Стенограмма круглого стола icon

Стенограмма круглого стола



Смотрите также:
1   2   3
центр отдельно, МФЦ. Сейчас эти функции переданы ГБУ города Москвы. То есть в ближайшее время, я думаю, будет запущен проект многофункциональных центров, то есть по принципу «одного окна», о котором вы все уже знаете. Когда предприниматель, придя в МФЦ ГБУ «Малый бизнес», может получить консультацию от поддержки субсидий до того, как ему отправить своего сотрудника на обучение, например, на президентскую программу. Это вот то, что хотелось сказать, как преобразовывалась структура.

Что касается бизнес-инкубаторов, социальных бизнес-инкубаторов, бизнес-инкубаторов социальной направленности. Здесь не совсем соглашусь, что у нас все бизнес-инкубаторы только инновационной направленности и так далее. Просто я с этим работаю достаточно давно и знаю. При большинстве московских вузов созданы бизнес-инкубаторы, которые не преследуют цель поддержки инновационных именно предприятий. В частности, бизнес-инкубатор Высшей школы экономики, где сидят люди, разрабатывающие чисто торговые проекты, и никак не связаны с инноватикой, с какой-нибудь биохимией, сферой IT и так далее. И во многих вузах, поверьте, оно так.

Относительно того, что им что-то сдается в аренду по льготным условиям на три года, а потом их куда-то отправляем. Во-первых, не мы, а учредители этих бизнес-инкубаторов. На самом деле это мировая практика. То есть это, на мой взгляд, достаточный срок, если ты активен, ты хочешь развиваться, для того чтобы за три года ты прошел стадию роста с нуля до какого-то уровня, когда ты уже можешь куда-то выйти, на другую ступень своего развития, аренды и так далее. Согласен: более сложный аспект в плане социального бизнеса, потому что маржинальность его не такая большая, и здесь, может быть, действительно стоит обратить на это внимание, поговорить о том, чтобы резидентами этих бизнес-инкубаторов становились именно социальные проекты в большем количестве. Может быть, у них стадия роста не три года, а пять, но это все обсуждаемо. Я думаю, что мы всегда сможем договориться и услышать друг друга. Но те месседжи, которые прозвучали в адрес департамента – они, скажем так, частично справедливы. Но здесь я бы не хотел отвечать за Дмитрия Александровича. Поэтому в рабочем порядке я всегда готов встретиться, переговорить.


^ ИГНАТОВА Е.:

– Можно вмешаться? Извините, ради Бога, коллеги. Я думаю, что я выражу мнение большинства здесь сидящих. Игнатова Екатерина – и предприниматель, и социальный предприниматель. Вот час сижу слушаю, все равно не могу понять: что такое социальное предпринимательство? Это либо предпринимательство, направленное на обслуживание малоимущих слоев населения, либо маломобильных; либо это предприятия, созданные инвалидами, либо для инвалидов. Давайте как-то определимся, наверное, в понятиях. Либо это, извините, ателье, сапожные мастерские, химчистки, то есть сфера услуг? Потому что у Татьяны Александровны звучало четко: сфера услуг, социально значимая. Давайте все-таки как-то определимся в критериях; поймем, что мы понимаем под социальным предпринимательством, и тогда дальше мы будем уже обсуждать программу развития и поддержки.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Что предлагают нам понять? Слово «социальный» мы все понимаем, «социум» мы все понимаем, что такое.


ИГНАТОВА Е.:

– Мы понимаем, что такое социум.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Нам же новое предлагают. Пускай нам объяснят, что это такое.


ИГНАТОВА Е.:

– Нам пока ничего нового… Вот социальное предпринимательство – и не расшифровывают. То есть либо я должна нанять на работу, извините ради Бога, пять человек маломобильных – и я буду социальный предприниматель; либо я должна обслуживать пять человек маломобильных – и я буду социальным предпринимателем. Что вы подразумеваете под этим? Либо... понимая, что ситуация сложная, я просто организовала для своих молодых инвалидов автономную некоммерческую, пошла по наиболее простому пути. Понимаете? Вот давайте как-то конкретизируемся. Извините, Константин.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Да нет, Екатерина. Спасибо большое. Хорошее замечание. Я в начале своего выступления сказал, что наша конечная цель – как раз таки определиться, чем мы вообще оперируем, и что для нас социальное предпринимательство? Я вам сказал, как вот я это вижу, что такое социальное предпринимательство. Есть и другие точки зрения. Их может быть много. Поэтому я бы предложил сейчас – мне как раз организаторы подсказывают – дать слово Васильеву Кириллу Александровичу, который является социальным предпринимателем, у него есть уже социальный проект, реализованный на территории города Москвы. Вот надо, наверное, послушать практический какой-то опыт и применение, и потом мы попытаемся все-таки свести к тому, что же все это такое и что нам необходимо, чтобы это работало на территории города. Кирилл Александрович.


^ ВАСИЛЬЕВ К. А.:

– Здравствуйте всем. Я впервые выступаю в такой обстановке, перед публикой. Я инвалид по слуху, почти глухой, пользуюсь слуховым аппаратом и благодаря этому могу вас слышать, общаться. Год тому назад я организовал салон-парикмахерскую. Получил субсидию от города – 500 тысяч рублей, о которых вы говорили, и нанял на работу инвалидов по слуху. То есть у меня в штате три инвалида по слуху, я четвертый там. Мы уже год работаем. Обслуживаем всех – и слышащих, и инвалидов по слуху, то есть ко мне в салон приезжают со всей Москвы инвалиды по слуху, потому что для них это единственная возможность получить нормальное, адекватное обслуживание, потому что мы же все знаем жестовую речь. Также приходят и слышащие. Вначале мы удивлялись: а как же мы будем общаться? Мы же их не слышим, мы их не понимаем. Но мы – парикмахеры-профессионалы, поэтому нам достаточно с полуслова понять, как делать, и все, стрижем так, как надо. В общем, все уходят довольные. Вот мы год работаем уже. Наверное, это можно назвать социальным предпринимательством. То есть я – инвалид по слуху. Я вот создал фирму. И на работу я взял инвалидов по слуху, и обслуживаем всех. Я получил субсидию 500 тысяч рублей, и все. И город предоставил мне помещение. Прямая аренда.


– А цена у вас какая?


^ ВАСИЛЬЕВ К. А.:

– Налоги плачу наравне.


– А цена аренды?


ВАСИЛЬЕВ К.А.:

– А аренда льготная.


– Сколько стоит?


ВАСИЛЬЕВ К. А.:

– Я арендую 50 метров – у меня 20 тысяч рублей ежемесячно аренда. С 1 января подняли. Все, больше никаких льгот у меня нет. То есть плачу налоги, страховые взносы за себя. Кстати, страховые взносы подняли в два раза, аренду тоже вот как раз в два раза подняли. Тяжело, конечно, потому что рядом находится парикмахерская, где работают гастарбайтеры. Им «черную» платят 15 тысяч рублей. Они там не платят страховые взносы, всё – и преуспевают. А я плачу всё, я все до копейки плачу и мне тяжело. У меня доходы упали, потому что расходы увеличились.

Я еще в течение полугода до Правительства Москвы пытаюсь донести идею расширения моего бизнеса, потому что я могу это делать. Я научился плавать в этом бизнесе. Либо пекарню создать, мини-пекарню, автомойку, автосервис. У меня куча идей. И на работу брать инвалидов по слуху. То есть я готов их трудоустроить. У меня очень много знакомых, которые не могут найти работу. Они профессионалы, прекрасные мастера, прекрасные кондитеры и прочее. Просто сложно им найти работу. Я готов это все сделать, но пока не получается. Пока приходят мне отписки, что: «На общих основаниях – пожалуйста». Все. Спасибо за внимание.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Замечательно. Коротко. Последнюю реплику я поддерживаю. Коротко, по существу. Не три минуты, а полторы минуты, поскольку у вас, мои уважаемые коллеги, к сожалению, нарушено самое главное: вы пришли сюда без концепции социального предпринимательства, без четкой системы качественных и количественных критериев оценки социального предпринимательства, без, собственно, демонстрации зарубежного опыта социального предпринимательства. И вас спас Кирилл Александрович. Спасибо.


ШИШЛОВА:

– Круглый стол еще не закончен.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Геннадий Мельников, «Национальное общество качества», член Немецкого общества качества.


ШИШЛОВА:

– Но мы же еще не закончили.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Кирилл Александрович, спасибо большое за ваше выступление, за то, что спасли нас. У меня единственный вопрос, вы сказали, что проходили вопрос получения субсидии: для вас этот процесс трудоемок, как вот?


^ ВАСИЛЬЕВ К. А.:

– Достаточно трудоемкий. Я больше полугода потратил.


ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Когда вы получали субсидию?


ВАСИЛЬЕВ К. А.:

– В прошлом году. Вернее, в декабре 2011 года.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– А какие трудности возникли вот в ходе вашего предпринимательства?


ВАСИЛЬЕВ К. А.:

– Бизнес-план мне, конечно, пришлось защищать, потом собирал все бумаги необходимые. Для того чтобы получить эту субсидию, мне пришлось убедить в том, что мне можно давать на основании того, что у меня уже есть помещение. То есть мне сначала пришлось помещение пробить, а потом уже получить субсидию. Без этого помещения мне субсидию могли не дать. То есть вот такая увязочка была. И я сначала, можно так сказать, боролся с Правительством Москвы и убеждал в том, что мне можно поверить и можно доверить. И мне выделили это помещение. Уже после этого я смог убедить в том, что мне можно дать эти 500 тысяч рублей, то есть они не уйдут никуда, а уйдут уже в конкретику, потому что у меня уже было помещение.


– Пока вы получали субсидию, вы работать могли? Заниматься бизнесом непосредственно? Или все ваше время, все эти полгода ушли на получение субсидии, все свободное и рабочее время, все время потратили, чтобы субсидию получить?


^ ВАСИЛЬЕВ К. А.:

– Нельзя, конечно, сказать, что прям все свободное время. Просто пришлось побегать по чиновникам, по кабинетам. Упрашивать, убеждать и ездить туда, в этот Центр поддержки предпринимательства, чтобы собирать необходимые бумаги, оформлять должным образом, исправлять ошибки. Потому что я же не умею писать бизнес-план.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Кирилл Александрович, спасибо большое. Но в принципе, процедура проходимая, она решаемая. То есть вы же понимаете, что если вы приходите куда-то в банк за коммерческими деньгами – с вас потребуют пакет документов, я вас уверяю, значительно больший, чем собирал с вас ЦРП, сейчас собирает ГБУ, и так далее. Потому что вы поймите правильно: любая городская политика и предпринимательская – это баланс по лезвию ножа. На самом деле, я очень рад за историю успеха вот такую, как ваша. Но понимаете, бывает, когда приходят фирмы – будем называть вещи своими именами – однодневки, и просто так вот раздавать бюджетные деньги достаточно рискованно для нас. Это тоже надо понять.

И второе – то, что был призыв понять социальное предпринимательство, инвалиды и так далее. Мы все здесь помним, к сожалению, все эти налоговые схемы 90-х годов, когда бралось 3-4 инвалида, получали всевозможные субсидии и преференции, в том числе и налоговые. На самом деле это все было не так. Поэтому очень скользкий такой момент. Поэтому я говорю, что очень правильно, что нас упрекнули в том, что мы пришли якобы неготовыми, но вы поверьте: тема буквально свалилась.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Но аргументы абсолютно не по существу у вас, я прошу прощения, Константин Константинович, за жесткую реплику, по поводу того, что вот раньше были проблемы, связанные с тем-то, с тем-то. Я-то сказал совершенно о другом. Я сказал о том, что мы имеем сегодня, сейчас. Поезжайте в Германию и спросите, как в известном фильме, да? Есть концепции, есть опыт, есть нормативно-законодательная база – я об этом. Я пришел сюда посмотреть презентацию вот этой концепции «Социальное предпринимательство в Российской Федерации на площадке Москвы», соответственно, нормативно-законодательные шаги, которые вы собираетесь предпринять, соответственно, продемонстрируйте нам реальный, конкретный опыт, который имеется; то, что называется межсекторное и межведомственное сотрудничество, потому что никакого социального предпринимательства у вас не будет. Есть проблема социальной сферы. Есть соответственно 6-7 секторов социальной сферы. Вот до тех пор, пока вы не интегрируете эту работу в рамках единой программы – то, о чем говорила Татьяна Александровна – у вас ничего не будет. Вы не вытащите эту проблему. Вы будете все время вязнуть: то в одну сторону у вас будет баланс, то в другую. То с точки зрения того, что социальное предпринимательство – это проблема инвалидов; то с точки зрения того, что социальное предпринимательство – это проблема услуг в социальной сфере. Это две крайности, от которых нужно убежать. Соответственно, есть интегрированный опыт создания сети социальных консорциумов. Что это такое в Европе – я потом могу вам пояснить. Спасибо.


^ КАРАСИХИН П. А.:

– Можно, я прокомментирую, если не против? На самом деле я долго слушал. Во-первых, если мы говорим про применение к российской практике. Есть действительно немецкая практика, достаточно распространенная. Но, во-первых, то, что считается в Германии социальным предпринимательством, например, в Англии называется социальным бизнесом. То, что в Англии называется социальным бизнесом – в Германии называется социальным предпринимательством. Эта практика есть, она обобщена, она существует. И более того, когда мы совместно с Минэкономразвития, еще тогда Департаментом стратегического планирования, с Артемом Шадриным, начинали писать предложение в Приказ №223 «О поддержке социального предпринимательства», эти критерии были выработаны. И эти критерии с весовыми категориями, они существуют. То есть если опять же говорить про поддержку инвалидов, то в рамках Приказа №223 Минэкономразвития – да, это сами предприниматели. Но предприниматели, например, один из критериев – это о деятельности по трудоустройству инвалидов, но не менее 50 процентов от штата и не менее 20 процентов от фонда оплаты труда. Потому что я не могу не согласиться с Константином Константиновичем по поводу того, что ни в коем случае нельзя допустить появления той категории предпринимателей, вернее лжепредпринимателей, которая просто за счет своего появления дискредитирует в целом все это явление. И вот такие замечательные люди, как Кирилл Александрович, когда будут приходить и просто скажут: «Я – социальный предприниматель», на него уже изначально полетят помидоры. Сейчас был конкурс в поддержку социального предпринимательства, как уже сказал Дмитрий Александрович, в шести регионах. Могу сказать, общался плотно – не везде он прошел гладко, правда. Я не буду называть регион, который получил больше всего субсидий на эту тему – были большие проблемы с этим. Но критерии, правда, существуют. Есть и международная практика. Я просто хочу в защиту сказать…


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Павел Анатольевич, я прошу прощения, что я вас перебиваю. Есть один критерий. Я говорил о том, что среди представителей бизнеса сейчас разногласия идут в связи с тем, что нет единой концептуальной основы.


^ КАРАСИХИН П. А.:

– Вы меня просто не дослушали.


МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Вы говорите об одном критерии, а я говорю о том, что нужна система качественных и количественных критериев. Она у вас есть? Продемонстрируйте.


^ КАРАСИХИН П. А.:

– Я говорю. Вы меня просто не дослушали. Во-первых, эта система, еще раз говорю, частично есть. Это раз. Два. Я хотел договорить в защиту департамента. Насколько мне известно, сейчас как раз департамент проводит конкурс, и объявлен госзаказ на исследование именно по этой теме, которое должно именно выработать вот эти вещи, о которых мы говорим.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

(Неразборчиво.) Вы не произносите ключевое слово.


(Неразборчиво.)


КАРАСИХИН П. А.:

– … Координационный Совет предпринимателей Москвы, конкретно малого и среднего бизнеса. И у нас конкретно есть мнение по поводу субсидий. Мы категорически отвергаем субсидии, потому что только кроме тех, кто предлагает субсидии, всем понятна коррупционная составляющая данного инструмента.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Вы сами же сейчас говорите об этом.


(Говорят одновременно.)


МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Льгота. Мы считаем, малый бизнес, что реальная льгота от государства, то есть реальная помощь от государства – она выражается в льготной аренде. И там было сказано все. И тут чиновнику всегда дается право: либо изгнать, если недобросовестно ... Правильно я понимаю или нет? Вот согласитесь, зачем бы вам нужна была субсидия – вот конкретно задаю вам этот вопрос – если бы она у вас выражалась (…)? Но теперь задаем вопрос. Нам сейчас вменяют вину, что мы сдаем в субаренду, то, что мы ведем нечестный бизнес. Разве это наша проблема? Есть контролирующие органы, пускай идут и проверяют. Почему же к нам предъявляют эти претензии? План при льготе по аренде. Если четко вот вы являетесь инвалидом, сделали светлое дело, просто светлое дело. Вы молодец. Я вам скажу, что я занимаюсь... Мы это отдельно поговорим. Я вам предложу, вашим (…) я предложу работу, мы потом поговорим. Я о чем просто веду речь? Это же можно сделать вот конкретно в аренде, и она регулируемая. Все люди, которые брали в аренду... ведь у нас все проблемы пересекаются. Вот сейчас все, что касается малого бизнеса, индивидуального предпринимательства, вообще социально сейчас напряжение такое, и мы все это реально понимаем. Сейчас люди просто теряют то, что строили годами. И сейчас создается какая-то революционная ситуация. Сейчас разрушим, а потом мы новое не построим. Зачем изобретать велосипед? Он давным-давно изобретен.

Инновации. Мы уже слышали, да? Инновационную лампочку сделаем. Ну по большому счету, хватит нас считать идиотами. Но в конце концов, хватит нас считать идиотами. Мы готовы жить, мы готовы помогать. Лично я, например, со своим предприятием участвовал в размещении, выпуске методического пособия для инвалидов. Меня никто об этом не просил и нигде я это не афишировал, и никогда никому этого не говорил. Я взял просто шефство над школой инвалидов, потому что я хотел целевую помощь делать. Мне часто звонили с муниципалитета: помоги тем-то, помоги тем-то. Узнал случайно, обратилась ко мне школа, я о них узнал, и думаю: «Пойдем туда». Говорят: «Пришлите тортики». Пекли тортики. Мы пришли, взяли подарки, потому что там был литературный вечер. Я сам в литературном кружке занимался в детстве, мне это было интересно. Мы поздравили ребят. Надо было видеть эту благодарность. А что может быть дороже, когда ты видишь благодарные глаза людей? А это разве не социальная поддержка, это разве не самое важное? А когда мне говорят, что милосердие и калькулятор – это две вещи совместимые – извините, я этого уже не понимаю. Вот это я уже не понимаю. Спасибо.


– Вы знаете, что между республикой Дагестан и Москвой существует соглашение о научно-техническом, торгово-экономическом, о культурном взаимоотношении. В рамках этих соглашений была учреждена организация, автономная некоммерческая организация «Торгово-промышленный центр Махачкала-Москва». Во-первых, с одной стороны, некоммерческая, а, во-вторых, торгово-промышленный центр. Ну, очень такое малопонятное название. Вот получил я 410 квадратных метра. Настоящий танкодром. Вот весь город, все малые предприятия, которые получали от города помещение, платили 1800 рублей. Я платил 3875 рублей. Вот совместно с представителями «Единой России» мы людей, которые нуждаются, такого плана, как я, взяли, ну, приглашали, стригли там бесплатно. Мы занимаемся социальными вопросами, а арендную плату платим больше, чем бизнес-фирма. Вот обратились мы к Вышегородцеву, он...


ШИШЛОВА:

– Сколько людей – столько проблем. Спасибо вам большое. Предлагаю все-таки вернуться к теме социального предпринимательства. И если позволите, очень маленькая реплика активному нашему гостю. Как ваше имя-отчество?


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Геннадий Мельников, «Национальное общество качества». Перед тем как вы скажете, извините, еще одна реплика. В любом собрании есть организационная технология его поведения. Я вынужден Констатировать, что организационная технология проведения от этого собрания, к сожалению, нет. Должен быть фасилитатор. Вы знаете, что это такое, что такое технология фасилитации. Где она? Я ее не вижу. Это представители бизнеса. Где модератор, в конце концов, хотя бы в рамках старого варианта? Я его тоже не вижу. Отсюда та организационная самодеятельность, и те реплики, и та неуправляемость, о которой я вынужден говорить. Спасибо. Извините.


ШИШЛОВА:

– Геннадий, ну, начну с того, что, во-первых, вы не зарегистрировались на нашем мероприятии заранее. Если мы начнем о порядке, то обычно гости регистрируются заранее. Зарегистрировались? Нет, просто если вы о порядке. Геннадий, просто хочу обратить ваше внимание. Вот пресс-релиз. Если вы шли на это мероприятие, вы как минимум должны знать, о чем это мероприятие. И здесь написано, позвольте буквально минуту. «Социальное предпринимательство – это новый элемент современной системы социальных услуг, составными частями которой до недавнего времени были только социально-ориентированные НКО и государственная соцзащита». Социальные предприниматели были всегда, хотя их так и не называли. Разговоры на эту тему идут давно. Но точные критерии этого понятия так и не найдены. Сегодня мы делаем очередную попытку очертить четкую грань в определении этого термина. И об этом будет речь на круглом столе. Вот анонс круглого стола: что мы делаем попытку очертить эту грань и сделать обращение к правительству, чтобы они наконец сделали это определение. Но до сих пор его действительно нет. Вот в этом состоит наша задача.

А теперь я предлагаю все-таки вернуться к нашим спикерам. Просто если вы говорите о порядке ведения мероприятия, то существуют спикеры – люди, которые приглашены, которые нашли в своем регламенте время и пришли к нам, за что мы им очень благодарны. Я предлагаю сделать следующим образом, если вы не возражаете, Константин Константинович. Давайте все-таки дадим возможность выступить нашим уважаемым спикерам. Они готовились к мероприятию, они готовили доклад. А потом, когда уже закончатся все доклады – осталось немного – потом зададим вопросы. Договорились? Всех устраивает такое предложение?


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Нет, меня не устраивает. Это очень непродуктивная форма работы. Устаревшая, почти советская.


ШИШЛОВА:

– Ну мы что, будем голосовать? Давайте тогда проголосуем. Всех устраивает такое предложение: сначала выступают спикеры, потом вопросы? Так, большинство. Все. Спасибо большое. Уважаемые спикеры, продолжаем намеченную программу.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Просьба выступить Виталия Николаевича Бородина, президента ООО «Стройинвест».


БОРОДИН В. Н.:

– Добрый день. Мне очень приятно, что я сегодня с вами здесь нахожусь. Я, конечно, законы не пишу, и в Германии я сейчас не нахожусь – я нахожусь в России. Поэтому мы будем исходить из тех правил, которые на сегодня есть. Не мы их придумали, не вы, не я. Что касается данного этого вопроса – нашей структуры это не касается, мы не малый бизнес. Мы уже давно переросли из малого бизнеса в крупный бизнес. У нас создали структуру, (...) система аккредитации. То есть ты идешь в банк, тебя просят заложить маму, папу и жену, а у некоторых это все гораздо проще. У меня тема совсем другая. Мы сейчас тоже пишем программу Правительству Москвы. На сегодняшний день мы выступаем как меценаты, но мы хотим продолжать в этом направлении, только расширить наш кругозор. То есть мы помогаем детям, детским домам тем детям, тем семьям, которые попали в трудную минуту, в жизненную минуту. Если брать по семье, то это каждая отдельная история. Поэтому еще раз говорю, это тема такая довольно... Можно трактовать это по-разному. У каждого здесь ряд вопросов, ряд своих проблем. Кто-то взял кредит, но не целенаправленно его использовал, и вдруг попал в какую-то проблему. У нас на сегодняшний день в стране, если хотеть работать, то все для этого есть: банки, вот создают такие структуры. Если человек хочет работать, нормально развиваться, то он будет нормально развиваться. Но, как говорится, на Бога надейся, да сам не плошай. Поэтому как бы, извините, мы сегодня находимся в России. Нет. Не бред. Я вам говорю конкретные вещи, что касается нашей структуры.

Мы при компании хотим создать фонд, и оказывать помощь семьям, которые попали в трудную жизненную минуту. Мы сейчас вам покажем небольшой ролик, мы принимали активное участие. Там есть семья. Девочка, у нее трое детей, она без мужа, работать реально не может. Это другой регион, она обращалась в «Единую Россию» – никто ей не помог. Мы в этом году ей поможем. Мы хотим ей вручить ключи от квартиры.


ШИШЛОВА:

– Давайте посмотрим фрагмент небольшого фильма.


(Просмотр видеоролика.)


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Виталий Николаевич, спасибо большое за то, что вы делаете. Это лишний раз доказывает, что есть социально ответственный бизнес, и наверняка среди вас есть эти люди. Очень отрадно было, что Виталий Николаевич в своем выступлении кратко, но поддержал немного нас, потому что термин «предприниматель» от слова «предпринимать», предпринимательство. И вот говорить, что дайте нам все и не надо наших пол-миллионов, и хотим все легко, получать деньги от города и от аренды – это тоже, наверное, неправильно было.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Константин Константинович, извините, пожалуйста. Виталий Николаевич обращался ко мне, поэтому я все-таки краткую реплику. Во-первых, искренне рад за Виталия Николаевича, за то, что он занимается меценатством. Никакого отношения к социальному предпринимательству это не имеет. И вот тот рекламный ролик, где Виталий Николаевич упоминается пять раз, его фамилия и имя-отчество, мне о многом говорит. Спасибо за внимание. Но за саму акцию большое спасибо.


^ БОРОДИН В. Н.:

– Я никуда в политику не лезу. У меня и так все нормально. Поэтому вы свои доводы можете при себе оставить. Я считаю, у нас много в стране предпринимателей, которые реально могут помогать. Я не отношусь к сегодняшнему столу. На сегодняшний день даже по нашей практике на рынке в Москве более трех тысяч компаний. Из них полторы тысячи – кто хочет работать, а полторы тысячи – только счета в банке, понимаете? Вот и все.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– И еще тогда одна реплика. Виталий Николаевич, я чуть-чуть постарше вас, в два раза ровно. Поэтому я вам подсказал по поводу дальнейших таких роликов. Будьте мудрее. А за акцию спасибо.


Из ЗАЛА: – Можно по поводу ролика сказать? Этот ролик делала я, и я как раз журналист, телекорреспондент. И этот ролик делала я, и это не рекламный ролик. И человек не думал о том, что я сделаю и как. Прозвучало имя в этом ролике 5 раз, а должно было прозвучать 25 раз, потому что все, что он сделал для наших детей, попавших в действительно очень сложную ситуацию, это очень серьезный момент. И когда мы попросили принять участие и купить канцтовары, он сказал: «Я одену этих детей». И когда мы привозили этим детям сапоги, родители плакали вот такими вот слезами. Поэтому надо не 5 раз, а 25 раз. И это не рекламный ролик. Это то, что человек делает действительно. И я видела семьи, где просто дети голодают. Вы меня очень извините.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Спасибо за вашу реплику.


ИЗ ЗАЛА: – Архиепископ Липецкий и Елецкий Никон просил передать вот этот диплом. Уже в 26-й раз я говорю о нем, потому что, может быть, о многих из нас не скажут даже и одного раза. И поэтому я очень благодарна Виталию Николаевичу. Это архиерейская грамота вам. Виталий Николаевич, большое вам спасибо. А социально-ответственный бизнес, какой-то еще бизнес... Прежде всего духовность.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Коллеги, давайте передадим слово...


БОРОДИН В. Н.:

– Извините, я перебиваю. Мы тоже развивались. Когда мы пришли на рынок с двумя счетами в банке, мы брали кредиты, мы развивались, развиваемся и продолжаем развиваться. Поэтому я еще раз говорю, кто хочет работать в Москве, в Московской области, в России, тот будет работать. А кто будет созидать, и ходить там заниматься болтовней, на сегодняшний день так и будет.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Коллеги, давайте послушаем Карасихина Павла Анатольевича, президента Фонда развития социальных инноваций. Павел Анатольевич.


КАРАСИХИН П. А.:

– Добрый день, коллеги. Я хотел бы понизить немного градус нашей дискуссии и перейти к концепции социального предпринимательства. Позвольте мне отдельно поблагодарить Позднякова Константина Константиновича за предоставленную площадку для нашей дискуссии. Сегодня мы обсуждаем вопросы именно социального предпринимательства. Это не случайно, поскольку настало время для предпринимательства... социальным проблемам.

Многие правительственные усилия уже не отвечают нашим ожиданиям, часто оказываются невосприимчивы к новым процессам в обществе. И поэтому как никогда нам нужны социальные предприниматели. Мы в Фонде считаем, что социальное предпринимательство – это финансово устойчивый и самоокупаемый бизнес, который решает или ослабляет социальные проблемы в обществе. Поэтому он не относится к меценатству, он не относится к социально ориентированному бизнесу. Он направлен именно на решение проблем той части населения, которая недополучает какие-то возможности для саморазвития. ... рынки в целом в долгосрочной перспективе работают хорошо. Но для социальных предпринимателей они работают не так хорошо, как хотелось бы всем. В частности рынки не умеют измерить ценность социальных улучшений, общественных благ и выгод, которые производит для людей, для социально незащищенных слоев общества социальный предприниматель. Мы знаем, что для социального предпринимательства делается много. Дмитрий Александрович и Константин Константинович рассказали нам о тех механизмах, которые сейчас работают. Но мы считаем, что дополнительными мотивациями для предпринимателей все-таки должны быть преференции, как льготное кредитование и льготы по налогам. Эти предложения было бы целесообразно включить в законопроект, разработанный Минкомтруда, и который обсуждается в настоящее время. Я надеюсь, что мы внесем эту инициативу в нашу резолюцию круглого стола.

Другое наше предложение заключается в следующем. Тиражирование опыта социального предпринимательства – это тоже очень важная и нужная работа. Поднятие статуса социального предпринимательства – это тоже огромная работа, которую нужно вести как со средствами массовой информации, так и с другими коммуникационными площадками. Ориентация на социальный бизнес молодежи – тоже необходимо проводить эту работу. Поэтому для всей этой работы мы предлагаем организовать центр молодежного предпринимательства. А социальное предпринимательство займет важную роль в работе этого центра. Такой центр, кроме консалтинговой и просветительской работы, мог бы организовывать разные мероприятия и вести работу непосредственно там, где зарождаются социальные предприниматели: в школах, в университетах – там, где начинается их обучение, их развитие и строительство их душевной концепции.

Я думаю, количество детских садов и центров дополнительного образования, в том числе и такие салоны-парикмахерские, как рассказывал Василий Александрович, их будет намного больше. Мы также, чтобы поднять статус социального предпринимателя и применить курс к этой деятельности, предлагаем учредить почетное звание «Социальный предприниматель Москвы» и провести различные конкурсы, награждения предпринимателей в этой сфере.

Социально ответственный бизнес – это тоже, кстати, важная составляющая движения нашего общества. Мы это непосредственно увидели на экране. Для его развития мы вносим предложение правительству Москвы об учреждении знака отличия «Меценат Москвы» для тех, кто делает большой вклад в развитие столицы и минимизацию социальных проблем нашего общества. Спасибо за внимание.


^ ПОЗДНЯКОВ К. К.:

– Спасибо большое за выступление. Коллеги, Бирюков Иван Владимирович попросил выступить, потому что ему надо уйти. Давайте заслушаем доклад, и если будут вопросы, будем готовы обсудить. Иван Владимирович, пожалуйста.


^ БИРЮКОВ И. В.:

– Спасибо, коллеги, спасибо, Константин Константинович. Я постараюсь коротко пробежаться по темам, которые сегодня обсуждались, возможно, на какие-то вопросы получится дать ответ, возможно, на какие-то нет. Но перед тем как начать выступление, небольшая ремарка. Я тематикой социального бизнеса занимаюсь уже достаточно давно – с 2008 года. Активно участвую, сам последнее время выступаю социальным предпринимателем и инвестором проекта социального предпринимательства. Я совершенно не об этом хочу сказать. Я знаю эту ситуацию как экспертную, так и с обратной стороны, как сам инициатор таких проектов. Так вот в целом, когда мы говорим, что определить, что такое социальное предпринимательство и социальный бизнес – здесь четкого определения нет. Но его нет не только в России. Его нет ни в Германии, ни в других странах, к сожалению. Единственное, в чем сходятся абсолютно все эксперты, что действительно социальное предпринимательство или социальный бизнес – это деятельность, направленная на исключение или решение той или иной проблемы, н о это предпринимательская деятельность. Это не деятельность благотворительная, не деятельность меценатская. Это предпринимательская деятельность, но у нее миссия не максимизация прибыли, а решение той или иной социальной проблемы. Поэтому это может быть и проект, если у него задача собственными силами занимать инвалидов, если у него миссия поддерживать инвалидов, производя для них услуги и товары тоже. Ну, то есть главное, чтобы была четкая миссия, прозрачная и понятная, и измеримая, как ее достигать. Это первое.

Соответственно, если мы говорим про социальную ответственность бизнеса, то есть вот эту дифференциацию привести. Действительно, это совершенно принципиально две вещи разные. Но сейчас мировая тенденция, она и в России тоже выражается в том, что программа корпоративная благотворительность начинает реализовываться в виде программ социального предпринимательства или социального бизнеса. То есть дело в том, что предприниматель, меценат, благотворитель может в ряде случаев более эффективно использовать свои средства, направляя их не в виде благотворительности, а в виде инвестиций в социальное предпринимательство, тем самым повышая социальный эффект. Это повышает условия... вне зависимости коммерческая организация, благотворительная, доноров или инвесторов, которые, мы прекрасно знаем, что в ситуации экономической нестабильности первое, что режется – это маркетинговые и благотворительные бюджеты. Поэтому этот тренд тоже существует.

Сегодня озвучивалось касательно социальных бизнес инкубаторов и механизмов поддержки. Здесь нам нужно, еще раз говорю, разделить, на мой взгляд, две вещи, не мешать все в одну кашу. Есть государственная поддержка и есть инфраструктура поддержки, которая может быть в том числе и частной. Так вот государственная поддержка, мы здесь все равно были вынуждены упереться, это неизбежно, это, на мой взгляд, логично. Не буду говорить, правильно это или неправильно, но это логично. То, что мы будем упираться в то, что это будет программа отсечения лишних. Не обобщения всех, кому можно и кому нужно. Потому что чтобы не допустить тех самых дискредитаций и тому подобное, когда мы выдаем государственные деньги, мы будем понимать, что мы выдаем только этим, но в этом уверены.

Отвечая на вопрос коллеги, где можно посмотреть критерии, которые существуют сейчас, – это 223-й приказ Минэкономразвития. Это департамент развития малого и среднего предпринимательства и конкуренции. Но и также коллега Поздняков заявил, что действительно бизнес-инкубаторы создаются не только в поддержку инновационного предпринимательства, создаются в том числе на базе вузов. Я могу сказать, опять же, по своей практике. В апреле этого месяца мы сделали, на мой взгляд, достаточно большую вещь, надеюсь, что он будет большой не только на словах, но и на деле. Мы создали на базе финансового университета научно-практическую лабораторию социального бизнеса корпоративно-социальной ответственности. Собственно говоря, процесс оформления занял у меня полгода, потому что это достаточно такая большая структура. Но это не значит, что пока мы это оформляли, мы ничего не делали. Мы провели за это время, я разработал с коллегами курс «Основы (...) планирования социального предпринимательства», социальный проект. Мы обучили студентов. Они вот сейчас защищают бизнес-планы. Я физически сейчас вместе с экспертами отсматриваю проекты, и мы те, которые действительно... Могу сказать честно: я читаю – у меня слезы наворачиваются. Не потому, что так трогательно, а потому что так плохо написано. Но не настолько у нас формализована деятельность, я позволяю себе просить экспертов не зарывать проекты и писать рекомендации, чтобы мы дали возможность ребятам, тем, кто хочет... Там видно явно, что многие написали, для того чтобы получить очередной диплом, повесить его на стенку и все. Но ряд, видно, что хотят делать действительно такие проекты. Вот те, кто хочет, им просто надо дать возможность доработать и передать в бизнес-инкубатор, в финансовый университет в данном случае, на доработку.

Но, собственно говоря, механизм поддержки, я соглашусь с тем, что субсидии – это, наверное, не совсем то, чем нужно поддерживать. Когда я в свое время начинал курс социального бизнеса в рабочем поселке Ленево, это Новосибирская область – моногород с понятным обилием социальных проблем. Можно прийти и раздать всем деньги, и градообразующие предприятия, условно говоря, прикроются, что вот, мы вроде бы как за городом следим. Но они поддержали инициативу, и группа «Энергопром» начала создавать Фонд, задача которого – выдача микрозаймов предпринимателям. Но в принципе, например, если мы говорим про социальный принцип, в мире есть принцип, что социальный инвестор может вернуть деньги назад (во вложенный проект), но он отказывается изначально от любых дивидендов, от любой маржи, от любой прибыли – он забирает назад только тело. Здесь мы пошли по этому пути: фондируется структура под ноль процентов из частных, не государственных. Государство предложило объединить усилия, мы это приняли с удовольствием. И те, на кого не хватает портфеля Фонда, мы поддерживаем за счет средств государственных микрофинансовых организаций региональных и так далее. Безусловно, помимо того, что когда мы поддержали его финансово, нам нужно его помочь сопровождать, поэтому здесь очень важно развитие института менторства, наставничества. Потому что мы вот очень часто слышим, многие из них действительно не дружат с калькулятором. Ну вот действительно, есть благое желание, есть порыв, но а что касается конкретно предпринимательской деятельности, вот дать им помощь тех, кто уже смог сделать, даже пусть не социальный, а просто коммерческий бизнес, научить их обычным технологиям. И таких предпринимателей достаточно много, которые готовы своим временем волонтерским помогать таким проектам. На мой взгляд, это нужно систематизировать и вводить в правила.

То же самое вот коллеги из Дагестана говорили, точно так же поддерживать и НКО, которые имеют право заниматься предпринимательской деятельностью в рамках своих уставных целей, но это не социальное предпринимательство, на мой взгляд.

Резюмируя все, что я говорил, хочется отметить, что, безусловно, разрабатывая эту дорожную карту, механизм поддержки, нам нужно, самое главное, разделять два механизма: государственную и частную поддержку. И нам нужно понимать, как мы не только будем требовать от государства, а как мы с вам сможем консолидироваться, для того чтобы помогать друг другу и тем, кому мы еще можем помочь. И вот уже начинать дружить домами, вот эта консолидация частного сектора и государственного – это то межсекторное партнерство, о котором говорили коллеги. Мы пошли таким путем: мы со своей стороны готовы любой волонтерский ресурс представить, чтобы помочь предоставить то, что было уже наработано, сделано или готово. Мы с Дмитрием Александровичем на днях тоже это обсуждали, попробуем это сделать. Но когда мы говорим про государственную поддержку, я так понимаю, что цель нашего круглого стола в частности это, давайте не будем все-таки, это мое личное мнение, мы не будем требовать того, что... Недовольные останутся всегда, в любом случае. Здесь, на мой взгляд, еще раз говорю, лучше выдать двум правильным поддержку, чем сотне неправильных. Ну, наверное, это основное, что хотелось донести по поводу разделения и по поводу того, что мы всегда так или иначе будем недовольны механизмом, как работает государственная поддержка. Ну, такая судьба у государственной поддержки, что ей всегда все недовольны. Поэтому всегда есть кто недоволен.

Я предлагаю, чтобы перевести этот диалог в конструктив, такое некое предложение для организаторов, может быть, до формирования окончательной резолюции данного круглого стола, возможно, по участникам в рамках регламента, например, в течение пяти дней разослать какой-то документ, в котором каждый может дать предложение. Кто хочет – даст. Кто пришел поговорить – ничего писать не будет, вы можете не переживать за это. А кто хочет – даст, и дальше уже на усмотрение организаторов, как это сагрегировать, учесть, не учесть. Я уверен, что коллеги из правительства Москвы и Малого бизнеса Москвы будет полезна эта информация, хотя бы просто для информации, для справки посмотреть.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Можно быстро ремарку? Иван Владимирович, мне очень понравилось ваше высказывание. Самое важное, я считаю, что ради этого должен был собраться круглый стол, и мы должны говорить об этом. Потому что если мы говорим, что инвалиды, малоимущие, люди, которые хотят изменить свою жить, я считаю, что мы должны им протянуть руку, и чтобы они чувствовали себя полноправными членами общества.


^ БИРЮКОВ И. В.:

– Спасибо еще раз коллеги за внимание. Я вынужден просто извиниться, что должен откланяться, потому что у меня следующее мероприятие. Если есть вопросы, готов ответить, если это не противоречит регламенту.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Два коротких вопроса. Как вы нереестровых от реестровых отделяете? Хорошие, плохие, да? И второй вопрос по поводу видов поддержки. Вот почему-то все время попытка свести в один вид субсидий – выходит аренда. Есть в мире как минимум восемь видов поддержки. Хотелось бы чуть-чуть в рамках системного подхода разговор.


^ БИРЮКОВ И. В.:

– Я понял. Постараюсь очень коротко ответить. Для реестровых, не реестровых – я просто не понял вопрос, видимо, те, кто являются... Еще раз говорю, посмотрите, пожалуйста, то, что прописано в 223-м приказе Минэкономразвития и сопоставьте.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Да, я читал. Более пустого приказа я не видел.


БИРЮКОВ И. В.:

– Хорошо. Ну, у меня, к сожалению, на данный момент более толковых предложений нет, ну простите меня. Не хватило у меня мозгов на большее, я честно говорю.


^ МЕЛЬНИКОВ Г.:

– Спасибо.


БИРЮКОВ И. В.:

– Но вот то, что было, то и есть. Если у вас есть лучше, мы думаем, вы с удовольствием пришлете. Я лично с удовольствием почитаю, без сарказма. А про виды поддержки – я не предпочитал никакие виды поддержки. Их может быть огромное количество. Просто на мой взгляд, если мы говорим в целом, конечно, не нужно каких-то особых льгот социальным предпринимателям. На мой взгляд, социальный предприниматель с точки зрения механизма поддержки не должен никак отличаться от обычного малого, среднего предпринимателя. Единственное – это мое мнение, я не настаиваю – ну, неправильно и неправильно. Я же еще раз говорю, единственно, в чем, на мой взгляд, особенность должна быть, что в случае принятия решения между финансированием классического, условно говоря, торгового бизнеса и бизнеса, у которого есть социальный эффект, возможно, приоритет стоит отдавать таким проектам. Но механизмы должны быть такие же, как...






страница2/3
Дата конвертации19.11.2013
Размер0,56 Mb.
ТипДокументы
1   2   3
Разместите кнопку на своём сайте или блоге:
rud.exdat.com


База данных защищена авторским правом ©exdat 2000-2012
При копировании материала укажите ссылку
обратиться к администрации
Документы