По русскому языку Традиции теории \"трёх штилей\" М. В. Ломоносова в произведениях поэтов первой половины XIX века icon

По русскому языку Традиции теории "трёх штилей" М. В. Ломоносова в произведениях поэтов первой половины XIX века



Смотрите также:


ГБОУ Гимназия №1505

«Московская городская педагогическая гимназия – лаборатория»


Реферат


по русскому языку


Традиции теории "трёх штилей" М.В. Ломоносова в произведениях поэтов первой половины XIX века


Выполнила:

Папанкина Анастасия 9 «Б»


Научный руководитель:

кандидат филологических наук

Старикова И.Л.


Москва

2013 г

Содержание


Введение………………………………………………………………………………3

Глава I. Теория «трёх штилей Ломоносова…………………………………………4

§ 1. Предпосылки создания теории «трёх штилей»……………………………….4

§ 2. Задачи М.В Ломоносова в области упорядочения русского языка………….6

Введение


Реферат посвящен рассмотрению теории «трёх штилей» М. В. Ломоносова, которая во многом упорядочила и осовременила русский язык, и её отражению в произведениях русских поэтов первой половины XIX века.

Во введении к работе высказывается гипотеза исследования, основная задача, обозначаются поставленные цели для выполнения задачи реферата.

В первой главе рассматриваются исторические предпосылки реформирования русского языка М. В. Ломоносовым, особенности теории "трёх штилей" и её отражение в стихотворениях Ломоносова.

Во второй главе рассматриваются выявленные элементы сохранения/нарушения традиций теории "трёх штилей" в отдельных стихотворных произведениях поэтов начала XIX в.

Работа содержит вывод.

Актуальность настоящей работы определяется необходимостью проследить «связующую нить» между теоритическими взглядами на стилистическую дифференциацию единиц русского языка М. В. Ломоносова и языком русских поэтов начала XIX века.

^ Рабочей гипотезой данного исследования является положение о том, что поэты начала 19 века во многом опирались на традиции Ломоносова и на его теорию «трёх штилей».

^ Теоритическую основу данного реферата составили работы работы К. А. Войловой и В. В. Леденёвой, Е. А. Цыпанова, касающиеся истории русского литературного языка; В. В. Виноградова, Г. О. Винокура, Л. А. Трахтенберга, Е. В. Мешчерского, освещающие вопросы свойств и особенностей каждого из трёх стилей, а также работы

Целью данного реферата является выявление элементов сохранения/нарушения теории «трёх штилей» в произведениях русских поэтов первой половины XIX века.

В соответствии с поставленной целью в ходе написания реферата решался круг конкретных основных задач:

    1. Выявление особенностей языковой ситуации в России ломоносовской эпохи;

    2. Определение причин, побудивших М. В. Ломоносова, обратиться к нормализации ощенационального русского языка;

    3. Выявление основополагающих идей М. В. Ломоносова относительно родного языка;

    4. Изучение теории «трёх штилей» с позиции фонетических и лексических особенностей;

    5. Анализ отдельных стихотворений М. В. Ломоносова и поэтов начала 19 века с позиций рассмотрения и выявления сохранения/нарушений ломоносовских традиций.

^ Объектом исследования являются произведения М. В. Ломоносова русских поэтов первой половины XIX века.

Предметом исследования является выявление сохранения/нарушения традиций теории «трёх штилей» М.В Ломоносова на предмете произведений русских поэтов первой половины XIX века.

^ Теоритическая новизна данной работы заключается в выявлении особенностей соотношения «старого» (теория «трёх штилей» М.В Ломоносова) и «нового» (произведения поэтов первой половины XIX века).

^ Практическая ценность работы определяется возможностью использования настоящего реферата учителями и учащимися при подготовке к урокам русского языка и литературы.

^ Глава I. История создания теории «трёх штилей»


§ 1. Предпосылки создания теории «трёх штилей» М. В. Ломоносова


Теория "трех штилей" М. В. Ломоносова была подготовлена объективной языковой ситуацией в России.

Как отмечают многие исследователи языковой ситуации в России периода М. В. Ломоносова, в том числе Е. А. Цыпанов, российская элита уже семь веков была двуязычна, вернее диглоссна. Под диглоссией понимается особый вид культурного двуязычия, когда одновременно функционируют два языка, но в разных сферах общественной жизни. В России этими языками были церковнославянский и русский [Цыпанов, с. 103].

Церковнославянский язык (по происхождению старославянский) обладал статусом престижного и употреблялся в «высоких» (небытовых) сферах: в церкви, книжно-письменной традиции, государственных документах и образовании, науке, а русский язык (по происхождению восточнославянский) имел статус непрестижного языка и использовался главным образом в повседневном, бытовом общении, фольклоре, низких письменных жанрах: объявлениях, частных договорах, записках.

Разговорный русский язык, отмечают исследователи истории русского литературного языка К. А. Войлова и В. В. Леденева, практически не имел никакого официального статуса, не преподавался в школах и квалифицировался как язык низкого сословия, слуг. Считалось, что исконно русский язык не может передать всех оттенков чувств и тонкостей понятий. Для этих целей было принято использовать иностранные слова. Кроме того, русский язык считался "неподходящим" для выражений понятий науки и культуры, на нём, по языковой традиции того времени, нельзя было читать лекции в академических вузах. Элита считала русский язык мужицко-купеческим, неотесанным, грубым и невыразительным. Бытовало мнение, что в России разговаривать надо по-русски, а писать – по-словенски. [Войлова, Леденева, с. 223]

Итак, следует отметить, что письменный язык той эпохи представлял собой своеобразное смешение элементов из церковнославянских, простонародных, диалектных элементов, вульгаризмов, архаизмов; научная же и специальная терминология практически отсутствовала [Цыпанов, с. 103] .

В Петровскую эпоху языковая ситуация еще более усложнилась: образованные представители элиты стали многоязычными. Через открытое Петром I «окно в Европу» быстро распространилось знание иностранных языков: немецкого, французского или голландского. Следствием этого обильного и бессистемного распространения заимствований из западноевропейских языков явился тот факт, что образованные круги стали переходить в общении на нерусские языки, что отмечается затем как обычное явление вплоть до середины XIX в. В то же время авторитет разговорного русского языка по-прежнему оставался очень низким (к примеру, Татьяна Ларина пишет письмо Евгению Онегину по-французски). «При отрыве от культуры средневековья естественно было излишнее увлечение европеизмом. Польские, французские, немецкие, голландские, итальянские слова казались тогда многим более подходящим средством выражения нового европейского склада чувств, представлений и социальных отношений», - писал академик В. В. Виноградов [Виноградов, с. 97].

Такую же точку зрения высказывают исследователи истории русского литературного языка К. А. Войлова и В. В. Леденева. Они отмечают ряд причин, послуживших отправной точкой для создания стилистической теории М. В. Ломоносова. Так, начиная с эпохи Петра 1 и до середины XVIII в. русский язык претерпел серьезные изменения, что было связано с процессами активной европеизации России. Характерным признаком языка этого периода явилась неупорядоченность в использовании бытующих языковых средств, что выражалось в следующих фактах: язык ведущего, дворянского сословия отличался

  • относительным забвением церковнославянских и исконно русских слов;

  • активным введением в употребление иностранных слов в письменную и устную формы русского языка.

По мненю исследователей, эпоха Ломоносова в истории русского языка была отмечена активной сменой исконно употребляемых на русской почве по происхождению языковых средств на латинизированные (европейские) языковые конструкции [Войлова, Леденева, с. 222].

Таким образом, в ломоносовскую эпоху в России произошло своеобразное языковое размежевание: каждый общественный класс использовал «свой» язык, что не могло не сказаться на языковой ситуации страны в целом. Более наглядно и обобщенно языковую ситуацию в России эпохи М. В. Ломоносова можно представить схематически (Схема 1).

Схема 1




Язык государства

и церкви Дворянское сословие

ЦЕРКОВНСЛАВЯНСКИЙ

ЯЗЫК ЕВРОПЕИЗМЫ


Простонародье

^ РУССКИЙ РАЗГОВОРНЫЙ

ЯЗЫК


Подобная «изоляция» языковых пластов на территории России, их незначительное, минимальное неорганизованное пересечение и, по меткому замечанию В. В. Виноградова, «хаос стилистического разноязычия» [Виноградов, с. 101] определили первоочередную, насущную задачу, стоящую перед русской наукой и культурой того времени - решение вопросов упорядочения всех пластов русского языка, своеобразного "возвышения" родного языка и создания определенного свода правил общенационального русского языка с устной и письменной формами бытования, разграничение функциональных стилей [Белявский, с. 59 — 60].


§ 2. Деятельность М.В Ломоносова в области упорядочения русского языка

Основы нормализации общенационального русского языка заложены великим русским ученым и поэтом М. В. Ломоносовым. Исследуя причины языковой реформы реформы XVIII в., В. В. Виноградов отмечает, что предпосылки, которыми руководствовался М. В.Ломоносов, сводились к трем основным положениям:

  1. констатация нецелесообразности и сужения использования церковнославянского языка;

  2. доказательство того, что живые элементы церковнославянского языка следует искать в обществе, бытовой практике религиозного культа;

  1. утверждение того, что существенной частью структуры литературного языка являются формы народной речи, и смешение русизмов с церковнославянизмами обуславливают соотношение и состав разных жанров литературы [Виноградов, с.103].

В. В. Виноградов пишет, что Ломоносов решил объединить в понятии "российского языка" все разновидности русской речи - приказный язык, живую устную речь с ее областными вариациями, стили народной поэзии - и признает формы российского языка конструктивной основой литературного языка [Виноградов, там же].

Таким образом, программа М. В. Ломоносова была направлена на объединение русского литературного (книжного) и русского разговорного языка. Первоочередной задачей реформы Ломоносова была концентрация живых нацио­нальных сил русского литературного языка, а также создание общенационального русского языка с устной и письменной формами бытования, с функциональными стилями, а также с формой и содержанием русской основой [Успенский, с. 140].

Прежде всего, замечает Е. А. Цыпанов, перед М. В. Ломоносовым стояла задача изучить строй современного ему русского языка во всех его проявлениях. Русский язык как объект реформации, систематизации и кодификации М.В.Ломоносов представлял в своих творениях: научных трудах, публичных лекциях, трактатах и стихотворениях. Результатом научных исследований ученого явился ряд языковедческих работ («Краткое руководство к риторике» (1743); «Риторика» (1748); «Российская грамматика» (1755)). М. В. Ломоносов волевым методом ввел в Академию наук актуальнейшее тогда филологическое направление, изучение русского языка и составление современных словарей. Главный труд его как лингвиста – составленная им «Российская грамматика» - явилась первой полной научной нормативной грамматикой русского языка, заложившей основы современному русскому языку. М.В.Ломоносов своей «Российской грамматикой» ясно определил основы и нормы языка – звукового состава и произношения, правописания, и самое главное, грамматики (учение о частях речи). В этом труде М. В. Ломоносов узаконил статус «простого российского языка» и установил полную самостоятельность его от церковнославянского [Цыпанов, с. 104].


§ 3. Задачи, стоявшие перед М.В Ломоносовым, в области упорядочения стилистической системы русского языка

Программа кодификация средств русского языка, его различных пластов, начатая М. В. Ломоносовым, требовала и дальнейшего совершенствования, то есть выхода за пределы грамматики и разработки системы стилей русского языка. Отправным пунктом развития русского общенационального языка в первой половине XVIII в. было скрещение двух исконных начал русского письменного слова — книжного и обиходного,— своеобразно осуществлявшееся в различных отделах послепетровской русской письменности, в том числе и художественной литературы [Винокур, с. 138].

Однако для создания стройной системы стилей, как отмечают К. А. Войлова и В. В. Леденева, Ломоносову было необходимо дать ответы на некоторые вопросы:

  1. Что должно составлять основу русского литературного языка?

  2. Какой должна быть норма русского литературного языка?

  3. В каких отношениях находятся русский и церковно-славянский («славенский») языки?

  4. Какие единицы церковно-славянского языка следует использовать в русском литературном языке?

  5. Какими должны быть нормы использования языковых единиц в разных жанрах литературы?

  6. Какое место в русском языке должно отводиться заимствованиям?

  1. Как сочетать законы лингвистики и стилистическое употребление языковых единиц? [Войлова, Леденева, стр. 223].

Размышления над поставленными вопросами привели М. В. Ломоносова к определенным выводам. Создавая теорию «трёх штилей», М. В. Ломоносовв своих работах ориентировался на три положения:

а) Чужестранные научные слова и термины надо переводить на русский язык.

б) Оставлять непереведенными слова лишь в случае невозможности подыскать вполне равнозначное русское слово или когда ино­странное слово получило всеобщее распространение.

в) В этом случае придавать иностранному слову форму, наиболее сродную русскому языку. [Виноградов, стр. 112]

В. В. Виноградов пишет: «Ломоносов точно и ясно ориентируется в современном ему хаосе стилистического разноязычия. Он призывает к «рассудительному употреблению чисто российского языка», обогащенному культурными ценностями и выразительными средствами языка славяно-русского и к ограничению заимствований из чужих языков. От степени участия славянизмов зависит различие стилей русского литературного языка (высокого, посредственного и низкого). Ломоносов высоко оценивает семантику славяно-русского языка и свойственные ему приемы красноречия. Кроме того, из славянского языка вошло в русскую литературную речь "множество речений и выражений разума". С ним связан язык науки. Отказ от славянизмов был бы отказом от нескольких столетий русской культуры. Однако Ломоносов предписывает «убегать старых и неупотребительных славенских речений, которых народ не разумеет». Таким образом, славяно-русский язык впервые рассматривается не как особая самостоятельная система литературного выражения, а как арсенал стилистических и выразительных средств, придающих образность, величие, торжественность и глубокомыслие русскому языку» [Виноградов, с.104].

Похожую точку зрения высказывает и Г. О. Винокур, говоря о том, что «Ломоносов лучше других деятелей этого времени понял, каким путем объективно совершается развитие русской литературной речи, и именно он сделал прочным приобретением русского культурного сознания взгляд на русский литературный язык как на результат скрещения начал «славенского» и «российского». В его учении о русском литературном языке главное значение, несомненно, должно быть придано указаниям на «славено-российский» элемент, состоящий из таких фактов языка, которые «употребительны в обоих наречиях», то есть и в обычном русском языке, и в языке церковных книг. К этому «славено-российскому» ядру, в зависимости от литературных условий и художественных целей, добавляются то собственно «славенские» материалы, если только они «россиянам вразумительны» и «не весьма обветшали», то собственно «российские», «которых нет в славенском диалекте» [Винокур, с. 138].

^ Глава II. Теория «трёх штилей Ломоносова

§ 1. Суть теории «трёх штилей»

Наиболее ёмко и отчётливо идеи Ломоносова, являющиеся сущностью его стилистической теории, которую исследователи обычно называют “теорией трех штилей”, изложены и разъяснены в “Рассуждении (предисловии) о пользе книг церковных в Российском языке” (1757 г.).

В своих изысканиях Ломоносов "жёстко" ограничивает роль церковнославянизмов в русском литературном языке, отводя им лишь точно определенные стилистические функции. Тем самым открывается простор использования в русском языке слов и форм, характерных народной, бытовой речи [Мешчерский, глава 11]

М. В. Ломоносов начинает описание стилистической системы русского языка с классификации слов, критерием которой является принадлежность слов к церковнославянскому и русскому языку. Ломоносов выделяет три группы лексических единиц:

1) общие для церковнославянского и русского языков.

2) характерные только для церковнославянского языка.

3) характерные только для русского языка.

Устаревшие церковнославянизмы из-за их неясности и просторечные русские слова из-за их стилистической неуместности Ломоносов употреблять не рекомендует. [Трахтенберг, стр 4]

Специфика каждого штиля определяется не употреблением слов какой-то одной группы, а использованием определенных сочетаний слов разных групп.

По Ломоносову, “высота” и “низость” литературного слога прямо пропорционально зависят от его связи с элементами церковнославянского языка, которые сходятся в пределах “высокого слога”. Литературный язык, по мнению Ломоносова, “через употребление книг церковных по приличности имеет разные степени: высокий, посредственный и низкий”. К каждому из названных “трех штилей” Ломоносов относит виды и роды литературы.



Высокий штиль складывается из слов общих как для церковнославянского, так и для русского языков, и из слов церковнославянских, “понятных русским грамотным людям”. В высоком штиле могут употребляются только те слова, которые есть в «славенском» языке. Этим штилем следует пользоваться в одах, героических поэмах, философских речах о “важных материях” [Мешчерский, глава 11]

Для каждого стиля характерны свои структурные особенности слов. Исследователи К.А. Войлова, В.В. Леденёва выделяют нормативы для высокого стиля

^ В морфологии:

1) окончания существительных мужского рода в форме единственного числа родительного падежа –а (взгляда, флота, часа); существительного женского рода в форме единственного числа предложного падежа –и (по земли, в пустыни);

2) окончания прилагательных в форме мужского рода единственного числа именительного падежа –ый (ужасный, прекрасный), а родительного падежа –аго (святаго), в форме женского роды единственного числа родительного падежа –ия/-ыя (прежния, истинныя), в формах множественного числа именительного и винительного падежей –ия/-ыя (бегущия богыни, на все земныя красоты).

^ В синтаксисе нормативными являются усечённые формы прилагательных в качестве согласованных определений (божественны науки, северна страна, в небесну дверь, чрез яры волны), причастные обороты (главу, победами венчанну).

^ В фонетико-лексической системе высокий стиль обязует употреблять слова с неполногласными сочетаниями (вран, сребро, класы), с начальными сочетаниями ра-, ла- (в расселинах, равный), с начальными буквами е, ю (еленей, едина, юношей), с фонемами <жд> <щ> (услаждаюсь, провождали, зиждитель, отвращает, хощет). Звук ['э] сохраняется в позиции после мягкого согласного, перед твердым согласным, под ударением (восхищенна, дерзн[э]т, жив[э]т).”1

В среднем штиле следует использовать слова, более употребительные в российском языке, а также допускается принятие некоторых церковнославянских слов, но с осторожностью. Средний штиль вбирает в себя единицы языка одновременно из высокого и из низкого штиля, книжные слова и разговорные. Данный штиль включает в себя такие жанры, как стихотворные послания, эклоги, элегии, сатиры, историографию и философию.

Основу низкого штиля составляют общеупотребительные, простонародные слова, что целиком исключает использование церковнославянизмов. Низкий штиль также принимает речения, которые отсутствуют в славянском диалекте. Интересна особая оговорка о простонародных словах низкого штиля профессора МГУ им. М. В. Ломоносова Л. А. Трахтенберга: «...чем резче стилистический эффект, который они могут произвести, тем более строгими правилами должна быть определена возможность их употребления»2 [Трахтенберг, стр 5-6]

Проведя исследование, К. А. Войлова и В. В. Леденёва выявили нормы низкого стиля:

1) у прилагательных в форме мужского рода единственного числа именительного падежа окончания –ой, –ей (неиствой Борей; волчей вой), а родительного падежа – -ого (дневного, дорогого).

2) в низком стиле действительные причастия настоящего времени с суффиксами –уч/-юч, –ач/-яч крайне редки, они уже перешли в разряд имен прилагательных (могучий, вонючий) или стали деепричастиями (думаючи, идучи, будучи)”.3

За пределами литературного языка М. В. Ломоносов оставил три группы слов: 1) "обветшалые" церковнославянские речения, являвшиеся неупотребительными, не проникавшими в систему литературного языка или исчезли из употребления; 2) "презренные слова", которые ни в каком стиле употреблять не пристойно; 3) "невразумительные речения и заимствования", которые, по Ломоносову, считались "дикими и странными нелепостями" [Ефимов, с. 23 ]

Как отмечает В. В. Виноградов, учение о трех стилях не полностью распределяло и ограничивало фразы и конструкции русского литературного языка, стилистическое разграничение слов, оно лишь послужило ему "удобной рамкой для разграничения основных контекстов русского литературного языка" [Виноградов, с. 133]

Таким образом, в общественно-бытовом употреблении разграничение стилей было достаточно сложным. Наибольшие трудности вызывало определение структурных свойств прозаического среднего штиля. В этой области почти до самого конца XVIII в. существовало смешение церковно-книжных или приказных, канцелярских конструкций с формами светско-литературного, «нейтрального», общего и разговорно-бытового языка

Однако реформа М. В. Ломоносова послужила обновлением старого принципа, предоставив его развитие и варьирование индивидуальному вкусу [Виноградов, там же]. Огромная заслуга М. В. Ломоносова заключается в том, что теоретически определил нормы стилей литературного языка, развил учение о принципах и способах их конструирования, указал пути соединения в русском языке исконно русских и церковнославянских элементов. В ломоносовском учении о трех стилях, пишет М. Ю. Лотман, полностю проявилось его верное и глубокое понимание генетических и стилистических отношений, исторически сложившихся в русском литературном языке [Лотман, с.129].



1 Войлова К.А, Леденёва В.В. История русского литературного языка. М.:Дрофа, 2009. С. 232-233.

2 Трахтенберг Л. А. Нормативная поэтика XVIII века. М. В. Ломоносов: теория трех штилей [Электронный ресурс] // Материалы лекций. – Электронные данные. – Режим доступа: http://professorjournal.ru/PJGrantsPrograms/GrantmMaterialsServlet?grantmId=1292775&grantmType=lecttext, свободный. – Данные соответствуют 10.01.13. С. 5-6.

3 Войлова К.А, Леденёва В.В. История русского литературного языка. М.:Дрофа, 2009. С. 233.





Скачать 162,7 Kb.
Дата конвертации24.10.2013
Размер162,7 Kb.
ТипРеферат
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы