\"Тебя не приемлю, Европа. Тебя воспеваю, Европа…\" icon

"Тебя не приемлю, Европа. Тебя воспеваю, Европа…"



Смотрите также:

Европейское культурное право. С.Н.Молчанов.



"Тебя не приемлю, Европа.

Тебя воспеваю, Европа…"


Е.Д.Марченко1


ЕВРОПЕЙСКОЕ КУЛЬТУРНОЕ ПРАВО


С.Н. МОЛЧАНОВ


Настоящая работа является результатом комплексного междисциплинарного макроаналитического синтеза правовых принципов и норм, регулирующих сохранение и развитие культуры, культурных ценностей и культурной деятельности в Европе, в рамках целостной полиотраслевой системы Европейского культурного права.

В отличие от общепринятого ранее в доктрине действующего международного права дискретного подхода в ней утверждается системный подход, опирающийся на универсальную парадигму культуры, универсальную концепцию культурных ценностей, а также на концепцию культурного наследия (достояния) народов Европы.

Таким образом общие характеристики и особенности правового режима культурных ценностей, статуса культурных правосубъектов в Европе, а также их культурное развитие синтетически анализируются не только в рамках права Совета Европы и законодательства Европейского Союза в культурной сфере, но и рассматриваются как институты региональной подсистемы Международного культурного права.


Содержание:


^ Концептуальные научно-теоретические основы и подходы

Понятие Европейского культурного права (ЕКП)

Предметная сфера и структура

Система источников

Субъекты Европейского культурного права

Отраслевые принципы

Проблемы и перспективы развития


Концептуальные научно-теоретические основы и подходы

На современном этапе эволюции-инволюции земного человечества в начале 21 века в системе международного права, а также в национальных правовых системах государств происходит концептуальный переход от доктрины памятниковедения к универсальной парадигме культурных ценностей, суть которой составляют следующие базисные основы (начала), частично закрепленные в международном культурном праве, а также в национальных нормативно-правовых системах:


I

  • Каждая культурная ценность уникальна и неповторима;

  • Все культурные ценности подлежат национальной и международной защите, прежде всего - уважению и сохранению;

  • Культурные ценности, составляющие культурное наследие народов человечества (национальное культурное достояние), неотчуждаемы и подлежат специальной международной защите;

II

  • Человек является основным индивидуальным носителем культуры, главным субъектом культурной деятельности и центральной культурной ценностью (последнее относится к современным правовым системам Запада);

  • Культурные меньшинства (национальные, этнические, религиозные и др. сообщества, организации и группы), как коллективные носители культуры и равноправные субъекты культурной деятельности также являются культурными ценностями и подлежат международной и национальной правовой защите;

  • Культурное большинство (нация, народ, этнос, суперэтнос) как коллективный носитель культуры является центральной и приоритетной культурной ценностью и, как таковое, подлежит приоритетной защите (характерно для правовых систем Востока и развивающихся стран)


I + II = III

  • Культурное единство и разнообразие на планете представляют собой высшую двуединую целостность и цельность, составляющую культурное достояние человечества и подлежащую международной правовой защите

  • Человечество как субъект культурной деятельности, коллективный носитель всемирной культуры и приоритетная культурная ценность является культурным достоянием и подлежит особой международной защите


С содержательной точки зрения суть этого перехода можно определить как понятийно-смысловую интегральную дифференциацию, дефиниционно и этимологически легко воспринимаемую в русском языке: от слова “памятник” (переводимого как “память прошлого”) к универсальному и нейтральному понятию “культурная ценность”, которое не содержит временн΄ых характеристик, и таким образом далее – через “культурное наследие” как знание и память прошлого к “культурному достоянию” как знаниям и памяти будущего, осознанным и проявленным в настоящем.


Все вышесказанное с учетом региональных европейских особенностей составляет парадигматическую основу системы европейского культурного права, которая рассматривается нами как региональная подсистема международного культурного права.

Теперь от основ общего универсального международного культурного права перейдем к понятию европейского культурного права и к тем предметным сферам, которые оно регулирует.


^ Понятие Европейского культурного права (ЕКП)

Изначально, последовательно используя концептуальную методологию, предложенную нами применительно к доктрине Международного культурного права в целом, определим его как комплексную правовую отрасль, представляющую собой целостную систему юридических принципов и норм, регулирующих международные связи правосубъектов в отношении культуры, культурных ценностей и культурной деятельности в Европе.


Исходя из принципа системного подхода, попытаемся представить то системное образование, с которым мы имеем дело.

Итак, первое, с точки зрения классического международного публичного права, Европа - это, прежде всего, европейские государства (в настоящее время их насчитывается 47) и, таким образом, 47 национальных правовых систем. Исторически связанные между собой, они представляют две правовые семьи: систему общего (англо-саксонского) права и систему континентального (романо-германского) права. Те общие черты и особенности в нормативно-правовой культурной сфере, как материально-правовые, так и процессуальные, которые всех их объединяют, можно теоретически назвать европейским культурным правом. Тогда предметом этого права посредством сравнительного анализа является совокупность правоотношений во внутренних системах права этих 47 государств Второе, европейским культурным правом можно назвать то право в сфере культуры, которое действует в рамках действующих с середины 20 века в Европе международных интеграционных объединений, прежде всего, Совета Европы, Европейских сообществ и Европейского Союза.2 Это Европейское культурное право (ЕКП) в узком понимании.

На нынешнем этапе развития международного (европейского) культурного права и его доктрины именно в этом значении мы по преимуществу используем этот термин, включая и данное исследование.


Третье, все рассматриваемые в настоящем обзоре-исследовании 47 государств, связывают между собой обычные и договорные нормы международного права помимо указанных выше интеграционных объединений, поскольку все они параллельно своему “европейскому интеграционному измерению” имеют и иные международные измерения: универсальное, являясь первичными и основными субъектами универсального международного права, а также - региональное, как традиционные субъекты региональной системы международного права.

Итак, здесь нам необходимо выделить два вида норм: a) это собственно международно-правовые нормы универсального характера, действующие между европейскими государствами в рамках универсальных договоров, например, Конвенций ЮНЕСКО 1954, 1970, 1972 гг., и б) обычные и договорные нормы регионального европейского уровня, в том числе, действующие в рамках двусторонних договоров о культурном сотрудничестве – именно эти связи в культурной сфере представляют собой значительный нормативный массив, являются традиционными и классически оформленными именно в системе международного права.

Эти два вида международно-правовых обязательств мы также обязаны учитывать и с полным основанием можем отнести их к сфере регулирования европейского культурного права.


При этом нам необходимо осознавать, что в случае традиционного дискретного подхода из этих двух видов норм применительно к конкретному государству международно-правовые обязательства будут возникать только в отношении положений тех международных договоров, полноправным участником которых настоящее государство является, при соблюдении всех требующихся формально-юридических процедур, включая их ратификацию или иной вид имплементации во внутригосударственное законодательство государства.

Применяя этот подход к культурной сфере Европы можно прийти к выводу, что у каждого европейского государства есть свое международное европейское культурное право.

С другой стороны, и в особенности, если мы говорим о европейской культуре, уже сегодня совершенно очевидно, что есть и нечто общее для всех или для большинства этих 47 европейских государств.


Поскольку все те же европейские государства несут международные обязательства в сфере сохранения, охраны и развития культуры, культурных ценностей и культурной деятельности как в рамках интеграционных объединений в Европе: ЕС (в данный период 15), в рамках СЕ (на данный период 43), ОБСЕ (всего в настоящий период - 55), так и вне их, регулируя свои прямые культурные связи, а также культурные отношения с третьими странами, постольку нам представляется возможным и целесообразным попытаться аналитически объединить их в общем правовом массиве и вычленить самые общие принципы и нормы.

Это будет четвертое терминологическое и предметное определение ЕКП.


Если мы попытаемся подойти к решению последней задачи с точки зрения иерархии правовых норм, то мы не можем не сказать об “общепризнанных принципах и нормах” или jus cogens европейского культурного права “в самом широком” (четвертом) значении.


Предметная сфера и структура ЕКП как отрасли и науки

Исходя из общего анализа правовых источников можно выделить следующие классические предметные области ЕКП: искусство, наука, образование, религия и средства массовой информации, сфера досуга, спорт, туризм и молодежь.

В качестве основы структуры курса ЕКП предлагаем рассматривать нижеперечисленные сегменты:


История правового регулирования

Основные определения, классификация и типология культурных ценностей в ЕКП

Иерархия и система источников

Правовой режим культурных ценностей в Европе

    • европейская охрана и сохранение культурных ценностей, включая особенности правового режима культурного наследия (достояния) общеевропейской значимости;

Правовое регулирование статуса субъектов культурной деятельности в Европе

    • правовое положение творческих работников: артистов, художников, писателей, музыкантов, ученых, журналистов, учителей, преподавателей, священнослужителей, представителей других творческих профессий

    • правовой статус и классификация международных организаций и учреждений культуры

- ММПО: СЕ, ЕС, ОБСЕ, ОЕКР, Скандинавский Совет и др.

- МНПО: Europa Nostra, Европейский музейный форум, Европейский культурный фонд, Европейский научный фонд, европейские отделения ИКОМа, ИКОМОСа, Международного Совета архивов и др.

Европейская защита культурных прав человека, этнических, национальных культурных меньшинств (сообществ) и народов Европы;

  • индивидуальные культурные права

  • коллективные культурные права

Международная регламентация культурной деятельности в Европе

  • основы культурной политики

  • классификация видов культурной (творческой) деятельности (работы и услуги)

особые виды: благотворительность, меценатство и спонсорство в культурной сфере

  • смежные и специальные правовые области: авторское право и право интеллектуальной собственности, информационное право

Управление (менеджмент) в культурной сфере

  • институциональные основы культурной сферы в Европе

Европейская юстиция в сфере культуры


^ Система источников ЕКП

Исходя из нашего предварительного анализа к регулируемой европейским культурным правом сфере относятся более 400 правовых и нормативных актов.

Все вместе они образуют весьма сложную формализованную и материально-правовую гетерогенную систему, которую возможно структурировать как по критериям институционального и временнóго происхождения, предметно-объектного регулирования, так и по принципу иерархичности правовых норм, ее образующих.

Нас, однако, на данном этапе исследования в первую очередь интересует сама суть: необходимо ли с научно-практической точки зрения объединять дискретные, разрозненные при традиционном подходе правовые нормы в целостное системное образование – Европейское культурное право (ЕКП)?

С точки зрения сознания культуры как синтеза научного, художественного и религиозного сознания – такое интегральное объединение безусловно необходимо, поскольку а) культура, культурные ценности и культурная деятельность существуют в объективном и субъективном мирах целостно в единстве субъекта и объекта, б) с сугубо общенаучной точки зрения объект (предмет) изучения один – это все те же культура, культурные ценности и культурная деятельность в европейском праве.

С точки зрения юриспруденции (или науки правовой) это также необходимо уже на нынешнем этапе развития европейского права. К такому выводу приводят следующие посылки.

Начнем мы, пожалуй, с анализа внешней формальной стороны этой проблематики.

Итак, несколько упростив общую картину, констатируем, что в Европе у нас имеется два основных международных интеграционных объединения - это Совет Европы (СЕ) и Европейский Союз (ЕС). В каждом из них есть свое право, свое законодательство, и отсюда – свои системы формально-правовых источников.

Однако общеизвестно, и это факт, что уже на нынешнем этапе европейской интеграции в начале 21 века все 15 государств-членов ЕС одновременно являются и участниками Совета Европы. Таким образом, с точки зрения классического международного публичного права мы имеем совпадение субъектов.

Основной международно-правовой документ, регулирующий одну из центральных и ключевых сфер с точки зрения западных концепций права - защиту прав человека в Европе – Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г., подписанная в Риме, является одновременно и источником права Совета Европы, и источником законодательства ЕС. Этот фундаментальный документ прямо указан в ст.6 (2) (бывшая статья F) Договора о Европейском Союзе, а основные права человека, гарантированные им, определены в качестве общих принципов права Сообществ.

Поскольку настоящая Конвенция рассматривается нами и в Европейском культурном праве в качестве ключевой и системно-образующей, то налицо и совпадение одного из важнейших формально-правовых источников.

Хотели бы мы того или нет, но уже сегодня на европейском континенте в форме международных обязательств этих 15 государств по отношению друг к другу, к третьим странам и в отношении своих граждан в рамках ЕС и СЕ объективно существует некая общая правовая основа хотя бы в формально-правовом ракурсе.


Теперь от формальной стороны перейдем к анализу, что более важно, содержательной, материально-правовой проблематики источников ЕКП.

Согласно пункту a ст.1 учредительного документа – Устава Совета Европы целью этой международной межправительственной организации является “достижение большего единства между его членами во имя защиты и осуществления идеалов и принципов, являющихся их общим достоянием, и содействие их экономическому и социальному прогрессу”.

Из текста статьи следует, что цели собственно две. Начнем, пожалуй, со второй – это содействие экономическому и социальному прогрессу государств-членов.

Поскольку исходя из распространенного как в современном общем международном праве, так и в национальных государственно-правовых доктринах культурный прогресс относится и рассматривается частью социального прогресса в целом, то хотя сам термин “культурный прогресс” и не упоминается в тексте Устава, но его достижение как цель подразумевается. Как уже было сказано, это следует из общедоктринального подхода к пониманию социального прогресса, закрепленного в действующем международном и общем европейском праве в целом.

Если рассматривать данную цель в комплексе с закрепленными в пункте b Устава средствами ее достижения, а именно - усилиями органов Совета Европы посредством рассмотрения вопросов, представляющих общий интерес, заключения соглашений и проведения совместных действий, в том числе, в социальной, культурной и научной областях, равно как и путем поддержания и дальнейшего осуществления прав человека и основных свобод, то она представляется вполне культурной – культурная цель плюс культурные средства достижения – хотя бы внешне, формально.


Теперь обратимся к формулировке первой цели: достижение большего единства между его членами во имя защиты и осуществления идеалов и принципов, являющихся их общим достоянием.

Начнем наше толкование-исследование с самого четкого и ясного умозаключения, которое логично вытекает из вышесказанного: между государствами-членами Совета Европы de facto существует некое единство.

Поскольку речь идет, в нашем понимании, о европейском единстве идеалов и принципов (или о ценностях идеологического, идейного и гуманитарного характера), а также о защите и осуществлении этих идеалов и принципов, то указанная цель, в первом приближении, также представляется вполне культурной или культурологической (исповедует логику культуры в самом широком понимании).

Более того, называемые идеалы и принципы составляют “общее достояние” (common heritage). О каком общем достоянии здесь может говориться? Как догадка, с одной стороны, этот термин нам уже очень близок и знаком. Он прямо выводит нас на “культурное достояние”. С другой стороны, в тексте этого главного конститутивного, конституционного и программного документа Совета Европы, понятие “общее достояние” не дефинировано, таким образом не дадим ли мы, высказав такое предположение, прямое основание нашим оппонентам считать эту догадку изначально предвзятой и тенденциозно направленной?

Прояснить эту нечеткую ситуацию, может текст Преамбулы Устава. В нем дословно говорится, что правительства государств-учредителей приняли настоящий Устав и решение учредить Совет Европы, “вновь утверждая свою приверженность духовным и моральным ценностям, которые являются общим достоянием их народов и подлинным источником принципов свободы личности, политической свободы и верховенства права, лежащих в основе любой истинной демократии…”

Теперь из вышеизложенного необходимо сделать следующие, прямо вытекающие, по нашему мнению, выводы:

  • для государств-учредителей Совета Европы духовные и моральные ценности являются высшими ценностями, которые они таким образом в очередной раз утверждают (закрепляют),

  • именно эти высшие духовные и моральные ценности, составляют общее достояние народов государств-учредителей,

  • и как следствие двух позиций - духовные и моральные ценности являются настоящим источником принципов свободы личности, политической свободы и верховенства права, лежащих в основе любой истинной демократии.


Комментируя Преамбулу Устава Совета Европы, необходимо еще раз недвусмысленно подчеркнуть, что и в контексте нашего исследования, и по существу рассматриваемого документа речь идет о ценностях духовных и моральных, которые следует определить одним словосочетанием - “культурные ценности” (cultural values).


Таким образом, все сходится, наше первоначальное предположение полностью подтверждается, и мы имеем все основания при системном и контекстном толковании текста Устава сделать следующие выводы:

  • целью Совета Европы по существу является защита и осуществление духовных и моральных ценностей (идеалов и принципов), которые составляют общее культурное достояние (наследие) народов Европы;

  • Общее достояние народов Европы (культурные ценности, идеалы и принципы) образует, прежде всего, культурное единство между государствами-членами Совета Европы, которое надлежит еще больше осуществлять и защищать;


В пользу последнего вывода свидетельствуют опять же положения Преамбулы, в которых утверждается, что “для поддержания и дальнейшего осуществления этих идеалов и в интересах социального и экономического прогресса необходимо более тесное единство между всеми европейскими странами, разделяющими эти взгляды”.

Эти положения с точки зрения средств их достижения напрямую корреспондируются, даже частично дословно совпадают со словами пункта b ст.1 Устава: “равно как и путем поддержания и дальнейшего осуществления прав человека и основных свобод”.

Заметим, что сами права человека и основные свободы в общем смысле рассматриваются в Международном и Европейском культурном праве как ценностные категории, как культурные ценности.

Таким образом при системном анализе вышеназванных правовых положений, действительно, все сходится воедино и выстраивается в строго целостное иерархическое образование.

Справедливости ради, необходимо также отметить, что нумерация уставных целей в нашем исследовании произвольна. Однако, по сути их значимость, их внутренняя ценность и достоинство в контексте универсальной парадигмы культуры неравнозначны.

Если названная нами – второй, цель содействия экономическому и социальному прогрессу – цивилизационна, то первая – защита и достижение большего культурного единства – культурна sui generis.


Теперь если последовательно перейти к проблематике иерархии правовых норм и их источников, из сделанных нами ранее выводов, рассматриваемых целостно в системной связи, ясно и четко вытекает, что поскольку культурные ценности (духовные и моральные идеалы и принципы), составляющие общеевропейское культурное достояние, по сути являются онтологическими и, если хотите, “генетическими источниками” иных – демократических, политических и правовых принципов, то именно они (общекультурные ценности и принципы) не просто в культурологическом и аксиологическом значении, но и в сугубо юридическом смысле должны иметь высшую правовую силу, а в случае коллизии - обладать приоритетом применения по отношению к иным, относительным и производным – политическим, правовым, экономическим, административным, социальным и другим цивилизационным принципам и ценностям.


И еще одно концептуальное замечание.

В результате общего обзора сделанных нами ранее выводов складывается достаточно интересная и парадоксальная, на первый взгляд, картина, когда в международном нормативном учредительном и по существу “конституционном” правовом акте, конституирующем создание, цели и средства деятельности международной европейской межправительственной организации, в качестве высшего ценностного приоритета и главной нормативно значимой, определяемой цели называются защита и осуществление культурных ценностей (духовных и моральных принципов), составляющих общее культурное достояние народов Европы, которые в то же время прямо дословно не сформулированы.

На наш взгляд, с точки зрения оценки существования и иерархии правовых норм в международном публичном праве (МПП) - это признак наличия (сформирования) общепризнанного принципа или императивной нормы, нормативное содержание которых между тем точно, четко и в кодифицированной форме ни в доктрине, ни на практике еще не раскрыто.

Поддержка Устава Совета Европы и разделение его целей и задач является непременным условием вступления государства в члены Совета Европы. Таким образом, все государства-члены Организации, а это существенное большинство государств Европы, вступив в Организацию, подтвердили юридическую нормативную значимость названного принципа (целевой нормы) в качестве императивного и de facto общепризнанного в Европейском масштабе.

По существу вся нормотворческая деятельность Совета Европы по принятию конвенций и других правовых источников в сфере культуры, включая рекомендательные акты, содержащие договорные и обычные нормы, должна служить раскрытию и конкретной правовой развертке названного выше императивного принципа.


В свете вышесказанного совершенно очевидно, что если вы сознательно и последовательно выстраиваете просто международную организацию, как юридическое лицо, не говоря уже о не имеющем аналогов в истории межгосударственном культурном объединении, то ее правовая система и вся ее деятельность должна безусловно строится на основе принципов и норм, определяемых уставными целями и задачами в учредительных документах.

Методы и средства достижения поименованных в учредительных документах целей и задач также должны адекватно соответствовать этим выбранным и определенным целям и задачам, но никак не наоборот.

В противном случае – ваша деятельность им противоречит, носит неуставной характер.

В частном и публичном внутригосударственном праве, в любой европейской правовой системе, практически в любом современном государстве Европы этот факт служил бы безусловным основанием для судебного признания деятельности вашей организации - незаконной, заключенных вами сделок – мнимыми, притворными и ничтожными с момента заключения, а организации в целом – как подлежащей ликвидации в установленном законом порядке.

Все это - своего рода юридический букварь и истины, известные каждому юристу. Поэтому я оставляю эту тему без продолжения, а сделать выводы предлагаю проницательному и непредвзятому исследователю самостоятельно.


А мы вернемся к поставленному по сути вопросу об утверждении интегрального подхода к культуре в европейском праве.

Подводя промежуточный итог, уже сейчас, предварительно - в отношении права Совета Европы просто жизненно важно в научно-правовом аспекте утвердить онтологическую необходимость синтеза разрозненных при традиционном дискретном подходе правовых норм, регулирующих правовой режим культурных ценностей, а также правоотношения субъектов в отношении сохранения и развития культуры, культурных ценностей и культурной деятельности, в Единую правовую систему, исходя из уставных целей и задач Совета Европы как международной межправительственной культурной организации.

Другими словами, доктринальное выделение комплексной правовой отрасли, представляющей собой целостную систему юридических принципов и норм в сфере культуры онтологически и логически вытекает из культурных целей и задач Совета Европы, нормативно закрепленных в его Уставе.

Поскольку Совет Европы в настоящее время и de facto и de jure является центральной в Европе, самой многочисленной, ведущей и в значительной степени определяющей официальную культурную политику Европы межправительственной организацией культуры, то его право в культурной сфере и его доктрина по сути должны являться опорными или базисными и для общеевропейского культурного права.

На этом ключевом выводе закончим анализ Устава, его целей и задач как базисных основ культурного права Совета Европы и перейдем к праву ЕС.


В контексте нашего исследования особый интерес представляет анализ связи временнóй последовательности возникновения и содержания правовых норм в генезисе нормативных и ненормативных (обязательных и (или) рекомендательных в праве) источников - от законодательства Европейских сообществ к законодательству Европейского Сообщества и праву Европейского Союза (собственно право ЕС).

В отличие от Совета Европы, известной в массовом сознании как авторитетная, политическая и гуманитарная международная межправительственная организация, Европейские сообщества (ЕОУС, ЕЭС, Евратом) со времени их создания (вторая половина 20 века) для среднестатистического жителя одного из европейских государств представлялись и представляются до сих пор как организации сугубо экономические, направленные на достижение исключительно экономических (пространственно-энергетических) выгод и снятие барьеров для достижения все тех же пространственно-энергетических преимуществ: общий рынок, свободное передвижение товаров, услуг, капиталов и рабочей силы, единая валюта, общие правила налогообложения, единое таможенное пространство и т.п.

С течением времени необходимость и правильность поставленных в учредительных договорах этих организаций экономических целей и задач полностью оправдались, а успехи западноевропейской интеграции в рамках ЕС в экономической сфере к началу 21-го века очевидны, общеизвестны и не вызывают сомнения.


Однако нельзя не заметить и такой глобальной особенности в развитии ЕС и его права как значительное расширение и усиление его культурной составляющей.

Как общий девиз, как общее направление в его трансформации, на наш взгляд, могут быть определены и озвучены: от Единого рынка к Единой культуре (или как задача-минимум, от Общего рынка к культурной экономике).

Добавим также, что международные аналитики практически повсеместно отмечают и общемировую, и общеевропейскую тенденцию “культуризации” экономики. Последняя как раз ярче всего проявляется в экономических макропоказателях и процессах в государствах-членах ЕС3.


Несомненно, что это явление находит прямое отражение и в правовых источниках, прежде всего, в учредительных документах ЕС.

Начнем, пожалуй, с анализа правовых норм в культурной сфере “по горизонтали”.

Даже в рамках первой опоры законодательства ЕС (напомним для неспециалистов, что речь идет как раз по преимуществу об “экономическом праве” Европейских сообществ) уже были созданы юридические основы для успешного развития культуры и культурной деятельности, пусть и в несколько “экономическом” направлении.

Так, согласно пункту q) параграфа 1 ст.3 Договора, учреждающего Европейское сообщество, деятельность Сообщества, осуществляемая согласно условиям и в сроки, которые предусмотрены настоящим Договором, в соответствии с задачами, указанными в статье 2 (добавим – почти все это чисто экономические задачи, о которых мы говорили выше – прим.автора) прямо включает “вклад в образование, профессиональное обучение и развитие культуры в государствах-членах”.

В настоящем Договоре также имеется глава 3, состоящая из двух статей, 149 и 150, которые полностью посвящены “Образованию, профессиональному обучению и молодежи”, а также Раздел XII. (бывший раздел IX). Культура”, состоящий из одной статьи 151 (бывшая статья 128), в которых формулируются цели и задачи “культурных действий” Сообщества, в частности:

– расширять и распространять знания о культуре и истории европейских народов;

– сохранять и защищать культурное наследие европейской значимости;

– некоммерческий культурный обмен;

  • художественное и литературное творчество, включая аудиовизуальный сектор;

  • развить европейские аспекты в образовании, в частности путем преподавания и распространения языков государств-членов;

  • поощрять мобильность студентов и преподавателей, в том числе путем признания в научной среде дипломов и сроков обучения;

  • содействовать сотрудничеству между учебными заведениями;

  • развивать обмен информацией и опытом по проблемам, общим для образовательных систем государств-членов;

  • поощрять развитие обмена молодежью и преподавателями в области общественных наук;

  • поощрять развитие заочного образования.


Правовые нормы, содержащиеся в указанных статьях, прямо относят многие, в том числе, вышеназванные, важные предметные области в культурной сфере к предметной компетенции Сообщества, правда сказать, основной упор при этом делается на поощрение непосредственного сотрудничества государств-членов.

Согласно пункту 4 ст.151 Договора “предпринимая действия, основанные на других положениях настоящего договора, Сообщество принимает во внимание их культурные аспекты, прежде всего руководствуясь уважением и стремясь поддержать разнообразие культур”.

Таким образом, в действующем законодательстве Европейского Сообщества нормативно закреплен “культурный подход”, при котором даже преследуя в своей деятельности сугубо экономические цели Сообщества учитывают их культурные аспекты, их влияние и воздействие на культуру в целом.

Нужно сказать, что этот подход - не просто декларация, но действительно достаточно распространенный действующий механизм. Работая с нормативными источниками вторичного и дополнительного “экономического” по своей изначальной природе законодательства Европейского Сообщества, можно на практике убедиться в повсеместном наличии “культурных статей” даже в далеких от культурной тематики нормативно-правовых актах.


Теперь – несколько слов о праве ЕС в рамках 2-ой и 3-й опор (напомним, речь идет об общей внешней политике, политике безопасности и сотрудничестве в уголовно-правовой сфере).

Предваряя обвинение возможных оппонентов в том, что “мы всегда и во всем видим одну культуру” (а в стратегическом плане это было бы действительно правильным замечанием и звучало бы для нас как комплимент), однако с точки зрения тактической это, действительно, не совсем так – мы видим культуру там, где она действительно просматривается – но все-таки стремясь четко обозначить свою позицию, реферативно, буквально постатейно в форме кратких штрихов обозначим следующие узловые положения Договора о Европейском Союзе (Маастрихтский договор 1992 г.) и наши комментарии к ним:

Пункт 3 Преамбулы гласит: “Признавая историческое значение прекращения разделения европейского континента и необходимость создания прочных основ для строительства будущей Европы”.

Таким образом государства-учредители Европейского Союза утверждают культурно-историческую значимость восстановления единства Европы и в качестве ценностно-целевого ориентира на будущее закрепляют необходимость создания прочных основ для построения Европейского будущего.

Истинные основы Европейского единства, по нашему убеждению, могут быть осознаны, сохранены и развиты только в Европейской культуре и через культуру, через европейское культурное наследие (достояние). Любые иные интересы и приоритеты носят преходящий, временный и подлежащий преодолению с исторической точки зрения ценностной характер.

Высокие Договаривающие Стороны подтверждают “свою приверженность принципам свободы, демократии, уважения к правам человека, основным свободам и принципам правового государства” (пункт 4 Преамбулы), стремятся к углублению солидарности между своими народами на основе принципа уважения их истории, культуры и традиций (пункт 6 Преамбулы).


Согласно пункту 2 ст.1 (бывшая статья А) “настоящий Договор знаменует собой новый этап в процессе создания, как никогда ранее, сплоченного союза народов Европы…”, таким образом вновь и вновь утверждается истинный глубинный смысл Европейского Союза в создании единства союза народов, которое по сути может быть осознано, сохранено и развито только в Культуре, через культуру и культурное наследие (достояние) народов Европы.

Все иные задачи (см., в частности, пункт 4 ст.1), цели, пути и средства, обретают и раскрывают свой истинный смысл в свете утвержденного выше.

Все другие концептуально-стратегические положения настоящего Договора должны рассматриваться в комплексе в целостной связи с утвержденным ранее в пункте 2 ст.1. Это ключевое процессуальное и научно-практическое юридическое требование – само по себе культурный императив и культурная ценность, существующая в рамках целого.

В частности, содействие экономическому и социальному прогрессу, утверждение самобытности Союза (ст.2), единая институциональная структура (ст.3), защита общих ценностей, основных интересов, его независимости и целостности, всемерное укрепление безопасности, развитие и консолидация демократии и законности и уважение прав человека и основных свобод (ст.11), обеспечение гражданам высокого уровня безопасности в рамках пространства свободы, безопасности и законности (ст.29) в свете вышесказанного также следует оценивать как безусловно необходимые, но частные и производные – в значительной части цивилизационные элементы в создании сплоченного Европейского культурного единства народов.


Таким образом, общая внешняя политика, политика безопасности и сотрудничество в уголовно-правовой сфере ЕС– далеко не самоцель, но составные элементы в процессе культурной политики, культурного развития народов и государств Европы в целом.

И наоборот, если указанные направления политики в умах и на деле европейские политики превращают в самоцель, то они сразу обрекают себя на бесперспективность и в глобальном конечном итоге обречены на неудачу и неуспех. В таком случае они в прямом смысле действуют против организации, которой призваны служить, поскольку подменяют ее истинные цель и смысл.

Если один из рассмотренных выше элементов или частная группа ценностных принципов превалирует, то равновесие всей системы нарушается, и это приводит к увеличению цивилизационной энтропии в Европе. Таким образом, европейская цивилизация, сама по себе как часть более глобальной, единой общепланетарной системы, делает шаг к пропасти и может нарушить общемировую стабильность.

С сущностной точки зрения при традиционном дискретном, бессвязном, бессистемном подходе к европейскому праву в сфере культуры как результат в сознании человека происходит искажение реальности, сужается мировозрение, наступает дисбаланс в изначальной гармонии мира, света и лучей, образующих цельность и целостность как единую суть.


Однако мы не будем останавливаться на описанных ранее печальных картинах, сценариях и диагнозах, а перейдем к более радостному и вселяющему оптимизм анализу третьей ключевой и центральной горизонтальной составляющей права ЕС – к системе законодательства о защите прав и основных свобод человека.

Уже сама постановка вопроса (говоря изначально о сугубо экономическом праве Сообществ, мы переходим, если и не к чисто культурному праву, то к их гуманитарному, в широком понимании этого термина, праву) свидетельствует о многом.

Итак, согласно ст.6 (бывшая статья F) Договора о Европейском Союзе (Маастрихстского договора 1992 г.) нормативно закреплено, что:

  1. Союз основан на принципах свободы, демократии, уважения прав человека и основных свобод, а также господства права – принципах, общих для государств-членов;

  2. Союз уважает основные права человека, как они гарантированы Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод, подписанной 4 ноября 1950 года в Риме, и как они вытекают из общих конституционных традиций государств-членов, в качестве общих принципов права Сообществ.


Таким образом, прямое признание субъективных основных прав и свобод человека (как индивидуальных, так и коллективных), поименованных в настоящей Европейской Конвенции 1950 г., в качестве общих принципов права Сообществ означает их фактическое признание в качестве нормативного принципа первичного права и придание им высшей юридической силы в системе права ЕС наравне с иными принципами и нормами учредительных договоров.

И хотя количество “культурных статей”, или норм, касающихся собственно, культурных прав в настоящей Конвенции невелико (см. ст.ст.9, 10, 14 Конвенции, ст.2 Протокола №1, ст.1 Протокола №12), сам вышеназванный факт нельзя недооценить.

Таким образом, от горизонтали мы плавно перешли в вертикальное измерение Европейского права.

Теперь, если мы, плюс к сделанному концептуальному определению приоритетов ценностей, учтем, что сам принцип уважения прав и основных свобод человека, как общий принцип внутренних конституционных законодательств государств-членов Союза, также имеет высшую юридическую силу в качестве общепризнанного принципа (jus cogens) общего международного публичного права, то становится очевидным центральная, осевая суть именно этой составляющей, этого сегмента законодательства как в Европейском праве, так и, забегая несколько вперед, скажем, в системе Европейского культурного права.


Мы совсем неслучайно заговорили о системе законодательства ЕС о правах и основных свободах человека. К настоящему периоду складывается, и нас в особенности интересует именно система принципов и норм, регулирующая весь комплекс отношений между субъектами европейского права как носителями культуры, субъектами культурных ценностей и культурной деятельности.

В этой связи невозможно пройти мимо основных фундаментальных положений Хартии Европейского Союза об основных правах от 7.12.2002 г., которые концептуально подтверждают, дополняют и позволяют предопределить главный вектор, главное направление дальнейшего развития представляемой в настоящем исследовании доктрины Европейского культурного права в будущем. Преамбула Хартии гласит:

“Народы Европы, учреждая между собой как можно более тесный союз, решили совместно обеспечить себе мирное будущее, основанное на общих ценностях.

Осознающий свое духовное и нравственное историческое наследие, Союз базируется на всеобщих и нераздельных ценностях – человеческом достоинстве, свободе, равенстве и солидарности; он опирается на принцип демократии и принцип правового государства. Он помещает человеческую личность в центр своей деятельности…

Союз вносит вклад в сохранение и развитие данных общих ценностей, уважая при этом разнообразие культур и традиций народов Европы… ”

Итак, в комплексе с ранее установленным в соответствии с пунктом 2 ст.1 (бывшая статья А) Маастрихтского договора 1992 г. в абзаце 1 Преамбулы Хартии вновь подтверждается основная цель ЕС - в создании союза народов Европы, при этом теперь уже четко и точно утверждается, что этот союз основывается на общих ценностях (common values).

Далее идет перечисление этих общих ценностей – “всеобщих и нераздельных”4. (Справедливости ради, сразу следует оговориться, что в данном контексте их можно считать всеобщими с одним уточнением - только в рамках Европы, для европейцев или для народов Европы- прим.автора.)

Комментаторы уже обращали внимание на то, что защита прав и свобод человека по тексту Хартии строится “вокруг семи основополагающих принципов-ценностей, в едином комплексе составляющих правовой статус личности: принцип уважения человеческого достоинства, принцип обеспечения прав и свобод человека и гражданина, принцип равенства, принцип солидарности, принцип демократии и принцип правового государства”.


Все названные принципы-ценности, по сути относятся к базисным принципам современного международного гуманитарного права (законодательства о защите прав человека) и образуют фундамент правового положения личности в Европейском праве.

При этом из абзаца 2 Преамбулы Хартии следует, что эти ценностные принципы составляют “духовное и нравственное историческое наследие” – напоминаем, в целом, все то же культурное наследие народов Европы как главный предмет настоящего исследования.

Это определение носит ключевое фундаментальное значение для нашего дальнейшего исследования, и мы к нему вернемся в дальнейшем, в разделе “Принципы Европейского культурного права”.

Предвосхищая инкорпорацию или иную формулу юридической трансформации общих принципов и норм, закрепленных в настоящей Хартии, в первичное право ЕС, констатируем по существу, что именно эти принципы и нормы по сути носят высшую юридическую силу в системе права ЕС и будут обладать таковой и формально после названной инкорпорации или трансформации.

Некоторым из них уже придан императивный характер вследствие закрепления в качестве общих принципов права ЕС в Маастрихстском договоре 1992 г. (ст.6) как они гарантированы Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод 1950 г.

Сейчас, после проделанного выше анализа, вновь вернемся к определенному нами общему вектору развития законодательства Европейского Сообщества и Европейского Союза.

Радует, что в рамках официальных структур ЕС также есть понимание установленных тенденций. Так, в Мнении Экономического и Cоциального комитета ЕС о документе “В направлении к Хартии ЕС об основных правах” говорится: “Хартия об основных правах, базирующаяся на этике, нравственных стандартах и солидарности, не просто кодифицирует права и обязанности, но представляет также общий набор ценностей. Тем самым она поддерживает Европейский Союз в его движении от “Сообщества прав” к “Сообществу ценностей”, в рамках которого Европейская самобытность (identity) получает возможность для своего развития”.5


При анализе ситуации в целом становится очевидным, что в законодательстве ЕС проявляется макротенденция “гуманизации” и “культуризации” экономики, переход к которой можно также охарактеризовать преобладанием качественных критериев и оценок культурного (гуманитарного, культурологического или культурно-ценностного) характера, в отличие от доминировавших прежде сугубо экономических (пространственно-энергетических и количественных) показателей.

Таким образом “задача-максимум” права ЕС, сформулированная нами в виде лозунга “От Единого рынка - к Единой культуре”, в рамках нашего подхода и используемых нами методов исследования вполне подтверждается.

Мало этого, она приобретает императивный юридический смысл в силу закрепления в учредительных документах ЕС в качестве фундаментальной первостепенной уставной цели: создание союза народов Европы, основанном на общих ценностях, составляющих их культурное наследие (достояние).


Согласно пункту 3 ст.1 Договора о Европейском Союзе (Маастрихтского договора 1992 г.) “Союз учреждается на базе Европейских Сообществ, дополненных сферами политики и формами сотрудничества в соответствии с настоящим Договором”.

Таким образом, “коммунитарное право” (законодательство в рамках “первой опоры”, “экономическое законодательство” трех Европейских сообществ), сохраняя определенную внутреннюю самостоятельность и автономность в системе права Европейского Союза в целом, вместе с тем по сути становится его базисным сегментом, соподчиненным и направленным на достижение фундаментальной первостепенной уставной цели и тех новых целей, которые закреплены в последующих учредительных договорах. Несомненно, что первоначальные цели Сообществ также должны рассматриваться в цельности и целостности с последующими и пониматься в свете целеполагания принципов и норм первичного права в целом.


А теперь сделаем вытекающий и подлежащий утверждению вывод из синтетического анализа систем источников ЕС и СЕ как двух составляющих системы источников ЕКП.

Из проведенного выше сравнительного макроанализа можно сделать вывод, что нормативно закрепленные культурные цели и задачи Совета Европы, а также фундаментальная юридически значимая цель и процесс (путь) создания Европейского Союза как и вектор фактического развития права ЕС, как это ни парадоксально на первый взгляд, стремятся к единому знаменателю.

В рамках предлагаемой в настоящей работе парадигмы ЕКП, главные фундаментальные цели Совета Европы и Европейского Союза, как международных организаций, совпадают. Это создание и достижение более сплоченного союза европейских государств – единства европейских народов, основанных на культурных ценностях, составляющих их общее культурное достояние (наследие).

При ближайшем сопоставлении вы также можете встретить даже частично дословное совпадение формулировок их производных и соподчиненных главной, целей и задач.

Таким образом, возникновение и разработка доктрины ЕКП суть онтологическое и системное требование, вытекающее из уставных учредительных целей и задач деятельности ЕС и СЕ как международных интеграционных объединений и международных правосубъектов.


^ Субъекты Европейского культурного права

Проблематика правосубъектности в европейском культурном праве представляет собой определенную сложность и поэтому - большой интерес для исследователя, поскольку ее разрешение предполагает синтетический анализ как вопросов определения субъектов с опорой на традиционные школы международного публичного и частного права, так и в рамках межсистемного анализа взаимодействия различных регулятивных систем и особенностей правоотношений субъектов культурной деятельности в Европе.

Принимая за основу общедоктринальную классификацию европейского права на три основных сегмента (составляющие), припомним, что в рамках первой составляющей (право Европейских сообществ, “коммунитарное право”), включающей нормы первичного и вторичного права, субъектами являются не только государства, но также физические и юридические лица, находящиеся под юрисдикцией государств-членов.

Хотя доля этих норм, регулирующих отношения в сфере создания, сохранения, развития и защиты культуры, культурных ценностей и культурных прав, в системе Европейского культурного права в целом сегодня сравнительно невелика, не упустим из виду, что именно эта система норм интегрирована в национальные правовые системы государств-членов и именно она подлежит обязательному прямому применению национальными судами. Именно эти нормы изначально имеют приоритет применения по отношению к нормам национального права (принцип верховенства права ЕС). Именно в рамках этого права создана сложная система судебной защиты как частных лиц, организаций, так и государств-членов ЕС и его институтов (учреждений), включающая как Суд ЕС, Суд первой инстанции, так и системы национальных судов государств-членов.

В рамках второй составляющей (нормы, применяемые в рамках второй и третьей опор Европейского Союза) субъектами являются только государства – члены Союза. Это почти традиционный международно-правовой вариант правосубъектности.

Применительно к третьей составляющей, которую образуют нормы Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, субъектами этого сегмента европейского права являются и государства, и физические и юридические лица.

При чем, если индивидуумы и организации выступают в роли субъектов как конкретные носители субъективных прав и свобод, а также носители права обращения за судебной защитой в Европейский суд по правам человека, то государства-участники Конвенции – как своего рода “родители” закрепленных в ней норм, непосредственные гаранты и исполнители тех прав и свобод человека, которые они обязались соблюдать, а также носители ответственности в случае их нарушения.


Обратим внимание на ст.1 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая установила, что “Высокие Договаривающиеся Стороны обеспечивают каждому, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в разделе I настоящей Конвенции”.

Из ее анализа в системной связи с содержанием ст.34 Конвенции (“Суд может принимать жалобы от любого физического лица, любой неправительственной организации или любой группы частных лиц…”), следует, что круг правосубъектов не ограничен индивидуумами, но и включает в себя группы физических лиц и юридические лица как носители прав и свобод, являющихся объектом защиты в соответствии с настоящим международным договором.


Таким образом, правосубъектность в рамках настоящей системы правопорядка ЕС, представляющей, как уже отмечали многие авторы, сложное гетерогенное образование, носит как черты международного публично-правового и частно-правового характера, так и обладает особенностями, все более напоминающими национальную правовую систему государственно-федеративного характера (особенно – в рамках первой составляющей), а в целом целостна и уникальна, поскольку обладает качественным своеобразием, неприсущим просто сумме вышеперечисленных слагаемых систем правового регулирования или взятым в отдельности.

Итак, подводя некий промежуточный итог вышеизложенному, можно сделать вывод о полисубъектности описанной правовой системы ЕС как существенной характеристики этого сегмента Европейского культурного права.


Проблематика правосубъектности в культурной сфере в рамках права Совета Европы представляется в большей степени определенной, изученной и описанной исследователями вследствие ее традиционного классического международно-правового характера.

Для нас в рамках настоящего исследования особенно важно подчеркнуть смещение от традиционных взглядов и подходов классического МПП в сторону признания субъектами кроме государств - физических и юридических лиц, согласно принципам и нормам Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г.

Несмотря на целый ряд условностей, оговорок, формализованность процедур, связанных с настоящим признанием, достаточно строго определенную предметную и институциональную сферу действия этой одной из осевых составляющих права Совета Европы именно эта особенность – множественность субъектов, на наш взгляд, является существенной, определяющей общую тенденцию и вектор развития не только проблематики правосубъектности в системе права Совета Европы, но и сущностной онтологической особенностью Европейского культурного права в целом.


^ Отраслевые принципы ЕКП

Вся доктринальная и логически-понятийная сложность определения отраслевых принципов Европейского культурного права заключается в том, что они должны “сочетать в себе несочетаемое”, представлять собой аналитический синтез двух взаимоисключающих начал: абсолютного и частного, системного и индивидуального, общего и единичного, пространственного и временного – быть безусловно юридическим (императивным) принципом для европейских правосубъектов и одновременно - особой культурной категорией (культурной ценностью), то есть обладать культурной уникальностью sui generis в универсальной системе Международного культурного права.


На основе комплексного анализа системы источников предлагаем выделить следующие основные специальные принципы ЕКП:

  1. принцип защиты и осуществления духовных и моральных ценностей (идеалов и принципов), составляющих общее культурное достояние (наследие) народов Европы (пункты 3 и 4 Преамбулы, параграф a ст.1 Устава Совета Европы, Преамбула Хартии Европейского Союза об основных правах)

  2. принцип уважения и защиты единства общего наследия культурных ценностей государств Европы (в системной связи параграф a ст.1, пункты 3 и 4 Преамбулы Устава Совета Европы)

  3. принцип защиты и уважения культурного разнообразия в Европе (в комплексной связи параграф 4 Преамбулы Европейской конвенции о совместном кинопроизводстве, параграф 1 ст.151 Договора о Европейском Сообществе, пункт 3 Преамбулы, ст.22 Хартии Европейского Союза об основных правах, параграф 3 ст.6 Маастрихтского договора)

  4. принцип защиты и поощрения развития национального вклада в общее культурное наследие (достояние) Европы (ст.1 Европейской конвенции по культуре)

  5. принцип демократии (параграф 1 ст.6 Маастрихтского договора, пункт 2 Преамбулы Хартии Европейского Союза об основных правах)

  6. принцип уважения и обеспечения прав человека и меньшинств в Европе (ст.1 Европейской конвенции о защите прав человека, параграф 1 и 2 ст.6 Маастрихтского договора, ст.3 Устава Совета Европы, ст.ст. 1, 3, 4 Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств 1995 г.)

  7. принцип человеческого достоинства (пункт 2 Преамбулы, глава I Хартии Европейского Союза об основных правах)

  8. принцип свободы (параграф 1 ст.6 Маастрихтского договора, пункт 2 Преамбулы, глава II Хартии Европейского Союза об основных правах)

  9. принцип правового государства (верховенства права и правосудия) (ст.3 Устава Совета Европы, (параграф 1 ст.6 Маастрихтского договора, пункт 2 Преамбулы, глава VI Хартии Европейского Союза об основных правах)

  10. принцип равенства (юридического равноправия) (пункт 2 Преамбулы, глава III Хартии Европейского Союза об основных правах)

  11. принцип солидарности (пункт 2 Преамбулы, глава IV Хартии Европейского Союза об основных правах)

  12. принцип сотрудничества европейских государств в сфере культуры (ст.3 Устава Совета Европы)

  13. принцип уважения национальной, региональной и местной культурной самобытности государств Европы

  14. принцип уважения культурной самобытности человека, национальных и этнических меньшинств в Европе


Как уже многократно утверждалось в доктрине МПП, правовая цель является системообразующим, системоорганизующим и нормативно обязательным фактором в международном праве.6 Не является исключением и полиотраслевая система международного Европейского культурного права.

Поэтому в рамках предлагаемой в настоящей работе парадигмы ЕКП, указанные выше отраслевые принципы должны трактоваться и осуществляться в свете главной общей фундаментальной двоякой цели основных европейских международных интеграционных объединений - Совета Европы и Европейского Союза, как международных культурных субъектов, в свете создания и достижения более сплоченного союза европейских государств – сохранения и развития единства европейских народов, основанного на культурных ценностях, составляющих их общее культурное достояние (наследие).

Все названные выше принципы взаимосвязаны и взаимозависимы, следовательно они должны рассматриваться и реализовываться в непосредственной взаимосвязи друг с другом. Каждый аналитически выделенный, самостоятельный принцип-ценность следует рассматривать и трактовать в контексте целостной системы ЕКП.

Указанные требования не только следуют из взятого нами за основу методологии - общенаучного принципа системности, а также принципов, в том числе императивных, Международного культурного права, общего международного права и универсального гуманитарного права, но и являются культурным императивом, следствием развертки принципа цельности и целостности Европейской культуры, культурной деятельности и культурных ценностей в Европе.

По нашему мнению, рассматриваемые в целостности вышеназванные принципы-ценности, с пятого по одиннадцатый, конкретизируют, уточняют и расшифровывают первый принцип, который с их помощью превращается из в значительной мере декларативного в юридически конкретный и нормативно наполненный.

Пятый принцип - “принцип демократии”, исходя из общедоктринальных представлений, может быть осмыслен как в особом первоначальном узком значении, как “власть народа, народовластие (власть большинства)”, так и с учетом новейших веяний в обобщенном универсальном смысле как цель, принцип и итог развития Европейской цивилизации и государственности. В последнем случае принципы с шестого по одиннадцатый также могут быть объединены и рассматриваться как юридическая развертка пятого принципа.

Сделав вышеприведенную кодификацию принципов в рамках парадигмы ЕКП, мы отдаем себе отчет, что она фрагментарно (особенно тринадцатый и четырнадцатый принципы) опережает время и средний уровень развития правовой доктрины в Европе. Неизбежно вызывая таким образом возражения оппонентов, мы совершенно осознанно делаем это, поскольку понимаем смысл и цель права не только в формальных констатациях его фактического состояния (юридический позитивизм), но и в правовом целеполагании, в его стремлении к правовому и культурному идеалу, которые в нашем понимании неразрывны.


^ Проблемы, задачи и перспективы развития

Нельзя не согласиться с европейскими парламентариями, которые неоднократно отмечали некоторые тревожные факты в развитии культурной сферы в Европе.

В частности, важность и значимость культуры в широком понимании соответствующим образом не отражается в статьях бюджетных расходов, кадровой схеме и структуре персонала СЕ, а расширение ЕС может представлять определенную опасность для культуры в форме новой разграничительной черты в Европе.

Европейские парламентарии также отметили и два основных подхода, две основных тенденции в развитии европейской культурной сферы в целом:

  • для политических целей, когда культура становится средством решения тех или иных политических задач,

  • и развитие культуры sui generis.7


Первый, безусловно, может принести ощутимые и конкретные результаты, но он явно не соответствует тому Высокому предназначению, тем Высоким чести и достоинству Культуры, которые суждены ей в веках. Только развитие культуры из ее внутренних побуждений, из внутреннего смысла и внутренней логики мотивации в конечном итоге оправдывают себя, ее носителя и целесообразны по существу.


Проведенный в настоящем исследовании анализ фундаментальных макроцелей, задач, механизмов и принципов, а также причин и тенденций развития права ЕС и СЕ в культурной сфере показывает, что в целом все и вся стремится к Единому культурному знаменателю, к Единому культурному измерению.

Даже в “цивилизационных” сферах, в сферах политики, экономики, управления, далеких по своей природе от культуры, происходит процесс “окультуривания” или “культуризации”, что само по себе радостно и показательно.

Вместе с этим, в этом процессе заключается и вся сложность и обратная сторона медали, когда частично целевое, частично - непреднамеренное сближение – как многим казалось - изначально разнонаправленных и по существу различных, во многом даже полярных друг другу правопорядков Совета Европы и Европейского Союза не только de facto , но и de jure привело к их непосредственному не только “идейному”, но и к проявленному материально-предметному взаимодействию.

Ныне даже их предметная компетенция и полномочия частично перекрываются, а это таит в себе прямую угрозу конкуренции и скрытой борьбы между этими двумя европейскими конгломератами.

Обратите внимание, что ни Европейское Сообщество, ни Европейский Союз, как международные правосубъекты на момент написания настоящей статьи не являются участниками ни одного Европейского специального культурного договора, заключенного в рамках Совета Европы.

С другой стороны, принятие Европейским Союзом Хартии об основных правах 2000 г., которая в относительном смысле – с точки зрения частного сравнительного подхода в отношении системы защиты прав человека в рамках Конвенции Совета Европы о защите прав человека и основных свобод 1950 г. содержит более высокие и с точки зрения культуры критерии, подходы и ценности, а в абсолютном смысле - с процессуально-правовой и субъектной точек зрения при формальном отношении может привести к появлению “двойных стандартов” и таким образом стать фактором раскола единого культурного пространства в Европе.

Таким образом, на первый план выходит задача заинтересованного, делового, высокопрофессионального и неформального взаимодействия этих двух во многом формирующих образ современной Европы правовых систем, их институциональных структур и должностных лиц.

Проблематика постановки и согласования целей, доктрин, концепций и подходов в культурном праве между ЕС и СЕ таким образом также становится как научной, так и практической задачей №1 в академической научной среде и в международной европейской культурной политике.


Все предпринимавшиеся до сих пор попытки определить концептуальные научно-правовые и практические критерии “общеевропейского культурного наследия” и создания Списка хотя бы объектов недвижимого культурного наследия Европы до сих пор так и не увенчались успехом. При чем последнего рода попытки большей частью осуществлялись в рамках ЕС8, а не в рамках СЕ, что по существу было бы более логично.

Все это свидетельствует о сложности и неоднозначности процессов, тенденций и факторов, происходящих и влияющих на культурную ситуацию и ее развитие в современной Европе.

Разграничение и дефинирование таких фундаментальных понятий как “культурное наследие – культурное достояние” в Европейском культурном праве - более актуальная задача, чем в Международном культурном праве. Именно европейским законодателям придется практически системно и стратегически выверено рассматривать эту фундаментальную доктринальную проблематику и решать эту непростую задачу в букве и духе правовой материи в самом ближайшем будущем.


Если мы обратимся к актуальным дискуссиям последнего времени в Совете Европы, в Европейском Союзе о европейской самобытности (European Identity), то услышим одни и те же вопросы: что значит быть европейцем, кто такие европейцы, чем они по сути отличаются от неевропейцев? Разве любое различие между правосубъектами в Европе переходит в культурное отличие и суть культурное разнообразие?

Ответы, истоки и подходы к ответам на эти вопросы, по нашему убеждению, также могут быть найдены только в культуре, в культурной самобытности (Cultural Identity) - и как средство от разрушающих воздействий глобализации, и как средство от угрозы потери своего Европейского индивидуального и коллективного культурного образа и облика, и как достойная Высшая цель sui generis.


Как показывает проведенный в настоящем исследовании макроаналитический синтез, цель и путь едины – это сохранение и развитие культурных ценностей, образующих культурное единство и разнообразие в культурной (творческой) деятельности в Европе; это защита и осуществление духовных и моральных ценностей (идеалов и принципов), которые составляют общее культурное достояние (наследие) европейских народов; это Европейская культура как интегральная часть мировой культуры и культурное развитие европейцев в целом.

Общепланетарный идеал, выраженный универсальной формулой: “единство в разнообразии” с учетом европейской специфики, по нашему убеждению, может и должен стать первоочередным общеевропейским девизом “Европейское культурное единство в разнообразии культур, общеевропейское наследие (достояние) культурных ценностей и культурной деятельности в Европе”!


Если мы обратим свой мысленный взор в Историю, то увидим, что даже Великие империи, союзы государств и народов прошлого, мощь и богатство которых казались современникам безграничными, а время власти – вечной, рано или поздно угасали, приходили в упадок и, наконец, совсем исчезали с политических карт Земли.

Их правители чаще всего следовали участи управляемых, им на смену приходили другие, иногда более, иногда менее удачливые запечатлевшиеся в истории правители.

Только немногие герои, гении, правители и мудрецы, которым удалось войти в Культуру, остались в памяти земного человечества. О них знают, их цитируют и почитают, им подражают, у них учатся.

По нашему убеждению, Культура и культурная (авторская, творческая) деятельность составляют истинную цель и смысл существования не только человека, но и

национальных и этнических меньшинств, сообществ, народов и государств, международных объединений и человечества в целом.

Только как субъекты культурной (творческой) деятельности de facto, они входят в Вечность и Бесконечность. Только преследуя культурные цели и задачи, постоянно стремясь к сохранению и развитию культуры и культурной (творческой, авторской) деятельности получает свое Высшее предназначение и оправдание и право как социальный государственный и межгосударственный институт.

Между тем, на нынешнем этапе развития действующее (традиционное) международное право далеко не всегда и не всем из вышеперечисленных культурных субъектов предоставляет такое безусловное право de jure.

Вы знаете, что действующее международное публичное право (МПП) в лице многих – если не большинства - авторитетных специалистов на нынешнем этапе его развития не признает в качестве субъектов не только индивидуумы, культурные меньшинства и сообщества, но даже народы “удостаивает правосубъектностью” только при условии наличия ряда обстоятельств: сформирования представительных властных органов, признания их все теми же традиционными “первичными и основными” субъектами - государствами и т.д.

С одной стороны, не считаться с этим status quo в МПП было бы неверно, поскольку это означало бы – игнорировать объективно исторически сложившуюся реальность.

С другой стороны, при четком осознании рассматриваемой в настоящей статье проблематики мы напрямую сталкиваемся с четкими вопросами: насколько действующее международное право “культурно”? В какой степени оно служит Культуре и культурному совершенствованию? Или оно только оправдывает преходящие, весьма изменчивые и зачастую сомнительные, завуалированные под еще более формализованными юридическими формулами экономические, политические, административные и прочие интересы нынешней, пятой, по счету эзотерических источников, цивилизации?

В последнем случае, такое право (а мы убедились, что по сути и по форме оно уже все больше напоминает не право, но - бесправие) вместе с его родительницей, цивилизацией, ждет та же участь, что и пять предыдущих.

Внутригосударственное законодательство о культуре во многих странах также носит опасные симптомы и страдает от свойственных ему вследствие концептуальной недальновидности и, чего греха таить, некомпетентности законодателя болезней, таких как дискретность, бессистемность, излишне формализованный характер, отсутствие кодификации и перспективных доктринальных разработок, экономическая, политическая, административно-управленческая и прочая “цивилизационная” ангажированность.

Однако мы не будем останавливаться на этих мрачных констатациях и сценариях, поскольку проведенное выше исследование показывает, что есть и другой выход. Значительные проблески света даже в нынешней форме европейского законодательства дают возможность и право определить, по нашему мнению, истинное направление движения к Культуре в международном Европейском культурном праве.


Разработка доктрины Европейского культурного права (ЕКП) рассматривается нами, как попытка и средство научного поиска и утверждения глубинного смысла и цели генезиса человека, государств и народов, международных и межгосударственных объединений, национальных и этнических меньшинств и сообществ, а также всего земного человечества как единое целое в Культуре, отображенных в праве.

Если европейская цивилизация призвана и будет служить Культуре и в культуре, то у нее есть перспектива на безграничное и вечное развитие, в том числе и в праве.

В Культуре всем есть место. И у каждого есть неотъемлемое право приобщиться к ней. Никто в культуре не претендует на наше место, поскольку в культуре каждый из нас уникален, неповторим и незаменим. В культуре - вы сами культурное достояние, и это ваше место в Вечности и Бесконечности.

Но как найти в себе этот путь к Культуре? Как осознать себя в Культуре, открыть двери к своему неповторимому “я”, творцу и автору?

Именно в культуре, в ноосфере все вопросы “на злобу дня” уже решены. Там всё и вся уже состоялось. В культуре все те многочисленные текущие проблемы, которые сегодня так мучают как простых жителей, граждан, так и политических деятелей, руководителей различных меньшинств, целых государств, народов и их международных объединений, сняты, поскольку их там просто нет. Проблемы возникают только в цивилизации, а в культуре их нет и быть не может.

Настала пора вновь ясно сказать, что в экономической, политической, правовой жизни современного общества “всё поставлено с ног на голову”. Вместо первопричины – Культуры, все говорят и тяготеют к цивилизации. Но утеряв стремление к Культуре как к первоисточнику, вы неизбежно оказываетесь в следствиях и последствиях цивилизации – ксенофобии, нетерпимости, расовых предрассудках и бедности. Устранять следствия, не устранив причину – бессмысленно. Это все равно, что бороться с призраками… Международный терроризм в данном случае - также лишь крайнее проявление культурной ограниченности, не более.

Обратите внимание, что всё некультурное превращает в мишень, в первостепенную цель для своих нападок именно культуру. Взрывы самолетов с террористами в нью-йоркском центре торговли пришлись не просто на многолюдный небоскреб, именно он, наряду со Статуей Свободы, и, если хотите, кока-колой и гамбургером, является визитной карточкой и национальным символом культуры Америки. Захват заложников именно в театральном культурном центре в Москве – не простое совпадение, циничное разрушение талибами памятника всемирного наследия – статуи Будды в Афганистане также неслучайно.

Все это звенья одной цепи, которую можно последовательно продолжить далеко в прошлое. Вспомните хотя бы Герострата, ради собственной “славы” уничтожившего одно из семи чудес Света в Древнем мире. Как сказал один мудрый человек, печальная “история повторяется для тех, кто не делает из нее уроков”.


Казалось бы простой выход напрашивается сам собой: осмыслите всё происходящее в целостности, как знак, как новое очередное грозное предостережение для себя и своих близких, и всё встанет на свои места. Устремитесь, прежде всего, в себе, к понятиям Культуры – Красоты, Любви и Истины - “и всё остальное приложиться вам”. Вернитесь к чистоте и ясности Первоистока, к неповторимости Ритма – и всё производное решиться само собой.

Ведь по сути все мировые религии, все философские и научные системы, все великие художники, авторы и творцы, приходившие на эту планету, говорили и писали об одном и том же… о культурном Единстве и Целостности Земли, человека и Человечества.

Не видеть и не понимать очевидной реальности может только безответственный и не отдающий отчет своим поступкам умалишенный, но к нему и отнесутся как к таковому. А мы вернемся на свой путь, к той академическо-практической тематике, которая стала основным предметом настоящей работы.


В настоящем исследовании, носящем концептуально постановочный и фундаментальный характер, мы сознательно ограничили понимание Европейского культурного права (ЕКП), как совокупности принципов и норм права в сфере культуры, действующих в рамках двух основных действующих в современной Европе международных европейских интеграционных объединений – Совета Европы и Европейского Союза.

Как показал проведенный макроаналитический синтез, у них есть много общего и, что более важно, в рамках взятой нами за основу универсальной концепции культурных ценностей векторы развития, а также фундаментальные цели, задачи и принципы их правовых систем о культуре, культурных ценностях и культурной деятельности в Европе сонаправлены и по сути едины. Именно это обстоятельство позволяет нам чисто юридически объединить рассматривавшиеся ранее дискретно и вне системной связи правовые нормы и принципы в целостную полиотраслевую систему Европейского культурного права.

Отметим, что настоящий этап в развитии доктрины ЕКП представляется нам основополагающим, но, конечно, не окончательным, за ним должны последовать более расширительные с предметной и процессуальной точек зрения методологии в неразрывной связи с системами европейского регионального международного права и Международного культурного права в целом, о которых сказано ранее. Однако это уже тема для другого, более обширного и с фундаментальной точки зрения полностью самостоятельного и специального исследования.


С прикладной точки зрения, на наш взгляд, необходима скорейшая практическая трансформация традиционных подходов в политике, экономике и праве к реальному и эффективному утверждению Высокого предназначения человека и человечества как Творца, как Автора своей собственной судьбы, о котором всегда говорили и писали лучшие, Великие его представители в веках.

С этой точки зрения – предлагаемые в настоящей статье подходы и методы для многих могут послужить реальной научно-практической базой для критического переосмысления достигнутого собой и современной правовой цивилизацией уровня на конец 20-го – начало 21-го века нашей эры, стать отправной точкой для дискуссий и осмысления своего нынешнего фактического положения в неумалимом потоке Вечности и Бесконечности, найти свой путь к самому себе, как Творцу и Автору.

Помня древнюю мудрость, скажем: sapienti satразумному достаточно…



 Об авторе: Молчанов Сергей Николаевич, начальник Аналитического отдела НПЦ по охране памятников Свердловской области, разработчик доктрины Международного (Европейского) культурного права, член Российской Ассоциации международного права, автор более 20 научно-практических статей, посвященных тематике сохранения и развития культуры, культурных ценностей, культурной деятельности - охране памятников культурного наследия человечества.

Авторский эл.сайт http://smolchanov.narod.ru



1 Е.Д.Марченко. Осознание Европы. "Молитвы Нового века", Радатс, СПб, 2001, с.158.


2 Первичный общий анализ этой сферы дан нами ранее. Подробнее см. // Материалы международной конференции “EVA.2002.Москва. Информация для всех: культура и технологии информационного общества. 2-7 декабря 2002 г.”, Москва, 2002 г., pp. 2~1~1 – 2~1~7 // http://smolchanov.narod.ru/EuropCultHeritage.htm

3


 Подробнее см., в частности, International flows of selected cultural goods 1980-98, UNESCO Insitute for Statistics, 2000; Europeans’ participation in cultural activities, Eurostat, April 2002; Exploitation and development of the job potential in the cultural sector in the age of digitalization // http: europa.eu.int/comm./employment_social/news/2001/jul/digital_en.html


4 см. “Хартия Европейского Союза об основных правах: Комментарий / Под ред. проф.Кашкина С.Ю.- М.: Юриспруденция, 2001”, с.63.


5 Opinion of the Economic and Social Committee on “Towards an EU Charter of Fundamental Rights”. OJ C 367. 20.12.2000. P.27.


6 см., в частности, Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. – М.: Изд.БЕК, 1996, с.116-120.


7 см. Рекомендация ПАСЕ 1566 (2002) “Европейское культурное сотрудничество и будущая роль Ассамблеи” (пункты 6, 10)

8


 см., в частности, Report of the Committee on Culture to the European Parliament on the application of the Convention Concerning the Protection of the World Cultural and Natural Heritage in the Member States of the European Union (2000/2036(INI)), 6.12.2000, Final A5-0382/2000, р.14.


©С.Н. Молчанов.

2003.

© Sergey N. Molchanov.

2003. All rights reserved.


- -




Скачать 495,11 Kb.
Дата конвертации30.07.2013
Размер495,11 Kb.
ТипДокументы
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы