.

«Они жили по тем принципам, которые они проповедова­ли, — рассказывала мне мама. — Дедушка был старым вете­раном Гражданской войны. Когда он ушел на войну, а в своё время он оставил свой дом без прислуги, отпустив на волю всех рабов, у бабушки остались только коровы, куры и то, что она могла вырастить на огороде. Все деньги, которые у неё были, она зарабатывала вязанием носков и чулок на продажу. Её родители (Батлеры) приехали из Вирджинии вместе с дру­гими переселенцами в повозке, запряжённой быками. Бабуш­ке было около трёх лет, когда они приехали в Индиану. Они действительно были Божьими людьми».

Отец моей матери — Лорэн О. Диксон, вырос в кузнице и на ле­сопилке. Они принадлежали его отцу. Он был квалифицированным механиком и мог сделать всё что угодно из металла или дерева, но он всегда старался всё сделать так, как нужно. Он мог делать какое-то одно дело весь день, стараясь убедиться в том, что всё получи­лось правильно, даже если платили ему за это всего пятьдесят цен­тов. Он был из тех людей, которые работают не только для того, что­бы просто зарабатывать деньги, но и для того, чтобы делать всякую работу аккуратно и точно.

Я помню, как просыпался рано утром и слышал, как дедушка Диксон стучит по своей наковальне. Я просил маму разрешить мне спуститься вниз и посмотреть, как он работает, и иногда она мне раз­решала. Я наблюдал за тем, как он клал сталь на раскалённые угли. Если он держал железо на углях достаточно долго, и если оно стано­вилось красным, то он мог из этого железа что-нибудь сделать. Я наблюдал за тем, как он брал железо или сталь из кузнечного горна, клал на наковальню и начинал придавать металлу определённую форму. Какая бы форма ни была нужна: круглая или квадратная, он придавал эту форму металлу на наковальне.

21

Подобным же образом, Бог придает «форму» нашей жизни, вкла­дывая в неё Свою любовь и доброту. Но прежде нужно, чтобы мы подчинились Ему, и дали Ему обжечь нас в огне, стремясь к той цели, для которой Он нас предназначил. Нас долго нужно обжигать, и, как в кузнечном горне моего дедушки, для этого нужен огонь. Иногда это огонь Божьей любви, на что мы втайне надеемся. Часто это огонь страданий. А порой, это огонь преследований. Но Бог помещает нас в огонь для того, чтобы мы сделались податливыми для исполнения той высокой цели, которую Он для нас предназначил.

Я слушал, как один пастор рассказывал об одном праведном куз­неце, большую часть своей жизни прожившем в страданиях. Люди спрашивали его: «Почему с тобой случается так много несчастий? Почему ты так сильно устаешь? Если Бог так любит тебя, и ты так любишь Бога, то зачем он Тебя так испытывает?»

А он ответил: «Когда я беру щипцы и вытаскиваю из горна раска­лённую сталь, я могу сказать, что, когда я положу её на наковальню, она после первого же удара согнется и примет нужную форму. Если она не будет принимать нужную форму, я выброшу её в металлолом. Бог стремится закалить меня, чтобы я легко сгибался, подчиняясь Его планам, и чтобы я не попал в металлолом».

Большинство людей не «закаляется», они не хотят «сгибаться», они не хотят, чтобы из них что-то «выковали». Немногие хотят оставить свои желания и подчиниться плану Божьему. Многие люди, обратившиеся к Иисусу, потом не хотят Ему подчиняться, не желая принимать ту фор­му, которую они должны принять по Его воле. Они уходят из руки Бо­жьей, пытаясь идти своим собственным путем, строя свои собствен­ные планы и по-своему устраивая свою жизнь. На протяжении столе­тий лишь немногие поняли, что Божья рука стремится ковать жизнь Его возлюбленных чад и придавать им определенную форму.

О, как хочет Бог очень многое сделать из нас, и как мы Ему в этом мешаем! Очень много есть в человеке такого, что заставляет его думать, что он все-таки может что-то сделать сам по себе. Бог открыл мне, что сами по себе мы сделать ничего не можем, на этом пути мы можем только потерпеть неудачи. Поэтому Он должен выжи­гать огнем в нас наши неправильные взгляды и нашу самонадеян­ность, прежде чем мы начнем понимать, что одни без Него мы обре­чены на неудачу. Пока мы не захотим быть ничем, Бог едва ли сможет что-нибудь сделать из нас.

Дедушка Диксон умер в 1941 году, когда мне было двадцать пять лет. Не могу вспоминать о нём без слёз, ибо он был замечательным человеком со смиренным духом. Большинство людей, если только они не очищены Святым Духом, временами испытывают чувство ревнос­ти, злобы или ярости, когда им не удается что-то сделать по-своёму. Но мой дедушка пережил сильные страдания и прошел через такие ситуации, которые разбили бы моё сердце, если бы я через них про-

22

шёл, и при этом он не жаловался и не роптал. Помню, как в детстве у него на ферме я вместе с ним перевозил гравий, лущил початки куку­рузы и сооружал забор. И никогда он не сердился на меня и не ругал.

Он был одним из тех немногих людей, которые готовы пройти всё новые и новые испытания. Помню, как ему раздробило бедрен­ный сустав, а врачи не сразу поняли, насколько серьёзные повреж­дения он получил, а когда поняли, было уже поздно. Бедренный сус­тав сросся неправильно, и потом все время болел, причиняя дедуш­ке боль при каждом шаге. Но когда родилась Джойс Ли, наша первая дочь, и моя жена выздоравливала после родов в доме своих родите­лей, дедушка Диксон приехал ко мне в Университет Тейлора и помо­гал мне. Мы жили в маленькой квартирке на верхнем этаже. Он под­нимался по лестнице, испытывая сильную боль в больном суставе, и почти никогда об этом не говорил.

Я вспоминаю его со слезами, потому что он был таким челове­ком, каких мало на земле. Во всех своих путешествиях я очень редко видел людей, подобных ему. Мой отец говорил, что Лорэн О. Диксон и его брат Том в духовном плане были на голову выше всех осталь­ных людей вокруг. «Ах, если бы я лучше понимал своего тестя! Я в то время даже не представлял себе, каким великим человеком он был».

Очень доброй, мягкой и всем сочувствовавшей женщиной была его сестра, тетя Либб. Она и её муж, дядя Билли, очень любили меня с самого моего рождения. Помню, как дядя Билли учил меня петь ста­ринное духовное песнопение: «Как томительны и безрадостны часы...» Прошло много лет, но эта песня до сих пор звучит в моем сердце:

Как томительны и безрадостны часы,

Когда Иисуса я больше не вижу.

Прекрасные пейзажи, прекрасные птицы и прекрасные

цветы

Уже не привлекают меня.

Летнее солнце кажется тусклым,

И, несмотря ни на что, поля не радуют взор.

Но когда я счастлив в Нем,

Декабрь так же приятен, как и май.

^ Слова Джона Ньютона, 1725— 1807

Бывало, он сидел в своём старом кресле и слушал это песнопение, и слезы капали из- его добрых глаз, катились по круглым щекам и падали на колени.

Как я уже говорил, мать моей матери, Элизабет Диксон, была столь же уникальной и одарённой личностью. Семья её родителей происходила из Цинциннати, штат Огайо. Родители её отца, Кларки, были религиозными людьми. Мой дедушка Кларк, искренний и смиренный человек, каждый день трудился на ферме. Бабушка Кларк

23

была сиротой. Её мать умерла, когда она была ещё очень малень­кой, и потом её передавали из одной семьи в другую до тех пор, пока на ней не женился дедушка. Она стала мачехой для его шести де­тей. Элизабет часто чувствовала, что шестеро детей дедушки Клар­ка любили бабушку Кларк так же, как и её собственные дети. Жизнь её была наполнена нежностью.

Элизабет Кларк-Диксон имела дар ухода за больными. Она уха­живала не только за близкими ей родственниками. Её также пригла­шали в другие семьи ухаживать за больными. Часто в некоторых се­мьях вызывали Лиззи ещё до того, как вызывали врача, настолько они доверяли её умению. «Казалось, что она просто знает, что де­лать», — говорили о ней. У многих женщин она принимала роды. «Бы­вало так, что я просыпалась утром и спрашивала, куда она ушла, — рассказывала мне мать. —Я, бывало, встаю, а её нет дома, а потом узнаю, что в таком-то доме родился ребёночек».

Лиззи обладала способностью приходить в любой дом и брать на себя все заботы. Это не огорчало её. Много лет позже, когда мой отец стал её зятем, он часто говорил: «Если бабушка была в нашем доме, всё было в порядке. Когда она была у нас, я мог ни о чём не беспокоиться. Она была точь в точь, как моя мама». Элизабет была женщиной верующей, честной и услужливой, она всегда могла раз­делить чью-то боль или чью-то заботу.

До тех пор, пока не пришла болезнь, от которой Элизабет умер­ла, она постоянно служила другим людям. Она подметала пол в цер­кви перед богослужением в среду вечером, когда у неё внезапно на­чался сильный приступ желчно-каменной болезни. В четверг её увезли в больницу, но операцию сразу не сделали, потому что у неё была высокая температура. Когда, наконец, появилась возможность сде­лать операцию, врачи уже мало что могли сделать: желчный пузырь уже разорвался.

Боль была очень сильной, но Элизабет никогда не жаловалась. Когда приходил врач и спрашивал, как она себя чувствует, она отве­чала: «У вас есть другие пациенты. Не беспокойтесь обо мне». Врачи и медсестры в больнице просто восхищались её верой и благород­ством. Один из ведущих хирургов того времени отметил, что он ни­когда не видел никого, подобного моей бабушке Диксон, потому что она всегда хотела, чтобы он помогал кому-то другому, а не оказывал помощь ей.

Когда Элизабет умирала, моя мать была с ней рядом и держала её за руку. Бабушка была настолько слаба, что едва могла двигать руками, но внезапно она подняла руки и сказала: «О, дитя моё, дитя моё, здесь Иисус!»

Моя мать удивилась и спросила: «Мама, ты видишь Иисуса?» «Да, — ответила она, — так же ясно, как я вижу тебя. Он прекрасен! Смот­ри, там справа вверху. Иисус там! О, есть свет в «Долине Смерти». Я

24

вижу Иисуса, дитя моё! Он чудесен. Теперь я понимаю, почему все земное ничего не значит». И она сказала моей матери: «Теперь я по­нимаю, почему ты не захотела работать во всех этих организациях (потому что незадолго до этого моя мать пережила очень необычное общение с Богом, и Он увёл её из нескольких мирских организаций). О, я вижу Иисуса! Он чудесен!»

Когда моя бабушка умирала, ей было дано увидеть Иисуса. Ког­да видишь Иисуса, всё земное кажется ничтожным. Единственное, что будет важным, это был ли Иисус Христос в твоей жизни на пер­вом месте. А перед смертью Он будет иметь для вас ещё большее значение, чем то, о котором я могу сказать вам сейчас.

И всё-таки, когда я произношу эти слова,— даже когда я про­изношу эти слова, я знаю, что услышат меня лишь немногие. Ког­да я проповедую и в смирении изо всех сил стараюсь донести до людей тот совет, который даёт им Бог, я осознаю, что едва ли кто-нибудь слышит то, что я говорю. Как бы хорошо я ни проповедо­вал, какой бы сильной ни была моя вера, я могу сказать, когда я проповедую, бесовские силы похищают евангельские истины пря­мо из умов людей.

Когда заканчивается проповедь или учение, вместо того, чтобы смирить свои сердца, прихожане часто начинают говорить о фер­мах, автомобилях или про футбол. Вместо того, чтобы сокрушиться и воскликнуть: «О, Господи, я так нуждаюсь в Тебе!», они говорят о домашних делах, о детях, о работе. Обо всём, чем угодно, только не о Божьей воле и не о любви к Иисусу.

Возлюбленные, моё сердце разрывается то в одной, то в другой церкви, и так по всей стране. Мне дороги люди в каждой церкви. Они добры и щедры, они сделают всё для того, чтобы помочь вам, но очень немногие из них имеют в глубине своего сердца истинную суть христианства: самоотречение, крест, доверие и повиновение Богу. На всю церковь, может быть, найдется один человек, а, может быть, два или три, в сердце у которых истинная сущность христи­анства.

Если бы эти люди, кто мне так дорог, приняли эту истинную сущ­ность христианства, их сердца разбились бы. Они бы горько рыдали. Это действительно так. Сердце моё обливается слезами, когда я вижу, как гибнет этот мир, и как далека церковь от Божьей воли. Иисус сказал: «Блаженны плачущие, ибо они утешатся». Но в некоторых, так называемых церквях, исповедуют как раз противоположное: пос­ле того, как проповедует муж Божий, часто раздаётся смех, начина­ются разговоры на несерьёзные темы, а вместо того, чтобы плакать слезами покаяния, люди рассказывают анекдоты. «Блажен тот, кто имеет время для веселья и может развеселить людей».

О, друзья мои! Иисус взывал к людям Своего времени, но почти никто из лидеров церкви не услышал Его. Даже те немногие, кото-

25

рые были ближайшими последователями Иисуса, которые видели, как день за днем происходят чудеса, заснули в тот час, когда Он больше всего в них нуждался.

Иисус показывает мне, что так называемая церковь сегодня в духовном смысле находится в ещё более глубоком сне, чем сон апостолов в Гефсиманском саду. Подумайте об этом! Сегодня прак­тически все церкви спят ещё глубже, чем спали апостолы тогда, когда они были больше всего нужны Иисусу, Я так благодарен сво­ей бабушке за то, что сердце её бодрствовало для жизни во Христе настолько, что ещё здесь на земле, она смогла увидеть Иисуса. Слава Богу!

26

^ 5. ОБРАЩЕНИЕ МОЕГО ОТЦА

Хотя мой отец и вырос в религиозной семье, хотя он и был ни один раз чудесным образом спасён от смерти, в молодости он не следовал за Христом. Будучи наделён умом и способностью убеж­дать других людей, он стал пользоваться популярностью в округе. Он стал эдаким грубым и неотёсанным парнем, который доходил даже до того, что курил сигареты и пил алкогольные напитки.

С другой стороны, моя мать была очень тихой и сторонилась об­щества. Её дедушка, Эндрю Диксон, был очень спокойным и тихим человеком. Она ни разу не слышала, чтобы он повысил голос. А её бабушка, хотя и отличалась от него по характеру, была женщиной праведной. Если кто-то пытался рассказывать анекдоты или гово­рить какие-то глупости, она говорила: «Пустые слова, пустой разго­вор». Если в разговоре кто-то выходил за рамки допустимого, она всегда говорила ему об этом.

С самого рождения, жизнь моей матери была сосредоточена вок­руг церкви. Она научилась играть на большом покосившемся рояле, который её отец купил задешево. Потом, чтобы порадовать свою любимую дочь, на деньги, полученные от продажи очень хорошей лошади, купил новое красивое пианино. Вскоре, мама стала одарён­ной пианисткой и талантливой певицей.

Однако и у неё была нелёгкая жизнь. Она всегда была болезнен­ным ребёнком и заболела ревматизмом ещё задолго до того, как по­шла в школу. Её болезнь называли «воспалительным ревматизмом», и из-за этой болезни у неё время от времени сильно распухали ноги. Когда маме было четырнадцать лет, её болезнь настолько обостри­лась, что никто уже не ждал, что она выживет. Болезнь повлияла и на зрение, и в течение двух недель мама была слепой. Потом болезнь обострилась ещё больше, распространившись на всю нервную сис­тему. Целыми днями она лежала беспомощная, не будучи в состоя­нии даже пошевелить ногой или рукой и не видя, кто кормит её. Гос­подь, по милости Своей, спас её, и после этого приступы болезни прекратились. Эта болезнь снова напомнила о себе только после мо-ого рождения. В другой раз, мама тяжело болела корью. Так что, до того, как встретить моего отца, она пережила очень много страданий.

Когда Бог свёл вместе моих родителей, Он сотворил их глубо­кую любовь друг к другу, и эта любовь становилась всё сильнее. Мама не знала, что папа пьёт и курит, но она знала, что он ещё не родился свыше. Она настаивала на том, чтобы он ходил в церковь вместе с ней.

И вот, наступил тот воскресный вечер, который будет внесён в аннналы вечности. В то время в старинной кирпичной церкви на окра-

27

ине Виндзора, в той самой церкви, которая расположена на берегу Каменного Ручья, проходили служения пробуждения. Хотя людей туда приходило не так уж много, в течение двух или трех недель на этих молитвенных собраниях происходило истинное пробуждение. В тот вечер, мама уговорила моего отца пойти на молитвенное собрание, потому что сам папа религиозными вопросами не интересовался вовсе. Кстати, вечером, накануне этого знаменательного дня, папа развлекал горожан на улицах Виндзора тем, что устроил комический аукцион по продаже проходивших мимо бродячих собак. Его планы были далеки от Царства Божьего.

Но на богослужении в тот воскресный вечер, когда прозвучал призыв к покаянию, дядя Эддисон Флетчер прошёл назад и стал раз­говаривать с папой. «Элдон, — заявил он, — тебе нужно стать хрис­тианином». Дядя Эддисон настолько отличался от других людей, что мало кто понимал его. Пока он продолжал разговаривать с папой, он вдруг сделал несколько шагов, вышел в проход между рядами. И, прежде чем успел понять, что он делает, вышел вперёд и встал на колени. Он не собирался получить спасение, но Эддисон его угово­рил сделать это.

У алтаря он пытался молиться, но это не помогло облегчить тот тяжкий груз, который давил на его сердце. Подошли люди, чтобы помолиться за него, чтобы приободрить его советом, но и они не при­вели его к победе. Потом подошла женщина, которую папа всегда недолюбливал, и начала молиться. И вскоре, слава Божья стала снис­ходить на него. Она помолилась, и Небеса открылись, и мой отец смог войти в Царство Божье. Он весь с головы до ног преобразился, стал новым творением в Господе, и имя его было записано в Книгу Жизни Агнца. Аллилуйя! Бог использовал человека, который был папе неприятен, для того, чтобы помочь ему получить спасение.

Папа был настолько мирским человеком, что многие из тех, кто знал его как грешника, приходили на служение, чтобы увидеть, как воспылал он любовью к Господу. Он настолько преобразился, на­столько чудесным образом изменился, что, похоже, его обращение всколыхнуло всю округу и открыло другим людям неведомые им прежде двери к спасению. За предыдущие две или три недели про­поведь не приносила заметных результатов. Теперь смирение од­ного человека разожгло искры пробуждения в пламя, и другие люди тоже вскоре стали отвечать на призыв Христа, обращённый к их сердцам. «После этого, — рассказывал мне папа, — похоже, пробу­дилась вся округа. На этом собрании получили спасение двадцать семь молодых людей».

В течение ещё многих недель после обращения, на моём отце было просто невероятное помазание. Он рассказывал мне: «Хотя я был всего лишь младенцем во Христе и очень мало знал Писание, почти каждый, кого Бог посылал мне, получал спасение. Конечно, я

28

вступал в разговор с человеком только тогда, когда у меня было к этому сильное «побуждение». (В этом «побуждении» его души он рас­познавал водительство Божье). Мама говорила, что она не помнит ни одного человека, который не отдал бы своё сердце Иисусу, когда Бог посылал моего отца поговорить с ним. Каким-то образом Гос­подь работал через него и растапливал самые жёсткие сердца.

Он только что стал христианином, он был всего лишь восемнад­цатилетним юношей, но Бог таким чудесным образом действовал че­рез него. На служениях свидетельства, когда все сидели, он, быва­ло, вставал и выходил свидетельствовать снова и снова. Некоторые люди считали его довольно странным и непредсказуемым. Я думаю, что, скорее всего, это были несколько человек в церкви — люди, ко­торые на самом деле не были рождены свыше, и поэтому чувствова­ли себя как-то неуютно рядом с ним. Они бы предпочли, чтобы он не делал ничего незапланированного, не свидетельствовал, не побуж­дал людей покоряться Богу, не говорил людям об их душах. Папа, может быть, и не знал ещё, как обо всём этом написано в Библии, но он сам уже был живым примером, подтверждающим правоту вот этих слов: «Ибо многие водимые Духом Божиим, суть — сыны Божий».

Поскольку папу, очевидно, мало учили тому, как надо повиновать­ся Святому Духу, Богу пришлось вложить это знание в его сердце. Я очень редко слышал проповеди о покорности за все годы своего слу­жения. После того, как Бог помазал меня на то, чтобы я поделился с прихожанами мыслями об абсолютной необходимости повиноваться Богу, мои дорогие прихожане сказали мне, что они никогда раньше не слышали ни одной проповеди о покорности Святому Духу за все те годы, сколько они были в церкви.

Многие люди в наших церквях даже не знают о том, что необхо­димо жить, повинуясь Святому Духу, а ведь повиновение — это сама суть христианства. Если нет повиновения, духовное кровообраще­ние прекращается. Если не следовать Божьему водительству ежед­невно, поступление духовной крови в наш организм будет перекры­то. Органичные духовные взаимоотношения с Христом предполага­ют, что, как сказано в 1-м Послании Иоанна 1:7: «Если же ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха». Здесь подразумевается постоянное очищение, которое осуществляется в то время, когда мы «ходим во свете», или, иными словами, «под Его водительством».

Обычно, во многих церквях не подчеркивается ежедневное повино­вение Святому Духу. На первое место ставится выполнение Библейских заповедей и определённых земных установлений. Но письменное Слово и Живое Слово свидетельствуют об одном и том же, они неотделимы друг от друга. Если в церкви мы не соединены с Богом при помощи Свя­того Духа так, что повиновение становится постоянно продолжающимся

29

процессом, то мы становимся подобными телу, в котором перестало бить­ся сердце. Мы или уже мертвы или умираем, ибо неповиновение — это грех, а грех—это смертельный процесс, который ведёт нас к смерти.

Через несколько дней после своего обращения папа пожелал своей невесте спокойной ночи у порога её дома в Виндзоре, а сам сел в двуколку и поехал домой. Расстояние было довольно большое, ферма находилась примерно в четырёх километрах к северо-восто­ку от Паркера, а время было позднее. В тот вечер, глядя на звёздное небо, он сказал: «О, Иисус, Ты так много сделал для меня, а я был таким ужасным грешником. Есть ли для меня какой-то способ иску­пить грехи, совершённые в той исполненной зла жизни, которой я жил в прошлом?»

И во тьме ночи перед ним появилось изображение, подобное нарисованной картине. Он увидел старую заброшенную церковь. Она называлась церковь «Плэйнвью» и находилась близ Гэстона в штате Индиана, там, где он когда-то сеял овёс. Дух Святой заговорил с ним, сказав: «Вернись в эту старую заброшенную церковь и проведи там молитвенное собрание».

Не могу сказать точно, что чувствовал папа, когда Бог послал это откровение в его сердце, но я знаю, что он был удивлён и поражён. Может быть, он знал Библию хуже, чем знают сейчас многие дети, потому что в свои восемнадцать лет он не так уж много читал Слово Божье. Несколько раз ему читали Библию, но он, можно сказать, едва отличал Бытие от Откровения. Однако он очень хотел, чтобы в его жизни совершилась Божья воля.

Семейство Хельмов уехало из Гэстона только три или четыре месяца назад, и все эту семью там знали. Папа написал письмо гэс-тонскому священнику, настоятелю местной церкви Рэктору, и расска­зал ему о том, что открыл ему Бог. Может быть, это письмо и не очень понравилось этому пастору, потому что папа писал не слишком гра­мотно. Но настоятель церкви ответил на письмо, объяснив, что три разных группы служителей пытались возобновить богослужение в церкви «Плэйнвью», и это продолжалось по две-три недели, но не приносило никакого результата. На богослужение приходило мало людей, и никакого энтузиазма у местного населения они не вызыва­ли. Он писал: «Мы пытались добиться пробуждения, но не достигли никаких результатов. Но, если Вас посылает Бог, мы поможем Вам подготовить всё необходимое для богослужения. Приезжайте». Было объявлено, что Элдон Хельм — молодой человек, который прежде был совершенно неуправляемым и склонным к авантюрам, приедет в «Плэйнвью» для того, чтобы проводить служение пробуждения.

Этому славному Божьему человеку потребовалось немалое му­жество для того, чтобы позволить восемнадцатилетнему юноше на­чать пробуждение в своем приходе, особенно после того, как трое опытных служителей не смогли достичь никаких результатов после

30

двух или трёх недель проповедей. Но суть того, что должно было произойти, заключалась в том, что Бог Сам благословил это служе­ние пробуждения. Это были не просто какие-то религиозные действия, начатые по плоти, но маленькая ветвь от Царства Божьего. Великий Бог на небесах послал моего отца в эту маленькую церковь.

Я хочу, чтобы вы прочли об этом уникальном молитвенном со­брании то, что рассказывал сам отец, в тех самых словах, в каких он рассказал мне о замечательном водительстве Божьем несколько лет назад:

«В тот холодный январь 1908 года мне было восемнадцать лет, и скоро должно было исполниться девятнадцать, — рассказывал папа. — Церковь находилась в четырёх километрах к юго-востоку от Гэстона. Я сошёл с поезда в субботу и направился к дому моего доброго друга Вилли Стотлера. В «Плэйнвью» меня отвезли на сле­дующее утро. В тот день исполнилось ровно три недели с того мо­мента, как я получил спасение.

В первый вечер церковь была настолько заполнена людьми, что некоторые вынуждены были стоять в дверях. Несмотря на то, что был холодный январь, окна были открыты, чтобы позволить людям снаружи видеть то, что происходит внутри. Некоторые люди прихо­дили только для того, чтобы убедиться, что это собрание действи­тельно проводил я, потому что я всех там знал, и все знали меня. А я ведь до этого был основательным хулиганом.

Когда наступило время проповеди, я не знаю даже, проповедо­вал ли я. Я просто читал Писание и говорил, и Дух Святой был на мне. Святой Дух коснулся людей, и служение продолжалось. Потом люди говорили мне: «Когда в первый вечер ты вышел проповедовать, ты сказал, что будет грандиозное служение, и ты сказал это с таким чувством, что мы сразу поняли, что так оно и будет». Конечно, Бог дал это обетование и послал меня туда: именно поэтому люди по­чувствовали такую силу.

В тот первый вечер не было заметно побед, но после этого я не помню ни одного вечера, когда люди не выходили бы к алтарю и не каялись. Иногда у алтаря просто не было свободного места».

Днем сила Духа Божьего также проявлялась в этом месте. Одна молодая женщина, которая знала моего отца до его обращения, по­чувствовала это на себе удивительным образом. Когда она впервые услышала, что папа возвращается, и будет служить в церкви, она сказала, смеясь: «Я знаю, почему Элдон Хельм возвращается: он возвращается, чтобы повидаться со мной». Но в воскресенье вече­ром она осознала, что причина его возвращения совсем иная. На следующий день, когда она мыла посуду, Бог обратился к ней с такой силой, что сердце её не могло устоять перед Его зовом. Она обрати­лась к Господу тут же, у таза с посудой, отбросила в сторону посуд­ное полотенце и на весь дом закричала от радости.

31

»Бог действовал там с такой силой, — рассказывал мне папа. — Мы думали, что давно уже прошли те дни, когда люди впадали в транс, но люди так сильно чувствовали силу Божью, что это с ними дей­ствительно происходило. Бог дал просто чудесную победу: 89 чело­век стали христианами, несколько человек, отошедших от Бога, вер­нулись к Нему, а многие получили духовную помощь. Некоторые из спасшихся тогда людей, стали потом проповедниками. Это пробуж­дение, продолжавшееся две недели и ещё два вечера, было одним из величайших событий, в которых мне когда-либо приходилось уча­ствовать. Но так же ясно, как Бог сказал, чтобы я начал это служе­ние, Он сказал мне, чтрбы я завершил его. Некоторые думали, что это служение не нужно заканчивать, потому что в последний вечер у алтаря стояли шесть или семь человек. Но Бог открыл мне, что мы должны завершить это служение, и мы так и сделали.

Однако многие из тех, кто добился победы во время этого служе­ния, жаждали Слова Божьего, и на следующий вечер они толпой по­шли в Методистскую церковь в Гэстоне, где тоже пытались прово­дить служение пробуждения ещё до того, как начали своё служение мы. И Бог словно ворвался на это служение! Какое это было пробуж­дение! Многие получили спасение на этих старомодных богослуже­ниях, где призывали Святой Дух».

И Бог стал использовать моего отца в служениях пробуждения в разных церквях. Несомненно, на нем была рука Господня.

^ 6. БОГ ВПЕРВЫЕ ГОВОРИТ

Спустя три года и три месяца, 6 мая 1911 года, мои родители поженились. Папе шёл двадцать первый год. Маме вот-вот должно было исполниться двадцать. Они так любили друг друга, что они ни­когда не сомневались в том, что Бог избрал их друг для друга.

Они настолько сильно желали создать семью, что надеялись, что уже через год у них будет ребёнок. Но прошёл первый год, а затем второй, и уже начался третий, а у них всё не было малыша. Они ста­ли очень сильно молиться о ребёнке, и продолжали эти молитвы уже на четвёртый год своей совместной жизни. Почти все их близкие уже перестали надеяться. Но мама с папой по-прежнему полагались на Бога и молились. В мае 1915 года Бог с радостью ответил на просьбу, звучавшую в их сердцах. Был зачат их первый ребёнок.

«После этого мы стали ждать появления Лорэна на свет, — рас­сказывала как-то мама своим подругам. - Такое впечатление, что мы всё время мечтали и думали о нём. Когда отец возвращался с фаб­рики, он старался как можно скорее попасть домой, чтобы узнать, всё ли у меня в порядке, потому что я очень сильно страдала. Быва­ло и так, он говорил: «Мэри, судя по тому, сколько тебе приходится страдать, это наверняка должен быть хороший ребёнок».

Мы стали с нетерпением ждать его рождения. Я молилась за то, чтобы это был мальчик, муж Божий. Я не молилась за то, чтобы он стал проповедником, я молилась за то, чтобы он стал мужем Божьим. Я посвятила его Богу ещё до того, как он родился. Я сказала Богу, что изо всех сил буду стараться воспитывать моего сына для Господа».

Я родился дома 3 февраля 1916 года. При моём рождении присут­ствовали врач, бабушка Диксон и подруга мамы тетя Мэнди. Мама гово­рила: «Мы все в этой комнате чувствовали, что происходит что-то нео­бычное. Тетя Мэнди говорила, что никогда ещё она не присутствовала при чём-то подобном, и моя мать тоже испытывала что-то необычное. Я никогда никому не говорила, что в момент рождения Лорэна на меня сошёл Святой Дух, только через много лет я рассказала об этом».

Незадолго до своей смерти, папа сказал мне: «Сынок, я не знаю, был ли ещё в этом мире ребёнок столь желанный, как ты. Мы с таким нетерпением ждали твоего рождения». Как мне благодарить Иисуса ,за то, что Он дал мне привилегию появиться на свет у таких родите-лей, которые любили Бога и хотели исполнять Его волю? Я так бла­годарен Богу, и за это я в вечном долгу перед Иисусом.

В семье бережно хранили христианское наследие, и меня учили лю­бить Бога, любить Иисуса и ставить церковь всегда на первое место, Как только мои родители смогли это делать, они стали учить меня молиться. Мама говорила, что в возрасте 9 месяцев я уже свободно говорил. Она

32

начала меня учить, как складывать ручки и молиться, когда я сидел при­стегнутым в детском стуле. Мне кажется, что уже в возрасте одного года я молился, склоняя головку и, пытаясь сказать несколько слов Богу. Мои мама и папа сделали так, что я молился ещё до того, как узнал, что такое молитва. Молитва казалась мне чем-то естественным и обычным.

В нашей семье царила глубокая любовь к правде, чистоте и искрен­ности. Благодаря этому я был просто шокирован всякий раз, когда я ви­дел, как кто-то пьёт алкогольные напитки или нескромно одевается. Я никак не мог привыкнуть к этому. Когда кто-то ругается, это меня шокиру­ет: когда где-нибудь в ресторане кто-то богохульствует или упоминает имя Господне всуе, я невольно оглядываюсь. Я люблю всех людей, но когда я вижу или слышу что-то нечистое и непотребное, мне кажется, что я страдаю. Это ранит моё сердце. Я знаю, что во мне так мало от Иисуса, но когда я наблюдаю какие-то непотребства, сердце моё скорбит.

Помню, как-то раз я вошёл в лифт вместе с другим пастором. Когда лифт поднялся, один человек в лифте стал ужасно ругаться, употребляя вульгарные слова и упоминая драгоценное имя нашего Господа всуе. Такого никогда не бывало раньше, и может быть, ни­когда не будет больше, но внезапно я начал славить Бога столь же громко, как тот человек ругался. Я стал славить Иисуса за то, что Он такой чудесный, и стал превозносить Святое Имя Божье.

И тут что-то стало происходить в этом маленьком лифте. Мой кол­лега-священнослужитель опасался, как бы этот человек не сделал чего-нибудь страшного: с такой враждебностью он смотрел на меня. Но, ви­дите ли, моё сердце было научено любить и чтить Бога. Когда начались эти ужасные ругательства, Бог просто стал славить Себя через меня.

Моя мама носила меня в церковь, когда я был совсем ещё малень­ким. Я бывал на богослужении почти всегда, когда были открыты двери церкви, будь то в воскресенье утром или вечером, на молитвенном со­брании или на служении пробуждения. Я вырос, не зная, как можно не ходить в церковь. Я не ходил в церковь только тогда, когда был болен. Даже когда я стал взрослым и получил служение, я не ходил в церковь только тогда, когда меня срочно куда-нибудь вызывали, когда я ждал воли Божьей в молитве или Его руководства. (И прямо сейчас, когда я рассказываю об этом, Святой Дух говорит внутри меня: «Я буду тебя вести, Я буду тебя направлять, Я скажу тебе, что делать»).

Мои родители учили меня, что Библия — это Слово Божье, Вер­ховный Глас, откровение Божьей любви к нам, Суть Жизни, и что без Библии будет одно опустошение. Я верил этому тогда, когда они учи­ли меня, и я верю этому сегодня. Я не знал ничего ни о модернизме, ни о либерализме, ни о том, что можно сомневаться в существова­нии Бога или Иисуса, до тех пор, пока не стал учиться во втором колледже. До тех пор, с самого детства, я ничего не знал об этих тёмных и мрачных либеральных взглядах, оспаривающих Слово Бо­жье и несущих сомнения в умы молодых христиан. Когда я впервые

34

услышал, как один профессор стал высказывать свои собственные: мысли, рассуждения и мнения студентам, я был глубоко оскорблён.

Моя мать рассказывала мне (только ради Иисуса и исключитель­но для Божьей славы), что она рано заметила, что на мне рука Бо­жья. Когда она была занята работой однажды днём, женщина, кото­рая жила через дорогу от нас, подошла к двери и сказала: «Видели бы вы то, что я вижу. Это чудесно». Мама сказала: «Что это?»

Женщина ответила: «Вы не слышали то, что я слышу, и не знаю, не в церкви ли они были».

Мама не могла понять. «Что вы имеете в виду?» — спросила она. «Ну, — ответила она, — ваш старший мальчик забрался на клетку для кроликов и проповедует другим детям». Она была мирской жен­щиной, но она сказала: «Если бы я когда-нибудь слышала проповед­ника, проповедующего по-настоящему, так это он и есть. И пусть мне не рассказывают, что он не знает дорогу в церковь». А когда мама пошла посмотреть, то она увидела меня на клетке для кроликов, точ­но так, как описала соседка. Я пытался проповедовать, подражая Пастору Гилмору, которого я видел и слышал каждое воскресенье.

Я был ещё маленьким, когда Бог впервые заговорил со мной. Это было очень серьёзное и важное событие в моей жизни. (И сейчас, когда я гово­рю вам об этом, Бог шепчет, являя во мне Свои дары: «Я с тобой»). Я отно­шусь к этому не с легкостью, но с сознанием своего ничтожества рядом с Всемогущим Богом, потому что я не принадлежу себе: я принадлежу Ему, и я нахожусь на земле



страница1/11
Дата конвертации06.05.2013
Размер3,87 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы